Русская беседа
 
17 Июня 2019, 05:02:09  
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
 
Новости: ВНИМАНИЕ! Во избежание проблем с переадресацией на недостоверные ресурсы рекомендуем входить на форум "Русская беседа" по адресу  http://www.rusbeseda.org
 
   Начало   Помощь Правила Архивы Поиск Календарь Войти Регистрация  
Страниц: [1]
  Печать  
Автор Тема: Неделя 7-я по Пасхе, святых отцев I Вселенского Собора  (Прочитано 2091 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 74612

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« : 23 Мая 2012, 10:31:25 »

Протоиерей Владимир Переслегин


Может ли верующий православный христианин говорить: «Святитель Николай не ударял в ланиту Ария»?



Нет, не может – так как вера в то, что Николай Угодник ударил Ария по щеке и был за это подвергнут церковному наказанию и заточению в темнице, является верой Православной Церкви.

Православная Церковь содержит Божественное Откровение посредством Священного Предания и Священного Писания.

Под Священным Преданием понимается то, что словом и примером истинно верующие и чтущие Бога люди передают друг другу и предки передают своим потомкам: учение веры, закон Божий, Таинства и священные обряды (Пространный Христианский Катихизис, Введение).

Богослужебные книги православной Церкви, общепринятые Церковью Жития Святых, хранимая Церковью в лицевых иконописных подлинниках и чтимых иконах иконография Святых угодников Божиих – являются хранилищем неповрежденной истины Священного Предания, и в этом качестве – предметом веры в Церковь.

Является ли Житие Святителя Николая Чудотворца «учением веры»?

Несомненно. Иначе не называла бы его Церковь «правилом веры». Его житие назидает не в чем ином, как в Вере Православной:

«Благоверный царь Константин, желая утвердить Христову веру, повелел созвать в городе Никее Вселенский собор. Святые отцы собора изложили правое учение, предали проклятию Арианскую ересь и вместе с нею самого Ария и, исповедуя Сына Божьего равночестным и соприсносущным Богу Отцу, восстановили мир в святой Божественной Апостольской Церкви. Среди 318 отцов собора был и святитель Николай. Он мужественно стоял против нечестивого учения Ария и вместе со святыми отцами собора утвердил и предал всем догматы православной веры. Инок Студийского монастыря Иоанн повествует о святителе Николае. что одушевленный, подобно пророку Илие, ревностью к Богу, он посрамил сего еретика Ария на соборе не только словом, но и делом, ударив в ланиту.

Отцы собора вознегодовали на святителя и за его дерзкое деяние постановили лишить его архиерейского сана. Но Сам Господь наш Иисус Христос и Преблагословенная Его Матерь, взирая свыше на подвиг святителя Николая, одобрили его смелый поступок и похвалили его божественную ревность. Ибо некоторым из святых отцов собора было такое же видение, коего удостоился и сам святитель еще прежде своего поставления на архиерейство. Они видели, что с одной стороны святителя стоит сам Христос Господь с Евангелием, а с другой Пречистая Дева Богородица с омофором и подают святителю знаки его сана, которых он был лишен.

Уразумев из сего, что дерзновение святителя было угодно Богу, отцы собора перестали упрекать святителя и воздали ему честь, как великому угоднику Божию»
(Жития Святых святителя Димитрия Ростовского, месяц декабрь, день 6).

Вопрос: Что значит веровать в Церковь?

Ответ: Значит благоговейно чтить истинную Церковь Христову и повиноваться ее учению и заповедям, по уверенности, что в ней пребывает, спасительно действует, учит и управляет благодать, изливаемая от единой вечной главы ее, Господа Иисуса Христа (Пространный Христианский Катихизис, часть вторая, о Вере).


Благодать Божия учит, а мы – согласно Символу веры – веруем, то есть – повинуемся – ее учению.

Церковь учит нас, что пощечина была. Иначе бы не повторяли «выдумку» о ней бесчисленные Святые – от Димитрия Ростовского до Иоанна Кронштадтского. Бог не скрывает от Церкви такие вещи. И Бог не попускает Своей Церкви заблуждаться относительно таких вещей, хранит верных Своих от лжи. Бог не играет со Своей Церковью в прятки, но открывает Ей Своим Духом то, что скрывает от мира. Церковь же фиксирует и неповрежденно держит сие Откровение своим Преданием. Мы веруем в Успение и Введение Божией Матери. Мы веруем и в рождество Святителя Николая от благочестивых Феофана и Нонны.

Веруем в Благодатный Огонь.

Веруем в Церковь.

«Политкорректную версию» неверующих транслирует, в частности, протодьякон Андрей Кураев в своей статье «День Святого Валентина»:

«Как показали исследования архимандрита Антонина (Капустина), проведенные им в 1869–1873 гг., и имена родителей – Феофан (Епифаний) и Нонна, а также дяди Николая, – заимствованы из жития святителя Николая Пинарского.
Древнейшие тексты жития святителя Николая Пинарского, восходят к VI веку. Первый из них обнаружен в Ватиканской библиотеке еще в XVII в. кардиналом Фалькони. Деяния и чудеса Николая Пинарского оказались другими, нежели в житии Николая Мирликийского. Однако в жизнеописании Николая Пинарского сообщалось о его родителях с именами Епифаний и Нонна, дяде, епископе Пинарском Николае, построившем Сионский монастырь. Оттуда родом оказался и эпизод о трехчасовом стоянии младенца Николая в крещальной купели. А вот история о пощечине, данной Николаем Арию, отсутствует в древних версиях Жития и встречается лишь начиная с XVI века – с новогреческого Жития, составленного студийским иноком Дамаскиным»
.

Чтобы убедиться в том, что пощечина Арию и последующее лишение Святителя Николая его Архиерейского достоинства есть твердое Церковное Предание, достаточно взглянуть на всемирно известную икону святителя Николая из храма Николы на Липне в Новгороде, датируемую 1294 годом. Господь и Богородица подают своему Угоднику Евангелие и омофор – знаки епископской власти. Ни одному другому святому не усвоена Церковью данная иконография.

«Пощечины не было». «Годунов не посылал убийц к Царевичу Димитрию». «Грозный не убивал своего сына – это выдумка масонов». «Террора не было, была борьба за единство Государства». «Отречения Николая Второго не было, это подмена». «У Распутина (и у Ельцина) был двойник».

Нет ли двойника у отца Андрей Кураева?

Церковь не гадает и не предполагает, выбирая из версий земной археологии подходящую, но верует в то, что ей раз и навсегда открыто Богом. Эта вера не зависит ни от доказательств, ни от экзистенциального «опыта», она – дар Божий. И она требует от Христиан подвига: испытывайте себя, в вере ли вы? (2 Кор. 13:5).

http://www.blagogon.ru/digest/231/

http://antimodern.wordpress.com/2011/05/23/st_nicholas-3/#more-5219
« Последнее редактирование: 16 Июня 2013, 16:44:14 от Александр Васильевич » Записан
протоиерей Георгий Завгородний
Администратор
Ветеран
*****
Сообщений: 1142


Русь Святая! Храни Веру Православную!


Просмотр профиля
Православный священник
« Ответ #1 : 27 Мая 2012, 20:15:52 »



Проповедь: http://f-georgiy.livejournal.com/129096.html
Записан

С ув. прот. Георгий
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 74612

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #2 : 15 Июня 2013, 15:32:13 »

«Не о всем мире молю»

Слово протоиерея Александра Шаргунова в день памяти святых отцов Первого Вселенского Собора



Продолжается праздник Вознесения Господня. В оставшиеся дни в течение этой седмицы Святая Церковь призывает нас молитвенно готовиться ко дню Пятидесятницы, когда впервые после долгого перерыва мы воспоем «Царю Небесный, Утешителю, Душе истины». Дай Бог, чтобы мы приняли утешение истины от Духа истины, потому что человек ничем не может утешиться, как только истиной. И он только тогда становится человеком, когда причастен истине. А в мире существует много лжи и греха.

Сегодня память святых отцов Первого Вселенского Собора, состоявшегося в 325 году в Никее. После того как императору Константину Сам Господь явил знамение Креста на небе и сказал: «Сим побеждай», тот прекратил гонения на христианскую Церковь, длившиеся почти три столетия. И сатана, видя, что ему не удается уничтожить Церковь физически, делает все, чтобы разрушить ее изнутри.

Первый Вселенский Собор отстоял, прояснил и утвердил православную веру. В то время появились лютые волки, не щадящие стада, как говорит апостол Павел (Деян. 20: 29), которые вышли из среды самих христиан. Дух Святой собрал святых Божиих людей на Собор, чтобы истинные Христовы учителя могли быть увидены и отделены от ложных. Это были особые, богоносные люди, ибо в них жил Христос, и сияние Христово отображалось в них.

Достаточно упомянуть трех из наиболее известных отцов Первого Вселенского Собора, чтобы мы могли представить, какими были остальные отцы. Прежде всего, святитель Николай, архиепископ Мир Ликийских — «правило веры и образ кротости», — который заушил нечестивого Ария, потому что его ересь угрожала спасению людей, всего человечества. Святитель Спиридон, епископ Тримифунтский, который во удостоверение непостижимого соединения в Святой Троице трех ипостасей взял строительный камень, плинфу, и благодатью Духа Святаго из этого простого кирпича, кверху взметнулось пламя, вниз пролилась вода, а в руках у него осталась глина. Благодаря его благодатному слову непостижимые тайны Пресвятой Троицы стали ясны языческому философу. И был там святитель Афанасий Великий, вся жизнь которого — непрестанные ссылки и изгнания. Были времена, когда только он один из всех епископов оставался православным, потому что все остальные епископские кафедры были заняты еретиками-арианами.

Многие из святых отцов прибыли на Собор, неся на своем теле раны, полученные во время недавних гонений на веру Христову. Например, святой Пафнутий исповедник. Мучители вырвали ему глаз, требуя отречения от Господа. Эти люди могли свидетельствовать о свете, потому что они были бесстрашны в стоянии за истину в годы гонений. Они могли свидетельствовать о свете, потому что видели свет истинный, свет Христов. И этот свет истины, как мы сказали, запечатлевался на их лицах и в их речах.

Они воистину были верны до конца Тому, Кто принял Крестную смерть ради нашего спасения, были причастны всем тайнам веры. Они были просвещены самой истиной. Исповедание спасительной Божественной истины, которая запечатлена в Символе веры, их устами произносил Сам Дух Святой.

Будем помнить всегда, какой ценой обретается истинное богословие. «Отдай кровь и прими Дух», — говорят святые отцы, прежде чем говорить о том, о чем можно говорить только в Духе Святом. Увы, мы можем часто наблюдать людей богословски очень образованных, хорошо говорящих и обладающих не только гибким умом, но, как говорится, и гибкою совестью. Когда одно сочетается с другим, ум становится слепотствующим в исповедании догматов. Уста еще произносят, как будто, те же самые истины, но они не могут передать их другим.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) говорит о еретиках, что это были люди часто выдающиеся по своему уму, но страстные в аскетическом смысле этого слова, то есть подверженные самому главному греху, в котором присутствуют все грехи, — гордыне. Свой ум они ставят выше разума Церкви, в то время как «Церковь имеет ум Христов» (1 Кор. 2: 16).

Мы слышим сегодня в Евангелии Первосвященническую молитву Спасителя. Она воистину исполнилась на святых отцах Первого Вселенского Собора. «В том вечная жизнь, — говорит Господь, — да знают Тебя Единого истинного Бога и Посланного Тобою Иисуса Христа». Не плоть и кровь открывают человеку это знание, по свидетельству Спасителя апостолу Петру, а Отец, Сущий на небесах (Мф. 16: 17). Это неложное, непрелестное знание Бога никто не может дать, кроме Бога. Оно дает Церкви вечную жизнь, для которой созданы все люди и которую Церковь должна донести до всех людей. Прежде чем проповедовать истину и спасать людей истиной, Церковь — те, кто принадлежат ей, — должны сами познать истину не одним умом, но ощутить в себе дыхание Божественной жизни. И со страхом и трепетом, с радостной готовностью ничего не пожалеть, только бы не утратить этого дара, свидетельствовать о присутствии Единого Истинного Бога в своей жизни. Если есть присутствие Его в нашей личной жизни, мы становимся связанными с жизнью других людей. Эта истина принадлежит всем — и тем, кто в Церкви, и кто еще «не двора сего» (Ин. 10: 16). Истина — это любовь, которая рождается от познания вечной жизни, познания Бога.

Без любви нет Церкви. Апостол Павел говорит сегодня Ефесским пастырям: «Три года я день и ночь со слезами проповедовал вам о Христе» (Деян. 20: 31). Почему же он со слезами проповедовал? Потому что видит: как бы ни был человек грешен, он создан для небесной жизни. Где умирает любовь, говорят святые отцы, там умирает дело Христово, там Церковь перестает быть Церковью.

Об этой любви говорит сегодня Господь в Своей Первосвященнической молитве: «Я о них молю, не о всем мире молю, но о тех, кого Ты Мне дал, ибо они Твои». Неужели Господь не молится о всех, а только о Своих учениках? Ученики Христовы, говорят святые отцы, — это добрая земля, на которой Небесным Сеятелем посеяно доброе семя. Если погибнет это семя, то весь мир зарастет дикой сорной травой. Поэтому необходимо смирение и мудрость: вначале надо оградить малое поле — то, с чего началась Церковь Христова, — надо спасти то малое стадо, в котором присутствует Сам Христос, а потом уже можно идти дальше.

Сколько мечтателей было в человеческой истории и в Церкви, в том числе таких, кто горделиво предлагал осчастливить сразу весь род человеческий! Христос тоже пришел всех спасти. Но разница заключается в том, что проходило немного времени, и от обещаний этих мечтателей ничего не оставалось. Во всех этих лжеучениях была одна особенная черта: желание понравиться всем. И для этого надо было всем угодить. Для этого надо было создать другое христианство. «Православие не подходит современному человеку, — говорят враги православия, — оно слишком требовательно: бесконечные посты, длинные богослужения. Надо все упростить, встать вровень с современными людьми. Приходите к нам, у нас все понятнее, приятнее, доступнее. Вообще, давайте объединимся, создадим одну общую религию, и спасем сразу всех».

«Не о всем мире молю», — говорит Господь. Так всемирный потоп, несмотря на кажущуюся жестокость, был проявлением Божией заботы о всем человечестве. Чтобы спасти одну чистую ветвь, надо было отсечь остальные ветви, которые настолько прогнили, что могли заразить смертельной болезнью и эту единственную здоровую, и тогда все древо человеческого рода навеки погибло бы. Точно так же мы должны понимать истребление Израилем нечестивых языческих народов, о котором мы читаем в Ветхом Завете. Если бы не сохранился в человечестве этот чистый, незамутненный в исповедании Богом данной веры остаток, о котором говорит апостол Павел (Рим. 9: 27), то не явился бы из него Мессия Христос, Спаситель всего рода человеческого.

Велико было развращение допотопных людей и язычников, но благодаря пришествию в мир Христа и для них среди беспросветного ада воссияла надежда. Вы помните, как апостол Петр говорит об этом. Христос, сойдя во ад, «находящимся в темнице духам проповедовал, некогда непокорным ожидавшему их Божию долготерпению во дни Ноя, во времена строения ковчега» (1 Пет. 3: 19-20). И те из нечестивых людей, погубленных потопом или беспощадным истреблением богоизбранным народом, которые приняли проповедь покаяния, были спасены.

Судьбы человечества связаны с хранением истины. Все, что происходит в мире, все катаклизмы, потрясения, войны — все сводится к одному простому: насколько хранится истина в роде человеческом, настолько Господь хранит его. Поэтому так опасен всякий компромисс с ложью, якобы ради спасения всех, ради физического сохранения Церкви. И даже якобы ради Господа. Слово Писания отвечает таким людям: «Не говори: ради Господа я согрешил, потому что Он не имеет надобности в муже лукавом и грешном; то, что Он ненавидит, не должно делать» (Сир. 15: 11-12). Пока в мире будет хоть один человек, говорят святые отцы, до конца верный истине, мир еще будет иметь смысл своего существования.

«Не о всем мире молю», — молится Христос. Весь мир так Бог возлюбил, что Сына Своего Единородного послал, чтобы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную (1 Ин. 4: 9). Христос молится о мире и умирает за этот мир. Но прежде всего Он молится за тех, кто принимает Его слово истины и верует Ему. Он молится о всех верующих в Него на всяком месте и во все века. И мы с вами охвачены этой молитвою Господней.

Господь видит опасность, которая исходит от мира для Церкви Его. «Сохрани их от мира», — молится наш Господь. Неужели Он хочет взять Своих учеников из этого мира, послать огненные колесницы, как послал пророку Илии, чтобы вознести их на небеса, чтобы они были избавлены от этого мира? Нет, Христос молится о другом. Он не молится о том, чтобы Его ученики могли избежать мира и его ненависти. С неизбежностью эта ненависть обрушится как на Христа, так и на Его учеников, потому что они не будут соответствовать понятиям этого мира. Мир, который лежит во зле и во лжи, и те, кто освящены Божией истиной, всегда будут противостоять друг другу. Воля Божия, воля Христова в том, чтобы мы взяли свой крест, а не сошли с него. И среди нас будут мученики, но каждый в свой черед, пока не завершится свидетельство.

«Не молю о том, чтобы Ты избавил их от скорбей этого мира и от труда, и от креста, — молит Господь, — но о том, чтобы они были избавлены от неприязни, чтобы в этом противостоянии миру они могли победить, чтобы мир не победил их». И те, кого хранит Бог, будут всегда в безопасности, потому что кто может противостоять силе Божией! Под Божественным покровом будут всегда все, кто совершает служение Божие, кто стоит за истину. И в этот момент Спаситель обращается к Богу Отцу.

«Отче Святый», — говорит Он. Бога Христос называет Святым, то есть Тем, Кто ненавидит грех. И Кто сделает святыми всех, кто Ему принадлежит и сохранит их от греха и от всякой лжи. «Сохрани их от зла», — говорит Он. «И избави нас от лукавого, — молимся мы Господу, — защити от диавола искусителя, чтобы вера наша устояла. Спаси нас от губителя душ человеческих, сделай так, чтобы не было у нас смертельно опасного заблуждения, сохрани нас от зла мира сего». Не о том молится Господь, чтобы не было у нас скорбей и искушений, но чтобы мы сохранили свою веру в чистоте и непорочности, пройдя через все.

Сегодня мы, может быть, больше, чем когда-либо, нуждаемся в том, чтобы Сам Господь защитил нас. Мы погибнем, если Ты, Господи, не сохранишь нас. Но чем страшнее испытание, тем драгоценнее сияет истина, тем совершеннее радость. Сам Господь молится за нас, чтобы радость наша была совершенной. В этом смысл всего, что совершается в человеческой истории, в жизни каждого из нас. В этом смысл Его пришествия к нам. Бог желает, чтобы у нас была полнота радости, чтобы эта радость была у нас вовеки. Христос — наша радость. Без Него всякая радость меркнет и становится быстро своей противоположностью.

Христос — наша радость, и потому радостью нашей должен стать каждый человек, как для Него радость — каждый человек. И потому преподобный Серафим каждому приходящему к нему говорит: «Радость моя, Христос воскресе!» Оттого что Христос воскрес, это принадлежит всем людям. Каждый человек — радость для Господа, и для нас в Господе каждый человек должен стать радостью.

Потому апостол Иоанн Богослов говорит, и в этом заключается богословие святых отцов: «Для меня нет большей радости, чем видеть детей своих, ходящих в истине» (3 Ин. 1: 4).

Протоиерей Александр Шаргунов, настоятель храма Святителя Николы в Пыжах, член Союза писателей России

http://ruskline.ru/news_rl/2013/06/15/ne_o_vsem_mire_molyu/
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 74612

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #3 : 16 Июня 2013, 16:38:22 »

Неделя 7-я по Пасхе, святых отцев I Вселенского Собора



 Сегодня мы празднуем память св. Отцев Первого Вселенского собора. Он состоялся более полутора тысяч лет тому назад, в 325г. от Рождества Христова, в г. Никее. На нём присутствовали 318 епископов со всего христианского мира. По какому же случаю собрались они из разных стран в Никею?

Перед Церковью стояло несколько важных вопросов. Например, о праздновании Пасхи. Христиане в разных странах праздновали её в разное время. Было решено совершать этот великий праздник в первое воскресение после первого новолуния, после весеннего равноденствия. Так происходит расчёт Пасхалии и в наши дни.

Вторым важным вопросом было учение александрийского протопресвитера Ария. Он был учёным человеком и даже преподавал в знаменитой Александрийской катехизаторской школе. Арий не признавал Иисуса Христа равным Богу Отцу, и считал Его творением Бога Отца. У него появилось много последователей, и, наконец, он возмутил всю Церковь своей ересью.

На соборе Арий со всеми спорил и упорно отстаивал своё заблуждение. Святитель Николай, присутствовавший при этом, в конце концов, не стерпел его богохульства и ударил по щеке. Отцы собора сначала осудили святителя Николая и даже лишили омофора. Однако в первую же ночь некоторые из них увидели, как Божия Матерь возвращает ему омофор и Евангелие.


Святитель Николай заушает Ария на Вселенском соборе.

Поэтому и они решили простить известному чудотворцу его поступок, вызванный ревностью о славе Божией. На том же соборе было решено учение Ария предать анафеме, а самого еретика отправить в ссылку.

Ещё один вопрос, который рассматривался на I Вселенском соборе, касался Символа веры. Он начинался так: «Верую во единого Бога Отца Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым». В нём коротко была изложена сущность Православия, а про Господа Иисуса Христа сказано для обличения Арианской ереси, что Он рождён от Бога Отца, а не сотворен. На Втором Вселенском соборе этот Символ веры был дополнен учением о Единой Святой соборной и апостольской Церкви, о Крещении (что допустимо только один раз креститься), и о Воскресении (чаю воскресения мертвых и жизни будущего века). В таком виде он остаётся и до наших дней и поётся в храмах всем народом во время Божественной Литургии.

Казалось бы, I Вселенский собор и учение Ария – дела давно минувших дней, и к нам никакого отношения иметь не могут. Но нет!

И сейчас многие готовы признать Иисуса Христа исторической личностью, пророком, учителем веры, но только не Богом. А это и есть арианская ересь, осужденная ещё на 1 Вселенском соборе. Мы же считаем Спасителя Истинным Богом, несмотря на то, что Он принял на Себя Человеческое естество, и воздаем Ему честь, равную с Богом Отцом и Св. Духом. Аминь.

 Сегодня мы празднуем память св. Отцев Первого Вселенского собора. Он состоялся более полутора тысяч лет тому назад, в 325г. от Рождества Христова, в г. Никее. На нём присутствовали 318 епископов со всего христианского мира. По какому же случаю собрались они из разных стран в Никею?

Перед Церковью стояло несколько важных вопросов. Например, о праздновании Пасхи. Христиане в разных странах праздновали её в разное время. Было решено совершать этот великий праздник в первое воскресение после первого новолуния, после весеннего равноденствия. Так происходит расчёт Пасхалии и в наши дни.

Вторым важным вопросом было учение александрийского протопресвитера Ария. Он был учёным человеком и даже преподавал в знаменитой Александрийской катехизаторской школе. Арий не признавал Иисуса Христа равным Богу Отцу, и считал Его творением Бога Отца. У него появилось много последователей, и, наконец, он возмутил всю Церковь своей ересью.

На соборе Арий со всеми спорил и упорно отстаивал своё заблуждение. Святитель Николай, присутствовавший при этом, в конце концов, не стерпел его богохульства и ударил по щеке. Отцы собора сначала осудили святителя Николая и даже лишили омофора. Однако в первую же ночь некоторые из них увидели, как Божия Матерь возвращает ему омофор и Евангелие.
Святитель Николай заушает Ария на Вселенском соборе.
Святитель Николай заушает Ария на Вселенском соборе.

Поэтому и они решили простить известному чудотворцу его поступок, вызванный ревностью о славе Божией. На том же соборе было решено учение Ария предать анафеме, а самого еретика отправить в ссылку.

Ещё один вопрос, который рассматривался на I Вселенском соборе, касался Символа веры. Он начинался так: «Верую во единого Бога Отца Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым». В нём коротко была изложена сущность Православия, а про Господа Иисуса Христа сказано для обличения Арианской ереси, что Он рождён от Бога Отца, а не сотворен. На Втором Вселенском соборе этот Символ веры был дополнен учением о Единой Святой соборной и апостольской Церкви, о Крещении (что допустимо только один раз креститься), и о Воскресении (чаю воскресения мертвых и жизни будущего века). В таком виде он остаётся и до наших дней и поётся в храмах всем народом во время Божественной Литургии.

Казалось бы, I Вселенский собор и учение Ария – дела давно минувших дней, и к нам никакого отношения иметь не могут. Но нет!

И сейчас многие готовы признать Иисуса Христа исторической личностью, пророком, учителем веры, но только не Богом. А это и есть арианская ересь, осужденная ещё на 1 Вселенском соборе. Мы же считаем Спасителя Истинным Богом, несмотря на то, что Он принял на Себя Человеческое естество, и воздаем Ему честь, равную с Богом Отцом и Св. Духом. Аминь.

Архимандрит Борис (Долженко)

http://rusk.ru/newsdata.php?idar=61433
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 9251


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #4 : 02 Июня 2014, 16:02:37 »

Господь, Бог и Спаситель

Сергей Худиев


В 7-ю неделю по Пасхе Церковь празднует память отцов Первого Вселенского Собора. Что совершил этот Собор? Он отстоял веру Церкви в то, что в Господе нашем Иисусе Христе мы встречаем не просто Кого-то великого или даже сверхъестественного — мы встречаем Бога. Иисус есть совершенный Бог и совершенный человек; Его слова и деяния — это слова и деяния Бога. Его обетования и предостережения — это обетования и предостережения Бога.



Первый Вселенский собор. Румынская фреска XVIII в.      


Эта вера отличает христиан от всех остальных: многие религиозные системы охотно хотели бы включить Иисуса в свои картины мира — как Пророка, как Посвященного, как продвинутого Гуру, как Одного из Великих Учителей нравственности, но христианство — это вера в Иисуса Христа как Бога.

На эту веру тогда восстала ересь Ария. Арий учил, что Сын Божий — величайшее из сотворенных существ, но не Бог в собственном смысле. То есть, конечно, Арий признавал, что Сын в Библии неоднократно назван Богом (напр., Евр. 1:8–12), но предлагал трактовать это как указание на «подобосущие» Сына Отцу, видя в Нем высочайшее из творений — но все же творение. Это учение в наше время отчасти воспроизводят «Свидетели Иеговы».

Взгляды Ария казались более простыми, понятными — они нравились людям, для которых тайна Троицы казалась не только непостижимой, но и раздражающей.

Отцы Собора отвергли эту ересь и твердо определили: Сын Божий единосущен Отцу, то есть Он обладает Той же божественной Природой, что и Отец. Что это означает и почему это так важно?

Апостольское возвещение «Бог есть любовь» (1Ин. 4:8.) широко известно, его охотно повторяют, в том числе и нехристиане. Но на чем основано это возвещение? На жертве Христа: «Любовь познали мы в том, что Он положил за нас душу Свою: и мы должны полагать души свои за братьев» (1Ин. 3:16), «Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас» (Рим. 5:8.).

Но каким же образом мучительная смерть хорошего человека, праведника, всецело преданного Богу, доказывает любовь Божию? Скорее, она могла бы породить тяжелые сомнения. Как жертва Этого Человека может быть жертвой Бога? Если за нас вочеловечилось и умерло творение — хотя бы и самое высокое, Бог-то тут при чем? Он таких творений может насоздавать сколько угодно. Возвещение «Бог есть любовь» имеет смысл только в том случае, если Тот, Кто умер за нас на Кресте, — и совершенный Человек, и Совершенный Бог. Святой апостол Павел заповедует пресвитерам Церкви «пасти Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе Кровию Своею» (Деян. 20:28). О «крови Бога» имеет смысл говорить только в одном случае: если Иисус Христос, как это постоянно утверждает Писание, есть Бог.

В Библии это возвещение о Божественности Христа очень настойчиво, более того, оно промыслительно дано таким образом, чтобы исключить арианское перетолкование в смысле «тварного бога». Во времена Спасителя благочестивые люди избегали говорить о Боге прямо, опасаясь нарушить заповедь «не поминай имя Господа Бога твоего напрасно». В речи на Бога чаще указывали косвенно: «Благословенный», «Господь», «Небо», «Великий Царь», «Судия».

И вот Иисус указывает на Себя как на Царя, Судию, Того, Кто посылает Пророков, Того, о Ком в ветхозаветных пророчествах говорится как о Боге и т.д. В контексте Писания это не может означать ничего, кроме предельно ясного заявления о Своей Божественности. Вспомним хотя бы притчу о Страшном Суде:

«Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей, и соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов; и поставит овец по правую Свою сторону, а козлов — по левую” (Мф. 25:31–33).

Судией всех народов здесь выступает Иисус, хотя в библейском контексте никакого другого высшего Судии, кроме Бога, нет и быть не может. Окружающие Его отлично это понимали:

«Иудеи сказали Ему в ответ: не за доброе дело хотим побить Тебя камнями, но за богохульство и за то, что Ты, будучи человек, делаешь Себя Богом» (Ин. 10:33).

Церковное возвещение «ни ходатай, ни ангел, но Сам Господи воплощься и спасл еси всего мя человека» глубоко укоренено в Священном Писании, более того, и составляет его, Писания, главное содержание.

Для человека внешнего этот догматический вопрос — Кем именно мы должны почитать Господа Иисуса — иногда кажется просто неважным. И этому есть причина: такой человек живет без надежды. Если мы все равно навсегда умрем — не так важно, какими историями мы утешаем себя перед лицом неизбежного исчезновения.

Но когда мы обретаем надежду на жизнь вечную, для нас становится очень важным, на Кого мы надеемся и к Кому мы взываем в молитве.

Ведь в молитве мы с верою ищем покориться Иисусу Христу как Господу, просим милости у Него как у Судии, уповаем на Него как на Спасителя, а в библейском контексте никакого другого Господа, Судии и Спасителя кроме Бога нет. Как говорит Бог через Пророка Исайю, «Я, Я Господь, и нет Спасителя кроме Меня» (Ис. 43:11).

Такая молитва и такая вера возможны, только если Христос есть истинный Бог.

И эту спасительную веру отстояли для нас Отцы Первого Вселенского Собора, память которых мы ныне с благодарностью и благоговением совершаем.



2 июня 2014 года

http://www.pravoslavie.ru/put/71166.htm

Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 74612

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #5 : 23 Мая 2015, 21:34:35 »

Что мы без Никейского Символа веры?

Слово протоиерея Александра Шаргунова в неделю 7-ю по Пасхе



Символ веры, который мы исповедуем в начале каждого дня и за каждой Божественной литургией, неотделим от наших молитв и таинств. Никогда уже не можем мы помолиться и причаститься без исповедания веры в Господа Иисуса Христа, «иже от Отца рожденнаго прежде всех век; Света от Света, Бога истинна от Бога истинна, рожденна, несотворенна, единосущна Отцу, Имже вся быша. Нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с Небес, и воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася. Распятаго же за ны при Понтийском Пилате, и страдавша, и погребенна. И воскресшаго в третий день по Писанием. И восшедшего на небеса, и седяща одесную Отца. И паки грядущего со славою судити живым и мертвым, Егоже Царствию не будет конца».

В каждом из этих слов звучат голоса людей, которым мы молимся сегодня, — святых отцов I Вселенского Собора и всех до них и после них потрудившихся, чтобы сохранить для нас эту веру. Всем нам известны эти имена: Ириней Лионский, Афанасий Великий, Василий Великий, Григорий Богослов и Григорий Нисский, Кирилл Александрийский и Кирилл Иерусалимский, Максим Исповедник, Августин Иппонийский, Лев Великий и великое множество бесстрашных свидетелей истины, поддерживаемых Духом Святым всякий раз, когда возникала угроза истине. Они смерть предпочитали отступлению от истины. И вместе с их голосами, когда мы читаем утренние молитвы и когда поем за Божественной литургией, прежде чем вступить в Евхаристический канон, звучат голоса миллионов людей, из небытия в бытие призванных Богом. Через все века звучит наша вера, зажигая огнем Пятидесятницы души верующих в Господа Иисуса Христа, будь это ученый богослов, будь это патриарх или смиренный юноша, или простая бабушка, или едва научившийся говорить младенец.

Символ веры, который мы исповедуем, означает, что Бог предлагает нам все, что есть у Него, все самые сокровеннейшие тайны о Себе и Самого Себя. Христос — Бог и Господь наш — так, как Он восхотел. В Нем господство смиренной любви — то, что столь трудно дается духу человека. Бог, царствующий через уязвимость Богомладенца и через распятие на Кресте. И никто не может остаться нейтральным по отношению к Нему. Все стоят перед выбором: либо отвергнуть Его как Бога, либо открыться Его свету. Либо возвести Его на Крест, либо уверовать в Него. Иного не существует.

Разорвать абсолютную тождественность между Тем, Кто приобщился навсегда нашей плоти и крови, и несотворенным, Рожденным прежде всех век — значит разорвать неслитное и нераздельное общение между Отцом и Сыном. Посягать на Дух Святой. «Кто лжец, если не тот, кто отвергает, что Иисус есть Христос? Это антихрист, отвергающий Отца и Сына»(1 Ин. 2, 22). Не потому ли святитель Афанасий Великий называет Ария предтечей антихриста? Всякое ложное учение о Слове, ставшем плотию, неизбежно затрагивает тайну Пресвятой Троицы. «Всякий, отвергающий Сына, не имеет и Отца; а исповедующий Сына имеет и Отца» (1 Ин. 2, 23). И «всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, не есть от Бога, но это дух антихриста, о котором вы слышали, что придет и теперь уже есть в мире» (1 Ин. 4, 3).

Что мы без Никейского Символа веры? Только человеческая церковь, без надежды на избавление от греха и смерти. Если Христос не Бог, Он не воскрес. Без Воскресения Христова нет никаких таинств, нет Евхаристии. Одним убийственным ударом этого лжеучения поражается и физическое тело Христа, и тело Его Церкви, и Его евхаристическое тело, и тело каждого из нас. И точно так же — все, что искажает Евхаристию, или Церковь или естество человека, так или иначе приводит к арианской ереси.

Все беды, какие есть в мире, — разделение между душой и телом, плотью и духом, истиной и искренностью, разумом и волей — происходят по одной причине, что люди не знают Христа как Бога. Все беды человечества существуют только от того, что люди не смеют веровать в то, чем Бог смеет быть. Они страшатся быть любимыми так, как Бог берет на Себя риск их любить. Они не ждут от Него того, что Он пришел предложить их ожиданиям.

«Блажен, кто обладает всяким благом. Наши заповеди блаженства заключаются в том, чтобы участвовать в блаженстве Самого Бога», — говорит святой Григорий Нисский. «Блажен тот, кто полагает свою радость исключительно в той единой славе, которая есть Бог», — говорит святитель Василий Великий. Пока Церковь наша хранит неповрежденной веру во Христа Бога, ничто не может заставить ее уклониться от спасительного пути.

Жизнь христианская — поклонение Богу, исполненное любви, но также вера Церкви. Поклонение в Духе и Истине — поклонение, где Дух Святой ведет к истине, которая есть Иисус Христос. Поклонение, где нам открывается в сокровенности Духа Святого, которого Он дает, истина, что Он — от начала Сущий. Так велика была радость Пасхи, что в течение сорока дней мы все молитвы начинали со слов: «Христос воскресе из мертвых», а теперь говорим: «Приидите, поклонимся Цареви нашему Богу. Приидите, поклонимся и припадем Христу Цареви нашему Богу. Приидите, поклонимся и припадем Самому Христу, Цареви и Богу нашему. Приидите поклонимся и припадем Ему».

Протоиерей Александр Шаргунов, настоятель храма свт. Николая в Пыжах, член Союза писателей России

http://ruskline.ru/news_rl/2015/05/23/chto_my_bez_nikejskogo_simvola_very/
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 74612

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #6 : 11 Июня 2016, 13:56:53 »

Василий  Катков

Самодержавие и христианство

Ко Дню России и Неделе 7-й по Пасхе, святых отцев I Вселенского Собора



Ко Дню России и Неделе 7-й по Пасхе, святых отцев I Вселенского Собора, мы публикуем статью замечательного русского правоведа, доцента Императорского Харьковского университета, профессора Императорского Новороссийского университета Василия Даниловича Каткова (1867 - после 1917), впервые напечатанную в «Харьковских губернских ведомостях» (1907. N15). Публикацию, специально для Русской Народной Линии, подготовил профессор А.Д. Каплин.

+ + +

 

И. Глазунов. Вечная Россия
 

...Нет силы сильнее веры. Не преоборима и грозна она, как

нерукотворная скала среди бурного, вечно изменчивого моря.

Гоголь


Русское Самодержавие как полнота власти Всероссийских Императоров и основной институт русской государственной жизни не может быть понято во всем его значении без отношения к тем верованиям русского народа, которыми определяется все его миросозерцание и отношение к жизни, людям, государству и власти. Но когда затрагивается вопрос о верованиях и религии, о христианстве и Церкви, люди без труда замечают, что это такой предмет, который не доступен пониманию каждого: пониманию не только разсудочному, но и пониманию всем нашим существом. Схватить его умом как факт внешней жизни, существование которого не может подлежать сомнению, в состоянии каждый. Но не каждый способен отозваться на него всей полнотой своей личности: умом и сердцем, волей и нравственным чувством.

Был такой римский поэт, который оставил нам красивую фразу: dulce et decorum est pro patria mori (сладко и славно умереть за отечество); но когда судьба послала ему случай умереть в битве за отечество, он предпочел бросить свой щит и позорно бежать с поля чести. Понимать величие патриотизма может каждый, но понимать его так, чтобы в этом понимании сливались мысль и воля, слово и дело, - такое понимание доступно только избранным натурам, тем редким людям, которые составляют украшение человеческой истории.

 

М.Нестеров «Святая Русь»

Так и в вопросе о религии. Понимать ее значение может всякий, даже скептик и атеист. Но это понимание рискует остаться неполным и односторонним и исключительно разсудочным. Вполне понять ее значение может только тот, кто в состоянии вместить связанное с нею миросозерцание и осуществить своею жизнью предъявляемые ею требования. А таких людей еще меньше, чем истинных патриотов. Они родятся еще реже, чем гении умственной культуры, изобретатели, истинные ученые и артисты...

Как бы мы ни называли их «святыми», великими людьми, героями, благодетелями человечества, опорами веры и нравственности, - они составляют редкое исключение и еще раз подтверждают, что не все, в чем нуждаются люди, может быть доступно толпе. Это редкие маяки в человеческом море: маяки, без которых нельзя и думать о благополучии и прогрессе в жизни людей. Почвой, из которой вырастают эти маяки, и материалом, из которого они складываются, являются коренные убеждения, верования, религия людей.

Верования эти различаются и по характеру и по степени у различных лиц. У материалиста и атеиста есть также свои верования, но это не те верования, которые всегда и везде двигали народами и создавали сильные общества. Человечество в массе никогда не жило и никогда не будет жить без религии, а крепкое духом общество не мыслимо без веры в личную ответственность не только перед собственной, обыкновенно сговорчивой, совестью, не только перед внешним формальным судом, но и перед Вечным и Вездесущим Судией, не только во время нашего пребывания здесь на земле, но и в загробной жизни. Другими словами, понятие долга, этого фундамента нравственности и первого условия порядка и прогресса в общественной и государственной жизни, не может иметь ни прочности, ни длительности, ни глубины, ни силы, ни красоты без религиозных идей о безсмертии души, об ответственности за гробом и о Боге - Судии и Воздаятеле.

Вот почему религия всегда и у всех народов, сознательно и безсознательно, открыто или скрыто, признавалась не только фактом нравственного и метафизического характера, но и государственным институтом. Государства не только в той или иной форме признавали за религией право на существование и ограждали ее доступными им мерами, но и создавали по возможности благоприятные условия для ее укрепления. Эта охрана дается религии даже там, где сделаны наибольшие уступки религиозному сомнению и неверию, или где отношение к ней общества делает, по-видимому, излишним ближайшее вмешательство государства.

Однако не всякое государство в состоянии оказывать эту охрану религии в одинаковой мере. Наибольшую защиту религиозные интересы могут найти в государствах наследственно-монархических с сильной властью Государей. Наименее же надежна для этой защиты республиканская форма правления.

Это понятно. Какова бы ни была республика по названию и стремлениям, то есть будет ли она аристократической или демократической, фактически управление ею всегда сосредоточивается в руках того класса людей, который больше всего стремится ко власти, видя в ней средство эксплуатировать других: класса, прикрывающегося иногда, по соображениям благоразумия, религиозными верованиями, но на деле верующего только в земное существование и в земные блага, класса, не признающего в душе никакой другой ответственности, кроме формального суда да «мнения» тех, от кого зависит его общественное положение, и никакого Бога кроме денег и власти.

Иное положение монарха; и особенно монарха с наследственной самодержавной властью. Его положение исключительное: такое, какого не может быть ни у президента какой-нибудь республики, ни у монарха «конституционного».

Власть президента или власть «конституционного» монарха ограничена выборным началом или непосредственно или посредственно через якобы народных представителей. Страх не быть вновь избранным или сознание собственного безсилия при отсутствии поддержки со стороны случайных людей, поставленных временным настроением у власти, парализует энергию правителя. Численное большинство, состоящее по необходимости из посредственностей, может желать того, что расходится с глубочайшими требованиями религии, того, что несправедливо, что отвергается нравственностью. И правитель, связанный в своей власти этими ошибками минутных настроений толпы, должен уступить, должен идти наперекор истории, подвергая опасности будущее страны.

 

 М. В. Нестеров. На Руси. Душа народа

Иное положение монарха самодержавного. Народ, которым он правит и от которого он зависит, не те, скажем, 145 миллионов жителей, которые населяют территории России в данную минуту. Нет! Народ его - это те миллиарды, которые жили в продолжении тысячелетней истории страны и которые будут жить в ней, когда исчезнем не только мы, но и наши правнуки. Такая власть стоит вне минутных настроений толпы. Она ответственна перед Богом и историей. Ей нечего заискивать у теперешнего населения с его временными интересами, временными настроениями и ошибками. Она боится Бога и никого больше на земле.

Только такая власть и может быть проводником истинной воли Божией на земле. Только такая власть может без страха перед толпой выполнять требования религии, понимать ее значение в человеческой жизни, охранять ее и не входить в сделки со стремлениями и желаниями, выдаваемыми за народные. Только такая власть в состоянии отличить глас истинного народа, который является гласом Божиим, от гласа того «народа», который Христа предал.

Только самодержавная власть «Божией милостью» имеет достаточно в себе силы противостать веяниям, идущим от «князя века сего».

Необходимость такой власти понятна и людям Запада. «Савиньи, - говорит Ренан (Reforme iutel. et. mor. 74, 75) - показал, что обществу нужно правительство, приходящее извне, свыше, из прошлого, показал, что общественная власть не истекает целиком из общества, что существует право философское и историческое (божественное, если угодно), которое налагается (qui impose) на нацию»... Только понимать важность такой власти и быть в состоянии сохранить ее от натиска эгоистических властолюбивых стремлений времени, очевидно, не одно и то же. Общественная жизнь, как и частная, слагается по большей части не так, как того требуют идеалы, а так, как это позволяют результаты борьбы между высшими идеальными стремлениями и эгоистической натурой человека и общества. Video meliora proboque, deteriora sequor! (вижу лучше и одобряю, а следую худшему).

Итак, лучшей опорой для тех идеалистических стремлений, которые составляют сущность религии (в частности - христианства), является самодержавная монархическая власть. Только под ее защитой низшие интересы данного времени, данных обстоятельств и данного поколения народа не будут в состоянии задушить верховные интересы истории, великие заветы прошлого, честь, славу и будущность расы...

Вот почему Самодержавие является не только государственным, но и нравственным институтом с религиозным освящением. Оно оправдывается разумом, совестью и историей.

Понятно поэтому, почему в христианстве, этой совершеннейшей из религий, есть скрытые течения в сторону монархического начала в государственной жизни и при том «монархического» в первоначальном и истинном смысле этого слова: в нем есть тенденция к абсолютному, тенденция к Самодержавию.

Выставив идеалом «Царство Божие», «Царство не от мира сего», христианство не дало прямых указаний относительно устроения земного существования людей, относительно «форм правления». А заповедав повиноваться всякой власти, даже языческой, христианство тем самым воспретило стремиться к каким-либо государственным переворотам, если они сталкиваются с долгом повиновения существующей власти. Но если принять во внимание самую жизнь Христа, его пример и пример первых его последователей, то мы не можем не видеть, что самодержавная монархическая власть получила особое освящение со стороны христианства.

Христос родился и жил под властью римских цезарей-самодержцев. В известном случае он прямо указал: «Воздавайте кесарево Кесарю» и этим не только молчаливо освятил власть самодержцев, но и воспретил все то, что несогласно с нею, то есть не только прямой бунт или восстание, но и те политические происки, конечная цель которых - вырвать, если не целиком, то отчасти эту власть у Государя. Первые христиане вышли из среды, жившей тем идеалом государственной организации, который дан был в Библии. Древние самодержцы - царь Давид, Соломон и другие мудрые и благочестивые библейские цари чтились христианами так же, как и евреями. Не было нужды давать людям какой-либо иной идеал государственной организации.

И в последующей истории христианства мы видим тенденцию к монархическому началу: республиканские формы слишком слабы, чтобы служить опорой идеальным стремлениям к абсолютизму. Где христианская церковь сливалась с государством, как в католицизме, там она принимала монархически-самодержавную форму. Ею освящена была и самодержавная власть греческих императоров.

Только самодержавная власть не имеет нужды преклоняться перед неверием тех сильных, богатых и ученых людей, услугами которых ей приходится пользоваться в управлении. Только через самодержавную власть получает себе крепкую охрану то, что всего выше и дороже для народа: вера предков, святые предания...

Где ослабевала государственная власть, там открывались широкие двери для вторжения в народную жизнь чуждых элементов, подтачивавших его верования и разрушавших его силу. А история свидетельствует нам, что следующее за расслаблением падение государства является часто и падением его веры.

 

 

Эту связь между верой, силой национальности, ее независимостью, славой и влиянием понимали и древние собиратели и творцы русской земли. О ней постоянно следует помнить нам, потомкам этих создателей Руси, в наше смутное время, когда внешние и внутренние враги стараются унизить русский народ, стереть самое имя его (как в первой Думе), установить позорное рабство перед враждебно относящимися к нам инородцам, оскорбить нашего Верховного Вождя, осмеять нашу веру... Только в союзе веры и сильной монархической власти наша победа; только при них нам нет нужды бояться кого-либо или чего-либо. Только с верой в груди и покорностью своим царям в состоянии мы будем, в конце концов, крикнуть современным «ляхам» последними предсмертными словами легендарного Тараса (древнего «черносотенца»)... «Что, взяли, чертовы ляхи? Думаете, есть что-нибудь на свете, чего бы побоялся казак? Постойте же, придет время, будет время, узнаете вы, что такое православная русская вера! Уже и теперь чуют дальние и близкие народы: подымется из Русской земли свой царь, и не будет в мире силы, которая бы не покорилась ему!»...

http://ruskline.ru/analitika/2016/06/11/samoderzhavie_i_hristianstvo/
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 9251


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #7 : 09 Июня 2019, 00:04:26 »


Истина стоит крови Христовой


Слово в Неделю 7-ю по Пасхе …


Первый Вселенский собор


Сегодня Церковь совершает память святых отцов I Вселенского Собора. Он состоялся в 325 году, после окончания трехвекового гонения на Церковь, когда сатана, ненавидящий истину, видя, что ему не удается уничтожить Церковь физически, пытался разрушить ее изнутри ложными учениями. Церковь отстояла истину Православия на Соборе, где собрались духоносные мужи, которые до этого уже запечатлели свою веру исповедничеством, и в подтверждение истинности догматов, которые они исповедовали на Соборе, могли показывать раны, принятые ими за Христа во время гонений.

Истина стоит очень дорого. Она всегда стоит Крови Христовой. Тот, кто хочет войти в истину, должен заплатить жизнью, чтобы обрести эту истину, а не просто внешне исповедать. Ее нельзя приобрести другим способом, как только верой во Христа. И это означает — отдачей Ему всей своей жизни.

Мы слышим сегодня за литургией молитву на Тайной Вечери Господа нашего Иисуса Христа, которая называется Первосвященнической. Накануне Своих Крестных Страданий, прежде чем Он будет предан на поругание и отвергнут людьми, прежде чем Он принесет Себя в жертву за спасение рода человеческого, Христос молится. О ком Он молится?

Он видит все, что будет с человечеством до последних его дней, от Него ничто не сокрыто, ибо о жизни каждого человека Он говорит: «Прежде чем ты был соткан во чреве материнском, Я видел все вхождения твои и исхождения твои». «Прежде нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя» (Иер. 1, 5). То же самое Господь может сказать и о судьбах всех народов, о том, что происходит со всей историей человечества. Господь видит тюрьмы, распятия, страшные преследования, которым будут подвергаться Его ученики, когда они будут испытаны огненным испытанием и будут поставлены перед выбором мученичества или отречения от Христа.

Господь говорит слова, на которые мы не можем не обратить внимания: «Я о них молю: не о всем мире молю, но о тех, которых Ты дал Мне, потому что они Твои». «Я о них молю», — говорит Господь и еще раз повторяет, что Его молитва не о всем мире, а только о тех, кто верит в Бога. Такие удивительные слова — «о тех, которых Ты дал Мне», то есть Он молится только о тех, которые принадлежат Христу.

Неужели Христос ненавидит мир? Неужели Он пришел не для того, чтобы спасти всех? Нет, мы знаем, что Господь никогда не отворачивается от мира, и тем более не ненавидит его. Самое величайшее проявление Его любви в том, что Он пришел, чтобы до конца разделить с нами скорбь, смерть и весь ужас человеческого существования. Он Сам сказал: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин. 3, 16).

Что же означают Его слова о том, что Он не о мире молится, но о верующих в Него? Эти слова означают, что в конце концов все зависит только от Церкви, от тех, кто верит в Него, — сохранится эта вера в мире или не сохранится. Судьба каждого народа и всего человечества зависит от этого. Если Церковь поколеблется в своей вере и утратит ее чистоту, если Церковь отречется от Христа, тогда наступит полная тьма в мире, гибель всего человечества. И потому Первосвященническая молитва Христа о Церкви — не только о тех, кого дал Ему Отец Небесный в земной жизни, но о всех верующих по их слову, то есть и о всех нас.

Сатана хочет только одного — чтобы Церковь утратила истину исповедания, приняла какую-нибудь ересь. Поэтому все последующие века после трех столетий гонения на веру в Церкви шла непримиримая борьба с лжеучениями, которые покушались на самые главные тайны веры, на наше спасение. Истина спасительна, потому что она не содержит никакой примеси лжи. Она дает нам надежду, что мы не погибнем, а приобщимся Тому, Кто истиной побеждает диавола, грех и смерть.

Мы спасаемся истиной — жизнью, в которой нет никакого тления. Мы спасаемся светом, в котором нет никакой тьмы, сами в себе нося смерть, грех и ложь, и борясь с тьмой этим остаточным светом — то есть своей совестью и разумом, который остался в каждом человеке после его отпадения от Бога.

Мы спасаемся высшим светом, устремляться к которому призван каждый человек исповеданием истины тех догматов, которые непоколебимо хранит Церковь. Если бы Церковь когда-нибудь поколебалась в этих догматах, то нас бы здесь просто не было. Не нужно было бы закрывать храмы, разрушать их и восстанавливать снова. Или они стояли бы, но не имели никакого значения, если бы мы не знали, что в Православии нет никакой лжи, заблуждения, греха, а есть только истина, свет и жизнь.

Чтобы обрести подлинное исповедание, мы должны быть способными, так же, как святые отцы, показывать свои раны за Христа и всегда быть готовыми принять эти раны. Потому что если мы потеряем свое спасение, что значит для нас земная жизнь, которая сегодня есть, а завтра ее нет?

Самое страшное — это внешнее исповедание веры, когда вера мертва, когда она, по существу, бесовская. Как мы знаем, «и бесы веруют, и трепещут» (Иак. 2, 19). Хуже всего — вера книжников и фарисеев, которые как будто исповедовали истинную веру, занимаясь изучением Священного Писания, однако когда к ним пришел Сам Бог, они отвергли Его и предали смерти. Точно так же произойдет и с теми, кто как будто в Церкви, но вера их внешняя, и когда явится антихрист, они будут обмануты ложью. Обмануты тем, кто выдает себя за Спасителя мира, за Христа.

В прошлый четверг, в праздник Вознесения Господня, был освящен храм в честь новых мучеников и исповедников Церкви Русской. Это большое радостное событие. Оно напоминает нам, что весь путь нашей Церкви — от первых прославленных русских святых, благоверных князей страстотерпцев Бориса и Глеба, до последнего святого царя — многоскорбный, крестный. Все мученики на иконах изображаются с крестом в руке. Крест — полнота исповедания истинной христианской веры. И впереди, «судя по Писанию и по характеру нынешнего народа», как говорит преподобный Силуан Афонский, нас ждут новые испытания. Поэтому мы должны особенно почитать христианских мучеников наших дней — в буквальном смысле новых, свидетельствующих о верности Господу среди зла сегодняшнего мира.

На днях была годовщина убиения воина Евгения Родионова, который принял страдание в Чечне в 1997 году. Официально он еще не прославлен Церковью. Но не было такого времени, когда не прославляла бы Церковь за исповедничество, какое явил воин Евгений. Принятие ради Христа страдания и смерти — высшее, что можно принести Богу. Все остальные подвиги — преподобничество, учительство, просветительство — идут вслед за этим, потому что мученичество ради Христа уже есть свидетельство, что истина существует — среди лжи, среди растления, среди торжества сатаны. Это свидетельство, что истина сильнее, что мы готовы ради нее принять любые страдания и саму смерть. Потому что Христос победил этот мир Своим Крестом, Своей смертью, и победил его, чтобы и мы стали победителями. Между прочим, в этот день, 23 мая, воину Евгению исполнилось 40 лет со дня рождения. А убит он был в 19 лет, в день своего рождения. Его нательный крестик, который был для него дороже жизни, в течение многих лет находился на престоле главного нашего храма, так же, как потом рядом с ним крестик невинно убиенной мученицы Людмилы Крюковой — замечательного христианского поэта, преподавателя Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Ее последняя лекция была о воине Евгении Родионове и о Кресте Господнем. Так получилось, что 23 мая этого года, в день рождения и мученической кончины воина Евгения, мы отпевали в нашем храме ее супруга, одного из первых наших алтарников, Михаила Михайловича Крюкова — ученого, преподавателя МГУ. Все эти годы он носил  крестик своей супруги в своем сердце. Он не был убит, но его смерть можно сравнить со смертью древней мученицы Софии, умершей от страданий своих чад — Веры, Надежды и Любови.  Все оказывается рядом.

Будем хранить свою веру и будем готовы никогда не отступить от нее — в мире, где так немного подлинных последователей Христа, и где их становится все меньше, где умножается нечестие и уготовляется путь грядущему скоро наглому антихристу.

Пусть любые страдания, пусть смерть за Христа! Впрочем, это высокая честь, которой Господь сподобляет Своих самых избранных. Но наступают времена, когда Господь может даровать эту милость и честь сразу многим. Надо, чтобы наше исповедание истины, с которого мы начинаем каждый свой день и поем за каждой Божественной литургией, было нашим вхождением в жизнь вечную. В ту жизнь, тайны которой содержатся в святых словах Символа веры.




Протоиерей Александр Шаргунов, настоятель храма свт. Николая в Пыжах, член Союза писателей России


http://ruskline.ru/news_rl/2017/05/27/istina_stoit_krovi_hristovoj/
Записан
Страниц: [1]
  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by MySQL Powered by PHP Valid XHTML 1.0! Valid CSS!