Русская беседа
 
20 Октября 2021, 17:35:48  
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
 
Новости: ВНИМАНИЕ! Во избежание проблем с переадресацией на недостоверные ресурсы рекомендуем входить на форум "Русская беседа" по адресу  http://www.rusbeseda.org
 
   Начало   Помощь Правила Архивы Поиск Календарь Войти Регистрация  
Страниц: 1 ... 41 42 [43] 44 45
  Печать  
Автор Тема: Вот она, ювенальная юстиция!  (Прочитано 177003 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 90589

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #630 : 31 Августа 2017, 19:38:41 »

Последствия «европейского лобби» в России: ювенальная юстиция набирает обороты



Мнение калининградского детского омбудсмена о скандальном решении суда Санкт-Петербурга отнять ребёнка у русской матери и передать его немецкому отцу-русофобу

КАЛИНИНГРАД, 24 августа 2017. Решение российского суда вернуть малолетнего ребёнка отцу, гражданину Германии, без согласия матери, гражданки России — противоречит российскому законодательству и не поддается здравому смыслу. Такое мнение корреспонденту ИА REGNUM высказала сегодня, 24 августа, уполномоченный по правам ребёнка в Калининградской области Татьяна Батурина, комментируя вчерашнюю публикацию «Ты, русская грязь!»: германский порядок в России наступил».

По словам детского омбудсмена, калининградка переживает последствия «европейского лобби», и «можно говорить о действии ювенальной юстиции в России».

«В 2011 году Россия подписала Конвенцию о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей, на основании которой отец, гражданин Германии, и требовал возвращения «иностранного ребенка», — продолжила собеседник ИА REGNUM. — Другое соглашение — Конвенция об юрисдикции, применимом праве, признании, исполнении и сотрудничестве в отношении родительской ответственности и мер по защите детей, подписанная Россией в 2013 году, обязывает государства-участников возвращать детей, проживших год и более, в «страну преимущественного проживания ребенка».

«Но разлучать ребенка с матерью в таком малолетнем возрасте — бесчеловечно! — считает Татьяна Батурина. — Решение суда коренным образом нарушает базовые права ребенка, соблюдаемые в нашей стране: прежде всего, на общение с матерью, поскольку она по законам Германии — преступница, не сможет въехать в страну, а значит, никогда не увидит своего малыша, не сможет воспитывать его. Кроме того, российский суд не учёл преимущественную роль в воспитании мамы в таком возрасте, ведь малышу всего два года».

По словам Батуриной, суд не принял во внимание свидетельские показания о том, что отец жестоко обращался с ребенком и его матерью, проявляя крайнюю степень русофобии, а также то, что он ни дня не прожил вместе с сыном.
«Это значит, что отец сделает всё, чтобы мальчик не знал родного, русского языка и русской культуры», — подчеркнула собеседник ИА REGNUM.

Батурина также отметила, что суд не принял во внимание заключения уполномоченных по правам ребенка ни по Санкт-Петербургу, ни по Калининградской области.

«Т.е. то, что в российском законодательстве играло бы решающую роль в пользу проживания ребенка с матерью, международным правом рассматривается как факторы, доказывающие позицию иностранного отца. Даже его несогласие с двойным гражданством ребенка (мама самостоятельно получала документ в консульстве по единоличному заявлению). Вместе с тем надо отметить, что германский суд не забирал у нее малыша. Он назначил порядок общения отца с сыном, который она нарушила своим отъездом», — прокомментировала детский омбудсмен.

Говоря о статистике подобных дел, Батурина сказала: «Действительно, всё чаще европейские папы вызывают российских мам в международные суды по таким делам. За последние несколько лет в международном суде СЗФО было рассмотрено порядка 25 дел. Пока мне известно только об одном решении передать ребенка иностранному отцу. В других округах статистика печальней».

«Иностранный родитель понимает, что пособие по ребенку — это, как говорится, «неплохая прибавка» к зарплате, впрочем, имея ребенка, можно и не работать. Государство берет на себя обязательства по содержанию детей. Каждый раз, когда я слышу о том, что в России невысокие детские пособия, мне хочется напомнить, что наша страна и не диктует родителям принципы воспитания своих детей, и в нашей стране ребенок не выделен в самостоятельное право настолько, как в европейских государствах, при малейшем случае выбирающих «лучших родителей» для детей, я бы сказала «более послушных», — продолжила Татьяна Батурина.

«Наши девушки, женщины таких тонкостей не знают, и их позиция, откровенно говоря, инфантильная, — считает детский омбудсмен. — Они уезжают в другую страну, не имея гражданства, не зная законодательства, рожают детей, иногда не получив даже вида на жительство, не имея работы. Считая, что всё само собой образумится. Не образумится. В другой стране они бесправны».

«В нашей стране гражданство дается по крови, во многих других странах — по месту рождения, и могут возникнуть противоречия с отцом ребенка при получении малышом российского гражданства. Ко мне часто обращаются бабушки-дедушки детей, рожденных от иностранцев, когда случаются разногласия в международных браках, некоторые мамы, даже не дают российского гражданства ребенку… чем в таких случаях помочь?

Романтические чувства прекрасны, но не понимать рисков, связанных с базовым правом матери и ребенка быть вместе в иностранном государстве, нельзя», — подытожила уполномоченный по правам ребёнка в Калининградской области Татьяна Батурина.

Напомним, накануне в интервью ИА REGNUM жительница Калининграда рассказала, как Дзержинский районный суд Санкт-Петербурга постановил изъять её двухлетнего сына в пользу отца, гражданина Германии господина Якоба. Молодая мама сбежала из Германии в январе 2017 года, не выдержав русофобских нападок «главы семьи». Он запрещал ей разговаривать на русском языке, рукоприкладствовал, отключал интернет, обзывал «русской грязью» или говорил, что «мой ребёнок не в том животе».

ИА REGNUM уточняет, что с 2014 года в Гражданско-правовой кодекс России внесены изменения, согласно которым нескольким судам общей юрисдикции поручены полномочия по ведению производства дел с участием иностранных граждан. Вопросы международного права в СЗФО решает Дзержинский районный суд Санкт-Петербурга, поэтому там и состоялось рассмотрение иска гражданина Германии к жительнице Калининграда.

http://krasvremya.ru/posledstviya-evropejskogo-lobbi-v-rossii-yuvenalnaya-yusticiya-nabiraet-oboroty/

https://regnum.ru/news/polit/2313544.html
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 11685


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #631 : 08 Февраля 2018, 23:43:15 »


«Ювенальное лобби никуда не делось»


Председатель Следкома Александр Бастрыкин, возможно, под воздействием истерии в СМИ, выступил против декриминализации т.н. «семейного насилия» …



Председатель Следственного комитета России Александр Бастрыкин считает, что после декриминализации побоев, преступность против детей переместилась с улиц в приемные семьи, сообщает ТАСС. «Еще одна тема, которой я хотел коснуться: года полтора назад был внесен законопроект, он пошел, хотя мы были против, о домашнем насилии. Да, исключили, я так понял эту тему из уголовного законодательства? Вот, мы уже пожинаем насилие», - сказал Бастрыкин на расширенном заседании коллегии ведомства.

Он отметил, что следователи «задушили» уличную преступность против детей. «Сегодня мы побороли маньяков, на улице [их] уже нет, они переместились в семьи, причем приемные семьи», - сказал глава СК. «Как мы убеждали некоторых коллег, что не надо этого делать, потому что после первого удара по лицу, пойдет затрещина по лицу. Давайте вернемся к этой теме», - добавил он.

Бастрыкин также призвал навести порядок в вопросах передачи детей под опеку после ряда громких дел об убийствах несовершеннолетних. «Продолжает расти насилие в отношение детей, взятых под опеку», - констатировал он, напомнив о недавнем случае жестокого убийства трехлетней девочки в Подмосковье (взятой под опеку в Тверской области жителями столицы).

«В прошлом году было уголовное дело - передали двум алкоголикам-родителям 16 детей. Они получали суммарный месячный доход в 700 тыс. рублей. Пока алкоголик-опекун в разгаре пьянки не выбросил пятилетнюю девочку с десятого этажа: она своим плачем мешала ему пьянствовать», - заметил Бастрыкин.

«Я не хочу больше эту тему развивать. Мы плодотворно работаем с соответствующим государственным органом в правительстве, составили план работы, обмениваемся информацией», - сообщил глава СК. «Но здесь тоже надо наводить порядок», - подчеркнул он.

Напомним, что ровно год тому назад, 7 февраля 2017 года, Президент России Владимир Путин подписал закон о декриминализации побоев в семье. Закон перевел побои в отношении близких родственников из разряда уголовных преступлений в административные правонарушения в случаях, когда такой проступок совершен впервые.

Заявление Александра Бастрыкина прокомментировал в интервью «Русской народной линии» руководитель православного Медико-просветительского центра «Жизнь» протоиерей Максим Обухов:


Введение в правовое поле термина «семейное насилие» порочно. Данное определение юридически размыто и позволяет двояко его толковать. В самом термине априори содержится некое утверждение, что семья является источником опасности для человека. Мы всегда возражали против узаконения данного термина, потому что в нем увязываются совершенно разные понятия. Есть понятие «преступление против человека». А где беззаконие совершенно, в троллейбусе ли, в школе, на лестничной клетке или дома, уже не так существенно. К сожалению, в России активно действует антисемейное лобби. Лоббисты проиграли, поэтому активно взялись за раздувание в СМИ проблемы «семейного насилия». Лоббисты стали вбрасывать в информационное пространство ложные данные. Я ловил за руку интернет-троллей, которые выдумывают цифры, дескать, в семьях убивают тысячи и тысячи детей. В ходе антисемейной пропаганды используются методы подтасовки, в статистике смешиваются разнородные деяния - убийство и строгий взгляд родителя. В результате формируется атмосфера, направленная против семьи и дома. По-видимому, председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин оказался под воздействием антисемейной пропаганды. В то же время он имеет доступ к настоящей полноценной статистике, которая показывает, что семья является самым безопасным местом для человека.

К сожалению, в России действует антисемейное лобби, стремящееся создать систему, действующую в западных странах, где ювенальные структуры занимаются разрушением семей. На Западе в результате ювенального вездесущего контроля над родителями люди боятся вступать в брак и рожать детей. В России хотят привить систему доносительства и тотального контроля над семьей. Антисемейное лобби действует неприятными методами - путем распространения лжи. Например, в течение нескольких лет рассказываются сказки о том, что ежегодно в российских семьях мужья якобы убивают 14 тысяч жен! Эти небылицы распространяют серьезные люди, среди которых есть сенатор. Антисемейное лобби распространяет цифры, которые совершенно не соответствуют действительности - ложь в несколько раз превышает реальность. Ни одна страна в мире не застрахована от бытовой преступности. Но беззаконий внутри семей всегда минимально и они не представляют собой грозных цифр.

Антисемейное лобби действует излюбленным образом: в России действительно совершается несколько сотен преступлений в год, из которых выбирают чудовищные и единичные случаи насилия - психически больной маньяк зарубил топором пять детей. И это единичное безобразие раздувается в СМИ до невероятных масштабов. Однако статистика и объективные данные свидетельствуют об обратном - семья является наиболее благополучным местом для ребенка. Лоббисты же приводят манипулятивные данные, лживые цифры и обобщают малозначительные преступления. Кроме того, некоторые журналисты и политики используют статистику НКО, которые заинтересованы в предоставлении ложных данных, так как они на этом отрабатывают свои гранты. Например, НКО берет отдельно взятый вопиющий случай насилия, приведенный мною выше, и присовокупляет к нему жалобы, анонимные звонки и т.д. А в статье про маньяка рассказывают, что в России, дескать, несколько десятков тысяч подобных случаев насилия. Идет тонкая манипуляция сознанием - нельзя семейную ссору ставить в один ряд с убийством. Не говоря уже о том, что представители антисемейного лобби нагло лгут, преувеличивая статистику в десятки раз.

Нагнетание истерии вокруг «семейного насилия» является манипуляцией. Лоббисты преследуют цель создания семейной полиции, которая будет заниматься террором по отношению к семьям и вмешательством в личную жизнь граждан.

Преступления в приемных семьях свидетельствуют о том, что система призрения сирот недостаточно эффективна. Преступления в детских домах, интернатах и приемных семьях свидетельствуют о недостатках системы, которую можно усовершенствовать. Я боюсь, что Россия пойдет по пути западных стран по созданию системы контроля над личной жизнью граждан. По сути, система защиты прав детей преследует цель рождения детей по предварительному разрешению, чтобы чиновники выдавали соответствующую лицензию на беременность. Звучит странно, но данный механизм де-факто реализуется.

Антисемейные инициативы являются демографическим оружием. Люди боятся вступать в брак из-за вмешательства в их личную жизнь. Система контроля над семьей вышла из западных грантов, из-под пера иностранных агентов.

Маловероятно, что председатель Следственного комитета России Александр Бастрыкин является проводником западных идей по сокращению численности населения России. Наиболее вероятное объяснение - чиновники начинают нервно реагировать на истерию в СМИ, в то время как надо бы трезво оценить ситуацию. Нужно отказаться от антисемейной риторики! Возможно, глава Следственного комитета стал жертвой истерии либеральных СМИ.

Наша система призрения сирот несовершенна. Я боюсь, что в Россию придет нетрадиционная практика чрезмерной опеки государства, когда местные чиновники получат власть над родителями, право входить в жилище и изымать детей, а также диктовать, как воспитывать и кормить детей, арестовывать родителей и вмешиваться в семьи по анонимному доносу. С другой стороны, государство платит деньги приемной семье, поэтому вправе контролировать расход денежных средств. Но это лишь требует усовершенствование системы призрения сирот.

Ровно год тому назад Президент России Владимир Путин подписал закон о декриминализации побоев в семье. В этом был заключен консенсус различных сил в обществе. Мы почувствовали влияние родительской общественности, но ювенальное лобби никуда не делось. Никто не извинился и не опроверг ложь о 14 тысячах убитых мужьями жен. Я заметил, что сегодня идут информационные вбросы о невероятных цифрах по насилию над детьми в семьях. В интернете тиражируется множество непроверенных данных. Государственные органы подверглись информационному прессингу со стороны либеральных СМИ с целью поставить под контроль семью.


07.02.2018

http://ruskline.ru/news_rl/2018/02/07/yuvenalnoe_lobbi_nikuda_ne_delos/
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 11685


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #632 : 10 Марта 2018, 02:35:35 »


Это не защита прав ребёнка, а преступление

Павел Парфентьев


Совсем недавно английские СМИ сообщили об осуждении и заключении в тюрьму бывшего консультанта ЮНИСЕФ Питера Ньюэлла, который, как оказалось, в 1960-х годах неоднократно насиловал мальчика. Подвох тут еще в том, что так называемый консультант был ключевой и ведущей фигурой в создании международных стандартов в области «защиты детства». Мы попросили прокомментировать разразившийся скандал Павла Парфентьева, председателя межрегиональной общественной организации «За права семьи», члена Патриаршей комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства Русской Православной Церкви.




– Павел, как вы считаете, о чем говорит случай с Питером Ньюэллом?

– Случай с Питером Ньюэллом, на мой взгляд, говорит, прежде всего, о том, что международная система, определяющая судьбы многих людей и законодательство многих государств, оказалась незащищенной от фактического взлома. Произошло то, что можно назвать социальным хакерством. А именно, один конкретный человек, обладая хорошим финансированием и пользуясь рядом организаций, которыми он руководил и которые он контролировал, создал фактически из ничего целую квазиюридическую систему в международном масштабе. Он, манипулируя международными структурами уровня ООН и Совета Европы, добивался своих целей и диктовал целым государствам, что они должны запрещать родителям, а что нет, без каких-либо на то международных правовых оснований.

    Фактически из воздуха был создан международный «стандарт»

Фактически из воздуха был создан международный «стандарт», требующий, чтобы государства запрещали родителям использовать в воспитании телесные наказания. Однако ни в одном международном обязывающем документе или договоре нет таких норм, которые накладывали бы на государства обязанность запрещать своим взрослым гражданам шлепать своих детей.

– А как вы думаете, с какими целями им все это делалось?

– Тут мы можем только догадываться. Но тот факт, что вся эта история в начале своем была связана с педофильской организацией из Великобритании «Обмен информацией по педофилии» (Paedophile Information Exchange, PIE), а впоследствии то, что и Ньюэлл оказался осужденным за педофилию, вызывает определенные вопросы.

Так или иначе, с моей точки зрения, произошла масштабная афера, которая показывает, что международная бюрократия уровня ООН не защищена от взлома. Из ничего были созданы принципы, которые потом выдавались за норму и навязывались разным государствам мира.

    Будучи введена в пространство бюрократической системы, информация начинает воспроизводиться

– Как ему это вообще удалось – взломать целую систему международной бюрократии?

– В целом, если мы внимательно посмотрим на те негативные антисемейные тенденции, которые возникают сегодня на международном уровне – продвижение абортов, однополых отношений, контрацепции, гендерной идеологии, – то везде мы увидим применение одних и тех же социальных технологий. Это то, что я и называю социальным взломом или социальным хакерством. А моя бельгийская коллега Маргарет Питерс называет это «захватом структур и власти неизбранными людьми». Это как угон самолета. То есть конкретные лоббистские организации, имеющие ресурсы, тщательно изучают, как устроена система и как работает ее бюрократическая, процедурная и техническая часть. И потом они искусно пользуются слабыми местами этой системы. Если им удается ввести какие-то свои нововведения, то дальше они начинают легко копироваться уже внутри системы, потому что бюрократ в принципе склонен к тому, чтобы брать и копировать уже имеющееся, уже готовые клише. Мы это, кстати, видим сейчас на практике и в России, когда наши чиновники начинают повторять штампы на тему домашнего и семейного насилия. В целом, будучи введена в пространство бюрократической системы, информация начинает воспроизводиться.

Кроме того, Питер Ньюэлл действовал как эксперт во многих международных структурах: он был советником европейской сети детских омбудсменов, действующей в странах Европейского Союза. Также он был экспертом ЮНИСЕФ, сидел в консультативном комитете по детским правам в соросовской организации Human Rights Watch, выступал в ПАСЕ и тесно сотрудничал с высокими структурами Совета Европы. Тут работает следующий механизм: когда человек «пробирается» в одну из таких структур, то дальше за счет приобретенного статуса он начинает проникать и в другие подобные организации.


Питер Ньюэлл

– Все эти организации в своей деятельности базируются на понятии прав человека, прежде всего. Это их главный идеологический и теоретический фундамент.

– Это очень большой, широкий и сложный вопрос. Мы должны здесь, наверно, разделить две вещи. Во-первых, это чисто правовая сторона вопроса, и, во-вторых, сторона философская, более широкая. На уровне юридическом в определенный исторический момент была создана международная система прав человека, которая раньше существовала в разных странах лишь на национальном уровне. А именно, после Второй мировой войны было решено, что ужасы нацизма не должны повториться, и надо разработать какой-то механизм, при помощи которого одни государства смогут вмешиваться в дела других государств, но не по своему произволу, а в случае вопиющих преступлений, когда национальный суверенитет уже не может быть абсолютным. В свете этого и была выработана концепция, что существуют неотъемлемые права человека – право на жизнь, на свободное выражение своих убеждений, на свободу вероисповедания, – которые должны соблюдаться всеми. А если эти права нарушаются, то становится оправданным вмешательство на международном уровне.

Это, так сказать, первое поколение международной системы прав человека включало в себя такие права, без которых человек не может существовать и быть собой в высоком, ценностном смысле. Среди этих прав были и право на брак между мужчиной и женщиной, которое есть во Всеобщей декларации прав человека, признание семьи как основной ячейки общества и так далее.

Второе поколение прав человека, которое появилось следом за этим, было совокупностью социальных прав: право на образование, на здравоохранение, на определенный уровень заработной платы и т.д. С этими правами уже есть некоторые серьезные проблемы, потому что если, например, государство бедное и не может обеспечить своим гражданам определенный уровень жизни, то оно невольно оказывается нарушителем прав человека. И тогда возникают ситуации, как, например, в случае с Никарагуа, когда международная помощь начинает оказываться на определенных условиях, таких как легализация абортов. И оказывается, что или государство должно легализовать аборты, или оно становится нарушителем прав человека.

    Под видом борьбы за права человека проводится уничтожение традиционных ценностей

Но есть еще и третий уровень, или третья волна прав человека. Вот она, на мой взгляд, и является откровенным злом и социальным хакерством. Это попытка под видом прав человека внедрить в общество постулаты каких-то определенных разрушительных идеологий, например, радикального феминизма. Здесь под видом борьбы за права человека проводится фактически уничтожение традиционных ценностей и традиционных взглядов на отношения между полами. Это и так называемые однополые «браки», и широко понимаемые права ребенка, которые сводятся фактически к свободе ребенка от взрослых, от семьи и родителей, от их власти.

Их, в отличие от первых двух видов, никто не принимал официально. Они вводятся в международные документы с помощью социальной инженерии, манипулятивными, хакерскими способами – через взлом системы, что и продемонстрировал Питер Ньюэлл.

– По-вашему, выражение «права человека» не имеет права на существование? Это какая-то странная конструкция?

– Оно имеет право на существование, если мы под ним понимаем те права человека, которые изначально были признаны в первом поколении, на самом начальном уровне.

– А что вы думаете по поводу выражения «права детей»? Что за ним стоит и насколько оно имеет право на существование?

– Это отдельная тема. У нее, как мне кажется, два уровня или измерения. Сначала идея об особых правах детей возникла в Европе где-то в конце XIX – начале ХХ века. Это были гуманистические представления о том, что дети не должны умирать без медицинской помощи и от голода, что у каждого ребенка должна быть крыша над головой и так далее. Именно эти права, которые, в общем и целом, относятся к социальным правам человека, стали основой первых деклараций о правах детей. Фактически, это не какие-то особые права ребенка, а те же права человека, но с учетом того, что дети более беззащитны.

Но вот уже вторая волна «особых прав детей» началась, в том числе, с деятельности указанной английской педофильской организации, о чем мы пишем в докладе Аналитического центра «Семейная политика» http://www.familypolicy.ru/rep/int-18-070.pdf. Их главная идея – освобождение детей от родительской власти и семейного воспитания. То есть это идеология, родственная идеологии радикального феминизма. В радикальном феминизме женщины воспринимаются как угнетенный класс, который поработили мужчины. Их надо освободить, устроив некую «социальную революцию». Точно так же в этой идеологии и дети воспринимаются как порабощённый класс, который находится под властью взрослых, семьи и родителей, и их надо освободить, сбросив с них эти «узы».

Права ребёнка здесь понимаются очень широко. Подразумевается, что ребенок может делать все что угодно, независимо от того, согласны с этим его родители или нет. Даже идея о том, что ребёнок имеет право на сексуальные отношения, сейчас активно продвигается на международном уровне под вывеской права детей на сексуальное образование.

К примеру, в «Конвенции о правах ребёнка» говорится о принятии решений внутри семьи или государством относительно конкретных детей. Там сказано, что ребёнок имеет право на то, чтобы его мнение, касающееся его лично, было учтено. И вот из этого абсолютно на ровном месте, «из воздуха», была создана идея о том, что у ребёнка есть право на участие в государственном управлении. То есть поскольку государственные решения касаются детей, как класса, то и дети, как класс, должны иметь право выразить о них свое мнение. На этой волне появляются все эти детские советы, детские парламенты, но они не имеют никаких оснований в каких-либо международных конвенциях и договорах. В целом сама идея о том, чтобы детей, как класс, противопоставить взрослым и родителям, как раз и является типичным признаком этой радикальной идеологии.

– Скажите, а насколько это международное движение мощное в мире, и каковы его основные субъекты?

– Движение это достаточно мощное, с точки зрения тех ресурсов, которыми оно располагает. Оно захватило целый ряд старых, респектабельных детских организаций. Например, этой волной была фактически захвачена давно существующая международная организация Save the Children – «Спасите детей». Если тут провести параллель со «взрослыми» организациями, то, например, «Международная амнистия», которая исходно занималась защитой прав заключённых, сейчас занимается, прежде всего, продвижением абортов, интересов «сексменьшинств» и феминизма.

С точки зрения масштабов, это движение представляет собой довольно небольшую совокупность лоббистских групп. Но их влияние очень серьёзно, за счёт используемых ими ресурсов, в том числе финансовых. Кредо этих организаций в том виде, в котором оно существует сейчас, противоречит интересам подавляющего большинства людей, потому что оно отвергает традиционные и общие для всех народов мира семейные ценности, представления о том, что семья – это папа, мама и дети. Что дети имеют право на воспитание папой и мамой на основе определённых ценностей и так далее.

    Полная семья, с мамой и папой, – это и есть самая безопасная среда для ребёнка

– Скажите, на ваш взгляд, а дети все-таки нуждаются в какой-то особой защите? Они ведь слабые существа, гораздо слабее взрослых.

– Первое, что здесь нужно отметить. Статистика и исследования показывают, что ребёнок в наибольшей степени защищен от всех видов преступлений, когда он растёт в полной родной семье. Полная семья, с мамой и папой, – это и есть самая безопасная среда для ребёнка. И поэтому, прежде всего, ребёнок нуждается в защите своей семьи. Наша позиция, которую мы выражаем в общественном поле, состоит в том, что воспитывать и защищать ребёнка – это дело родителей и семьи, а дело государства – это, в первую очередь, защищать семью и защищать права родителей. Защита ребёнка осуществляется через защиту прав родителей. Когда у родителя хорошо защищены семейные права, тогда он может надежно защитить своего ребёнка.

В остальных вопросах, конечно, ребёнок нуждается в защите закона, как и любой другой гражданин. Конечно же, никому и в голову не придет говорить, что детей можно калечить и убивать. Когда случаются такие вещи, государство вмешивается в обычном уголовно-правовом порядке. Но когда разговор о защите ребёнка превращается в разговор о возможности по любому поводу вторгаться в жизнь семьи и контролировать родителей, тем более забирать детей, если семья попала в сложное положение, то это недопустимо. Это уже не защита прав ребёнка, а их прямое нарушение и преступление. Прежде всего, это для ребёнка противоестественно, ненормально и травматично, когда кто-то посторонний вмешивается в его семейное существование и начинает командовать им, а также его папой и мамой командовать. Эта травма уж куда серьезнее, чем возможность быть наказанным, которую и травмой-то назвать трудно.


Павел Парфентьев

– Но ведь есть же действительно жестокие родители-самодуры, которые истязают своих детей? Об этом, например, еще Достоевский писал в своем «Дневнике писателя», реагируя на уголовную хронику в газетах того времени.

– В ситуации, когда родители совершают в отношении ребенка реальное преступление, а не просто наказали его за плохое поведение, государство, конечно, должно вмешиваться. Но это должно происходить тогда, когда ребёнку угрожает очевидная и чётко доказанная опасность. То есть когда его калечат, когда наносят вред его здоровью – все это должно преследоваться в обычном уголовно-правовом порядке. Но для этого не нужно создавать какие-то специальные разветвлённые системы с целой армией чиновников и проверяющих, которые разведывательными методами вынюхивают, что происходит в семьях, и совершают то, что на языке социальных работников называется недвусмысленным словом «интервенция». Это ненормальная ситуация, когда семья оказывается как бы под стеклянным колпаком, это полностью противоречит человеческой природе.

– А на ваш взгляд, насколько и в какой мере допустимы телесные наказания детей? Сейчас многие считают, что детей вообще даже пальцем трогать нельзя ни при каких обстоятельствах, что это унижение их личности.

– В этой проблеме есть несколько составляющих. Во-первых, люди, считающие себя христианами и говорящие, что физическое наказание – это зло, приписывают зло Богу, потому что в Священном Писании четко говорится, что родители имеют право, а иногда даже и должны прибегать к такому методу воспитания. Можно по-разному относиться к тому, следует ли сейчас этим методом пользоваться современным родителям, но обвинить Бога во зле мне кажется несовместимым с христианской верой, кощунственным.

    Это право родителей – решать, как они воспитывают ребёнка

С правовой точки зрения, с точки зрения того, как должна быть защищена семья в государстве, я скажу, что это право у родителей должно быть, и оно должно быть защищено законом совершенно независимо от того, собираются родители им пользоваться или нет. Потому что когда у родителей это право забирается – это первый шаг, который ведёт к постепенному уничтожению вообще родительских прав как таковых и их власти в отношении детей. Не только власти наказывать, но и любого влияния на детей. Оно в целом начинает размываться и уничтожаться. Это всё равно что у государства забрать право, например, вводить уголовные нормы и уголовный кодекс. Причем в результате таких процессов незащищенными оказываются именно дети, потому что их семья становится бессильной.

У требования запрета физических наказаний и утверждений, что они не могут использоваться, что это вредно для ребёнка, нет никаких серьезных научных или правовых оснований. То есть, по моему убеждению, эта позиция продиктована чисто идеологическими соображениями, причем недоброкачественными.

Я держусь той точки зрения, что это право родителей – решать, как они воспитывают ребёнка, если они не причиняют ему при этом вреда. Вмешиваться в этой ситуации можно только, если речь идёт об угрозе для жизни или доказанной угрозе для здоровья.


Важно: подпишите обращение http://www.citizengo.org/ru/fm/157683-trebuem-otkazatsya-ot-mezhdunarodnogo-naslediya-pedofila-pitera-nyuella за очищение России и ООН от «наследия» Питера Ньюэлла!


С Павлом Парфентьевым
беседовал Юрий Пущаев

7 марта 2018 г.



http://pravoslavie.ru/111224.html
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 90589

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #633 : 22 Июня 2019, 20:47:52 »

Как ребенок из детдома попал в лапы содомитам?

Депутат Виталий Милонов возмущен, что ни школа, ни органы опеки и попечительства не следили за судьбой усыновленного мальчика, жившего с двумя «папами»



Жуткая история произошла в Москве. Мало того, что ребёнок из детского дома попал в «семью» извращенцев-содомитов, но следователи подозревают одного из «родителей» в изнасиловании подростка.

12-летний мальчик поступил в одну из московских клиник с подозрением на приступ острого аппендицита. Однако диагноз не подтвердился, ребенок при этом жаловался на боли. Он рассказал медикам, что у него «два папы» - они живут вместе и спят в одной кровати. Медики заподозрили, что подростка изнасиловали. Они сообщили обо всём в правоохранительные органы.

После этого вопиющего случая в обществе впору поднимать вопрос о восстановлении уголовной ответственности в отношении сексуальных извращенцев, однако СМИ пытаются оправдать содомита, жульническим образом «усыновившего» мальчика.

Так журналисты «Московского комсомольца», побеседовавшие с мужчиной, которого подозревают в изнасиловании приемного сына, пытаются представить его «заботливым отцом». Он, оказывается, 11 лет живёт с однополым партнёром в двухкомнатной квартире. При этом этим персонажам каким-то образом удалось усыновить двух мальчиков, которым сейчас 14 и 12 лет.

Детские правозащитники уверяли журналистов, что ранее к этой «семье» никаких вопросов не возникало: «Старший приёмный сын здоров, у младшего слабоумие. Мужчина забрал младшего на домашнее обучение, нанял репетиторов абсолютно по всем предметам - в детей он реально вкладывался». Из уст государственного чиновника это звучит страшно. Детей «усыновили» сексуальные извращенцы, а московские детские правозащитники не видят проблемы, мол, главное дети физически здоровы.

Обнаглевший же мужеложник теперь вознамерился написать жалобу на врача за то, что тот беседовал с мальчиком наедине, без «родителей» и психолога.

«Русская народная линия» попросила прокомментировать эту жуткую историю, которой заинтересовались следственные органы, известного борца за нравственное здоровье общества, депутата Государственной Думы России Виталия Милонова:


Меня поражает чудовищное бездействие контролирующих органов. Как можно отдать ребенка из детдома в руки содомитам? Понятно, что «папа» наведывался в детдом не со своей «супругой». Видимо, он предстал одиноким мужчиной или еще что-нибудь выдумал. Если приняли решение отдать ребенка одинокому мужчине, то надо было контролировать ситуацию. Но за всё это время органы опеки и контролирующие структуры, всякие омбудсмены ни разу не поинтересовались жизнью мальчика. И это страшно. Необходимо принять изменения в Москве, касающиеся усовершенствования механизма контроля над усыновителями. Например, в Петербурге надо проходить курсы усыновителя и многочисленные собеседования. Я являюсь усыновителем, поэтому знаю всю сложность этой процедуры.

Почему психически больные люди усыновили детей? Мы говорим не только про органы опеки, которые если начинают контролировать, то часто лучше бы не брались за дело. А где была школа? Мальчик не мог не рассказывать в школе, как и с кем он живет. Никто вообще из его окружения не обращал внимания на то, что ребенок живет с двумя маньяками? Почему всем было всё равно? Или у школьников было «толерантненькое» отношение?

В обществе отсутствуют деятельные механизмы надзора и контроля за жизнью усыновленного ребенка. Если школьник получает нормальные оценки и не хулиганит, то, получается, он нормально живет? А может, его с маньяками поселили? У нас нет ни пионеров, ни дружинников – школе нужны только знания и чтобы ребенок никому не бил лицо.

http://ruskline.ru/news_rl/2019/06/23/kak_rebenok_iz_detdoma_popal_v_lapy_sodomitam/
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 90589

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #634 : 24 Июня 2019, 19:25:08 »

Анна Кузнецова направит обращение в СК и прокуратуру с просьбой предоставить информацию о судьбе ребенка, живущего с двумя «папами»



Уполномоченный по правам ребенка в России Анна Кузнецова направит обращение в Следственный комитет России и прокуратуру с просьбой предоставить информацию о судьбе ребенка, воспитавшегося содомитами.

«Мы направим обращение в СК и прокуратуру с целью проверки всей информации», - сказали «Интерфаксу» в пресс-службе Кузнецовой.

По информации СМИ, 12-летнего ребенка привезли в больницу с жалобами на боли в животе, подозревали аппендицит. Врачи посчитали, что подросток странно себя ведет. Диагноз не подтвердился. При этом врачи узнали, что он живет с «двумя отцами», и они иногда спят с ребенком вместе в одной кровати.

Один из отцов якобы преподает в ВШЭ, у пары два усыновленных мальчика. Содомит говорил, что никогда не приставал к детям и всем их обеспечивает.

http://ruskline.ru/politnews/2019/iyun/24/anna_kuznecova_napravit_obrawenie_v_sk_i_prokuraturu_s_prosboj_predostavit_informaciyu_o_sudbe_rebenka_zhivuwego_s_dvumya_papami/
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 90589

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #635 : 30 Августа 2019, 12:58:28 »

В доме-интернате скончался шестилетний Владислав Журавлев, отобранный у матери



16 августа в Сергиево-Посадском детском доме-интернате «Березка» скончался шестилетний Владислав Журавлев, отобранный у матери Юлии Журавлевой в 2017 году, сообщает пресс-служба Ассоциации родительских комитетов и сообществ. Всё это время мать всячески пыталась вернуть больного ребенка (мальчик страдал ДЦП и судорожной эпилепсией и остро нуждался в присутствии близкого человека).

Общественные организации «Православная семья» и Ассоциация родительских комитетов и сообществ (АРКС) помогали матери отстоять своё право на воспитание детей. 22 июня 2018 года Одинцовский районный суд отказал органам опеки и попечительства в лишении матери родительских прав. Но, несмотря на это, сотрудники органов опеки и попечительства Одинцовского района МО ребенка в семью не вернули, а попытались обвинить мать в растлении своих несовершеннолетних детей. Единственный свидетель, привлечённый опекой по этому делу, - гражданин Узбекистана, нелегально находившийся в РФ, - дал признательные показания о том, что органы опеки и попечительства заставили его оговорить женщину под угрозой выдворения из России (видео имеется). Тем не менее, Юлия Журавлёва до сих пор находится в СИЗО. Органы опеки не сообщили о гибели ребенка ни матери, которая сохраняет все родительские права, ни другим родственникам.

О смерти малыша стало известно случайно, когда отец погибшего Владислава позвонил в приют и получил трагическое известие. Отцу, воспитывавшему с рождения Владислава, органы опеки тоже отказались передать ребенка. Отец обратился в суд с просьбой передать ему больного ребенка, но решением суда от 06 декабря 2018 года ему было отказано. Чиновники незаконно удерживают ещё двоих несовершеннолетних детей, отобранных из этой семьи.

Это не первый случай гибели в сиротской системе детей, которые были отобраны у любящих родителей по сомнительным основаниям.

Ассоциация родительских комитетов и сообществ (АРКС) обратилась в Прокуратуру РФ и в Следственный комитет РФ с требованием провести проверку по факту гибели ребенка.

http://ruskline.ru/politnews/2019/avgust/29/v_domeinternate_skonchalsya_shestiletnij_vladislav_zhuravlev_otobrannyj_u_materi/
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 90589

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #636 : 03 Октября 2019, 20:50:26 »

Из Совета Федерации изгнана поборница ювенальной юстиции Екатерина Лахова



27 сентября в Брянске состоялось первое заседание Брянской областной Думы седьмого созыва. В ходе заседания большинством голосов представителем от Брянской областной Думы в Совете Федерации избрана Галина Солодун, сообщает сайт Думы.
 
Галина Солодун на этой должности заменила Екатерину Лахову, полномочия которой закончились вместе с полномочиями депутатов облдумы шестого созыва. Лахова представляла Брянскую область в Совете Федерации с 2014 года.
 
30 апреля 2019 года на торжественном мероприятии, посвященном 25-летнему юбилею Брянской областной думы, Лахова заявила, что «заканчивает свою парламентскую деятельность».
 
Лахова — поборница ювенальной юстиции и прочих антисемейных норм.
 
За месяц до своего изгнания из Совета Федерации, 17 сентября 2019 года, Лахова, входившая тогда в состав рабочей группы Совета Федерации по совершенствованию законодательства в сфере предупреждения и профилактики семейного насилия, сообщила, что до конца октября этого года на рассмотрение Государственной Думы может быть внесен скандально известный законопроект о профилактике домашнего насилия.
 
Законопроект, по мнению родительского сообщества и экспертов, направлен на разрушение института семьи в России.

http://ruskline.ru/politnews/2019/oktyabr/03/iz_soveta_federacii_izgnana_pobornica_yuvenalnoj_yusticii_ekaterina_lahova/
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 11685


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #637 : 13 Ноября 2019, 03:37:54 »


Ювенальщики пытаются использовать дело доцента Соколова в своих целях

Протоиерей Максим Обухов


О попытке ускорить принятие закона о «домашнем насилии»





«Университет шокирован этим чудовищным преступлением. Все обстоятельства трагедии установит следствие», - говорится в официальном комментарии СПбГУ по делу доцента Олега Соколова.

«Санкт-Петербургский университет, - отмечается далее, - полностью поддерживает инициативы, высказанные депутатом Государственной Думы Евгением Марченко: о том, чтобы правоохранительные органы в обязательном порядке информировали руководство образовательных организаций (вузов, колледжей, школ и т.д.) о случаях, когда их сотрудники были уличены в домашнем насилии, а также о восстановлении требования об обязательном предоставлении работниками образовательной сферы документов о состоянии психического здоровья».

Заместитель председателя Совета при Президенте России по правам человека Ирина Киркора считает, что России нужен закон о профилактике домашнего насилия. Однако внесённому в парламент документу постоянно оказывается противодействие.

«Много лиц, которые почему-то говорят небылицы по поводу этого законопроекта, что это будет угроза для семьи. Мне кажется, для семьи самая большая угроза — это то насилие, которое оказывается. Когда один сидит в тюрьме, а другой лежит в земле», — сказала Киркора Интерфаксу, отвечая на вопрос, не стоит ли просить ускорить принятие законопроекта после убийства аспирантки в Санкт-Петербурге.

Она отметила, что в настоящее время в России «нет механизмов психологической работы с проявлениями агрессии».

В пресс-службе уполномоченного по правам человека в России Татьяны Москальковой агентству сказали, что омбудсмен концептуально поддержала законопроект и направила соответствующее заключение.

Ведущий радио «Комсомольская правда» Дмитрий Делинский отметил, что произошедшее в СПб — «не первый случай семейного насилия в истории доцента Соколова. У него были высокие покровители, в том числе, судя по всему, в среде реконструкторов, в научной среде, в руководству СПбГУ, которые замяли дело о семейном насилии. Десять лет назад очередная его студентка собралась уходить от доцента Соколова, он ее привязал к стулу, избивал, подносил к лицу горячий утюг, угрожал изуродовать до неузнаваемости на всю жизнь. Девушка вырвалась, написала заявление».

Ведущая радио «Комсомольская правда» Елена Афонина со ссылкой на некую «правозащитницу» Алену Попову заявила, что этой трагедии «можно было бы избежать, если бы в стране работал закон о домашнем насилии». Афонина отметила, что данный закон находится в разработке, и его продвигает Оксана Пушкина. «Чудовищная история в Питере еще раз меня убеждает в том, что вся наша команда, которая работает над законом о профилактике домашнего насилия, на правильном пути, потому что этот как раз прямая связь с этим законом и яркий пример, когда молчаливое одобрение общества к такого рода преподавателям в кавычках и отсутствие нужной профилактики порождают безнаказанность», - заявила в интервью радио ювенальщица.

Директор Института истории СПбГУ Абдулла Хамидович Даудов в телепередаче Первого канала «Пусть говорят» рассказал, какой была его реакция, когда ему впервые позвонили в связи со случившимся: «Я вообще-то подумал, что меня разыгрывают, потому что это было не совместимо с тем, что мы знали о Соколове, Анастасии Ещенко. Мне звонили преподаватели тоже с недоверием, мол, такая информация. Но последующие события показали, что это правда. И все были в шоке от того, что произошло».

«Все переживают, все выражают глубокие соболезнования родным и близким Анастасии Ещенко. И я, пользуясь случаем, хотел бы то же самое сказать маме. Она в Петербурге. К сожалению, мне не удалось ее увидеть. А также выразить соболезнования своим коллегам, поскольку они глубоко переживают за случившееся», - сообщил Абдулла Даудов.

Следом микрофон взяла депутат Государственной Думы Оксана Пушкина, продвигающая антисемейный законопроект о «домашнем насилии». Ювенальщица недоуменно поинтересовалась у директора Института истории СПбГУ, неужели он не замечал, что Соколов «со странностями», что он «экзальтированный».

Отвечая на вопрос либералки, Абдулла Даудов заверил, что «при наличии порядка двухсот преподавателей и около 1000 студентов» он «не в состоянии уследить за личной жизнью каждого». «Да, это и не входит в мои обязанности. Это запрещено законом», - подчеркнул руководитель Института истории СПбГУ.

О попытке ювенальщиков ускорить принятие закона о «домашнем насилии», воспользовавшись произошедшим в Санкт-Петербурге чудовищным случаем, рассуждает в телефонном интервью «Русской народной линии» руководитель православного Медико-просветительского центра «Жизнь» протоиерей Максим Обухов:


У нас подобных случаев, таких как стрельба в Сибири или «дело Соколова», происходит гораздо меньше, чем в США. Мы видим, что СМИ специально раскручивают, предают чрезмерной огласке подобного рода истории. Они используют несколько приемов манипуляции общественным мнением.

В чем здесь заключается ложь? Они пытаются доказать с помощью отдельно взятого примера, преувеличивая факты, что это тенденция. Но известно, что 5 процентов в обществе – психически больные люди, и нет общества, где не было бы маньяков. Это вопрос их обезвреживания, работы с ними. Это отдельный вопрос. С помощью отдельно взятого примера нельзя ничего ни доказать, ни опровергнуть. Сейчас могут начать говорить, образно говоря, о том, что человек, который кого-то убил, допустим, был рыжий или еще какой-то не такой. Потом рыжих начнут линчевать на улицах.

В истории с Соколовым привлекло внимание то обстоятельство, что убитая была его сожительницей. И этот момент усиленно раскручивается. Но маньяки могут напасть и на постороннего человека. Здесь же так случайно совпало, что жертвой оказалась подруга Соколова.

Второе: в чем состоит манипуляция? И убийство с расчлененкой, и другие жестокие убийства, и какой-то шлепок, и даже окрик - и все это сводят в одно множество, определяют как «семейное, домашнее насилие». Потом они пытаются подсчитать, что у нас было 1000 или сколько-то еще тысяч случаев насилия – кто-то на кого-то кричал, дергал кого-то за косы, выкинул горшок ребенка и пр. Нам говорят: смотрите, убийство с расчлененкой, а таких случаев, мол, тысячи и тысячи. Это и есть манипуляция. Они стараются раскрутить тему семейного насилия. Если бы Соколов убил просто прохожую, если бы он кого-то застрелил или зарубил на улице, то сейчас дальше участкового полицейского или какого-то квартала об этих случаях никто не знал бы. Но сейчас идет лоббирование и давление на общество с целью добиться принятия нового закона, который предполагает вмешательство в дела семьи. А убийца был выбран для раскрутки этих планов.

В стране живет более 140 000 миллионов человек, и где-то что-то случается. Понятно, что общество не идеальное, и бывают случаи жестоких преступлений. Россия не относится к странам, где слишком много подобных инцидентов. Их у нас намного меньше, чем в других странах. Это касается уровня насилия по отношению к женщинам в целом. Вдобавок к этому лоббисты ювенального закона, который направлен против семьи, все время повторяют одну и ту же ложь про несчастных 14 000 женщин, якобы убитых мужьями. Это ложь. Этого нет и никогда не было. Такие случаи происходят, но их всего около трехсот в год. Из этих трехсот случаев большая часть связана со злоупотреблением алкоголем, что является отдельной проблемой.

Если очередной ювенальный закон будет принят, то у нас будет страшное дело. Во-первых, то, что люди открыто лгут про 14 000 жертв насилия, уже говорит о том, что у них преступные намерения, основанные на лжи. Под слежку за семьями они создадут многотысячную армию чиновников. У нас итак очень много чиновников. Они создадут целую систему судопроизводства, контроля, обысков, налетов на дома, отобрания детей. Будут созданы многочисленные силовые структуры, которые станут подчиняться ювенальщикам. Именно это происходят во многих странах Запада.

Одно из возможных последствий принятия ювенального закона – резкое снижение рождаемости. И, конечно, в случае каждой семейной ссоры, допустим, если муж и жена поссорились и побили посуду, ювенальщики будут врываться в дома, в семьи, они добьются права, как и в других странах, врываться в жилище по звонку какой-нибудь истерички. Даже просто любая семейная ссора будет приводить к тому, что ювенальщики станут влезать в семью. И, конечно, в любую семью можно будет потом вмешаться.

Здесь должно быть всеобщее понимание и давление на законодателей, которые накручивают общественное мнение. Этот случай не является типичным, он из ряда вон выходящий. А нам внушают, что это тенденция. Когда утихнет шум, они, наверное, будут изучать полицейские сводки и, наверное, вытянут еще какой-нибудь случай и будут его так же, как и этот случай, использовать для создания еще большего шума с целью продвижения ювенальных законов.

Один отдельно взятый случай не следует воспринимать как тенденцию. Но их задача заключается в том, чтобы доказать, что семья – источник опасности. Их задача – убедить, что людей нужно защищать от семьи, что нужно взять семью под контроль. Хотя большая, подавляющая часть случаев жестокости, и по отношению к женщинам, и по отношению к детям, происходит вне семьи. Достаточно просто взглянуть на опросы, например, о насилии, о жестоком обращении с детьми в школе. Что мы об этом знаем? Там очень шокирующие данные статистики, гораздо более опасные. В интернатах сколько имеется случаев жестокости? Но интересует их семья, чтобы ворваться в дома и создать семейную полицию, чтобы создать целую армию чиновников на государственном обеспечении.



Протоиерей Максим Обухов


12.11.2019

Источник
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 90589

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #638 : 12 Декабря 2019, 16:46:49 »

Кучер Егор

Ювенальная юстиция на Западе: О чём плачут и кричат дети и родители


Фото: Amanda Wayne / Shutterstock.com

В России продолжится обсуждение так называемого законопроекта о домашнем насилии, который, вероятно, закрепит нормы, касающиеся «бытового», а не «семейного» насилия. Схожие положения уже давно действуют в странах Запада. Как выглядит ювенальная юстиция там и почему система действует, когда не нужно, и бездействует, когда без неё не обойтись?

Ювенальная юстиция сегодня становится уже слишком сложным понятием для того, чтобы отнести её исключительно к сфере права, социальной сфере или одному из институтов демократического общества. Об этом явлении уже многое сказано, включая громкие и страшные истории разлучения родителей с детьми, бесчеловечность социальных служб и органов опеки.

Слышны и противоположные заявления — о необходимости защищать детей от насилия в семье, обеспечить им нормальное воспитание в ситуации, когда родители не в состоянии сделать это самостоятельно. Ребёнок всегда должен иметь право на нормальную жизнь.

Однако лучшим доказательством существования проблем является наличие споров, данные мировой социальной статистики, непрекращающиеся обсуждения ювенальной юстиции во многих странах. Для понимания того, как трансформируется сейчас «ювеналка», достаточно посмотреть на западную практику. Ту самую, которую представители прогрессивных зарубежных демократий уже многократно пытались привить и России — стране «отсталой» в сфере защиты прав человека.


Фото: YAKOBCHUK VIACHESLAV / Shutterstock.com

На Западе с ювенальной юстицией много проблем. Это и не могло быть иначе в силу того, как меняются сами западные общества. И сейчас, когда современная Россия пытается органично и со своими правками привить ряд западных норм, настало время присмотреться получше к правовым аспектам западной ювенальной юстиции. Для того чтобы не повторять чужих ошибок и решить, насколько нашей стране необходимо вживлять своему обществу то, что уже начинает органически отторгаться в других странах.

К истории вопроса

Ювенальная юстиция как некий свод специализированных правил уходит корнями вообще в древние цивилизации. В римском праве, например, за прегрешения своих детей изначально должен был отвечать pater familias — глава семьи. И лишь потом, с появлением отдельных прав членов семьи, ростом их независимости от главы рода, за ними признавалась и отдельная ответственность.

В более или менее современном толковании ювенальная юстиция закрепляется в правовых канонах начиная с XIX-XX веков. И процесс этот был вызван необходимостью регламентировать отношение судебной и пенитенциарной систем к преступлениям, совершаемым несовершеннолетними.

Так как логика законодателей прошлого пошла по пути признания ответственности детей за правонарушения и выделения под эти нужды отдельных правовых ниш, то следствием этого стала и разработка системы защиты прав несовершеннолетних. Западные сообщества признавали за детьми не только определённую ответственность за нарушение закона, но и необходимость их защиты.

В итоге произошёл своеобразный раскол понятия о ювенальной юстиции надвое — на правовую основу для признания за несовершеннолетними отдельной ответственности, отличной от норм традиционного уголовного права, и на собственно систему по защите детей. Первопроходцами в данном вопросе выступили США, которые уже в конце XIX века создали первый детский суд. Согласно разработанным тогда нормам, к несовершеннолетним не применялось понятие «преступник», оно было заменено на «виновный». Основой тут заявлялась забота о детях-правонарушителях, которые в силу возраста и жизненного опыта ещё могут встать на путь исправления.

Далее, уже в XX веке, ювенальная юстиция стала активно развиваться в Великобритании, которая в 1908 году приняла соответствующие законы. Не сильно отстала и Франция, она заимствовала нормы у США и учредила первый ювенальный суд в 1914 году.

Ювенальная юстиция в США

США на сегодняшний день имеют хорошо проработанную систему ювенальной юстиции, которая формировалась десятилетиями. Основным органом является Служба защиты детей (Child Protective Services, CPS), деятельность которой регламентируется целым рядом федеральных законов. Среди них — Закон о недопущении жестокого обращения с детьми (Child Abuse Prevention and Treatment Act, CAPTA), Закон о многонациональном размещении (Multi-Ethnic Placement Act, MEPA), Закон об усыновлении и безопасных семьях (Adoption and Safe Families Act, ASFA) и ряд других. Эти три основных закона являются базовыми для американской ювенальной системы. Остановимся на них немного подробнее.

Закон о недопущении жестокого обращения с детьми определяет минимальные признаки «жестокого обращения», устанавливает финансовые механизмы для программ, направленных на профилактику нарушения прав детей, утверждает ряд структур ювенальной юстиции (например, Национальный центр по вопросам жестокого обращения с детьми), а также регламентирует процесс сбора, хранения и обмена информацией о жестоком обращении.

Закон об усыновлении — краеугольный закон американской ювенальной юстиции. Именно он внёс поправки в Закон 1980 года о помощи в усыновлении и защите детей. Дело в том, что многие штаты толковали закон 1980 года как содержащий нормы в защиту прав биологических родителей. Современный Закон об усыновлении ставит крест на проводимой ранее политике воссоединения детей с их биологическими родителями (внимание!) независимо от предшествовавшего насилия. На первом месте теперь — права, интересы, здоровье ребёнка, а не целостность семьи. Поэтому ASFA называют самым радикальным ювенальным законом в США за последние два десятилетия.

Закон о многонациональном размещении требует от органов опеки и социальных служб подбирать изъятым детям разнообразные семьи с точки зрения этнического состава и прочих признаков.

Как это работает?

Не будем подробно останавливаться на нормах этих законов и разбирать их. Для понимания того, как они работают, более наглядными будут примеры. Семья в США может попасть под контроль со стороны социальных служб по анонимному заявлению. Его может подать сосед, недоброжелатель или случайный прохожий. Как правило, в таких случаях американские суды становятся на сторону ювеналов, и адвокат родителей может добиться лишь сделки с правосудием, которая означает, что за семьёй начинается слежка в течение года.

Среди мер контроля — обыски соцработниками в любое время дня и ночи вне зависимости от того, содержались ли в обращении претензии к квартире или дому; проверка родителей на наркотики, предусматривающая сбор анализов (включая анализ мочи) в присутствии социального работника, при этом не имеет значения, были ли в изначальном заявлении подозрения на наркоманию; обследования психиатрами и психологами вне зависимости от того, вызывало или нет вопросы психическое здоровье родителей как показатель их способности ухаживать за детьми; соцработники имеют доступ ко всем конфиденциальным медицинским данным, медкартам и финансовым документам семьи.


Фото: David Honl / Globallookpress

Одна из первых проблем состоит в том, что почти с каждой семьёй подобное может случиться из-за банального доноса на якобы ненадлежащее исполнение родителями своих обязанностей. Например, если ребёнок дошкольного возраста играет один во дворе дома, или соседи увидели, что он сидит один дома, или же в детском саду на теле ребёнка увидели ушибы. Сотрудники Департамента защиты семьи (орган CPS) должны реагировать на такие заявления в течение пяти дней. Родителей приглашают на профилактическую беседу и рассказывают о недопустимости насилия или принуждения ребёнка к чему-либо (труду, урокам или зарядке).

У ребёнка тоже есть серьёзные права. Он может пожаловаться ювеналам на родителей, причём не только на подзатыльник, но и на «некомфортные условия», «эмоциональное насилие» — ссоры или недостаточное материальное обеспечение. Если суд установит, что у ребёнка нет того, что есть у сверстников, то ювеналы попросту могут найти ему новую семью, которая будет обеспечивать все потребности.

Именно эти нормы проявляются наиболее сурово в американской ювенальной системе. Никто не мешает ребёнку «стучать» на родителей или даже шантажировать их тем, что если ему что-то не купят, то он позвонит в социальную службу. Откуда ребёнок о ней узнает? Законодательство предусмотрело образовательные программы в школах, где детям рассказывают о том, куда звонить, если «папа кричит или бьёт» или в семье дела плохи, как считает ребёнок.

В школах также есть обмудсмены по защите прав детей, собирающие доносы на родителей. Нередки и наряды сотрудников социальных служб, которые обязаны вмешаться, если дети разбушевались. При этом, даже если они избивают педагога, он не имеет права отвечать им силой, а обязан позвать полицейских.

В США известны случаи, когда детей забирали у родителей из-за того, что сочли семью «неблагополучной» — в холодильнике не было достаточного запаса продуктов, дома находилась сломанная мебель или давно не было уборки. Это уже повод для наблюдения за семьёй и даже изъятия ребёнка.

К чему это приводит?

В американском сегменте интернета есть много историй о том, каким совершенно вопиющим образом работают ювеналы. Например, если врач-педиатр увидит синяк у ребёнка и анонимно заявит об этом соцработникам, то те затаскают родителей по судам, будут мучить «потерпевшего» вопросами: «Как тебя били? Какие предметы использовали? Угрожали ли убить?», а увещевания матери или отца о случайном характере травмы не убедят ювеналов отстать от семьи, это будет возможно только после тщательной проверки.

Не стоит даже говорить о том, что будет, если ребёнок заявит сам (из вредности или недостаточного понимания), что на него подняли руку. Он рискует больше никогда не увидеть своих биологических родителей, которым будет запрещено даже приближаться к своему ребёнку, и от которых потребуют развода (от матери, если отец будет признан «агрессором», и наоборот).

В ряде случаев причиной изъятия детей становится отказ родителей от прививок или лечения ребёнка определёнными препаратами, предписанными антибиотиками или с помощью инъекций сильнодействующих препаратов. В Техасе, например, несколько лет назад у мамы забрали больную раком 12-летнюю дочь, так как родители отказывались от лучевой терапии.

Известны случаи, когда соцработники делали вывод о «недостаточной заботе» родителей о своих детях, когда те не отпускали их на уроки «сексуального просвещения» в школах, и видели в этом повод для изъятия из семьи. По Закону об усыновлении такие дети могут больше не увидеть своих родителей, а по Закону о размещении — попасть в однополую семью с «родителем 1» и «родителем 2». И то не сразу, а через детский дом, где нередко также можно столкнуться с насилием.


Фото: VH-studio / Shutterstock.com

В США известна история полицейского, 7-летний сын которого по совету соседей, уставших от шума, пожаловался ювеналам на ссоры родителей. Состоялся суд, ребёнка изъяли и поместили в приют. Затем его усыновили, а биологический отец так и не смог узнать адреса или имён приёмных родителей до тех пор, пока ему не сообщили о гибели ребёнка в ДТП, хотя перед этим он пытался использовать все свои связи, чтобы хотя бы издали посмотреть на сына.

(Окончание следует)
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 90589

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #639 : 12 Декабря 2019, 16:47:43 »

(Окончание)

В 2013 году американские соцработники изъяли пятимесячного сына у русской семьи Анны и Алексея Николаевых, живущих в Калифорнии. Поводом стал отказ родителей от услуг госпиталя без оформления выписки ребёнка из этого медучреждения. Врачи заявили о нарушении прав ребёнка, и его забрали. Вернуть сына Николаевым помогло только личное вмешательство занимавшего тогда пост уполномоченного по защите детей при президенте России Павла Астахова, тогда как сама система не предполагала обратного процесса в ситуации, когда факт «нарушения прав» таким нелепым образом был «доказан».

Ребёнок и родители — жертвы. Кому это выгодно?

Ещё в 2007 году в США вышел ошеломляющий доклад сенатора от штата Джорджия Нэнси Шеффер под названием «Коррупционный бизнес службы защиты детей». В нём законодатель писала о выстроенной коррупционной схеме в американской ювенальной системе. Система не только не помогает детям и не защищает их, а просто работает как «кормушка» для соцработников.

«Родители с невысоким уровнем дохода часто становятся жертвами, когда у них забирают детей, потому что у них нет возможности нанимать адвокатов и бороться с системой. Быть бедным не означает, что вы не являетесь хорошим родителем, или что вы не любите своего ребёнка, или что ваш ребёнок должен быть изъят и помещён к незнакомцам», — пишет она.

Шеффер отмечает, что все родители способны совершать ошибки, и что ошибка не означает, что дети навсегда должны быть изъяты из своего родного дома, где ребёнок чаще всего по-настоящему находится в любви и безопасности. Кроме этого, ювенальная система превратилась в бизнес, посредством которого обогащаются врачи, адвокаты, юристы, сотрудники соцслужб, банки и многие другие интересанты.

«Социальные работники занимаются мошенничеством. Они подделывают улики и пытаются всеми силами ограничить родительские права, а обвинения против них игнорируются», — сказано в докладе.

Сенатор отметила, что системе выгодно лишать родителей прав на их детей, так как ювенальная юстиция в США — это бизнес по торговле детьми. За каждого усыновлённого ребёнка выплачивается бонус в размере 4 тыс. долларов, а за ребёнка с особыми «параметрами» — дополнительно 2 тыс. долларов. При этом финансирование продолжается до тех пор, пока ребёнок не изъят у родителей. Когда его переводят из одной приёмной семьи в другую, снова выделяются деньги. Большие бонусы выплачиваются и тогда, когда ребёнка помещают в психиатрическую лечебницу. Соцработникам поэтому выгодно изымать как можно больше детей, чтобы у клиентов — приёмных семей — был большой выбор.

Шеффер также заявила, что в большинстве известных ей случаев усыновления изъятых детей в приёмных семьях они подвергались сексуальному насилию, тогда как это было бы невозможно, если бы они остались дома с родными матерью и отцом. По самой общей статистике, в США ежегодно изымаются из семей сотни тысяч детей, которые сначала подвергаются насилию в детских домах, а затем сталкиваются с ним в приёмных семьях. Шеффер заметила, что глава департамента по усыновлению в её округе был ранее осуждён за растление детей.

«Органы опеки ставят развод родителей необходимым условием для того, чтобы они могли видеться с изъятым у них ребёнком. Большинство родителей разводятся, но продолжают жить вместе. Это антисемейная политика, но родители сделают всё, чтобы их дети были с ними», — заявляет сенатор.

См.видео по нижеприведённой ссылке:

https://youtu.be/YcdEu2rKAXw

Девочка в заточении

В связи с вопросом о ювенальной юстиции в США, попытками проанализировать эту систему и каким-либо образом транслировать нормы по защите детей в российское законодательство невозможно обойти стороной ситуацию, которая сегодня обсуждается едва ли не более активно, чем законопроект о «домашнем насилии».

Как стало известно в начале декабря, в Москве в перинатальном медицинском центре (ПМЦ) «Мать и дитя» живёт пятилетняя девочка, которая всю свою жизнь с момента рождения провела в этой клинике, куда её определили родители как «неизлечимо больную». Российские органы опеки, Следственный комитет, ряд чиновников и правозащитников бьют тревогу, так как врачи заявляют, что девочка полностью здорова. Родители попросту отказываются забирать ребёнка из медицинского центра, оплачивают её пребывание там, а также услуги нянь.

Психологи говорят, что за пять лет в психике ребёнка уже произошли серьёзные изменения, ведь кроме клиники в своей жизни девочка ничего не видела, она не общается со сверстниками, не знает, как выглядит море и большой город, как выглядит метро вживую, а не на картинках, а самым большим её путешествием была прогулка до ворот медицинского центра и обратно. Девочку лишь изредка навещали по отдельности родители и дедушка, встречи с ними длились недолго.

Камнем преткновения стала позиция матери, которая наотрез отказывается забирать девочку, а отец заявляет, что «не лезет в эти дела», и оплачивает пребывание ребёнка в клинике, которое обходится в сумму около 1 млн рублей в месяц.

Ситуация в данный момент накалена до предела — фактических оснований лишать мать и отца родительских прав нет, ведь они проявляют заботу о ребёнке. А норм о необходимости обеспечения полноты жизни для ребёнка в России не существует.

В 2019 году было проведено несколько независимых экспертиз состояния здоровья девочки, и они не установили у неё наличия серьёзных заболеваний или отклонений. Позднее врачи медицинского центра, родители девочки, представители Следственного комитета и других органов провели совещание, которое окончилось скандалом: мать ребёнка кричала, что не будет забирать дочь, и обвинила власти во вмешательстве в частную жизнь семьи. Эта история уже вызвала большой ажиотаж, и на сегодняшний день точка в ней так и не поставлена. Известно, что мать девочки легла в одну из московских больниц, о её состоянии сведений нет. Отец перестал выходить на связь и подал судебный иск к медицинскому центру, а также по неизвестной причине — к матери ребёнка. Он требует компенсации истраченных средств.

По сведениям «Медузы», ребёнка готовы усыновить бабушка и дедушка с одной из сторон, однако мать девочки с ними поссорилась и не допускает их к ребёнку. Тем временем девочка продолжает жить в изоляции, врачи выражают опасения в связи с очевидными проблемами в будущей социальной адаптации ребёнка.

Накануне бывший старший помощник председателя Следственного комитета России, генерал-майор юстиции Игорь Комиссаров рассказал «Коммерсанту», что около года назад СК возбуждал уголовное дело о незаконном лишении свободы и неисполнении обязанностей в отношении несовершеннолетней (статьи 127 и 156 УК). Однако по невыясненным причинам оно было закрыто.

Ситуацию пытается решить президент фонда «Волонтёры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская, которая надеялась на положительный исход дела ещё в начале года, однако потом решила прибегнуть к помощи журналистов, чтобы дать делу огласку.

10 декабря департамент соцзащиты Москвы сообщил, что органы опеки будут через суд добиваться ограничения родительских прав отца и матери девочки. Чиновники отметили, что ПМЦ с весны 2019 года судится с родителями, добиваясь, чтобы они забрали девочку, суд встал на сторону врачей, но родители всё равно её не забрали.


Фото: Matt Benoit / Shutterstock.com

Таким образом, налицо ситуация, когда лишение родительских прав было бы благом для ребёнка. Кроме этого, можно сказать, что в то время, пока в тех же США есть бизнес на детях, и ювеналы разрушают нормальные семьи, в России представители органов опеки бездействуют как раз тогда, когда они очень нужны. Причина в том, что девочка живёт не только в «золотой клетке» — отдельной палате с полным обеспечением и двумя круглосуточными нянями. Девочка живёт в состоянии правового вакуума, который не подпускает к решению вопроса никого, включая её ближайших родственников, не согласных с решением матери.

В целом же очевидно, что России не нужны уродливые западные формы ювенальной юстиции, которая существует практически в буквальном смысле как бизнес «на костях» детей и их родителей. Однако интересы детей в ряде случаев по-настоящему нуждаются в защите, и нередко это для них вопрос жизни и смерти. По этой причине нашей стране нет смысла идти по проторённой Западом дороге, копировать органы, нормы и отдельные части этой системы. России необходимы дополнения в ряд законов наряду с Семейным кодексом для решения сложных ситуаций и недопущения злоупотребления правами ни детей, ни их родителей.

https://tsargrad.tv/articles/juvenalnaja-justicija-na-zapade-o-chjom-plachut-i-krichat-deti-i-roditeli_229928
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 11685


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #640 : 23 Декабря 2019, 01:20:20 »


«Если такое новшество будет введено, то оно будет противоречить Конституции»

Полицейские могут получить право изъятия детей из семей, если им поступит сигнал о факте «домашнего насилия»

Протоиерей Александр Шестак




Российские полицейские могут получить право изъятия детей из неблагополучных семей, в которых малыши подвергаются насилию. В настоящее время подобными полномочиями обладают исключительно органы опеки. Для наделения полицейских новыми правами понадобятся изменения в Семейный кодекс РФ. Такие поправки МВД может внести в ближайшее время в законодательный орган. О планах МВД стало известно в четверг вечером на заседании Совета при правительстве России по попечительству в социальной сфере, пишет Российская газета.

Выступивший там начальник управления Главного управления по обеспечению общественного порядка и координации взаимодействия с органами исполнительной власти субъектов МВД России полковники Станислав Колесник отметил, что полицейские зачастую сталкиваются с такими ситуациями, которые требуют незамедлительных мер. «Не по отобранию ребенка и не по изъятию, а по некоторой его, скажем так, изоляции от опасной ситуации», - сказал полицейский, подчеркнув, что в МВД при этом прекрасно осознают приоритет сохранения полной семьи.

В настоящее время, изолируя ребенка от опасности, полицейские, по словам Колесника, действуют на грани нарушения. «Статья 77 Семейного кодекса РФ предусматривает, что изъять ребенка могут только органы опеки и попечительства. Но надо понимать, что органы опеки работают только в рабочее время - с 9.00 до 18.00. А в остальное время на эти сообщения реагируют сотрудники полиции. И здесь полицейские, действуя на грани превышения должностных полномочий, либо последующего обвинения в халатности, вынуждены пользоваться несколько иными полномочиями по определению детей, находящихся в беспомощном состоянии, в специальные учреждения», - пояснил представитель МВД России.

В МВД привели ужасающую статистику - за последние 4 года в России на 92 процента выросло число преступлений в отношении детей со стороны их родителей. В том числе на 50 процентов увеличилось количество убийств, на 48 процентов - истязаний несовершеннолетних. За 6 месяцев текущего года возбуждено уже более тысячи уголовных дел в отношении родителей за жестокое обращение со своими детьми.

По словам Колесника, в МВД уже подготовлены предложения по корректировке 77-й статьи Семейного кодекса для наделения полиции соответствующими полномочиями. При этом в МВД не настаивают на том, чтобы после изъятия ребенка из семьи полицией, в суд автоматически следовало заявление о лишении его родителей родительских прав или ограничении в таких правах. «Мы, безусловно, согласны с тем, что изъятие ребенка из семьи не должно за собой влечь направление материалов о лишении родительских прав. Ситуация зачастую требует разбирательства. Поэтому должно быть какое-то временное изъятие для того, чтобы успеть во всем разобраться», - пояснил офицер.

В настоящее время в соответствии со статьей 77 Семейного кодекса РФ «отобрание ребенка при непосредственной угрозе жизни ребенка или его здоровью» таким правом наделены органы опеки. Процедура производится на основании решения профильного органа власти региона или главы муниципального образования. После отобрания в обязательном порядке извещается прокурор, и в течение 7 дней в суд подается иск о лишении родителей изъятого ребенка родительских прав или ограничении их в родительских правах.

Предложения МВД прокомментировал в телефонном интервью «Русской народной линии» полковник милиции в отставке, кандидат юридических наук, заведующий сектором МВД в Синодальном отделе по взаимодействию с Вооруженными Силами и правоохранительными органами протоиерей Александр Шестак:


Полиция и сейчас имеет возможность, в крайних случаях, изымать детей из мест их проживания, если им угрожает опасность. Здесь ничего особо нового нет. Видимо, законодатели считают важной такую мысль, чтобы полиция не только изымала детей, оформляла это изъятие, передавала органам опеки, но и само дело доводилось в дальнейшем до какого-то логического конца. Дело в том, что основаниями для изъятия детей являются те, которые прописаны в проекте закона о «семейно-бытовом насилии». С моей точки зрения, неправильно за подзатыльник, шлепок или за какое-то небольшое психологическое насилие, как оно сейчас понимается, за отказ делать уроки или запрещение смотреть телевизор — наказывать семью. Все подобные ситуации перечислить невозможно, потому что их множество. За это наказывать неправильно, такого быть не должно.

Другое дело, когда совершаются преступления в отношении несовершеннолетнего или в отношении жены или мужа. Тогда полиция имеет право прекратить это насилие и привлечь к уголовной ответственности. Это можно делать уже сейчас. На будущее, если примут этот закон, это будет неправильно, потому что, таким образом, полиция сможет вторгаться в семейную жизнь. Об этом говорил Патриарх. Права семьи должны быть защищены, и они защищены Конституцией. Если такое новшество будет введено, то оно будет противоречить Конституции. Тогда надо менять Конституцию и менять права полиции, определять, в каких случаях она имеет право входить в жилище. Сейчас полиция может войти в дом только в случае совершения преступления и посягательства на жизнь и здоровье проживающих там людей. Здесь должны быть очень четкие границы.

Проблема с семейным насилием до конца не изучена. Возможны какие-то профилактические меры, но они не должны затрагивать суть семьи, не должны разрушать семью. Полиция, наоборот, должна стоять на страже законности, на страже Конституции, а не пускаться во все тяжкие. Сейчас, когда органы опеки изымают детей, они все равно приходят в дом с сотрудниками полиции, чтобы не было противодействия, поножовщины или еще чего-то подобного. В законопроекте не до конца продуманы очень важные вещи.

Сейчас в средствах массовой информации все чаще и чаще публикуются материалы о семейном насилии. Конечно, оно всегда было и есть, но это единичные случаи. Такие случаи сейчас вытащены на поверхность, чтобы подогреть общество, чтобы подготовить ситуацию к тому, чтобы принять этот закон. Поэтому здесь надо быть очень осторожным. Как говорится, «семь раз отмерь, один раз отрежь».

Я считаю, что этот законопроект надо показать специалистам для криминалистической экспертизы. Есть специалисты в этом области в академии МВД, в Московском университете МВД России и в других специализированных органах. Они смогут дать криминологическую характеристику этому закону, проанализировать, как изменится ситуация.

Соответствующие нормы уже есть в действующем законодательстве и по поводу насилия и по поводу побоев. Этим законопроектом пытаются внести такую сумятицу в семейные отношения, что люди перестанут жениться, а будут только сожительствовать. Люди перестанут рожать детей. У нас демография и так на нуле, а если этот закон примут, то мы получим окончательное снижение рождаемости.


21.12.2019

Источник
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 90589

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #641 : 08 Февраля 2020, 15:16:42 »

Ювенальный беспредел столичных властей

Правительство Москвы объявило тендер на систему мониторинга семей с детьми за 85,6 миллионов



Худшие опасения родительской общественности относительно закручивания гаек в области семейной политики и контроля за частной жизнью каждой отдельно взятой семьи начинают сбываться. Свидетельство тому – тендер от Департамента г. Москвы по конкурентной политике, появившийся на сайте госзакупок 3 февраля 2020 г., согласно которому в столице создается автоматизированная система мониторинга семей с детьми (далее СМС). Конкретные авторы-составители техзадания неизвестны, но предметное знакомство с текстом повергнет в шок всех, кто хотя бы заочно знаком с этапами внедрения в России ювенальной юстиции. Причем сбор данных членов семьи и контроль «критериев семейного благополучия» будет происходить в автоматическом режиме – бездушная железка будет неумолимо подсказывать органам опеки и КДН, какую семью необходимо атаковать. Вот такие «комфорт и безопасность» пришли к нам с эпохой цифровой экономики, пишет сайт РИА Катюша.

Предлагаемые в техзадании для создателей СМС «критерии семейного благополучия», достаточные для постановки семьи на карандаш, инспекции ее квартиры и навязывания социального патроната, а в случае сопротивления – изъятия детей, равно как и перечень персональных данных в карточке семьи, ее членов и ребенка, создают новую юридическую реальность, выходящую за рамки Конституции, Семейного кодекса, ФЗ «О персональных данных» и т.д. В документации описано назначение системы, стартовую стоимость разработки которой Правительство Москвы оценивает в 85,6 млн. рублей:

«Автоматизированная система мониторинга семей с детьми (СМС) предназначена для организации обеспечения своевременного выявления и учета несовершеннолетних и семей с детьми, попавших в трудную жизненную ситуацию или оказавшихся в социально-опасном положении.

СМС относится к учетным автоматизированным информационным системам. В СМС хранятся и обрабатываются персональные данные».


Первой целью создания системы заявлено «сокращение временных затрат на выявление семей с несовершеннолетними детьми, находящимися в трудной жизненной ситуации или социально опасном положении, в том числе семей, в которых дети находятся под опекой, и нуждающихся в социальной помощи». То есть выявлять благополучных намерены быстрее, эффективнее и уже на ранних стадиях. Еще и в автоматизированном порядке – то есть компьютер не будет интересоваться индивидуальными особенностями той или иной семьи (а каждый семейный случай, как известно, индивидуален) на этапе «ранней профилактики». Работников социальной службы при этом также загоняют в жесткие рамки – им надо четко заполнять таблицы по заранее расписанным критериям неблагополучия, чтобы затем машина ставила на учет попадающие под них семьи. Алгоритмы работы системы описываются следующим образом:

«Первоначально происходит сбор информации о фактах семейного неблагополучия в соответствии с утвержденными критериями. На основании собранной информации проводится обследование найденных семей с целью получения оценки условий жизни и воспитания несовершеннолетнего, а также степени угрозы его жизни и здоровью. В случае установления факта семейного неблагополучия осуществляется постановка ребенка и семьи на учет с целью последующего планирования и выполнения индивидуальной профилактической работы с семьей, в том числе в форме социального патроната, и сопряженной с оказанием семье и ребенку социальной помощи в виде социального обслуживания.

В случае, если в рамках контроля положения семьи установлено, что дети продолжают находиться в ухудшающейся обстановке, представляющей угрозу их жизни или здоровью либо препятствующей их нормальному воспитанию и развитию, инициируется процесс лишения или ограничения прав для родителей, отстранение или ограничение прав для опекунов».


Автоматизированный анализ добытых подозрительных персональных данных на семью, затем – «диагностический» визит опеки, снова оценка по множеству заданных параметров. Затем начинается «индивидуальная профилактическая работа», навязывание соцпатроната и соцобслуживания. В случае отказа – заявление в суд на ограничение или лишение родительских прав и изъятие ребенка. С весьма интересной формулировкой – «ухудшающаяся обстановка, представляющая угрозу жизни или здоровью» ребенка либо «препятствующая нормальному воспитанию и развитию». Судить о том, что же это за «ухудшающаяся обстановка» такая, будут не исходя из положений Семейного кодекса, а по приведенным ниже критериям. Приводим только самые слабые уровни угрозы по версии разработчиков техзадания – желтый и зеленый, попадания хотя бы в один такой пункт достаточно для персональной инспекции опеки и признания семьи неблагополучной.

«Очень трудно спокойно комментировать весь абсурд и самоуправство, отраженные в этих критериях. По сути, они превращаются в отдельные правовые нормы (по факту не являясь таковыми!), которыми будут руководствоваться органы опеки, якобы защищая "законные интересы детей". Захламленная квартира, наличие в ней насекомых, а также мусора – и семья автоматически становится на учет. Случайный ожог, отравление или травма, от чего в детстве никто не застрахован – и родитель признается создателем "ухудшающейся обстановки, угрожающей здоровью и жизни ребенка". Если ребенок, не дай Бог, подсел на асоциальную суицидальную тематику в любимом планшете/смартфоне, который заботливый родитель купил, удовлетворяя его материальные запросы – снова виноваты родители. Наказывать за постоянное зависание в соцсетях нельзя – это же у нас семейное насилие – ну, а если ребенка из-за этого довели до суицида, отвечать придется маме и папе. То же самое касается наличия любых синяков и царапин на теле у ребенка, которые родители "не могут адекватно объяснить". То же касается и семейных скандалов – даже разовая ссора на повышенных тонах может привлечь опеку усилиями "доброжелателей" семьи – и это все называется "высоким уровнем" угрозы!» - говорится в статье на сайте РИА Катюша.

«А как вам критерии из "текущего" уровня угрозы? Несвежая одежда или отсутствие одежды по сезону – а если она просто испачкалась на улице, если она демисезонная? "Не прохождение подопечным (несовершеннолетним находящимся под опекой) в возрасте от года до 18 лет ежегодной обязательной диспансеризации и (или) отказ от вакцинации (при отсутствии противопоказаний)", – это с какого же момента, простите, диспансеризации и вакцинация для населения стали в России обязательными? С какого момента государственная услуга по здравоохранению стала принудиловкой, за которую могут изъять детей (пусть даже пока это касается опекунов, а не родных родителей)? Авторы этих критериев явно знают то, что неизвестно простым смертным. То же самое касается и прикрепления к медицинской организации. Согласно работающей в РФ схеме, новорожденного автоматически прикрепляют к поликлинике по месту жительства родителей – никаких обязательств по прикреплению и отчетов перед властями за его отсутствие в законодательстве РФ не предусмотрено», - отмечается в публикации.

«Для разбора оставшейся группы критериев "неблагополучия" просто не хватает цензурной лексики, - сказано в статье. - Уволили одного из родителей, он оказался на бирже труда. С кем не бывает? Если за полгода ему не удалось найти достойную постоянную работу – в дом придет опека, семья автоматически попадет в список "проблемных". Пропуски занятий в школе более 10 дней подряд – мало ли, какая ситуация сложилась в семье, возможно, пришлось срочно уехать на время – это теперь тоже повод сразу подключать опеку? "Неаттестация по одному и более предметам" - ребенок плохо учится, родители стараются изменить ситуацию, ребенок не хочет учиться – влезаем в семью с опекой. Ну а если родители используют такие методы воспитания, как "эмоциональное отвержение" или "игнорирование" - не физическое насилие или угрозы, а просто не разговаривают пару часов с провинившимся ребенком – это теперь у нас тоже повод для опеки влезть в семью».
 
«И последний перл: долги по ЖКУ как повод для изъятия ребенка… Где-то мы такое уже проходили. Ну конечно, в "умном безналичном городе" банкстера Германа Грефа Зеленодольске (Республика Татарстан) местный мэр издал скандальное постановление по изъятию детей у семей, "имеющих задолженности за энергоносители", которое после широкой огласки было аннулировано. Не способен оплатить регулярно растущие коммунальные поборы? Не достоин иметь детей – вот твой "налог на бедность" – прямо заявляют москвичам столичные власти», - говорится далее.

«Но и это еще не все. Программа СМС предполагает ведение карточки на каждого члена семьи, на ребенка и на семью в целом. Причем на закон "О персональных данных" и конституционную неприкосновенность частной жизни мэрии Москвы, похоже, плевать – они предлагают вносить требующиеся для контроля семей сведения вручную и автоматически – что называется, по мере поступления. А поступать они будут щедро – в рамках межведомственного взаимодействия от работодателей, медучреждений, школ, пенсионного фонда и т.д. Досье на члена семьи будет состоять из его региона, города, округа, района Москвы, ФИО, пола, даты рождения, возраста, телефона, эл. почты, номера СНИЛС, места и адреса работы, должности, телефона работодателя, статуса работника, адреса регистрации и фактического проживания, паспортных данных, дееспособности, инвалидности, степени родства по отношению к ребенку. Отдельной графой будет "список фактов по индикаторам" (тем самым критериям неблагополучия) и "статья 77" для случаев отобрания детей (как видим, к отобраниям уже специально подготовились)», - пишут авторы публикации.
 
«Еще больше персональных данных проектировщики требуют по ребенку: его регион/город/округ/район, ФИО, пол, д.р., возраст, вид устройства в семью (если есть), семейный статус, телефон, эл. почта, СНИЛС, ОМС, номер школы, адрес и телефон места учебы, форма обучения, адрес и телефон медицинской организации, сведения о месте работы ребенка (если есть), адрес фактического проживания и регистрации, паспортные данные, степень родства по отношению к взрослому члену семьи (полный список членов семьи), сведения об инвалидности, сведения по индикаторам неблагополучия, дополнительные сведения по ребенку (т.е. какие угодно данные о нем!), ссылка на карту семьи в программе СМС. По семье в целом все то же самое – с полным перечислением всех "индикаторов риска" и мер, которые опека применяла к конкретным родителям – начиная с акта об осмотре жилья до решений о лишении прав/изъятия детей», - говорится в статье далее.

«Из всего приведенного выше складывается ясная картина полного правового нигилизма и ювенального беспредела столичных властей, который под соусом "цифровой трансформации" и автоматизации систем данных готовят очень неспокойные времена для каждой столичной семьи. В систему мониторинга семей может попасть абсолютно каждый – как видим, критерии специально составлены предельно расплывчато и юридически безграмотно, как будто это делал какой-нибудь либеральный социальный педагог-психолог строго по методичкам Национальной родительской ассоциации или НКО ювенальщицы Елены Альшанской, предложившей накануне защитить "права детей" отдельно от прав родителей и семей в Конституции. Еще больше поражает, что бездушная ювенальная система с дичайшими критериями внедряется просто по желанию мэрии, без малейшей попытки хоть как-то легитимировать алгоритмы, по которым она будет работать. Заметьте – программа учета и контроля учреждается только для семей с детьми, в семьи без детей власти пока не тянут свои лапы в таком беспардонном стиле. Естественно, ювенальщиков очень интересуют наши дети», - сказано в публикации.

«Получается, мы все, ценой невероятных усилий, добились снятия с повестки дня антисемейного законопроекта "О профилактике сем.быт насилия" - а в это время какой-то департамент отдельно взятой Москвы вводит, плевав на отсутствие законов и наличие Конституции, свои людоедские правила? Как после этого удивляться тому, что люди массово скупают патроны в охотничьих магазинах? Кто-то там наверху и правда думает, что такой власти можно доверять? Чтобы не началась стрельба, родительским организациям и надзирающим органам нужно срочно добиваться отмены не только названного тендера но и всех решений и подзаконных актов, на основании которых он был запущен - а заодно и вычистить из органов власти всех авторов этой безумной цифровой провокации», - говорится в публикации на сайте РИА Катюша.

http://ruskline.ru/news_rl/2020/02/08/yuvenalnyi_bespredel_stolichnyh_vlastei
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 90589

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #642 : 01 Июня 2020, 13:07:40 »

Ювенальный беспредел в Оренбуржье

Следователи Оренбургской области проводят проверку факта принудительного изъятия малолетних детей из семьи; губернатор Денис Паслер поручил детально разобраться в ситуации



В Оренбургской области проводят проверку по факту изъятия детей из многодетной семьи в Домбаровском районе, сообщает «Оренбург Медиа».

Видео инцидента с опекой и полицией опубликовали в социальных сетях, после чего обстоятельствами заинтересовались в региональном СК, а также чиновники, его направили уполномоченному по правам ребёнка в Оренбургской области.

См.видео по нижеприведённой ссылке:

https://www.youtube.com/watch?v=wWzYkf41Ols&feature=emb_logo&has_verified=1

По данным «Оренбург Медиа», всё произошло 25 мая в поселке Тюльпанный Красночабанского сельсовета Домбаровского района. Незваными гостями в доме многодетной семьи стали органы опеки и полиция. По некоторым данным, это случилось после того, как родители обратились за помощью к властям. Их дом находился в аварийном состоянии, долгое время семья в нем не проживала. Контролирующие и надзорные органы решили изъять детей из семьи на время, объясняя это опасными условиями для проживания.

На кадрах опубликованного ролика сотрудники полиции насильно, несмотря на протесты родителей, забирают детей. При этом всё происходящее сопровождается криками матери и несовершеннолетних. По итогам на женщину надели наручники, а детей увезли.

Изъятие детей проводили без судебных приставов. Соответственно, решения суда об изъятии детей из семьи также не было. Это подтвердили в региональном Управлении федеральной службы судебных приставов.

«В УФССП России по Оренбургской области исполнительный документ по данной ситуации не поступал. Соответственно сотрудники Домаровского отделения судебных приставов в данных действиях не участвовали», — прокомментировала «Оренбург Медиа» помощник главного судебного пристава Оренбургской области Ксения Долматова.

Как рассказал «Оренбург Медиа» источник, близкий к ситуации, семья приобрела дом в самом отдаленном поселке района  — Тюльпанном  — на средства материнского капитала более двух лет назад. Жить в нём родители с детьми по каким-то причинам не стали, переехали в Орск. В этом году семья вернулась в Домбаровский район, но за два с лишним года жилье обветшало и практически стало непригодным для жилья многодетной семьи. Глава семейства неоднократно обращался за помощью к органам власти, писал письма о том, что дом аварийный и угрожает безопасности. На днях в районе приняли решение – изъять на время детей из семьи, пока взрослые не приведут жилье в порядок.

Следственными органами Следственного комитета Российской Федерации по Оренбургской области по результатам выявления в ходе мониторинга средств массовой информации видеозаписи о принудительном изъятии малолетних детей из места их проживания в Домбаровском районе Оренбургской области 27 мая 2020 года инициировано проведение доследственной проверки, сообщает пресс-служба Следственного комитета по Оренбургской области.

«Так, по поручению руководителя следственного управления Зудермана В.Д. инициирована передача из органов полиции материалов по заявлению отца малолетних в отношении должностных лиц органов полиции, а также органов опеки и попечительства муниципального образования, в связи с фактом принудительного изъятия детей, - говорится в сообщении СК. - Как установлено при производстве проверки, изъятие 4 из 5 воспитывающихся в данной семье детей производилось на основании постановления Главы Домбаровского района Оренбургской области, вынесенного в связи с непосредственным риском обрушения потолочного перекрытия в жилище семьи.

Вместе с тем, с учетом применения физической силы в момент изъятия детей, а также наличия соответствующего заявления родителя малолетних, следователям предстоит дать процессуальную оценку действиям каждого должностного лица.

В настоящее время дети находятся в медицинском учреждении под присмотром медицинских сотрудников и социальных педагогов, признаков вреда здоровью малолетних медицинскими работниками не выявлено. Проверка проводится Ясненским межрайонным следственным отделом СУ СК РФ по Оренбургской области». 

«Это обычная семья из района, у них пятеро детей. Да, живут небогато, но сегодня в поселках есть и хуже ситуации. Ну, глава семьи злоупотребляет спиртными напитками, вроде как, но никаких жалоб никогда не слышали. Где-то там у них кровля обваливается, где-то дом подлатать нужно, но всё это поправимо», — рассказали в поселке.

Уполномоченный по правам ребенка в Оренбургской области Анжелика Линькова рассказала «Оренбург Медиа», что она в курсе данной ситуации.

«В первую очередь нужно разобраться в обстоятельствах. Однозначно могу сказать, что необходимо сохранить семью детям! Будем работать и с семьей, и с мамой. Ситуация взята на контроль», — отметила детский омбудсмен.

На ситуацию также обратили внимание общественные организации и фонды, работающие с семьями и детьми, попавшими в трудную жизненную ситуацию. В частности, руководитель благотворительного фонда «Сохраняя жизнь» Анна Межова, отметила, что именно из-за таких варварских методов, фонд работает с психологическими травмами изъятых детей.

«Потому что изъятие обычно выглядит вот так. И это просто садизм какой-то. Слабонервным не смотреть. Мы пока разбираемся в ситуации, напишу, как будут подробности. Кто готов подключиться к помощи – пишите», — прокомментировала видео на своей странице в социальной сети Анна Межова.

«Эта ситуация происходит не первый раз и здесь уже большой вопрос к системе работы органов власти на нашем региональном уровне. Нельзя так делать. Я считаю, что это кощунство. Нужно менять систему. Сколько раз мы, руководители благотворительных фондов, некоммерческих организаций, волонтерских групп призываем органы власти работать вместе, сообща, слышать нас и помогать нам. Почему у нас до сих пор не выстроена человеческая система работы с такими семьями, почему нельзя было прийти с психологом, обратиться за помощью к нам? А рубить вот так сразу и такими методами?» – прокомментировала ситуацию руководитель проекта Центра развития НКО и благотворительности в Оренбургской области Наталья Толмачева.

«Семья находилась под контролем социальных служб как неблагополучная. Для того, чтобы сделать ремонт в доме и привести в порядок жилье, по линии социальной защиты была выделена материальная помощь 100 тысяч рублей. Однако ремонт так и не был сделан», — сообщили в правительстве Оренбургской области.

Сегодня по поручению губернатора Дениса Паслера на месте с ситуацией будут разбираться министр образования области Алексей Пахомов и детский омбудсмен Анжелика Линькова.

https://ruskline.ru/news_rl/2020/06/01/yuvenalnyi_bespredel_v_orenburzhe
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 90589

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #643 : 04 Июня 2020, 21:12:10 »

Анна Кузнецова: «Данных ужасов наши семьи больше не увидят»

По словам детского омбудсмена, совершенствование деятельности органов опеки и попечительства не допустит таких случаев, как принудительное изъятие четверых маленьких детей из многодетной семьи в Оренбуржье



Сегодня, 2 июня, губернатор Оренбургской области Денис Паслер на заседании регионального правительства принял несколько решений по ситуации с многодетной семьей в Домбаровском районе, сообщает сайт orenonline.ru.

Ранее интернет-ресурс Orenburg.media опубликовал видео насильного изъятия троих маленьких детей у женщины из дома в поселке Тюльпанный Оренбургской области. На кадрах полицейские сначала уговаривают женщину отдать детей, но когда она начала гнать правоохранителей, малышей забирают силой, а на мать надевают наручники. Проверку организовали прокуратура, следственные органы и детский омбудсмен.

В полиции РИА Новости сообщали, что детей изъяли, чтобы доставить в больницу для оказания медицинской помощи, а женщина привлекалась к административной ответственности из-за неисполнения обязанностей по воспитанию детей. В свою очередь, следственные органы заявляли, что четверых детей изъяли на основании постановления главы Домбаровского района, вынесенного из-за опасности обрушения кровли дома, где проживает семья.

Как было отмечено в ходе заседания регионального правительства, к действиям муниципальной комиссии по делам несовершеннолетних есть серьезные вопросы. Глава поселка Тюльпанного неоднократно обращался в районную администрацию с заявлениями, что многодетная семья не исполняет родительские обязанности. В частности, за время жизни в поселке, как говорят местные власти, семья ни разу не обращалась к медикам ни с одним ребенком.

По словам главы района, многодетной семье предлагали средства на покупку домашних животных, но она от помощи отказалась. А детей изъяли из-за опасений за состояние детей.

Но, как отметил губернатор, возникают вопросы к своевременности этих опасений, учитывая, что о проблемах в семье было известно еще в конце прошлого года.

Окончательную оценку дадут члены областной КДН, которые сегодня выезжают в Тюльпанный. Отменить решение об изъятии детей можно только по решению суда.

Сейчас дети находятся в удовлетворительном состоянии под присмотром медиков. А их родители уехали в Москву на запись телепрограммы.

«На месте с завтрашнего дня будет работать областная комиссия. В том числе она оценит деятельность муниципальных служб, которые должны обеспечивать работу с семьей. Я — за сохранение семьи. Забирать детей из семьи можно только в крайних ситуациях. Если людям не хватает родительского опыта, средств — нужно им помогать, а не травмировать детей! Безусловно, дети должны быть в безопасности и получать все необходимое», — подчеркнул губернатор Оренбургской области Денис Паслер.

Глава региона отметил, что в первую очередь нужно помочь семье в создании жилищных условий и в трудоустройстве отца. За семьей закрепят специального работника, который будет помогать родителям.

Совершенствование деятельности органов опеки и попечительства не допустит таких ужасов, как принудительное изъятие четверых маленьких детей из многодетной семьи в Оренбуржье, считает уполномоченный по правам ребенка в России Анна Кузнецова, сообщает РИА Новости.

«Как бы мне хотелось ответить раз и навсегда, что будет наконец-то принято решение по совершенствованию деятельности органов опеки и попечительства и данных ужасов наши семьи больше не увидят. <…> Сейчас рассматривается правомочность действий уполномоченных структур, также будут оценены действия, бездействия органов системы профилактики. <…> Эти меры как минимум избыточны, а насколько будут наказаны и какая степень ответственности будет грозить должностным лицам, будет известно позже», — ответила Кузнецова на вопрос журналистов о мерах наказания для должностных лиц, забравших силой детей у матери.

Последние подобные случаи имели точечный характер разрешения, хотелось бы, чтобы они нашли системный ответ, подчеркнула детский омбудсмен.

https://ruskline.ru/news_rl/2020/06/02/anna_kuznecova_dannyh_uzhasov_nashi_semi_bolshe_ne_uvidyat
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 90589

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #644 : 08 Июня 2020, 10:44:04 »

"Не лезьте в семью. Оставьте нас в покое!" Малофеев о ювенальной юстиции



Учредитель телеканала "Царьград" Константин Малофеев в прямом эфире назвал людей, которые поддерживают сиротпром, «идейными идиотами».

См.видео по нижеприведённой ссылке:

https://yandex.ru/efir?stream_id=458c257397e410e5a6e0e50276470eb3

https://youtu.be/A4EVHrWBikA

https://www.youtube.com/watch?time_continue=19&v=A4EVHrWBikA&feature=emb_logo
« Последнее редактирование: 21 Августа 2020, 16:24:43 от Александр Васильевич » Записан
Страниц: 1 ... 41 42 [43] 44 45
  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by MySQL Powered by PHP Valid XHTML 1.0! Valid CSS!