Русская беседа
 
19 Ноября 2018, 15:57:12  
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
 
Новости: ВНИМАНИЕ! Во избежание проблем с переадресацией на недостоверные ресурсы рекомендуем входить на форум "Русская беседа" по адресу  http://www.rusbeseda.org
 
   Начало   Помощь Правила Архивы Поиск Календарь Войти Регистрация  
Страниц: 1 ... 9 10 [11]
  Печать  
Автор Тема: «Солженицын выступил в качестве разрушителя исторической России»  (Прочитано 24884 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 72273

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #150 : 24 Ноября 2017, 05:16:28 »

Обыкновенный фашизм. Солженицын в контексте истории ХХ века



Критика, как и апологетика, Александра Исаевича Солженицына равно ущербны — те, кто его славил, не вполне отчётливо понимали задачи писателя, а те, кто его развенчивал, упрекали автора в несоответствии тем регалиям, коими его наделили те, кто его не понял.

Социальный казус возник оттого, что Солженицына защищали от тоталитаризма либералы и демократы, но сам Солженицын не был либералом и не был демократом. Его считали врагом тоталитаризма (условного жупела, выдуманного в ходе холодной войны и скрестившего черты разных, несходных меж собой культур), а впоследствии ужасались тому, что сам Солженицын нетерпим и склонен к диктату. Как может бороться с тоталитаризмом человек, который сам, по сути своей, являет пример тоталитарного мышления? Пародийный писатель Войнович вывел Сим Симыча Карнавалова, экстатического диктатора, наподобие Хомейни, который жаждет стать вождём условной православной империи. Но и эта карикатура далека от реальности: Солженицын был не особенно религиозным человеком, его деятельность носила совершенно светский характер; атрибутика веры была условной — равно как и полувоенный френч.

Национализм Солженицына, каковой его поклонники-диссиденты еврейской национальности склонны были не замечать или объяснять историческими реалиями (и впрямь, комиссаров-евреев было предостаточно), сделался вопиющим в сочинениях друга Солженицына — Шафаревича, а затем ярко вспыхнул в неожиданной для многих книге — эпопее своего рода — «Двести лет вместе». Многие адепты Солженицына растерялись: как может борец со сталинизмом и лагерями — быть антисемитом? Ну, не вполне явным, не зоологическим, а идейным — но всё же, как такое возможно? Сопрячь воедино образ автора «Архипелага» и образ автора «Двести лет вместе» никому не удалось. Равно не получилось соединить в одно целое тенденциозный исторический анализ «Красного колеса» и публицистику наподобие «Письма вождям» и «Как нам обустроить Россию». Представлялось очевидным, что тот, кто знает о нелепостях Госдумы предвоенной поры, не может сочинять провокационных и безответственных текстов; однако сочинял.

Гуманизм писателя (а предполагается, что русский писатель обязательно человеколюбив) вызывал сомнения; Александр Исаевич поддержал несколько бесчеловечных режимов — Пиночета, Франко и т.п., оправдывая свои действия тем, что коммунизм ещё хуже. Надо сказать, что теоретически можно было бы устраниться от коммунизма иначе, не примыкая к Пиночету и Франко, но Солженицын предпочитал активную позицию. Недолгая дружба с Генрихом Беллем оказалась невозможной именно по той причине, что Солженицын никак не был гуманистом, а Генрих Белль именно гуманистом прежде всего и был. Любовь к русскому народу была у Солженицына своеобразной: он поощрял земства и некоторое самоопределение села, но он же сочувственно писал о Столыпине. Его любовь к Родине и русскому народу сочеталась с признанием генерала Власова, предателя Родины, повернувшего оружие против России и вставшего под знамёна Гитлера.

Упорно и настойчиво Солженицын показывал, что коммунизм хуже всего, что может случиться на планете, что для истребления коммунизма хороши любые средства, вплоть до убийства русскими русских, — но одновременно он выступал против сталинских лагерей. Описывая жертвы сталинских лагерей и репрессии советской власти, Солженицын прибегал к преувеличениям, искажал факты и цифры. Приведённые им фактические данные (65 млн погибших в лагерях) расходятся с реальной цифрой на 60 миллионов. Характерно, что при многочисленных переизданиях «Архипелага» Солженицын не исправлял неточностей и шокирующие цифры кочевали от издания к изданию. Разумеется, данная фальсификация была использована в холодной войне и может быть расценена как идеологическая диверсия.

Вместе с тем было бы несправедливо отрицать искренний пафос Александра Исаевича Солженицына. Всё, что он делал, он делал по убеждению, делал страстно и самозабвенно, отдавая всего себя служению идее. Он был страстным и яростным человеком, отстаивавшим убеждения. По недоразумению его убеждения считали демократическими и либеральными. Они таковыми не были никогда. Солженицын действительно был патриотом России, но патриотом совершенно особого рода, отнюдь не таким патриотом, каким были Минин или Пожарский. Солженицын был традиционалистом — но опять-таки, в особом ключе, в том ключе консервативного традиционализма, который появился в Европе в тридцатые годы и воплотился в сочинениях Юнгера, Селина, Паунда, ван ден Брука, Эволы и т.д. Полнее всего данное направление сознания выражено в философии Хайдеггера, и Солженицына можно было бы назвать стихийным хайдеггерианцем, но ещё точнее определить его как последователя консервативной революции, антикоммуниста и традиционалиста.

Убеждения у Солженицына были совершенно искренние, служил он России страстно, и, критикуя его (равно как и восхищаясь им), следует принимать во внимание характер его убеждений. Дело в том, что Солженицын был фашистом. В сказанном не содержится обвинение, и произнесённое слово не является ругательным, во всяком случае, я употребляю это слово в том же значении, в каком применяю его к Селину, или Юнгеру, или Эволе. Антикоммунизм и умеренная религиозность Солженицына объясняются не его христианством и не его буржуазным абстрактным гуманизмом, но его последовательной верой в национальное сознание этноса, в силу организации, в аристократизм элиты, в романтику традиционных способов управления массами. Он был обыкновенным идейным фашистом; русский идейный фашизм — явление столь же характерное для культуры России, как французское движение «Аксион Франсез» для французской культуры. Сочинения Ивана Ильина (недавно этого философа стали опять чтить) — вот ещё один характерный пример этого направления мысли. В этом смысле феномен Солженицына встроен в историю фашистской мысли и фашистской романтики ушедшего века и должен быть оценён исходя из этой эстетики. Полувоенный френч сродни той усреднённо-военной униформе, которую культивировали все — от Гитлера до Сталина; архаизмы речевые и поведенческие — сродни той псевдо-крестьянской внешности, каковую культивировал философ Хайдеггер, специально заказывавший костюмы, напоминающие фольклорную одежду баварского крестьянина. Внутри этой эстетики существует феномен Солженицына, и этот феномен — отнюдь не только русского, но общеевропейского значения. Позиция Власова оказалась для Солженицына во много крат понятнее, нежели поведение Жукова или Конева; сталинские лагеря оказались во много раз страшнее, нежели гитлеровские лагеря — по той банальной причине, что прежде всего он был антикоммунистом; всё прочее было производным от главной задачи. Сила фашистской эстетики в ХХ веке велика: она сказалась не только в сочинениях Эволы и Юнгера, Солженицына и ван ден Брука, но и в работах Ильина и Хайдеггера.

Ошибкой было бы вычленять феномен Солженицына из европейской проблематики идейного фашизма. Значение этой эстетики после победы над коммунизмом возросло. Потомкам оставлен пример романтической биографии, страстной идейной борьбы, которая — подобно идейной борьбе Эволы или ван ден Брука — имеет вполне конкретные общественные идеалы. Судить данный феномен следует исходя из его сути, а вовсе не из придуманных (и оттого недостоверных) посылок.

Максим Кантор

http://www.odnako.org/

https://topwar.ru/37235-obyknovennyy-fashizm-solzhenicyn-v-kontekste-istorii-hh-veka.html

« Последнее редактирование: 24 Ноября 2017, 05:18:06 от Александр Васильевич » Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 72273

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #151 : 01 Декабря 2017, 07:38:50 »

Апология бандеровщины в «Архипелаге ГУЛАГ» А. Солженицына

Ложь писателя немало поспособствовала заблуждениям многих наших соотечественников



Видный русский националист Егор Холмогоров написал в фейсбуке заметку, которая разошлась по Интернету. Заметка эта – «10 причин по которым русскому народу нужен памятник Александру Солженицыну».

Не скажу, что я являюсь ненавистником Солженицына, каковыми являются, к примеру, почитатели Сталина. Но есть у Солженицына пункт, который для меня является не менее, а, может быть, более важным, чем отношение к сталинизму (к которому я также отношусь отрицательно). Этот пункт – апология власовщины и бандеровщины в «Архипелаге ГУЛаге» – главном произведении писателя.

О власовщине, я, даст Бог, напишу в другой раз, здесь же коснусь бандеровщины, учитывая то, что сейчас эта тема актуальна, к тому же сам Е. Холмогоров является большим поборником защиты Русского мира и сторонником Новороссии, противостоящей украинским националистам.

Сам Егор Холмогоров в своей заметке в числе 10-ти причин говорит о следующем:

«7. Именно Солженицын первым призвал отказаться от признания административных границ отделявшихся советских республик нацграницами. Он единственный в тогдашней России начал кампанию против отделения Украины, обращался к шахтерам Донбасса, призывая выступать против отделения от России и проводить голосование о незалежности Украины по регионам, а не всей республикой.

(Как нам обустроить Россию, Письмо Ельцину 30 августа 1991, Обращение к референдуму на Украине, Россия в обвале)»


Что ж, если так, Солженицыну рекспект. Однако это находится в противоречии с тем, что он сам же писал в своем главном произведении «Архипелаге ГУЛаге» которое и принесло ему всемирную известность. Ведь, в самом деле, большинству из нас он известен именно как автор «Архипелага», а не проектов по устройству России.

Так вот, что Солженицын написал там по поводу бандеровщины? А написал он следующее:

«Мы давно не говорим - "украинские националисты", мы говорим только "бендеровцы", и это слово стало у нас настолько ругательным, что никто и не думает разбираться в сути. (Еще говорим - "бандиты" по тому усвоенному нами правилу, что все в мире, кто убивает за нас - "партизаны", а все, кто убивает нас - "бандиты", начиная с тамбовских крестьян 1921 года). …Мы усиленно и даже с нажимом играли на украинской мове и внушали братьям, что они совершенно независимы и могут от нас отделиться, когда угодно. Но как только они захотели это сделать в конце войны, мы объявили их "бендеровцами", стали ловить, пытать, казнить и отправлять в лагеря (А "бендеровцы", как и "петлюровцы", это всё те же украинцы, которые не хотят чужой власти. Узнав, что Гитлер не несет им обещанной свободы, они и против Гитлера воевали всю войну, но мы об этом молчим, это так же невыгодно нам, как Варшавское восстание 1944 г.) Почему нас так раздражает украинский национализм, желание наших братьев говорить и детей воспитывать, и вывески писать на своей мове? Даже Михаил Булгаков (в "Белой гвардии") поддался здесь неверному чувству. Раз уж мы не слились до конца, раз уж мы разные в чем-то (довольно того, что это ощущают они, меньшие!) - очень горько! но раз уж это так? раз упущено время и больше всего упущено в 30-е и 40-е годы, обострено-то больше всего не при царе, а после царя! - почему нас так раздражает их желание отделиться? Нам жалко одесских пляжей? черкасских фруктов?» (см. Александр Солженицын. Архипелаг ГУЛаг. Том 3. Часть пятая «Каторга». Гл. 2 «Ветерок революции»).

Уж не знаю, кого там во времена Солженицына раздражало желание украинцев говорить на своей мове. Хотя спорить здесь не буду. Но я хочу сказать другое. Мне не жалко одесских пляжей, но мне очень жалко одесских людей, сожженных в Доме Профсоюзов. Здесь мне могут сказать, что Солженицын в то время не мог предвидеть нынешних событий. Может быть, и не мог, но стоило задуматься о последствиях распада Союза (а именно это, по сути, Солженицын и предлагает в своем рассуждении о бандеровцах).

К слову, сам Солженицын в этой же главе вовсе не является таким уж сторонником украинской самостийности «Пусть поживут, попробуют. Они быстро ощутят, что не все проблемы решаются отделением» - пишет он в той же главе. Ну вот, пожили, попробовали. Что вышло из этой пробы? Как эта проба отразилась на судьбах людей, которые вовсе не стремились к самостийности?

Но мне важно другое – солженицынская апология бандеровских «героев», якобы боровшихся не только с Советами, но и с немцами. Здесь мы видим очевидную подмену.

Бандеровцы действительно немного повоевали с немцами. И неправда, что при Советской власти у нас об этом молчали. Нет, об этом упоминалось, хотя и не акцентировалось внимания. А чего акцентировать, если бандеровцы гораздо более отличились в уничтожении польского и еврейского мирного населения и в борьбе с советскими партизанами, а вовсе не в сражениях с вермахтом, с которым они на самом деле больше сотрудничали в борьбе с советскими партизанами?

То, что у бандеровцев были сложные отношения с немцами – факт, однако что ж в этом удивительного? И в бандитском мире бывают кровавые разборки, даже в нацистской Германии была ночь длинных ножей, когда одни нацисты перебили других нацистов. Да и в самой ОУН (Организации украинских националистов) после смерти вождя, Коновальца (убито советскими спецслужбами) началась война между бандеровцами и мельниковцами. Бандеровцы, вообще украинские националисты, действительно хотели независимости (было бы странно, если бы националисты оной не желали), а немцев это вовсе не устраивало. Немцев устраивало, когда оуновцы были немецкими агентами в пока еще не оккупированных Чехословакии и Польше, а вот когда они возмечтали о суверенитете, тут же поставили их на место.

Текст «Акта провозглашения Украинского государства», за который немцы упекли Бандеру в концлагерь, изобилует реверансами в сторону «Национал-Социалистической Велико-Германией, которая под руководством своего Вождя Адольфа Гитлера создает новый порядок в Европе и в мире и помогает украинскому народу освободиться из-под московской оккупации». Трудно назвать этот текст антинемецким. И все же немцам не понравилось, что им предложили роль всего лишь союзников, а не хозяев. Они решили, что их холуи на себя слишком много взяли,, и потому Бандера оказался в концлагере. Правда, в неплохих условиях, и в 1944 году немцы же его освободили, после чего «борец с немецкими оккупантами» остался жить в Германии и продолжил сотрудничество со своими обидчиками.

Другой украинский «герой» – Роман Шухевич, продолжал служить немцам и после ареста Бандеры, хотя Шухевич входил как раз в бандеровское, а не мелькиковское крыло ОУН. Лишь в конце 1942 г. он перешел на нелегальное положение.

В сети есть протокол допроса Михаила Степаняка, одного из лидеров ОУН, который и проливает свет на взаимоотношения гитлеровцев (и их союзников) и бандеровцев, вообще украинских националистов. Этот самый Степаняк был ярым противником не только Советов, но и немцев. На На ІІІ-й Конференции ОУН (17-21.02.1943) он предлагал другим лидерам ОУН поднять восстание против немцев, но большинство делегатов конференции поддержало Шухевича, который считал, что борьба должна быть направлена прежде всего против советских партизан и поляков, а не против немцев. Против немцев только исходя из интересов ОУН. Так что ничего удивительного, что немцы в 1944 году выпустили «великого борца против нацизма», С. Бандеру, из концлагеря. Кто–нибудь может представить, чтобы немцы выпустили из концлагеря ген. Карбышева или Мусу Джалиля?

Я приведу некоторые отрывки из протокола допроса Степаняка, проливающего свет на весьма сложные отношения украинских националистов с гитлеровцами и другими силами.

Он говорит: «Я уже показал, что начиная со 2-й конференции ОУН — бандеровцы стали склоняться к антинемецкой позиции в вопросах антинемецкой пропаганды. На 2-й и 3-й конференциях был принят ряд решений антинемецкого характера, однако в жизнь они не были проведены.  Проводимая ОУН антинемецкая пропаганда была рассчитана не на поднятие масс на борьбу против немцев, а на завоевание на этой почве масс украинского народа для борьбы против Советского Союза».

Степаняк указывает на антинемецкие настроения среди бандеровцев. «В рядах бандеровцев наблюдались антинемецкие настроения, и я лично глубоко убежден, что основная масса бандеровцев добивалась создания «Самостоятельного украинского государства», не желая немецкого протектората над Украиной». Однако позицию руководства ОУН он охарактеризовал так: «Теоретически антинемецкая, а фактически в основном пронемецкая позиция основной части руководства бандеровцев».

Тут мне скажут, что Солженицын имел в виду как раз простых бандеровцев, а не ее руководство. И эти простые бандеровцы действительно ненавидели немцев. Соглашусь. Только следовали они все–таки указанием своего «теоретически антинемецкого, а фактически пронемецкого» руководства, и потому не шибко усердно воевали с немцами, не то, что с польским и еврейским (да и украинским тоже) населением. О «великой освободительной борьбе» бандеровцев против поляков Солженицын почему-то не упоминает, равно как и о роли бандеровцев в оккупации гитлеровцами Чехословакии.

Украинские националисты – это не только собственно бандеровцы, хотя, как сказал Солженицын, мы их всех называем бандеровцами. Были еще упомянутые мною мельниковцы, конкуренты бандеровцев за власть в ОУН, были и другие группы. Дивизия СС «Галичина», которую также сейчас чтут на Украине – это тоже украинские националисты, оуновцы-мельниковцы приложили к ее созданию руку. Эта дивизия никогда не воевала против немцев, а только за них. Все они, украинские националисты, отличились только в уничтожении поляков и евреев, а вовсе не в героической борьбе с немцами. Советским партизанам да, они создали проблемы.

Конечно, кто-то скажет, что А. Солженицын мог не знать всего этого, а писать под впечатлением бесед с бандеровцами-заключенными, и был введен в заблуждение. Возможно. Но пишущий человек, тем паче такого уровня, должен сознавать, каким эхом отзовется его слово в сердцах читателей, и потому взвешивать свои слова и проверять факты. Сознательно ли лгал Солженицын, или был введен в заблуждение (я склоняюсь ко второму), но его ложь или заблуждение немало поспособствовали заблуждениям многих наших соотечественников. И во многом благодаря Солженицыну в некоторых (или многих) умах укрепилось мнение, что бандеровцы просто воевали за свою Родину, и те, кто ныне прославляет Бандеру и Шухевича, – тоже обычные украинские патриоты, любящие свою Родину. Так что лично у меня большие сомнения в необходимости для русского народа памятников этому писателю.

Тимур Давлетшин, публицист

http://ruskline.ru/news_rl/2017/11/30/apologiya_banderovwiny_v_arhipelage_gulag_a_solzhenicyna/
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 72273

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #152 : 15 Декабря 2017, 17:19:40 »

Литературный власовец

Размышления Владимира Шкляева о наследии А.И.Солженицына



Мне еще не приходилось встречать человека, который бы смог прочитать «Архипелаг ГУЛАГ» от начала и до конца. Все, кого спрашивал, говорят, что муть… Один американский профессор даже обещал своим детям за это хорошие деньги, но они и за деньги не смогли. Книга производит тяжелое впечатление, как и всякая ложь. «Архипелаг…» – это как бы неразложившийся труп с кладбища советской литературы.

Только об Иване Денисовиче я прочитал в студенчестве от начала и до конца. И от него осталось некое «послевкусие». Его герой показался гаденьким и хитреньким индивидуалистом, да еще посмеивался над искренними людьми – «дураки». Мы выросли на «Судьбе человека» М.А.Шолохова, поэтому с тех пор ни разу не возникало желания что-то перечитать из Солженицына. И не только из-за его лжи. Его язык как бы собран из мульды на окраине города. В нем слышны сочетания деревенских отживших выражений из совершенно разных говоров нашего необъятного языкового океана, и блатной жаргон. Такая искусственная речь в реальной жизни нигде не встречается.

«Декабристы разбудили Герцена…». И не только Герцена, но и Бакунина, Ленина, и пр., и пр. – целый легион дармоедов, живших с комфортом в Европе и страстно желавших разрушить историческую Россию, чтобы устроить в ней все по своему разумению. Очевидно, что в том легионе оказался и А.И. Со-лже-ницын, приехавший из своего поместья в США, штат Вермонт, в поверженную Россию учить, «как нам ее обустроить».

В январе 1996 года Солженицыну дали слово на пленарном заседании при открытии 4-х Рождественских чтений. Среди 5,5 тысяч слушателей были люди, надеявшиеся услышать от нобелевского лауреата что-то пророческое, открывающее перспективу выхода из того провального безвременья. Но все его претенциозное и заунывное выступление свелось к призыву реформировать «отсталую» Православную Церковь, т. е. к неообновленчеству. Когда он заявил о необходимости перевода богослужения на «понятный» русский язык, его не стали слушать даже самые вежливые делегаты. А после заключительного слова Патриарха образ «пророка» скукожился до размеров обычного заблудившегося приходского интеллигента. «Философ, не решивший вопросов».

Выпрашивая у «мирового сообщества» Нобелевскую премию, А.И.Солженицын взывал: «Мне эту премию надо. Как ступень в позиции(?), в битве! И чем быстрее получу, тем тверже стану, тем крепче ударю!» И вместе со всеми врагами наотмашь бил тяжко болевшую разлагавшимся коммунизмом Мать-Россию. В те годы он выслуживался изо всех сил: «Нет на свете нации более презренной, более покинутой, более чуждой и ненужной, чем русская». Он воспользовался словами, сказанными Тамерланом очень давно о еврейских ростовщиках.

Приходской священник, у которого исповедовался в конце жизни пророк из штата Вермонт, вспоминал, что писатель, видя, что его книг никто не читает, говорил, что «теперь он не знает, что делать». Борец за свободу на вопрос, удалось ли её добиться в России, отвечал: «Свободы много, правды мало». Какой был христианин А.И.Солженицын – это знает только Христос. А какой он оказался гражданин – это сформулировали писатели-фронтовики: «литературный власовец». Когда-то Запад раздувал у нас культ Солженицына, и интеллигенция обрекла страну на разрушение. Теперь этот культ пытаются раздувать наши собственные власти. Чтобы разрушить и РФ?

Владимир Вениаминович Шкляев, историк, публицист, Ижевск

http://ruskline.ru/news_rl/2017/12/14/literaturnyj_vlasovec/
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 72273

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #153 : 04 Января 2018, 09:31:44 »

 Тимур  Давлетшин, Русская народная линия

Солженицын о насилиях над немецкими женщинами



О том, что «Архипелаг ГУЛАГ» А. Солженицына, который включен у нас в школьную программу - произведение, способное нанести только вред нашим школьникам, я уже писал. К этому произведению на самом деле много вопросов, в т.ч. и по сталинским репрессиям (хотя в античеловечности сталинского режима я убежден абсолютно). Но я обратил внимание на проколлаборационистские воззрения Солженицына, имея в виду его апологию бандеровщины, и еще более явную апологию власовщины. Однако, думаю, имеет смысл продолжить тему «освещения» Великой Отечественной войны нашим признанным классиком. Неправда Солженицына в описании Великой Отечественной проявилась не только в его оценке власовщины, но и в его описании насилий советских воинов над гражданским населением Германии (конкретно - Восточной Пруссии). В произведении «Архипелаг ГУЛАГ» это выразилось в следующем отрывке. Солженицын описывает своих сокамерников, угодивших в жернова сталинской системы вместе с ним:

«Однако сокамерники мои - танкисты в чёрных мягких шлемах - не скрывали. Это были три честных, три немудрящих солдатских сердца - род людей, к которым я привязался за годы войны, будучи сам и сложнее и хуже. Все трое они были офицерами. Погоны их тоже были сорваны с озлоблением, кое-где торчало и нитяное мясо. На замызганных гимнастёрках светлые пятна были следы свинченных орденов, тёмные и красные рубцы на лицах и руках - память ранений и ожогов. Их дивизион, на беду, пришёл ремонтироваться сюда, в ту же деревню, где стояла контрразведка СМЕРШ 48-й армии. Отволгнув от боя, который был позавчера, они вчера выпили и на задворках деревни вломились в баню, куда, как они заметили, пошли мыться две забористые девки. От их плохопослушных пьяных ног девушки успели, полуодевшись, ускакать. Но оказалась одна из них не чья-нибудь, а - начальника контрразведки армии.

Да! Три недели уже война шла в Германии, и все мы хорошо знали: окажись девушки немки - их можно было изнасиловать, следом расстрелять, и это было бы почти боевое отличие; окажись они польки или наши угнанные русачки - их можно было бы во всяком случае гонять голыми по огороду и хлопать по ляжкам - забавная шутка, не больше. Но поскольку эта была «походно-полевая жена» начальника контрразведки - с трёх боевых офицеров какой-то тыловой сержант сейчас же злобно сорвал погоны, утверждённые приказом по фронту, снял ордена, выданные Президиумом Верховного Совета, - и теперь этих вояк, прошедших всю войну и смявших, может быть, не одну линию вражеских траншей, ждал суд военного трибунала, который без их танка ещё б и не добрался до этой деревни». http://rubook.org/book.php?book=112090&page=5 (Архипелаг ГУЛАГ, Том 1, Глава 1 - Арест)

Размышляя над этим отрывком, я еще более убедился в том, что «Архипелаг ГУЛАГ», который включен в нашей стране в школьную программу - самый настоящий яд для наших детей. Я уже не говорю, что о патриотическом воспитании тех наших школьников, которые вдохновились «Архипелагом», можно забыть (пока они не поумнеют, конечно).

У нас каждый год широко празднуется Победа над нацистской Германией. Чествуются последние оставшиеся в живых ветераны. А тут из небольшого отрывка нашего классика, тоже ветерана войны, следует, что наши солдаты, в общем-то, не лучше нацистов были. Мало того, что они насиловали (а после этого расстреливали) немок, так у них это ещё и доблестью считалось! Да и еще угнанных в Германию русских девушек унижали, гоняя голыми по огороду - но это, правда, уже не доблесть, а просто забавная шутка.

Тема изнасилований немецких женщин советскими солдатами долгое время муссировалась и муссируется как на Западе, так и нашей прозападной отечественной «либеральной» тусовкой. Опровержений этого тоже написана куча. Понятно, что советские солдаты не были ангелами с крылышками, и вряд ли сильно отличались своими моральными качествами от солдат других стран. У нас часто любят говорить о загадочной русской душе, о великодушии русских  и прочие приятные для нашего уха речи, но лично я не склонен сильно идеализировать кого-либо. Преступления против гражданского населения Германии, в том числе сексуального характера, безусловно, были, и в немалом количестве. В меньшем, чем утверждает русофобская пропаганда, но, видимо, все же в большем, чем утверждают наши. Истина в таких спорах чаще всего лежит посередине.

И в меньшем, чем это было в западной зоне оккупации. По одной простой причине - в Советской армии к этому относились строже. За изнасилования могли запросто расстрелять или повесить прямо на глазах у немецких граждан. Широко известен приказ 006 командующего 2-м Белорусским фронтом маршала Рокоссовского, предусматривающий самые строгие (вплоть до расстрела) наказания для совершивших преступления против гражданского населения Германии.

Приказ Рокоссовского, видимо, появился не случайно. За военные преступления не гладили по головке и до этого приказа. Но расстрел за изнасилование - это все-таки несколько круто. С чем связана такая строгость? Видимо, когда наши войска только вступили на территорию Германии (в Восточную Пруссию, как раз туда, где Солженицын воевал), и взяли Кенигсберг, у многих наших солдат (и офицеров) возник соблазн отомстить за зверства нацистов той же монетой, да еще и сторицей. Ну и самим какие-то выгоды под этим предлогом получить - в виде ли награбленных вещей, или же в виде сексуальных утех. Весьма сомневаюсь, что этому поддалось большинство солдат и офицеров (множество, но не большинство). И я ни за что не поверю, что изнасилование немок, да и еще расстрел их после этого, считались доблестью - тут Солженицын, по-моему, превзошел даже западных русофобов-пропагандистов. Но все же насилия над немками и грабежи происходили очень и очень часто, и грозили принять характер не просто массового, а повсеместного явления. Чтобы остановить это безобразие, и понадобились строгие меры, вплоть до расстрела.

И наше командование можно понять - если бы оно это не остановило, то наша армия, доблестно сражавшаяся до этого с немцами (и их союзниками), превратилась бы в огромную банду, которой сложно было бы управлять. Немцы, даже те из них, кто не сильно вдохновлялся идеями нацистов, получили бы еще один (и весьма существенный) стимул сражаться до конца. Так что о взятии Берлина именно советскими войсками (а не англо-американскими) можно было бы забыть. Немецкие солдаты и офицеры сражались бы до последнего солдата. О репутации Советской армии в мировом мнении я уж молчу, хотя наши всегда к этому серьезно относились. Так что приказ Рокоссовского был издан очень и очень вовремя. Понятно, что о полном прекращении насилий и грабежей вряд ли можно говорить, но то, что их количество убавилось в разы - несомненно. Не думаю, что было много желающих получить пулю от своих же за весьма сомнительное удовольствие.

Однако Солженицын, бывший офицер Советской армии, служивший, кстати, именно на фронте, командующим которого был как раз Рокоссовский (2-м Белорусском), об этом приказе молчит. Может быть, и не было этого приказа? Да нет, приказ-то был, и Солженицын о нем говорит в другом своем произведении - пьесе «Пир победителей». Я об этом скажу ниже, но для начала предлагаю вдуматься над словами Солженицына.

Мы привыкли считать Солженицына этакой совестью нашей эпохи, человеком, боровшимся против бесчеловечной коммунистической идеологии. У всех на слуху его воззвание «Жить не по лжи!». Но что следует из этого отрывка? А следует то, Солженицын не только бросает тень на всех советских солдат, к большому удовольствию русофобов, но и выдает себя с потрохами, как человека с весьма сомнительными нравственными представлениями.

Во-первых, по тону, с которым он сие повествует, мы видим, что он явно считает несправедливым осуждение «честных танкистов», которые по пьяной лавочке чуть не изнасиловали наших, советских девушек. Прямо, конечно, не сказано, но сквозит неприязнь к осудившему их трибуналу, к «тыловому сержанту», сорвавшему с героев погоны. А ведь попытка изнасилования - тоже уголовная статья, и тот факт, что одна из девушек - любовница начальника контрразведки, вряд ли имеет какое-то значение. Окажись, к примеру, она не любовницей контрразведчика, а любимицей пехотной роты (поскольку вынесла из-под огня не один десяток бойцов), участь этих храбрых вояк могла быть еще печальней, если бы они попались в руки пехотинцев из этой роты. И вряд ли их ордена здесь им помогли. О таком варианте наш неполживый писатель как-то не задумался.

Во-вторых, из его же слов следует, что он сам не видел ничего плохого в изнасилованиях расстрелах после этого немецких женщин. Ведь он же говорит «Мы все знали...» Чем наш классик лучше нацистов, лично мне непонятно после этого. Солженицын ничего плохого в насилиях над немецкими женщинами не видел, а маршал Рокоссовский - видел.

Если бы Солженицын был более честен, то он написал бы так: «Да, мы знали о приказе Рокоссовского, но многие, и я в том числе, плевать хотели на приказы сталинских холуев. Наши доблестные солдаты проливали кровь, неужели они не заслуживали за это награды, в том числе и в виде немецких женщин, которых можно было насиловать, а потом расстреливать?» Это было бы тоже безнравственно, но зато честно.

Кто-то быть, может, скажет, что это всё моя фантазия. И ничего такого Солженицын не думал. Однако простое размышление над этим солженицынским отрывком поневоле именно к такому выводу и приводит. Причем независимо от того, были ли массовые изнасилования немецких женщин, или все это вражеская пропаганда.

Ну а подтверждение этому моему выводу я уже потом нашел в пьесе Солженицына «Пир победителей». В этой пьесе один из героев пересказывает приказ Рокоссовского:

«При выходе на территорию Восточно-Прусскую

Замечены в частях Второго Белорусского,

Как в населенных пунктах, так и при дорогах,

Происходящие при попущеньях офицерства

Отдельные пока что случаи - поджогов,

Убийств, насилий, грабежей и мародерства.

Всему начальствующему, всему командному составу

Вменяется в обязанность, дается право

В частях своих, а равно и чужих, не проводя раздела,

Для поддержанья воинской советской чести

Подобные поступки пресекать на месте

Любыми средствами вплоть до расстрела».


 

Дальше следует недоумение и даже возмущение офицеров этим приказом. Особенно интересны высказывания капитана Нержина:

«Нержин (свистит)

Сильно! А как же быть с инструкцией Политотдела

О нашей о священной мести?

А как - посылочки? А батарейные тетради

Под заголовком "Русский счет врагу"?

Майков

Ба-батюшки! Скажите Бога ради -

Так я обоз Глафиркин вышвырнуть могу?

Нержин

Вот это здорово! Ивана заманили,

Ивану насулили, Ивана натравили,

Пока он нужен был, чтоб к Балтике протопать...

<...>

Солдат, с которым я лежал в болотах Ильмень-озера,

Солдат, с которым нас в упор клевал одномоторный "Юнкерс", -

Его - расстреливать? За то, что взял часишки "Мозера"?

И даже пусть - что затащил девчонку в бункер?


Прощаясь с жизнью там, в орловской ржи,

В паленых запахах, в дыму,

Я жал к земле его - не наша, может быть, лежи! лежи!

И на него теперь я руку подыму?

Вы перед наступлением не так ли непреложно

Приказ оправдывали противоположный?»


 

Какой такой «противоположный приказ» оправдывало советское командование, и частности, маршал Рокоссовский, я так и не понял. О том, что советское командование приказывало грабить гражданское население Германии и насиловать немецких женщин, история умалчивает. Даже самые ярые русофобы и антисоветчики таких приказов не приводят. Пропагандировалась ненависть к врагу, да, но нигде не говорилось, что эта ненависть должна распространяться на гражданское население. И уж тем более маршал Рокоссовский (по всем отзывам - благороднейший человек) никогда не оправдывал насильников и мародеров.

Если кто-то читал «Пир победителей», то он наверняка отметил, что в уста именно Нержина Солженицын вкладывает свои мысли. Но если кому лень читать эту весьма гадкую пьесу, могу посоветовать посмотреть начало - «Действующие лица». Там он увидит, что Нержин - капитан, командир батареи звуковой разведки. Именно в звании капитана и в должности командира батареи звуковой разведки и был в то время и в том месте (Восточной Пруссии) наш классик. Так что можно смело сказать, что прототип капитана Нержина - сам автор, Солженицын. Тем паче, что знатокам солженицынского творчества известно, что Солженицын - прототип героя другого своего произведения, романа «В круге первом», Глеба Нержина.

Но это, впрочем, не так уж важно. Важно то, что Солженицын знал о приказе Рокоссовского. И хотя бы ради некоторой объективности он должен был о нем упомянуть в «Архипелаге».

Да, в конце жизни Солженицын говорил очень много правильных слов, во всяком случае, приятных для уха русского патриота. Очень может быть, что он действительно искренне любил Россию, а все его заблуждения обусловлены просто излишним увлечением антикоммунистической темой, что он просто ударился в крайность. Судить здесь не берусь. Но в том, что его произведению «Архипелаг ГУЛАГ» -  не место в школьной программе, я убежден абсолютно.

http://ruskline.ru/analitika/2018/01/04/solzhenicyn_o_nasiliyah_nad_nemeckimi_zhenwinami/
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 8226


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #154 : 10 Января 2018, 03:21:25 »


Апология предательства


По словам Виктора Кудрявцева, объявление 2018 года годом Солженицына является знаковым событием, свидетельствующим о том, что нравственная деградация общества не сбавляет обороты …



Всё идёт своим чередом. Наступивший год решено посвятить Солженицыну. Вот уже установили памятную доску в Москве, вот-вот собираются воздвигнуть монумент. Это, несомненно, будет знаковым событием, свидетельствующим о том, что нравственная деградация общества не сбавляет обороты. Сужу по себе.

Сразу же оговорюсь, творческое наследие Александра Исаевича я в должной мере не освоил. Что-то не хочется (типа «Пастернака не читал, но скажу»). Но одно из его произведений меня, как говорится, зацепило. Я имею в виду роман «В круге первом». Роман я прочитал до конца и удивился. Удивился не стилистическим красотам, не фабуле, не языку, удивился я самому себе. Удивился своему отношению к пафосу этого произведения, подлейшему во всех отношениях. Удивился своей апатии, спокойствию, с каким я слежу за развитием сюжета и даже своему сочувствию страданиям главного героя, подонка, предателя, клейма же негде ставить! Неужели настолько сильна волшебная сила искусства? Я же должен негодовать, восклицать, а я не негодую и не восклицаю. Почему? Не знаю. Тем более что негодовать есть по поводу чего. В романе наш советский дипломат звонит в американское посольство и, судя по всему, сдаёт наших разведчиков, благодаря деятельности которых нашим учёным удалось ускорить работы по созданию атомной бомбы. Это же каким уродом надо быть, если учесть всё то, что происходило в то время в нашей стране и в мире! Совсем недавно американцы совершили ряд чудовищных преступлений против человечности. Это и варварская бомбардировка Дрездена, это и атомные бомбы, сброшенные на Хиросиму и Нагасаки, и неизвестно, чем бы всё это закончилось для Советского Союза, если бы наши учёные не успели с созданием атомной бомбы вовремя. Но они успели. Помнится, по этому поводу в одной из центральных газет был опубликован стишок несколько иронического содержания.

   Дули, дули, раздували
   Всякий день и всякий час.
   Всем грозили, всех пугали,
   В результате прочитали
   Сообщенье как-то раз.
   Сообщало миру ТАСС:
   Кротко, просто, без апломба,
   Что, мол, атомная бомба
   Есть у вас, и есть у нас. Да-с.

И, зная всё это более, чем кто-нибудь, предатель, возлюбивший американскую демократию, сметающую города с лица земли, и возненавидевший собственную страну, совсем недавно сломавшую хребёт фашизму, решается на такой шаг.

А что читатель? А читатель, повинуясь автору, управляющему читательскими эмоциями, потихоньку-полегоньку проникается сочувствием к подонку, к его страданиям в застенках Лубянки и тем самым сам в какой-то мере вовлекается в процесс предательства. Тот же читатель, который окажется покрепче, стряхнёт с себя наваждение, и будет восклицать: «Поймали? И очень хорошо! И правильно сделали! Расстреляют мерзавца? Туда ему и дорога!».

А тут ещё и кино сняли по этому роману. Спрашивается, зачем? Книга всё-таки факт локальный. Кто-то прочтёт, кто-то не прочтёт, кто-то плюнет и отшвырнёт произведение в сторону. У нас же – свобода слова. Для пущего плюрализма, чтобы быть приятными цивилизованному Западу, можно и такое издавать. Но кино совсем другое дело. А дело, судя по всему, состоит в том, чтобы развернуть целую индустрию предательства, и лучшего средства, чем кино просто не найти. Важнейшее же для нас из искусств! А это уже явление, переходящее на другой уровень. С автором мы разобрались, с ним всё ясно. А вот режиссёр, оператор, артисты, другие участники съёмочного процесса, неужели они не понимают, к какой мерзости оказались причастны? Неужели так уж кушать хочется? Это же факт вашей биографии, который уже невозможно будет отмыть.

Фильм создан и выпущен на экраны. Это уже апофеоз предательства и к нему приобщаются миллионы. Миллионы начинают соображать. Они же привыкли ещё с давних пор доверять и печатному слову, и художественным образам на экране. А что? Выходит, можно и так, судя по обстоятельствам. Я бы так не поступил, но он-то – борец с режимом, его тоже можно понять. Если продолжить мыслительный процесс, то окажется, что и генерал Власов не так уж плох. И его можно понять. Могут такие мысли при выходе из кинотеатра возникнуть? Ещё как могут! А могут возникнуть и другие. Если способна возобладать такая тенденция, если это в порядке вещей, если подобные борцы с режимом время от времени откуда-то появляются, то, может быть, всё, что было в тридцать седьмом году и позже было правильно?

Если бы был такой роман и такой фильм единичными явлениями, то это было бы ещё ничего. Но речь-то идёт об индустрии. А если индустрия, то налицо и продукция. Где-то в начале девяностых одна из любимейших народных артисток СССР дала этой продукции очень ёмкое и точное определение: те, кто позволяет себе говорить: «эта страна» - негодяи. Она ещё достаточно деликатно выразилась. Продукция, сформированная индустрией предательства, заслуживает более крепких выражений. Вот они сидят на всяческих политических шоу, годами из экранов не вылезают, упитанные, наглые. Хамят. А почему бы и нет? – у нас свобода слова. Демонстрируют, не стесняясь, ненависть к нашей стране. Если что, готовы встречать врага с цветами.

На Украине ставят памятники Бандере. У нас поставят памятник Солженицыну, и будет стоять этот памятник, как символ победившего предательства.

Были всякие эпохи. Одну назвали оттепелью, другую застоем. Интересно, как нашу назовут?


Виктор Кудрявцев, публицист

09.01.2018


http://ruskline.ru/news_rl/2018/01/09/apologiya_predatelstva/
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 72273

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #155 : 01 Июля 2018, 10:25:04 »

Под чью диктовку писал Солженицын?



Историк Елизавета Пашкова о том, из каких источников черпал Солженицын свои идеологические конструкции, когда и кем был придуман термин "коммунофашизм" и почему "Архипелаг ГУЛАГ" был впервые напечатан в издательстве "ИМКА-Пресс".
Ведущий - Андрей Фефелов

См.видео по нижеприведённой ссылке:

https://www.youtube.com/watch?v=n9tncY3tAEc
« Последнее редактирование: 01 Июля 2018, 10:28:15 от Александр Васильевич » Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 72273

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #156 : 03 Августа 2018, 11:37:33 »

Зачем создали миф о великом писателе-правдорубе Солженицыне



10 лет назад, 3 августа 2008 года, ушел из жизни знаменитый клеветник советской цивилизации Александр Солженицын. Что интересно, этого писателя любят как на Западе, так и российская власть и провластные СМИ. Дело в том, что Солженицын изображал СССР «империей зла», что было выгодно как хозяевам Запада, ведущим тысячелетнюю войну против русского народа, так и западникам-либералам, которые возглавили Россию в 1990-е годы и которым нужно было всячески очернить и замазать грязью Союз. Поэтому довольно посредственного писателя и раскрутили, подняли его имя как знамя борьбы с советским тоталитаризмом, а всё, что он понаписал, объявили чистой правдой.

Александр Исаевич Солженицын родился 11 декабря 1918 года в Кисловодске, в крестьянской семье. В 1924 году семья Солженицына переехала в Ростов-на-Дону, где мальчик и пошел в школу. Литературой начал увлекаться в старших классах, пробовал силы в эссе и поэзии. Однако после школы поступил в РГУ на физико-математический факультет. Но, будучи студентом, не оставлял своего писательского увлечения и написал первые главы «Августа четырнадцатого».

В начале Великой Отечественной войны уехал по распределению с женой в Морозовск, где работал учителем (его по состоянию здоровья признали негодным к строевой службе). Но непригодный к строевой службе рядовой Солженицын каким-то загадочным образом, о котором история умалчивает, попал в артиллерийское училище. На фронт лейтенант Солженицын попал весной 1943 г. В сражениях и битвах непосредственного участия не принимал, так как командовал батареей звуковой разведки. На фронте, судя по всему, Александр Исаевич чувствовал себя хорошо: много читал и писал, хорошо питался. В один прекрасный день ординарец Александра Исаевича по фальшивым документам привез из эвакуации в Казахстане жену капитану Солженицыну. Наталья Решетовская с теплом вспоминает время, проведенное с мужем на фронте: они много гуляли, читали, фотографировались, он учил её стрелять. Получил награды: ордена Отечественной войны и Красной Звезды.

Незадолго до победы в 1945 году Солженицына арестовали за переписку — капитан занимался тем, что рассылал знакомым письма с критикой главнокомандующего и советского строя и предлагал создать конспиративные «пятерки». Капитан Солженицын не мог не знать о существовании военной цензуры и контрразведки. Кроме того, друзья детства и юности Александра Исаевича Кирилл Симонян и Лидия Ежерец так отзывались об эпистолярной активности своего друга: «Эти письма не соответствовали ни извечной трусости нашего приятеля, – а Солженицын самый трусливый человек, которого когда-либо знали, – ни его осторожности, ни даже его мировоззрению...» Вывод профессор К. С. Симонян сделал простой: «Он ясно видел, как, впрочем и каждый из нас, что в условиях, когда победа уже предрешена, предстоит еще через многое пройти, и не исключена возможность гибели у самой цели. Единственной возможностью было попасть в тыл. Но как? ...Стать моральным самострелом было в этом случае для Солженицына наилучшим выходом из положения. А отсюда и этот поток писем, глупая политическая болтовня».

С конца 1945 до 1953 года он находился в заключении. «Кровавые сталинские застенки» для Солженицына были довольно сносными. Вот сам Александр Исаевич описывает свое пребывание в центральной политической тюрьме: «Ах, ну и сладкая жизнь! Шахматы, книги, пружинные кровати, пуховые подушки, солидные матрацы, блестящий линолеум, чистое белье. Да я уж давно позабыл, что тоже спал вот так перед войной...» Наслаждаясь сладкой жизнью, Александр Исаевич охотно давал показания против своих друзей и даже против жены. Однако серьезно пострадал только Н. Д. Виткевич. Позднее реабилитированный Виткевич смог ознакомиться со своим делом и тогда же узнал, что посадил его друг детства – Александр Солженицын, написавший, что Виткевич «замышлял создать подпольную подрывную группу, готовил насильственные изменения в политике партии и правительства, злобно чернил Сталина...»

После Лубянки был Новый Иерусалим, потом стройка в Москве, потом Рыбинск, Загорск и, наконец, Марфино, то есть опять же Москва. А в Марфине – по полкило белого хлеба в день, в Марфине – сливочное масло, любые книги, волейбол, музыка по радио и работа в акустической лаборатории. В заключении писатель, по мнению ряда исследователей, стал информатором и провокатором по кличке Ветров. Из Марфина попал в Экибастузский лагерь, где был бригадиром, работал каменщиком, потом библиотекарем. Все это время он сочинял и держал в памяти стихи, чтобы позже переложить на бумагу. Он описал лагерную жизнь в романе «В круге первом» и рассказе «Один день Ивана Денисовича».

После освобождения писателя отправили жить в южный Казахстан без права выезда из села Берлик. Там Солженицын работал учителем математики и физики. В 1956 году писатель был реабилитирован, ему разрешили вернуться из ссылки. Он поселился во Владимирской области, затем в Рязани. Впервые произведения Солженицына были опубликованы в 1962 году в журнале «Новый мир» — это был рассказ «Один день Ивана Денисовича». Важно помнить, что всего несколько лет назад прошел знаменитый XX съезд КПСС, где Н. С. Хрущев развенчал культ личности Сталина. Развенчание сопровождалось большой ложью: Хрущев, зная, что на момент смерти его предшественника в лагерях оставалось около двух миллионов заключенных, сказал во всеуслышание о десяти миллионах. С тех пор тема репрессий, великих и кровавых, стала официальным оружием в руках всех антисоветчиков, и Запад получил отличное информационное оружие против советской цивилизации. И стоило сказать о преимуществах советского строя, о том, как много СССР дал своим гражданам, как тут же начинался плач о «ста миллионах расстрелянных». Хрущев начал с десяти миллионов заключенных, а Солженицын пошел дальше и предложил сто миллионов, и не просто заключенных, а уничтоженных (хотя в СССР просто не было столько людей, чтобы спокойно уничтожить 70-100 млн., а население продолжало расти). Тем самым Хрущев и Солженицын повторили пропагандистские материалы, которые сочинили ещё гитлеровские идеологи.

Тема репрессий, внушившая многим советским людям отвращение к собственному государству и комплекс вины, стала активно использоваться в «холодной войне». От СССР стали отворачиваться и те, кто счел Хрущева ренегатом и предателем (в Китае, Албании), и те левые на Западе, кто до сих пор поддерживал советский строй и коммунистическую идею. В самом СССР неприятие советского строя также входило постепенно в моду, особенно с учётом «перегибов» Хрущева в области национальной безопасности, народного хозяйства, культуры и т. д. Александр Исаевич попал в эту «волну», и его заметили враги советской цивилизации внутри самого Союза и на Западе. После этого Солженицын принялся за «Архипелаг ГУЛАГ». Солженицын и в СССР, и на Западе становится самым модным, самым знаменитым писателем.

Однако вскоре писатель теряет расположение властей (при Брежневе критика сталинского периода была в целом свернута), ему запрещают печататься. Но дело уже было сделано, автора раскрутили, и его поддерживают на Западе. Так, в 1970 г. большая группа французских писателей, ученых и деятелей искусств выдвинула Александра Исаевича на Нобелевскую премию. Вскоре премию присудили. Романы «В круге первом», «Раковый корпус», «Архипелаг ГУЛАГ» были напечатаны за рубежом. За это в 1974 году Солженицына лишили советского гражданства и выслали за границу. Автор уютно устроился сначала в Швейцарии, потом в Канаде, а затем и в США, в имении за высоким забором. А американцы так сумели раскрутить образ ГУЛАГа так, что у многих обывателей по всему миру Россия по сей день прочно ассоциируется с какими-то кровавыми ужасами, массовыми арестами и поголовными казнями миллионов людей. «Архипелаг…» стал одним из самых видных образов СССР.

Российских школьников с целью оболванивания заставляют штудировать «Архипелаг ГУЛАГ» (хотя в книге нет ни литературных достоинств, ни исторической правды). В этой книге Сталину приписываются страшные злодеяния, превосходящие все злодейства немецких нацистов. Солженицын запустил миф о десятках миллионов репрессированных при Сталине (аж 70 или даже 100 млн. человек!). Американцы, которые приютили Солженицына, не стали оспаривать эту ложь, так как вели холодную войну (информационную, идеологическую) против СССР. США надо было представить СССР как «империю зла», чему и помог Солженицын.

Хотя один из «мозговых центров» американской империи, аналитический центр ЦРУ «Рэнд Корпорэйшен», опираясь на данные демографии и архивные документы, подсчитал количество репрессированных в сталинскую эпоху. Оказалось, что за всё время, когда Сталин стоял во главе страны, было расстреляно 700 тыс. человек. Эти же данные приводятся в других исследованиях сталинской эпохи, авторы которых не заинтересованы в очернении лично Сталина и СССР. При этом на долю приговорённых к статье по политической 58-й статье приходится не более четверти дел. Такая же доля наблюдалась среди заключённых трудовых лагерей. Таким образом, количество репрессированных в сталинский период в сто раз меньше, чем ему приписали. Это подтверждается данными демографической статистики, согласно которой, за исключением провала во время войны, население СССР всё время правления Сталина стабильно увеличивалось. Для сравнения: в годы правления либерально-демократических правителей (Ельцина, Путина и Медведева) население России стабильно сокращается, если не сказать: вымирает (т. н. депопуляция). Ещё хуже ситуация с демографией в ещё одном «самостийном» обломке СССР (Великой России) – Украине-Малороссии, которая вымирает стремительно.

Второй важный вывод из реальной статистики: только четверть репрессированных и заключенных можно считать жертвами политических репрессий, а остальные три четверти получили по заслугам за уголовные преступления (стоит помнить, что и в настоящее время большая часть народа выступает за смертную казнь в отношении убийц, насильников, наркоторговцев и прочих вырожденцев). А поклонники Солженицына и ему подобных всех скопом выставляют невинными жертвами.

Не всё так просто и с «политическими». Среди них были и реальные «враги народа», которые работали на западные спецслужбы; троцкисты-вредители, мечтающие уничтожить советский проект; бывшие палачи, работники ЧК–НКВД, у которых самих руки были по локоть в крови и которых «зачистили» из органов; разного рода власовцы, бандеровцы, басмачи, «лесные братья», то есть люди, которые сознательно боролись против советской власти. При этом нельзя забывать о той эпохе, которая кардинальным образом отличалась, скажем, от мирного и стабильного времени правления Брежнева. Только что завершилась страшная геополитическая катастрофа – гибель Российской империи, смута и гражданская война. Советский проект имел множество врагов как в самой России, так и за рубежом. Наши внешние враги старались подготовить «пятую колонну», чтобы та в решающий момент совершила новый «февраль». Так, одной из главных причин поражения гитлеровского Третьего рейха стал роковой просчёт: в Берлине считали СССР колоссом на глиняных ногах по образцу Российской империи 1914–1917 гг. или Советской России 1920-х годов. Война должна была привести к развалу СССР — военному мятежу, дворцовому перевороту и многочисленным восстаниям на Украине, в Прибалтике, на Кавказе и в Средней Азии. Однако наши враги просчитались, в СССР успели вывести большую часть разнородной «пятой колонны». В годы «перестройки» и реформ» всех репрессированных скопом (и невиновных, и реальных врагов народа) записали в «невинные жертвы» сталинизма.

В 1991-1993 гг. в России победила контрреволюция, власть захватили противники советского проекта, сторонники западной «матрицы» — хищного капитализма, кастового неофеодализма, либерального социал-дарвинизма с разделением людей на «успешных и избранных» и «неудачников», на «двуногие орудия». Советский проект, который стремился построить идеальное общество будущего – общество знания, служения и созидания с господством этики совести, разрушили. Полное доминирование получило западное общество «золотого тельца», общество потребления и самоистребления.

Неудивительно, что такие перевертыши, как Солженицын, получили в новом российском обществе «зеленый свет». Именем Солженицына, вопреки желанию большинства народа, называют улицы, устанавливают на улицах ему памятники или мемориальные доски; произведения его включают в обязательную школьную программу, а в прессе отзываются о нем с придыханием как о гениальном писателе, мыслителе всех времен и народов, пророке и отважном правдорубе.

Поучаствовал великий провокатор и развале СССР. 18 сентября 1990 года одновременно в «Литературной газете» и «Комсомольской правде» была опубликована статья Солженицына «Как нам обустроить Россию». В ней и «Россия, которую мы потеряли», и лжерусофильство (ложное «возвращение к истокам», лживый великорусский национализм), и избавление от «балласта» в виде республик СССР, и разрыв связей с бывшим социалистическим лагерем, и обострение национальных отношений, и т. д. В этом же году Солженицын был восстановлен в советском гражданстве с последующим прекращением уголовного дела, в декабре удостоен Государственной премии РСФСР за «Архипелаг ГУЛАГ».

Вернуться на родину писатель смог в 1994 году. В 2001-2002 годах вышел в печати его большой труд — «Двести лет вместе». Это литературно-историческое исследование писателем русско-еврейских отношений в период между 1795 и 1995 годами в двух томах.

Интересно, что в конце жизни у писателя начинают открываться глаза на правду. В частности, в 1998 году он был награждён орденом Святого апостола Андрея Первозванного, однако от награды отказался: «От верховной власти, доведшей Россию до нынешнего гибельного состояния, я принять награду не могу». В том же году издал объёмное историко-публицистическое сочинение «Россия в обвале», содержащее размышления об изменениях, произошедших в России в 1990-х годах, и о положении страны, в котором резко осудил реформы, проведённые правительством Ельцина — Гайдара — Чубайса.

В апреле 2006 года, отвечая на вопросы газеты «Московские новости», Солженицын заявил: «НАТО методически и настойчиво развивает свой военный аппарат — на Восток Европы и в континентальный охват России с Юга. Тут и открытая материальная и идеологическая поддержка «цветных» революций, и парадоксальное внедрение североатлантических интересов в Центральную Азию. Всё это не оставляет сомнений, что готовится полное окружение России, а затем потеря ею суверенитета».

Умер Александр Солженицын 3 августа 2008 года в Москве.

Самсонов Александр

https://topwar.ru/145159-zachem-sozdali-mif-o-velikom-pisatele-pravdorube-solzhenicyne.html
« Последнее редактирование: 29 Августа 2018, 09:50:31 от Александр Васильевич » Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 72273

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #157 : 29 Августа 2018, 09:55:24 »

Пропагандистская ложь Солженицына



Один из самых известных лжецов и создателей мифом о «кровавой истории» СССР – это Солженицын. Он прославился благодаря западным СМИ в конце 1960-х годов, которые активно использовали его книгу «Архипелаг ГУЛаг».

Сам Александр Солженицын был в 1945 году арестован за контрреволюционную деятельность, выразившуюся в распространении антисоветских материалов. Солженицын был заочно приговорён к 8 годам исправительно-трудовых лагерей и вечной ссылке по окончании срока заключения. Освобождён в феврале 1953 года.

По мнению антисоветчика, войны с нацистской Германии можно было избежать, если бы Москва достигла компромисса с Гитлером. Солженицын осуждал лично Сталина за ужасные последствия войны для народов СССР, причём сильнее, чем Гитлера. Выходило так, что автор сочувствовал фашистам.

С 1962 года, с разрешения Хрущева, который проводил политику десталинизации СССР (т. н. «перестройка-1» или «оттепель»), Солженицын начал публиковаться в СССР. Рассказ под названием «Один день Ивана Денисовича» был напечатан в журнале «Новый мир» и сразу же переиздан и переведён на иностранные языки. 30 декабря 1962 года Солженицын был принят в Союз писателей СССР. Солженицына сознательно «раскрутили» в Советском Союза и на Западе. Хрущёв использовал материалы писателя как таран для разрушения сталинского наследия. При этом, когда в СССР к нему охладели (Хрущева отстранили от власти и его «перегибы» постарались устранить), на Западе его популярность была сохранена. Книги Солженицына стали печататься на Западе огромными тиражами, а довольно посредственного писателя раскрутили как мировую звезду. Автор стал одним из самых ценных орудий западного империализма (хищного капитализма) для критики и разрушения социализма. В 1970 году Солженицын был выдвинут на Нобелевскую премию по литературе, и в итоге премия была ему присуждена. От первой публикации произведения Солженицына до присуждения награды прошло всего восемь лет — такого в истории Нобелевских премий по литературе не было ни до, ни после. В феврале 1974 года Солженицын был арестован, обвинён в измене Родине и лишён советского гражданства. Его выслали из СССР (подробнее в статье ВО: Зачем создали миф о великом писателе-правдорубе Солженицыне).

На Западе его работы использовали на полную катушку, чтобы разоблачить «ужасы» Красной империи. Солженицын часто приглашался для выступлений на влиятельных собраниях. Писатель выступал за наращивание мощи США и НАТО против СССР. В своих выступлениях Солженицын резко критиковал коммунистический режим и идеологию, призывал США отказаться от сотрудничества с СССР и политики разрядки. Писатель воспринимал Запад как союзника в освобождении России от «коммунистического тоталитаризма» (продолжение идеологии Белого движения времен Гражданской войны).

После смерти испанского диктатора-каудильо Франко фашистский режим в Испании зашатался. В стране начались стачки и демонстрации с требованиями свободы и демократии, и наследник Франко король Хуан Карлос был вынужден начать политику реформ. В этот сложный момент, в марте 1976 года Солженицын посетил Испанию. В громком выступлении по испанскому телевидению он одобрительно высказался о недавнем режиме Франко и предостерёг Испанию от «слишком быстрого продвижения к демократии». Также в своём интервью он заявил, что 110 миллионов русских погибло, став жертвами социализма, и сравнил «рабство, которому подвергается советский народ», со свободой, которой наслаждаются испанцы. Стоит отметить, что поддержка испанского фашизма привела к усилению критики в западной прессе Солженицына. Писатель стал исчезать из поля зрения общественности. Всему есть предел, идеи фашизма в это время на Западе не поддерживались. Начался период наступления неолибельной идеологии.

Пропагандистская ложь

Таким образом, самыми ценными столпами западных мифов о миллионах якобы истребленных в Советском Союзе во время «кровавого диктатора» Сталина стали гитлеровские пособники, американский нацист и медиа магнат Уильям Херст, англо-американский разведчики и профессиональных пропагандист (специалист по ведению информационной войны) Роберт Конквест и антисоветчик Александр Солженицын. Среди них Конквест сыграл ведущую роль, так как был первоклассным специалистом по дезинформации. При этом Конквест получил огромную информационную поддержку со стороны Солженицына и других второстепенных фигур. Таких как Андрей Сахаров и Рой Медведев.

Все заявления «исследователей» вроде Конквеста и Солженицына по поводу миллионов расстрелянных, умерших и помещенных в лагеря имеют одно общее – отсутствие научной базы. Они являются результатом ложных статистических и оценочных методов. Миллионы и даже десятки миллионов жертв придумали фальсификаторы и их последователи. При этом использовались данные (в основном мнения) таких явных врагов советской власти, как немецкие и украинские нацисты (гитлеровцы и бандеровцы). Западная же пропагандистская машина их использовала, так как вела информационную (холодную) войну против Советского Союза. Проверять информацию не стали, в этом не было необходимости. На Западе, и теперь уже во всем мире, СМИ (чаще всего уже средства массовой дезинформации) формируют мировоззрение простого обывателя. Необходим был миф о «кровавом Сталине», советской «империи зла», и его создали. Использовали для этого байки гитлеровцев, украинских нацистов, антисоветчиков вроде Солженицына, привлекли профессионалов пропаганды, таких как Конквест.

Конквест, Солженицын, Медведев и другие противники СССР использовали статистику, опубликованную в Советском Союзе (к примеру, переписи населения), к которой авторы прибавляли предполагаемый рост населения без учёта общей ситуации в стране. Таким способом получалось заключение о том, сколько должно быть населения к концу данного периода. Люди, которых не хватает, записываются в мертвые или заключенные лагерей. Методика простая, но ложная. Причём этот метод не используется в западных странах, так как вызвал бы протест местных историков и общественности. Он допускается только для СССР.

Согласно Конквесту (оценка 1961 года) в СССР 6 млн. человек умерли от голода в начале 1930-х годов. Это число в 1986 году он увеличил до 14 млн. человек. По мнению англо-американского писателя, в ГУЛаге содержалось 5 млн. человек в 1937 году, ещё накануне «великой чистки» в партии, госаппарате и армии. После чисток, в период 1937 – 1938 гг., к этому добавилось ещё 7 млн. человек, то есть стало 12 млн. заключенных. В 1950 году в СССР также было 12 млн. заключенных. И все 12 млн., по мнению Конквеста, были политическими заключенными. В лагерях также сидели обычные уголовные преступники, которые по численности значительно превосходили политических. То есть в советских тюрьмах и лагерях сидело 25 – 30 млн. человек. Согласно Конквесту 1 млн. политзаключенных был истреблен в период 1937 - 1939 гг., ещё 2 млн. человек умерли от голода. Всего за период 1930 – 1953 гг. советский режим якобы истребил не менее 12 млн. политических заключенных. Присоединив к этим данным умерших от голода, Конквест выводил общую цифру в 26 млн. человек, которых убили большевики.

Солженицын использовал схожую методику. Однако привёл ещё более ужасные цифры. Солженицын согласился с оценкой Конквиста о 6 млн. умерших от голода. С момента чисток 1936 -1939 гг., по его мнению, погибало от 1 млн. и больше человек в год. В результате с момента коллективизации до смерти Сталина в 1953 году коммунисты якобы уничтожили 66 млн. человек. Кроме того, он обвинял советское правительство в гибели 44 млн. человек во время Великой Отечественной войны. То есть в войне и её ужасных последствия была виновата Москва, а не нацистский режим в Германии, фашистско-националистические правительства в Европе и настоящие поджигатели войны в Лондоне и Вашингтоне. Солженицын сделала вывод, что коммунисты уничтожили 110 миллионов человек. При этом в трудовых лагерях в 1953 году сидело 25 млн. человек.

Таким образом, эти фантастические цифры есть результат информационной войны Запада против России-СССР. Это хорошо проплаченная фальсификация (в том числе и за счёт популярности), за которой стоят западные спецслужбы, в основном американские и британские.

Интересно, что когда в период гласности при Горбачеве для исследователей были открыты ранее секретные архивы, то истинное лицо фальсификаторов открылось, но для мировой общественности ничего не изменилось. Сталин остался «кровавым диктатором», а СССР – «империей зла». Архивы открыли исследовательские отсчёты, основанные на подлинных документах. Миллионы «замученных и репрессированных» испарились. Однако, и «свободная» горбачёвская печать, и мировые СМИ, и публицисты, спекулирующие на теме репрессий, сразу же потеряли интерес к подлинным цифрам. Их опубликовали в научных журналах, но они были малотиражными и их замалчивали в крупных СМИ. На Западе отсчёты русских исследователей о системе наказаний при Сталине были также проигнорированы.

В результате вплоть до настоящего времени в мировой общественности господствует миф о десятках миллионов убитых и репрессированных, невинных жертвах сталинизма. Схожая картина и в российских ведущих СМИ, которые продолжают пропаганду прозападных, либерально-демократических ценностей. По сути, СМИ формируют у простого человека картину «проклятого советского прошлого», и идеализируют историю Российской империи. На выходе - прозападно-либеральная, полуфеодально-полукапиталистическая, и полуколониальная модель современной России, зависимой от Запада. Понятно, что на таком фундаменте никакая «суверенная демократия» в принципе невозможна.

Самсонов Александр

https://topwar.ru/146141-propagandistskaja-lozh-solzhenicyna.html
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 72273

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #158 : 12 Ноября 2018, 21:10:06 »

Зачем создали миф о великом писателе-правдорубе Солженицыне



10 лет назад, 3 августа 2008 года, ушел из жизни знаменитый клеветник советской цивилизации Александр Солженицын. Что интересно, этого писателя любят как на Западе, так и российская власть и провластные СМИ. Дело в том, что Солженицын изображал СССР «империей зла», что было выгодно как хозяевам Запада, ведущим тысячелетнюю войну против русского народа, так и западникам-либералам, которые возглавили Россию в 1990-е годы и которым нужно было всячески очернить и замазать грязью Союз. Поэтому довольно посредственного писателя и раскрутили, подняли его имя как знамя борьбы с советским тоталитаризмом, а всё, что он понаписал, объявили чистой правдой.

Александр Исаевич (настоящее отчество - Исаакиевич) Солженицын родился 11 декабря 1918 года в Кисловодске, в крестьянской семье. В 1924 году семья Солженицына переехала в Ростов-на-Дону, где мальчик и пошел в школу. Литературой начал увлекаться в старших классах, пробовал силы в эссе и поэзии. Однако после школы поступил в РГУ на физико-математический факультет. Но, будучи студентом, не оставлял своего писательского увлечения и написал первые главы «Августа четырнадцатого».

В начале Великой Отечественной войны уехал по распределению с женой в Морозовск, где работал учителем (его по состоянию здоровья признали негодным к строевой службе). Но непригодный к строевой службе рядовой Солженицын каким-то загадочным образом, о котором история умалчивает, попал в артиллерийское училище. На фронт лейтенант Солженицын попал весной 1943 г. В сражениях и битвах непосредственного участия не принимал, так как командовал батареей звуковой разведки. На фронте, судя по всему, Александр Исаевич чувствовал себя хорошо: много читал и писал, хорошо питался. В один прекрасный день ординарец Александра Исаевича по фальшивым документам привез из эвакуации в Казахстане жену капитану Солженицыну. Наталья Решетовская с теплом вспоминает время, проведенное с мужем на фронте: они много гуляли, читали, фотографировались, он учил её стрелять. Получил награды: ордена Отечественной войны и Красной Звезды.

Незадолго до победы в 1945 году Солженицына арестовали за переписку — капитан занимался тем, что рассылал знакомым письма с критикой главнокомандующего и советского строя и предлагал создать конспиративные «пятерки». Капитан Солженицын не мог не знать о существовании военной цензуры и контрразведки. Кроме того, друзья детства и юности Александра Исаевича Кирилл Симонян и Лидия Ежерец так отзывались об эпистолярной активности своего друга: «Эти письма не соответствовали ни извечной трусости нашего приятеля, – а Солженицын самый трусливый человек, которого когда-либо знали, – ни его осторожности, ни даже его мировоззрению...» Вывод профессор К. С. Симонян сделал простой: «Он ясно видел, как, впрочем и каждый из нас, что в условиях, когда победа уже предрешена, предстоит еще через многое пройти, и не исключена возможность гибели у самой цели. Единственной возможностью было попасть в тыл. Но как? ...Стать моральным самострелом было в этом случае для Солженицына наилучшим выходом из положения. А отсюда и этот поток писем, глупая политическая болтовня».

С конца 1945 до 1953 года он находился в заключении. «Кровавые сталинские застенки» для Солженицына были довольно сносными. Вот сам Александр Исаевич описывает свое пребывание в центральной политической тюрьме: «Ах, ну и сладкая жизнь! Шахматы, книги, пружинные кровати, пуховые подушки, солидные матрацы, блестящий линолеум, чистое белье. Да я уж давно позабыл, что тоже спал вот так перед войной...» Наслаждаясь сладкой жизнью, Александр Исаевич охотно давал показания против своих друзей и даже против жены. Однако серьезно пострадал только Н. Д. Виткевич. Позднее реабилитированный Виткевич смог ознакомиться со своим делом и тогда же узнал, что посадил его друг детства – Александр Солженицын, написавший, что Виткевич «замышлял создать подпольную подрывную группу, готовил насильственные изменения в политике партии и правительства, злобно чернил Сталина...»

После Лубянки был Новый Иерусалим, потом стройка в Москве, потом Рыбинск, Загорск и, наконец, Марфино, то есть опять же Москва. А в Марфине – по полкило белого хлеба в день, в Марфине – сливочное масло, любые книги, волейбол, музыка по радио и работа в акустической лаборатории. В заключении писатель, по мнению ряда исследователей, стал информатором и провокатором по кличке Ветров. Из Марфина попал в Экибастузский лагерь, где был бригадиром, работал каменщиком, потом библиотекарем. Все это время он сочинял и держал в памяти стихи, чтобы позже переложить на бумагу. Он описал лагерную жизнь в романе «В круге первом» и рассказе «Один день Ивана Денисовича».

После освобождения писателя отправили жить в южный Казахстан без права выезда из села Берлик. Там Солженицын работал учителем математики и физики. В 1956 году писатель был реабилитирован, ему разрешили вернуться из ссылки. Он поселился во Владимирской области, затем в Рязани. Впервые произведения Солженицына были опубликованы в 1962 году в журнале «Новый мир» — это был рассказ «Один день Ивана Денисовича». Важно помнить, что всего несколько лет назад прошел знаменитый XX съезд КПСС, где Н. С. Хрущев развенчал культ личности Сталина. Развенчание сопровождалось большой ложью: Хрущев, зная, что на момент смерти его предшественника в лагерях оставалось около двух миллионов заключенных, сказал во всеуслышание о десяти миллионах. С тех пор тема репрессий, великих и кровавых, стала официальным оружием в руках всех антисоветчиков, и Запад получил отличное информационное оружие против советской цивилизации. И стоило сказать о преимуществах советского строя, о том, как много СССР дал своим гражданам, как тут же начинался плач о «ста миллионах расстрелянных». Хрущев начал с десяти миллионов заключенных, а Солженицын пошел дальше и предложил сто миллионов, и не просто заключенных, а уничтоженных (хотя в СССР просто не было столько людей, чтобы спокойно уничтожить 70-100 млн., а население продолжало расти). Тем самым Хрущев и Солженицын повторили пропагандистские материалы, которые сочинили ещё гитлеровские идеологи.

Тема репрессий, внушившая многим советским людям отвращение к собственному государству и комплекс вины, стала активно использоваться в «холодной войне». От СССР стали отворачиваться и те, кто счел Хрущева ренегатом и предателем (в Китае, Албании), и те левые на Западе, кто до сих пор поддерживал советский строй и коммунистическую идею. В самом СССР неприятие советского строя также входило постепенно в моду, особенно с учётом «перегибов» Хрущева в области национальной безопасности, народного хозяйства, культуры и т. д. Александр Исаевич попал в эту «волну», и его заметили враги советской цивилизации внутри самого Союза и на Западе. После этого Солженицын принялся за «Архипелаг ГУЛАГ». Солженицын и в СССР, и на Западе становится самым модным, самым знаменитым писателем.

Однако вскоре писатель теряет расположение властей (при Брежневе критика сталинского периода была в целом свернута), ему запрещают печататься. Но дело уже было сделано, автора раскрутили, и его поддерживают на Западе. Так, в 1970 г. большая группа французских писателей, ученых и деятелей искусств выдвинула Александра Исаевича на Нобелевскую премию. Вскоре премию присудили. Романы «В круге первом», «Раковый корпус», «Архипелаг ГУЛАГ» были напечатаны за рубежом. За это в 1974 году Солженицына лишили советского гражданства и выслали за границу. Автор уютно устроился сначала в Швейцарии, потом в Канаде, а затем и в США, в имении за высоким забором. А американцы так сумели раскрутить образ ГУЛАГа, что у многих обывателей по всему миру Россия по сей день прочно ассоциируется с какими-то кровавыми ужасами, массовыми арестами и поголовными казнями миллионов людей. «Архипелаг…» стал одним из самых видных образов СССР.

Российских школьников с целью оболванивания заставляют штудировать «Архипелаг ГУЛАГ» (хотя в книге нет ни литературных достоинств, ни исторической правды). В этой книге Сталину приписываются страшные злодеяния, превосходящие все злодейства немецких нацистов. Солженицын запустил миф о десятках миллионов репрессированных при Сталине (аж 70 или даже 100 млн. человек!). Американцы, которые приютили Солженицына, не стали оспаривать эту ложь, так как вели холодную войну (информационную, идеологическую) против СССР. США надо было представить СССР как «империю зла», чему и помог Солженицын.

Хотя один из «мозговых центров» американской империи, аналитический центр ЦРУ «Рэнд Корпорэйшен», опираясь на данные демографии и архивные документы, подсчитал количество репрессированных в сталинскую эпоху. Оказалось, что за всё время, когда Сталин стоял во главе страны, было расстреляно 700 тыс. человек. Эти же данные приводятся в других исследованиях сталинской эпохи, авторы которых не заинтересованы в очернении лично Сталина и СССР. При этом на долю приговорённых к статье по политической 58-й статье приходится не более четверти дел. Такая же доля наблюдалась среди заключённых трудовых лагерей. Таким образом, количество репрессированных в сталинский период в сто раз меньше, чем ему приписали. Это подтверждается данными демографической статистики, согласно которой, за исключением провала во время войны, население СССР всё время правления Сталина стабильно увеличивалось. Для сравнения: в годы правления либерально-демократических правителей (Ельцина, Путина и Медведева) население России стабильно сокращается, если не сказать: вымирает (т. н. депопуляция). Ещё хуже ситуация с демографией в ещё одном «самостийном» обломке СССР (Великой России) – Украине-Малороссии, которая вымирает стремительно.

Второй важный вывод из реальной статистики: только четверть репрессированных и заключенных можно считать жертвами политических репрессий, а остальные три четверти получили по заслугам за уголовные преступления (стоит помнить, что и в настоящее время большая часть народа выступает за смертную казнь в отношении убийц, насильников, наркоторговцев и прочих вырожденцев). А поклонники Солженицына и ему подобных всех скопом выставляют невинными жертвами.

Не всё так просто и с «политическими». Среди них были и реальные «враги народа», которые работали на западные спецслужбы; троцкисты-вредители, мечтающие уничтожить советский проект; бывшие палачи, работники ЧК–НКВД, у которых самих руки были по локоть в крови и которых «зачистили» из органов; разного рода власовцы, бандеровцы, басмачи, «лесные братья», то есть люди, которые сознательно боролись против советской власти. При этом нельзя забывать о той эпохе, которая кардинальным образом отличалась, скажем, от мирного и стабильного времени правления Брежнева. Только что завершилась страшная геополитическая катастрофа – гибель Российской империи, смута и гражданская война. Советский проект имел множество врагов как в самой России, так и за рубежом. Наши внешние враги старались подготовить «пятую колонну», чтобы та в решающий момент совершила новый «февраль». Так, одной из главных причин поражения гитлеровского Третьего рейха стал роковой просчёт: в Берлине считали СССР колоссом на глиняных ногах по образцу Российской империи 1914–1917 гг. или Советской России 1920-х годов. Война должна была привести к развалу СССР — военному мятежу, дворцовому перевороту и многочисленным восстаниям на Украине, в Прибалтике, на Кавказе и в Средней Азии. Однако наши враги просчитались, в СССР успели вывести большую часть разнородной «пятой колонны». В годы «перестройки» и реформ» всех репрессированных скопом (и невиновных, и реальных врагов народа) записали в «невинные жертвы» сталинизма.

В 1991-1993 гг. в России победила контрреволюция, власть захватили противники советского проекта, сторонники западной «матрицы» — хищного капитализма, кастового неофеодализма, либерального социал-дарвинизма с разделением людей на «успешных и избранных» и «неудачников», на «двуногие орудия». Советский проект, который стремился построить идеальное общество будущего – общество знания, служения и созидания с господством этики совести, разрушили. Полное доминирование получило западное общество «золотого тельца», общество потребления и самоистребления.

Неудивительно, что такие перевертыши, как Солженицын, получили в новом российском обществе «зеленый свет». Именем Солженицына, вопреки желанию большинства народа, называют улицы, устанавливают на улицах ему памятники или мемориальные доски; произведения его включают в обязательную школьную программу, а в прессе отзываются о нем с придыханием как о гениальном писателе, мыслителе всех времен и народов, пророке и отважном правдорубе.

Поучаствовал великий провокатор и развале СССР. 18 сентября 1990 года одновременно в «Литературной газете» и «Комсомольской правде» была опубликована статья Солженицына «Как нам обустроить Россию». В ней и «Россия, которую мы потеряли», и лжерусофильство (ложное «возвращение к истокам», лживый великорусский национализм), и избавление от «балласта» в виде республик СССР, и разрыв связей с бывшим социалистическим лагерем, и обострение национальных отношений, и т. д. В этом же году Солженицын был восстановлен в советском гражданстве с последующим прекращением уголовного дела, в декабре удостоен Государственной премии РСФСР за «Архипелаг ГУЛАГ».

Вернуться на родину писатель смог в 1994 году. В 2001-2002 годах вышел в печати его большой труд — «Двести лет вместе». Это литературно-историческое исследование писателем русско-еврейских отношений в период между 1795 и 1995 годами в двух томах.

Интересно, что в конце жизни у писателя начинают открываться глаза на правду. В частности, в 1998 году он был награждён орденом Святого апостола Андрея Первозванного, однако от награды отказался: «От верховной власти, доведшей Россию до нынешнего гибельного состояния, я принять награду не могу». В том же году издал объёмное историко-публицистическое сочинение «Россия в обвале», содержащее размышления об изменениях, произошедших в России в 1990-х годах, и о положении страны, в котором резко осудил реформы, проведённые правительством Ельцина — Гайдара — Чубайса.

В апреле 2006 года, отвечая на вопросы газеты «Московские новости», Солженицын заявил: «НАТО методически и настойчиво развивает свой военный аппарат — на Восток Европы и в континентальный охват России с Юга. Тут и открытая материальная и идеологическая поддержка «цветных» революций, и парадоксальное внедрение североатлантических интересов в Центральную Азию. Всё это не оставляет сомнений, что готовится полное окружение России, а затем потеря ею суверенитета».

Умер Александр Солженицын 3 августа 2008 года в Москве.

Самсонов Александр

https://topwar.ru/145159-zachem-sozdali-mif-o-velikom-pisatele-pravdorube-solzhenicyne.html
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 72273

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #159 : 12 Ноября 2018, 21:25:55 »

Позорнейшие поступки Солженицина



Воспоминания самого Солженицына, его жены и друзей показывают, что послевоенный ГУЛАГ был относительно либеральным: зеки (во всяком случае, сам будущий писатель) имели регулярные свидания, посылки, читали книги. Их хорошо кормили. В нынешнем ФСИНе условия – куда строже.



Писатель Владимир Бушин в 2005 году в своей книге «Александр Солженицын. Гений первого плевка» собрал множество фактов о жизни этого русского писателя, нобелевского лауреата. В своей работе Бушин опирался только на факты – воспоминания самого Солженицына и его близких. Несколько глав книги посвящены пребыванию Александра Исаевича в ГУЛАГе, точнее в тюрьмах и «спецобъектах». Мы опускаем в этих отрывках из книги рассуждения Бушина о моральном облике Солженицына, и приводим только сухие факты:

«О жизни в неволе очень много говорит работа, которую приходится выполнять, её условия. В 1970 году в биографии для Нобелевского комитета он писал о своих лагерных годах: «Работал чернорабочим, каменщиком, литейшиком». А через пять лет, выступая перед большим собранием представителей американских профсоюзов в Вашингтоне, начал свою речь страстным обращением: «Братья! Братья по труду!» И опять представился как пролетарий: «Я, проработавший в жизни немало лет каменщиком, литейщиком, чернорабочим…» Американцы слушали пролетария, затаив дыхание.

Приобщение Александра Исаевича к физическому труду произошло в самом конце июля 1945 года, когда, находясь в Краснопресненском пересыльном пункте, он начал ходить на одну из пристаней Москвы-реки разгружать лес. Солженицына никто здесь не вынуждал, он признаёт: «Мы ходили на работу добровольно». Более того, «с удовольствием ходили».

Но у будущего нобелиата при первой же встрече с физическим трудом проявилась черта, которая будет сопровождать его весь срок заключения: жажда во что бы то ни стало получить начальственную или какую иную должностишку подальше от физической работы. Когда там, на пристани, нарядчик пошел вдоль строя заключенных выбрать бригадиров, сердце Александра Исаевича, по его признанию, «рвалось из-под гимнастерки: меня! меня! меня назначить!..». Но пребывание на пересылке дает возможность зачислить в его трудовой стаж пролетария лишь две недели.



Затем – Ново-Иерусалимский лагерь. Это кирпичный завод.

Застегнув на все пуговицы гимнастерку и выпятив грудь, рассказывает герой, явился он в директорский кабинет. «Офицер? – сразу заметил директор. – Чем командовали?» – «Артиллерийским дивизионом!» (соврал на ходу, батареи мне показалось мало). – «Хорошо. Будете сменным мастером глиняного карьера».

Так добыта первая должностишка. Солженицын признаётся, что, когда все работали, он «тихо отходил от своих подчиненных за высокие кручи отваленного грунта, садился на землю и замирал».

Как пишет Решетовская, цитируя его письма, на кирпичном заводе муж работал на разных работах, но метил опять попасть «на какое-нибудь канцелярское местечко. Замечательно было бы, если бы удалось».

Мечту сумел осуществить в новом лагере на Большой Калужской (в Москве), куда его перевели 4 сентября 1945 года. Здесь ещё на вахте он заявил, что по профессии нормировщик. Ему опять поверили, и благодаря выражению его лица «с прямодышашей готовностью тянуть службу» назначили, как пишет, «не нормировщиком, нет, хватай выше! – заведующим производством, т.е. старше нарядчика и всех бригадиров!»



Увы, на этой высокой должности энергичный соискатель продержался недолго. Но дела не так уж плохи: «Послали меня не землекопом, а в бригаду маляров». Однако вскоре освободилось место помощника нормировщика. «Не теряя времени, я на другое же утро устроился помощником нормировщика, так и не научившись малярному делу». Трудна ли была новая работа? Читаем: «Нормированию я не учился, а только умножал и делил в своё удовольствие. У меня бывал и повод пойти бродить по строительству, и время посидеть».

В лагере на Калужской он находился до середины июля 1946 года, а потом – Рыбинск и Загорская спецтюрьма, где пробыл до июля 1947 года. За этот годовой срок, с точки зрения наращивания пролетарского стажа, он уже совсем ничего не набрал. Почти всё время работал по специальности — математиком. «И работа ко мне подходит, и я подхожу к работе», – с удовлетворением писал он жене.

С той же легкостью, с какой раньше он говорил, что командовал дивизионом, а потом назвался нормировщиком, вскоре герой объявил себя физиком-ядерщиком. Ему и на этот раз поверили!

В июле 1947 года перевели из Загорска опять в Москву, чтобы использовать как физика. Его направили в Марфинскую спецтюрьму – в научно-исследовательский институт связи. Это в Останкине.

В институте кем он только не был — то математиком, то библиотекарем, то переводчиком с немецкого (который знал не лучше ядерной физики), а то и вообще полным бездельником: опять проснулась жажда писательства, и вот признается: «Этой страсти я отдавал теперь все время, а казённую работу нагло перестал тянуть».

Условия для писательства были неплохие. Решетовская рисует их по его письмам так: «Комната, где он работает, – высокая, сводом, в ней много воздуха. Письменный стол со множеством ящиков. Рядом со столом окно, открытое круглые сутки…»



Касаясь такой важной стороны своей жизни в Марфинской спецтюрьме, как распорядок дня, Солженицын пишет, что там от него требовались, в сущности, лишь две вещи: «12 часов сидеть за письменным столом и угождать начальству». Вообще же за весь срок нигде, кроме этого места, рабочий день у него не превышал восьми часов.

Картину дополняет Н. Решетовская: «В обеденный перерыв Саня валяется во дворе на травке или спит в общежитии. Утром и вечером гуляет под липами. А в выходные дни проводит на воздухе 3-4 часа, играет в волейбол».

Недурно устроено и место в общежитии — в просторной комнате с высоким потолком, с большим окном. Отдельная кровать (не нары), рядом — тумбочка с лампой. «До 12 часов Саня читал. А в пять минут первого надевал наушники, гасил свет и слушал ночной концерт». Оперу Глюка «Орфей в аду»…

Кроме того, Марфинская спецтюрьма — это, по словам самого Солженицына, ещё и «четыреста граммов белого хлеба, а черный лежит на столах», сахар и даже сливочное масло, одним двадцать граммов, другим сорок ежедневно. Л. Копелев уточняет: за завтраком можно было получить добавку, например, пшённой каши; обед состоял из трех блюд: мясной суп, густая каша и компот или кисель; на ужин какая-нибудь запеканка. А время-то стояло самое трудное — голодные послевоенные годы…

Солженицын весь срок получал от жены и её родственников вначале еженедельные передачи, потом – ежемесячные посылки. Кое-что ему даже надоедало, и он порой привередничал в письмах: «Сухофруктов больше не надо… Особенно хочется мучного и сладкого. Всякие изделия, которые вы присылаете, – объедение». Жена послала сладкого, и вот он сообщает: «Посасываю потихоньку третий том «Войны и мира» и вместе с ним твою шоколадку…»

Страстью Солженицына в заключении стали книги. В Лубянке, например, он читает таких авторов, которых тогда, в 1945 году, и на свободе достать было почти невозможно: Мережковского, Замятина, Пильняка, Пантелеймона Романова:

«Библиотека Лубянки – её украшение. Книг приносят столько, сколько людей в камере. Иногда библиотекарша на чудо исполняет наши заказы!»

А в Марфинской спецтюрьме Солженицын имел возможность делать заказы даже в главной библиотеке страны — в Ленинке.



Свидания с родственниками проходили на Таганке, в клубе служащих тюрьмы, куда арестантов доставляли из других мест заключения. Н. Решетовская так описывает одно из них: «Подъехала никакая не «страшная машина», а небольшой автобус, из которого вышли наши мужья, вполне прилично одетые и совсем не похожие на заключенных. Тут же, ещё не войдя в клуб, каждый из них подошел к своей жене. Мы с Саней, как и все, обнялись и поцеловались и быстренько передали друг другу из рук в руки свои письма, которые таким образом избежали цензуры».

И ещё один отрывок из книги Бушина, уже не относящийся к заключению писателя, но хорошо показывающий восприятие Солженицына самого себя как мессии:

«Такой случай, имевший место под новый 1962 год. Поехал с женой из Рязани в Москву, чтобы там у Теуша спрятать свои рукописи. В праздничной электричке какой-то пьяный хулиган стал глумиться над пассажирами. Никто из мужчин не противодействовал ему: кто был стар, кто слишком осторожен. Естественно было вскочить мне — недалеко я сидел, и ряшка у меня была изрядная. Но стоял у наших ног заветный чемоданчик со всеми рукописями, и я не смел: после драки неизбежно было потянуться в милицию… Вполне была бы русская история, чтоб вот на таком хулигане оборвались бы мои хитрые нити. Итак, чтобы выполнить русский долг, надо было нерусскую выдержку иметь».

https://topwar.ru/128590-pozorneyshie-postupki-solzhenicina.html

http://oppps.ru/pozornejshie-postupki-solzhenicina.html
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 72273

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #160 : 12 Ноября 2018, 21:50:40 »

Плохой сигнал. На кого ссылался Солженицын?



См.видео по нижеприведённой ссылке:

https://www.youtube.com/watch?v=39Ve0nz19l0&feature=player_embedded
Записан
Страниц: 1 ... 9 10 [11]
  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by MySQL Powered by PHP Valid XHTML 1.0! Valid CSS!