И.Р. ШАФАРЕВИЧ: «ЧЕЛОВЕЧЕСТВО ИМЕЕТ ШАНС ОСВОБОДИТЬСЯ…»
Сегодня наш собеседник - уникальный русский мыслитель, академик РАН, лауреат Ленинской премии по математике, создатель двух математических школ, автор книг "Русофобия", "Трехтысячелетняя загадка", "Русский народ в битве цивилизаций" – Игорь Ростиславович Шафаревич. - Игорь Ростиславович, расскажите немного о себе. - Я родился в 1923 году, то есть сейчас я уже очень стар. Всю жизнь я прожил в Москве, кроме двух лет во время войны, когда был аспирантом, защитил кандидатскую диссертацию, а потом был докторантом Математического института Российской Академии наук и вместе с ним был в эвакуации в Ашхабаде, Свердловске и в Казани.
- Какое дело Вашей жизни Вы считаете главным? - Главное дело жизни – это занятие математикой. Сначала алгебраическая теория чисел, потом алгебраическая геометрия и создание двух школ для работы в этих областях. Сейчас эти школы не существуют, потому что большинство моих учеников уехали за границу.
- Какие события Вашей жизни Вы считаете главными? - Это решение, принятое в 1963 году, вместе с моим учеником Женей Голодом, о так называемой башне в теории полей классов. И публикация в конце 70-х годов работы «Русофобия».
- Какие идеи Вашей жизни Вы считаете главными? - Это чувство, что я русский, и любовь к нашей своеобразной культуре и истории. Это странно, так как я складывался как личность в эпоху самого максимального и систематического гонения на эти тенденции за всю русскую историю. Может быть, здесь сыграло роль чувство протеста против любого давления, очень для меня типичное. Я обладал способностью систематически и логично излагать свои мысли, школой чего была математика. Единственное, что я умел делать, это обдумывать ситуацию, которую я наблюдал в течение жизни, и обдумывать было много чего. Правда, это приводило к столкновениям с запретами мышления, с табу, которые существуют в каждом обществе, а в нашем тогдашнем обществе, тем более, существовали, особенно в среде интеллигенции. И это вызывало ответные действия – сначала со стороны властей, потом – так называемой либерально-демократической интеллигенции.
- Какие люди сыграли в Вашей жизни особенную роль? - Примерно в 1970 году я вступил в так называемый сахаровский Комитет прав человека. В комитете состояло всего четыре человека, а из известных участников там был только сам А.Д. Сахаров, который и определял его значение в обществе. Меня очень раздражал абстрактный характер этого комитета. Предполагалось, что он изучает понятие прав человека, а не конкретную ситуацию, которая складывалась в наше время в нашей стране. Под влиянием этого раздражения я написал доклад о положении Церкви в Советском Союзе «Законодательство о религии в СССР». Этот доклад сначала распространялся в самиздате, потом попал на Запад, где был отпечатан в типографском формате и уже в таком виде попал обратно сюда, благодаря чему шире разошёлся в России. Результатом этого стало то, что я начал соприкасаться с большим числом представителей разных ветвей христианского вероисповедания, в том или ином смысле столкнувшихся с властями. Положение было действительно трагическое: я ничего не мог для них сделать, так что моя реальная роль ограничивалась тем, что я только сочувственно выслушивал их жалобы. Это были люди самых разных религиозных направлений: баптисты, адвентисты, иеговисты и, конечно, множество ортодоксальных христиан.
Почему-то мне до сих пор вспоминаются две старушки из Свердловска. Они ходатайствовали о том, чтобы их батюшке вернули единственный сохранившийся в громадном городе храм. Они добрались и до тогдашнего председателя комитета по делам Русской православной церкви при Совете Министров СССР В.А. Куроедова, грозились, что будут жаловаться на него в ООН, а меня всё спрашивали: «Сынок, а нас за это посадят или нет?» Я помню, были здесь такие разговоры, на этой квартире. Интересно, что всех этих людей разных религиозных взглядов объединяла уверенность, что их личная судьба имеет второстепенное значение в сравнении с более широкими, глобальными вопросами. Этим, как мне кажется, они и повлияли на меня.
- В чём главные особенности Русской идеологии? - Мои взгляды относительно русской идеологии основываются на размышлениях над событиями русской истории, многие из которых протекали на моих глазах или были почерпнуты из книг различных авторов. В частности, был такой русский националист Иван Солоневич. Его книга «Народная монархия» произвела на меня сильное впечатление. В этой книге он высказывает мысль, что вся русская история сложилась под влиянием определённого свойства русского национального характера, которое он называет уживчивостью. Под этим понятием он подразумевает способность русских жить вместе с другими народами, не навязывая им своих взглядов на жизнь. Я помню, что французский историк Алексис де Токвиль когда-то сказал, что русские дошли до Тихого океана, не уничтожив ни одного народа. Может быть, в этой фразе есть и преувеличение. Конечно, в наших взаимоотношениях с другими народами имели место и силовые столкновения, но свойство, отмеченное Солоневичем, имеет место, особенно при сравнении с другими народами, особенно – западноевропейскими.
Позже я столкнулся с более широкой точкой зрения. Ещё до «перестройки» в самиздате ходили части из книги Ксении Касьяновой «О русском национальном характере». Потом книга вышла и в типографии. Второе её издание вышло в 2003 году. Ксения Касьянова – это псевдоним известного современного социолога Валентины Петровны Чесноковой. Там автор высказывает мысль, что уживчивость по Солоневичу, понимаемая более широко, есть некий принцип существования общества. Например, автор пишет, что таких принципов весьма немного, а точнее, всего два: «Либо изменение окружающей среды под свои нужды, либо приспособления себя к ней». Первый принцип максимизируется в настоящее время в западноевропейской и производных от неё культурах. Там человек – боец, созидатель, преобразователь - окружён благоговением и почтением, и эти его качества превращены в ценность, в эталон. Нетрудно заметить, что культура, о которой говорит автор, иначе называется западным капитализмом.
Действительно, не прошло ещё ста лет с тех пор, как Р. Киплинг описывал поэзию «Бремени Белых»: какое это трагическое чувство, и как глубоко оно в людях, которые испытывают его влияние на свою жизнь. И за это Киплинг получил Нобелевскую премию по литературе, что сейчас было бы совершенно невозможно. Представители западной капиталистической цивилизации становились прославленными на весь мир героями, открывая Северный или Южный полюс, восходя на всё более высокие вершины нашей планеты. Древнему греку, например, не пришло бы в голову восходить на Олимп, хотя это было бы нетрудно сделать. Известно даже, кто совершил первое восхождение в современном смысле этого слова. Это был итальянский поэт Петрарка. Так что даже альпинизм – это типичное проявление того отношения к миру, которое свойственно западному капитализму. Мне кажется, что одним из наиболее ярких проявлений духа западного капитализма является создание той материальной картины бытия, которая сегодня называется научным взглядом на мир и была сформирована западными народами за последние 300-400 лет. Эта область была мне, как математику, более известна. Здесь наиболее ярко проявляются те же черты борца, созидателя, преобразователя, на которые указывает К. Касьянова.
Например, наиболее выдающиеся представители естествознания в Англии: Ньютон, Э. Галлей и Р. Гук и люди, образовавшие в XVII-XVIII веке так называемое Лондонское королевское общество, называвшими себя бэконианцами, - находились под колоссальным идейным влиянием Фрэнсиса Бэкона, указавшего в начале XVII века основные принципы современной науки, основой которой он считал эксперимент. Это насилие или пытка, которой человек подвергает природу для того, чтобы она открыла ему свои тайны. Этот принцип сохранился и во всей современной науке. Одновременно с Бэконом Галилео Галилей, который уже без всяких сомнений считается создателем современной науки – физики, астрономии, механики - высказал мнение, что действие эксперимента похоже на «испанский сапог», в который человек зажимает природу, чтобы она открыла ему свои тайны. А Иоганн Вольфганг Гёте высказал мысль, что природа, вздёрнутая на дыбу эксперимента, никогда не выдаст человеку своих тайн. То есть Гёте своим авторитетом противостоял тем суждениям, которые были явно популярны в его время. Тот же дух активного насилия лежит в основе колониальной политики западных стран, в основе экономической системы капитализма и других деяний этого периода. Таким образом, мне представляется, что в основе истории действительно лежат те две тенденции сосуществования человека и космоса, о которых говорится в книге К. Касьяновой, и их крайние проявления: уживчивость, являющаяся русской национальной чертой и «бремя Белых», условно говоря, то, что Арнольд Тойнби называл западным мировоззрением, а князь Н.С. Трубецкой – европеизацией мира. Но, естественно, существует и бесконечное число промежуточных, переходных форм.
По-видимому, правильна мысль, что понимание кода истории даёт не концепция прогресса, господствовавшая начиная с так называемой Эпохи Просвещения, а концепция смены разных цивилизаций. Эту идею выразил Н.Я. Данилевский в своей книге «Россия и Европа», но широкую известность она получила после публикации книги О.Шпенглера «Закат Запада» и исследований А. Тойнби, собранных в его многотомном «Постижении истории». Как мне кажется, существенная конкретизация этих мыслей связана с подчёркиванием национального фактора в книгах Солоневича и Касьяновой. Фундаментальную роль играют и те явления, на которые многократно обращал внимание Лев Николаевич Гумилёв. Что заставляло татар или гуннов стремиться покорить весь известный мир? Или что заставляло русских проливать кровь, стараясь защитить свой образ жизни? Лев Николаевич Гумилёв называл это свойств пассионарностью, Солоневич – принципом «не замай», а А.С. Пушкин – «остервенением народа». Гумилёв подчёркивает, что речь идёт о чисто биологическом признаке, который передаётся по наследству, причём его носители являются как бы толкачами человечества. Но, естественно, и гибнут они в большем количестве, чем окружающее население. Так что речь идёт об определённом запасе, который может исчерпываться, после чего человечество вынуждено искать себе нового «толкача». Эта точка зрения может дать объяснение неоднократно подмеченному явлению – антипатии Запада по отношению к России. Мы переживаем сегодня эпоху упадка западного, или европейского, влияния в мире. Возникает проблема наследника. Запад видит возможного кандидата в России, и именно поэтому она вызывает у него внутреннее отторжение. Действительно, ещё с периода правления деда Ивана Грозного или самого Ивана Грозного отдельные западные путешественники добирались до Москвы и потом рассказывали о своих впечатлениях. При этом они часто писали какие-то явно выдуманные вещи, которые просто не могли иметь места в России, как, например, что русские мужчины склонны к половым извращениям, а русские женщины развратны. Это совершенно непонятно, а особенно на фоне тогдашней Западной Европы – послеренессансной. Мне кажется, что, скорее всего, они просто сталкивались с совершенно непонятным чуждым образом жизни, мироощущением, и так как они были людьми рационально мыслящими, то пытались придать своим чувствам какой-то логический характер, потому и выдумывали подобные небылицы.
Мне представляется, что сейчас человечество переживает трудный момент, вроде смены кожи у змеи, когда змея действительно болезненно сбрасывает свою кожу. Мне кажется, некоторые цивилизации исчерпали свой запас пассионарности, при помощи которого они навязывали свои представления и эталоны. Наиболее близкий по духу предшествующий период – это упадок греко-римской цивилизации. Тогда многие, например Августин Блаженный, тоже задавались вопросом о причинах такого изменения хода истории. Современное положение очень похоже. Народы, создавшие определённую цивилизацию, вымирают за счёт падения рождаемости, а их земли заселяются народами, являющимися с точки зрения этой цивилизации варварами. Действительно, некогда примерно двести испанских авантюристов покорили громадную империю инков, и им нельзя было отказать в пассионарности, а теперь всех сил Запада оказывается недостаточно, чтобы сломить две, с точки зрения Запада, варварские страны – Ирак и Афганистан.
- Добро и зло, что это по-Вашему? - В Евангелии от Иоанна дьявол назван «человекоубийцей от начала». Это высказывание, по-моему, имеет следующий смысл. В мире противоборствуют два принципа, один из которых в Евангелии персонифицируется в образе дьявола. Он носит механистический характер. Эта идеология стремится внушить точку зрения, что весь мир есть некоторая конструкция. Например, в одном письме И.Кеплер пишет: «Моя цель в том, чтобы доказать, что мировая машина подобна не божественному организму, а скорее – часовому механизму». Такое выделение двух принципов восприятия мира несёт и вполне реальные преломления. Ведь объект, являющийся машиной, имеет и юридический статус машины; к нему неприменимы категории ответственности, его бессмысленно наказывать, его можно только пустить на слом. В этом смысле дьявол и назван человекоубийцей, и, как мне кажется, персонифицирует зло как мировое явление Очевидно, современный капитализм имеет все его признаки. И в науке, и стремлении свести жизнь к механическому расчёту. Например, рациональность, стремление понять любое явление при помощи построения его модели. Некоторые явления могут быть разложены на причину и следствие, на цепочку силлогизмов, это практически означает, что мы может построить его модель, где какое-то тело А действует на тело Б, включает какой-то сигнал. Вполне возможно, что это связано с состоянием упадка, в котором находится западная цивилизация в настоящий момент, что это общий признак упадка цивилизации, хотя несомненно, что в этом проявляются и индивидуальные свойства создавших её народов.
- Кто сыграл положительную роль в истории России? - Мне кажется, что когда определённый народ ясно понимает стоящую перед ним цель на данном отрезке истории и обладает необходимой для достижения этой цели пассионарностью, то его руководитель, как правило, играет положительную цель в истории этого народа. Примеры в русской истории – это Дмитрий Донской и Иван III.
Аналогичное верно и в отношении отрицательной роли. Примеры из русской истории – В.И. Ленин и М.С. Горбачёв.
- Как Вы оцениваете 1917 год в истории России? - Россия была в некотором смысле соблазном для Запада: лежит рядом и обладает колоссальными богатствами – сначала мехами, а потом нефтью. Естественно подчинить её себе и эксплуатировать. Самый прямой путь – военная аннексия, как в Индии или Америке. Россия четыре раза подвергалась нашествию Запада, во главе которого стояли Польша, Швеция, Франция и Германия. Опыт показал, что объединённых сил Запада недостаточно для военного подчинения России. Тогда был создан обходной путь. На Западе была создана глубокая и очень красивая культура, привлекательная для русских. Так в России появился слой людей, влюблённых в западную культуру, часто предпочитавших её своей – своего рода передовой отряд, заброшенный в стан противника. Эти люди играли всё большую роль в жизни страны, а в 1917 году в их руки перешла и власть. Положение было легализовано в 80-е годы, когда был реализован общий принцип: чтобы приватизировать, нужно сначала национализировать.
Марксизм был крайне западнической концепцией. Идеология
Запада строилась на концепции прогресса. Марксизм основывался на той же идеологии или на идеологии, изложенной в форме смен исторических формаций. Всё моё детство было заполнено шумом лозунгов «догнать и перегнать», но ведь догнать можно лишь того, кто ушёл далеко вперёд. С этим лозунгом Россия и восприняла идеологию «догоняющей цивилизации». Вот моя оценка 1917 года.
- Как Вы оцениваете роль евреев в русской жизни и истории? - Мы, русские, находимся в абсолютной власти евреев, но ведь это же свойство большинства современных стран. И в некоторых странах положение даже хуже, чем у нас. Например, во многих странах обсуждение этого вопроса вообще подсудно, уголовно наказуемо. Но это взаимосвязано. Ведь рост еврейского влияния в мире параллелен росту западной цивилизации, а она сейчас, как мне кажется, находится в периоде упадка. Это указывает на то, что, в целом человечество имеет шанс освободиться. Но вот смогут ли русские этим шансом воспользоваться, конечно, зависит уже от наших потомков. Мы можем только надеяться на их действия, потому что невольно приходит на ум цитата Ф.М. Достоевского, приведённая в одной моей работе: «Все эти парламентаризмы, все исповедуемые теперь гражданские теории, все накопленные богатства, банки, науки, жиды - все это рухнет в один миг и бесследно – кроме разве жидов, которые и тогда найдутся как поступить, так что им даже в руку будет работа». То есть тогда Достоевский предсказал то, что произошло, правда, не во всём мире, как он писал, но в одной шестой его части, причём, за сорок лет до предсказываемых событий.
- Как Вы оцениваете роль масонов в русской истории? - Тут всё покрыто тайной. Масонство, безусловно, играло решающую роль и в Великой Французской революции, хотя она до сих пор не раскрыта историками. Но о том, какова была роль в русской революции и последующей истории России, очень мало несомненных данных. Тут, видимо, проявляется то свойство масонов, что об их деятельности становится известно десятилетия спустя после изучаемого периода. Во всяком случае, таковы мои познания в этой области.
- Что нужно сделать, чтобы улучшить положение русского народа? - Россия – редкое национально-однородное государство. Русские составляют более 80% населения Россия. Оно было создано благодаря русским жертвам – как во время войны, так и экономическим в мирное время. Поэтому устойчивым будет только образ жизни, учитывающий эти факторы. Сейчас же само слово «русский» находится под запретом, используется как грязное ругательство. Мне кажется, что надежду на успех могло бы иметь движение, целью которого является придание слову «русский» законного статуса, однако сейчас действует закон, согласно которому в паспортах не указывается национальность. Непонятно, почему ещё сохраняется пол и возраст. Мне представляется, что успех может иметь объединение всех русских сил на основании требования отмены этого закона, как бы ни определялось понятие национальности. После его отмены может быть поставлен вопрос о его определении. То есть, мне кажется, что сначала необходимо легализовать само понятие русской национальности в России, а уже потом можно спорить относительно того, каковы определения этого понятия.
- Что Вы хотели бы сказать молодым людям? - Я надеюсь, что, какова бы ни была судьба русского государства, среди его молодого поколения не пресечётся традиция напряжённых размышлений на почве любви к русскому народу о судьбе России, так как я убеждён, что от этого зависит, какой путь в истории выберет наша страна.
Беседовал Владислав БЫКОВ (Лексика и стилистика собеседника сохранены)
http://rv.ru/content.php3?id=10869