Русская беседа
 
17 Июня 2019, 04:24:15  
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
 
Новости: ВНИМАНИЕ! Во избежание проблем с переадресацией на недостоверные ресурсы рекомендуем входить на форум "Русская беседа" по адресу  http://www.rusbeseda.org
 
   Начало   Помощь Правила Архивы Поиск Календарь Войти Регистрация  
Страниц: [1]
  Печать  
Автор Тема: Православие в Индонезии  (Прочитано 2945 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 74612

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« : 02 Февраля 2009, 14:26:43 »

Православная семья индонезийцев впервые присутствовала на интронизации Предстоятеля Русской Церкви
Москва, 2 февраля 2008 г.

Впервые среди многочисленных зарубежных гостей, приглашенных на церемонию интронизации нового Патриарха Московского и все Руси, присутствовали граждане Индонезии, в их числе супруги Хадиниграт.

В 2003 году Дэвид и Кристина на личные средства возвели в Джакарте православную церковь в честь святого апостола Фомы, передает ИТАР-ТАСС. Ее врата впервые открылись во время архипастырского визита в Индонезию и другие страны ЮВА митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла. По этому случаю владыка передал в дар индонезийским ктиторам икону преподобного Сергия Радонежского. Со своей стороны, прихожане индонезийской православной общины передали в дар владыке на молитвенную память образ святого великомученика и чудотворца Георгия, а также и картины на религиозные сюжеты, выполненные в традиционной индонезийской живописной технике. 

С тех пор в этой крупнейшей по численности мусульманского населения стране Русскую Православную Церковь стали представлять клирики из числа местных граждан, прошедшие обучение в России. Первым из них стал иеромонах Иоасаф (Тандибиланг) - выпускник Белгородской Духовной семинарии. Он и его молодые сокурсники ведут службу как на индонезийском языке, так и, частично, на церковнославянском, и могут принимать исповедь на русском языке.

В наши дни храм святого Фомы, расположенный в южноджакартском микрорайоне Селатан по соседству с мечетью и католическим костелом, посещают как православные индонезийцы, так и представители интернационального православного сообщества, проживающего в Джакарте. 

На пожертвования семьи Хадиниграт православные службы ведутся также в храмах Преображения Господня и великомученицы Екатерины в городе Соло (провинция Центральная Ява). Именно с Соло начался современный этап присутствия Православия в Индонезии - в 1996 году там открылся первый храм, основателем которого стал архимандрит Даниил (Бьянторо). А на всемирно известном острове-курорте Бали ими приобретен участок земли под строительство православного монастыря. 

Православные приходы в Индонезии имеют как Московский Патриархат, так и Константинопольский. Православные христиане рассматриваются индонезийскими властями как "протестантское религиозное меньшинство". Первую православную общину (Константинопольского Патриархата) на острове Ява в 1988 году основал отец Даниил (Бамбанг Дуи Бьянтор). Именно он  стал первым индонезийским христианином, принявшим Православие в 1983 году в Южной Корее. 

В 1991 году министерство по делам религий Индонезии официально признало Православие, организационно включив его в свой протестантский отдел. Миссия, возглавляемая отцом Даниилом, стала затем частью греческой православной епархии Гонконга и Юго-Восточной Азии, управляемой митрополитом Никитосом. 

В 1996 году отец Даниил открыл в Соло домовую церковь, похожую на храмы первых христиан. Мало-помалу, рассказал ее нынешний настоятель священник Алексий, все больше индонезийцев принимают православное крещение.  На сегодняшний день множество общин действуют на Яве и на целой дюжине малых островов архипелага, в  стране открыты более 10 православных храмов, в которых служат девять священников. 

Православная община Индонезии насчитывает 2 тысячи верующих.

http://www.pravoslavie.ru/news/29127.htm
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 74612

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #1 : 08 Февраля 2011, 20:07:42 »

«Русское Православие особенно близко индонезийцам»


Иеромонах Иосаф (Тандибиланг)

В декабре 2010 года Москву посетил иеромонах Иоасаф (Тандибиланг), настоятель Свято-Владимирского прихода в Джакарте (Индонезия). Иеромонах Иоасаф (Тандибиланг)Православное миссионерское общество имени прп. Серапиона Кожеозерского устроило встречу с отцом Иоасафом, в которой приняли участие многие православные миссионеры Москвы. Ниже предлагаются ответы отца Иоасафа на предложенные во время встречи вопросы. Публикуется впервые.

Батюшка, расскажите, как вы пришли в Православие.

Мой папа мусульманин, а мама исповедовала то, что у нас называется "сельской религией", – это древнее индонезийское языческое верование. Но это верование не входит в число пяти официально признанных религий. Так что когда они женились, и она должна была в документах указать свою религию, то написала "протестантизм", но она никогда не знала, что такое христианство. И я не знал, пока не вырос. Когда я родился, меня назвали Измаил. Я рос как мусульманин, читал Коран, совершал салят (молитвы), всё как папа. И до двадцати лет я был мусульманином, а потом приехал в Джакарту, где встретился с протестантами, и заинтересовался христианством, стал задаваться вопросами. И вскоре тоже стал протестантом. Так произошло потому, что я очень серьёзно относился к религии и был в поиске. Но и у протестантов я видел сомнительные вещи – их молитвы под гитару, пляски и прочее. Я спрашивал себя: правильно ли это – служить Богу как на дискотеке или в баре? И вот я услышал, что в Индонезии появилась новая религия, где служат по-другому, чинно совершают молитвы, женщины ходят с покрытыми головами и так далее, и я спросил: что это за религия? И мне сказали: это Православие. А в 1996 году я встретился с отцом Даниилом (Баянторо), который тогда был в греческой Церкви, и задал ему много-много вопросов, и он на все их ответил. И я подумал, что Православие – это истинная религия. И однажды отец Даниил сказал на собрании: мы будем делать катехизацию, кто хочет пройти её, пусть записывается. И я сказал: "Я тоже хочу". Я проходил катехизацию три месяца каждый день, кроме воскресенья.

После того как я стал православным, три года учился у отца Даниила, был рядом с ним: куда он, туда и я. У меня не получалось поехать на обучение в семинарию, потому что к тому времени греки уже обучили нескольких индонезийских священников, и они, видимо, не хотели или не имели больше такой возможности. Я просил митрополита Гонконгского Никиту, но тот не дал никакого ответа. А потом случилось так, что отец Даниил в Голландии встретился с владыкой Иоанном Белгородским и сказал ему обо мне, что есть православный человек, который очень хочет учиться, и владыка сказал: "Пусть приезжает к нам, в нашу семинарию". Владыка дал средства и на билет, и на прочее. Так, в 2000 году я приехал в Россию и начал учиться в Белгородской семинарии. В 2003 году меня рукоположили в священный сан, и я вернулся домой. А в семинарии продолжал обучение заочно, приезжая на сессии каждый год. Закончил семинарию в 2007 году. Такова моя история.

А как родители отнеслись к вашему выбору?

Когда я стал православным, моя мама спросила: "Почему так изменилась твоя жизнь?" Раньше я жил плохо, ходил каждую субботу на дискотеки и прочее, а когда я стал православным, моя жизнь изменилась, и мама спросила: "Как называется религия, которую ты принял?" Я ответил: "Это Православие". Но мама не сразу приняла его. Только когда я уже стал священником и вернулся, мы много говорили, она была на службах и наконец сказала: "Я тоже хочу креститься, потому что это правильная религия, если мы с Богом, то не надо Его бояться". А отец пока мусульманин. Ему трудно обратиться, потому что он хаджи, то есть уважаемый мусульманин, который совершал хадж в Мекку. Когда я крестился, папа долго относился ко мне нехорошо, но сейчас уже начинает относиться лучше. Он тоже понемногу начинает узнавать о Православии. И вот откуда я это знаю: когда я говорю с мамой о вере, я говорю громко, и папа, сидя в другой комнате, слушает, ничего не говорит и не делает в это время. И я уже заметил, что когда мы говорим о чём-то другом, то он тоже что-то делает или разговаривает, а когда говорим о вере, то он затихает. Слушает. И я специально говорю помедленнее и погромче, чтобы он всё смог расслышать. Но ему трудно измениться. Вся его семья, бабушка, дядя – все мусульмане.

Насколько свободно можно проповедовать христианство в мусульманской Индонезии?

Проповедь в Индонезии не запрещена, этим можно заниматься свободно, но нужно это делать правильно. В Индонезии много религий. Кроме мусульман есть индусы, буддисты, католики и протестанты. Это те, что признаны государством как отдельные религии. Я верю, что когда православных будет много, то и православие получит официальное признание. Итак, если Вы пойдёте к католикам, протестантам или мусульманам и станете им проповедовать, то будут проблемы. Но если они сами к нам обращаются, спрашивают, приходят, то тогда здесь никаких проблем нет. И когда друзья, коллеги или соседи православных христиан видят, как они молятся, как они живут, то начинают задавать вопросы, и православные дают им мой телефон. И они звонят мне, мы договариваемся о встрече, я собираю нескольких таких интересующихся сразу и рассказываю им о Православии. Вот так мы проповедуем. Одни вопросы задают мусульмане или протестанты, другие вопросы задают буддисты или индусы. Поэтому миссионеру нужно знать все религии, которые у нас есть. Вот через такие встречи мы осуществляем миссию в Индонезии. И люди обращаются, проходят оглашение, принимают крещение. Среди моих прихожан есть и несколько семей, обратившихся из ислама.

Если мусульманин примет христианство, то ему угрожает за это смерть или тюремное заключение?

Нет. Традиции индонезийских мусульман отличаются от арабского ислама. Конечно, к обращению относятся негативно, но всё ограничивается тем, что родители крестившихся говорят: "Раз мой сын принял христианство, то я буду читать о нём заупокойную молитву". И они молятся о нем, как если бы он умер. Только так. А у арабов по-другому, они могут убить за это. В Индонезии не очень строгое отношение к исламским традициям. Однако критика Мухаммеда и Корана запрещена, и к этому они очень чувствительны.

А как Вы тогда говорите с мусульманами?

Ну, например, в беседе мусульмане часто могут сказать: "Иисус Христос как Мухаммед". Но я говорю им: "Нет, это не так. Иисус Христос есть Слово Бога, а Мухаммед для вас не слово Бога. Слово Бога для вас – Коран. А Мухаммед просто передатчик, через которого слово Бога пришло в мир. Так что если искать параллели Христу в исламе, то это будет не Мухаммед, а Коран". Но у мусульман Слово Бога, как они думают, стало книгой, а мы говорим, что Слово Бога стало живым человеком. А для Мухаммеда параллель в Христианстве не Христос, а скорее Богородица, через которую Слово Бога пришло в мир. Вот так разговаривать возможно. Мусульмане часто также говорят: "Христиане верят неправильно". Я спрашиваю: "Почему же?" Они отвечают: "Потому что у вас Библия переведена на много языков и часто при переводе изменяется". Я говорю им: "Это ничего страшного, что происходят некоторые изменения при переводе, потому что Слово Бога – это не просто книга, это Иисус Христос. А Он не изменяется. Изменяются обстоятельства нашей жизни, и это учитывают переводы, но жизнь Иисуса Христа не изменяется, и она неизменно представлена во всех переводах, везде одинаково говорится о том, что Он делал, для чего пришёл в мир. И мы все знаем это благодаря тому, что имеем Евангелие на родном языке. А у тебя арабский Коран не изменяется, как и любая непонятная запись, сделанная на магнитофоне. Разве это правильно?" Часто мусульмане также говорят: "Коран – это продолжение всех религий". Я спрашиваю: "Почему же?" Они отвечают: "Потому что в Коране объясняется детально то, что не раскрыто и не понятно в Евангелии". Я говорю им: "Давай посмотрим, – открываем суру "Мариам", и видим, что там не говорится ни как Иисус родился, ни где родился, ни где архангел говорил Деве Марии, а в Евангелии обо всём этом сказано. Итак, Евангелие полно, а Коран неполон". Вот так мы говорим, но только когда они сами начинают спрашивать. Когда они говорят "христианство ошибочно", я говорю им: "Иди сюда, давай поговорим о том, чего ты не знаешь о христианстве". Они говорят: "Вы считаете Иисуса Христа Богом, но Бог только один". Я отвечаю: "Правильно, мы, христане, тоже верим, что Бог один, никогда христиане не думают, что есть три бога. Бог один, но мы знаем, что Бог живой, и у Него есть Слово и Дух. Бог "обитает в неприступном свете, Которого никто из человеков не видел и видеть не может" (1Тим. 6:16), поэтому Слово Его пришло к нам и стало человеком, чтобы через Христа мы могли познать, как Бог любит мир. "Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную" (Ин. 3:16)".

Мы слышали, что в Индонезии были нападения мусульман на христиан, теракты, убийства.

Да, так было, но в последние четыре года этого становится меньше. Однако начинается вражда между мусульманами разных течений. Мусульмане враждуют против последователей течения "Ахмадия", которое прибыло из Индии, потому что они признают Ахмада Гуляма как нового пророка, а обычные мусульмане считают, что после Мухаммеда пророков быть не может. И они теперь начинают убивать друг друга.

Расскажите, пожалуйста, как проходит ваше священническое служение.

Когда мы начинали, то каждое воскресенье я брал всё необходимое для службы с собой, и мы шли в какой-нибудь дом, где было большое помещение, там всё раскладывали и начинали служить. И так, в принципе, продолжается до сего дня. Но сейчас немного лучше, потому что мы арендуем дом для богослужений. Но после службы надо всё-всё убирать, потому что туда заходят другие люди, в том числе дети. В шесть утра в воскресенье я уже начинаю готовить комнату к службе, устраиваю алтарь и всё прочее. А в семь начинают приходить верующие. Служу в Джакарте и в Суравае. В обоих местах – приход во имя святого Владимира. Всего у нас более семидесяти прихожан, но на службы приходит немного, поскольку у нас нет храма, и мы молимся в доме, так что большие собрания могут привлекать излишнее внимание соседей. Проблема в том, что согласно индонезийским законам нельзя устраивать богослужения на квартирах или в домах, только в специальных религиозных зданиях, в храмах. У нас уже есть в Джакарте земля для постройки храма, но, к сожалению, нет денег на строительство храма.

А легко ли вообще построить христианский храм в Индонезии?

Конечно, получить разрешение на строительство храма – дело не простое и не быстрое. Нужно сделать так: сначала построить небольшое простое здание, где нужно начать молиться. И тогда соседи будут смотреть, станут привыкать к нам, увидят, что мы им не мешаем, не шумим, не доставляем неудобств. И когда они привыкнут, мы подпишем у них согласие на строительство собственно храма, потому что по закону требуется согласие соседей. Все христиане в Индонезии делают именно так. А если сразу пытаться построить, то многие будут против. Ещё есть закон, что если где-то стоит мечеть, то в радиусе пятисот метров от неё не должно строиться храмов других религий. В том числе и поэтому нужно скорее начинать процесс строительства храма на нашей земле в Джакарте, – сейчас рядом пока нет мечети. Если уже будет помещение, где регулярно будут проводиться богослужения, а потом рядом построят мечеть, то это нормально, сложностей не будет, но если они построят рядом с нашей землёй мечеть до того, как мы начнём строительство, то после этого мы уже там не сможем построить храм.

Я убеждён, что если у нас будет храм в Джакарте, то число православных очень быстро вырастет. Потому что индонезийцы очень интересуются именно русским Православием. Им оно ближе, чем греческое. Наша самая большая проблема в том, что нет храма. Даже, пожалуй, это единственная проблема. Я уже очень многих людей учил православию, и лично, и через интернет, и они говорят: "Где проходят службы, батюшка?" Я отвечаю: "Пока что дома, но потом будет храм", и они говорят: "Хорошо, мы подождём". Потому что они боятся, что придут на нелегальную молитвенную встречу, а потом туда ворвутся мусульмане. Конечно, постройка храма – дело очень затратное. Нужно много денег. Но я думаю, самое главное – построить хотя бы фундамент. И если будет фундамент, то я скажу моим друзьям: "Помогите мне: не деньгами, но камнем, цементом или ещё как-то", – и они станут помогать, когда увидят, что дело пошло. Главное начать. И они охотнее будут помогать именно так. Потому что в Индонезии уже нередко было, что протестантские пасторы начинали собирать деньги на строительство церквей, а потом никаких церквей построено не было.

http://www.bogoslov.ru/text/1448268.html
« Последнее редактирование: 06 Июня 2019, 17:38:02 от Александр Васильевич » Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 74612

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #2 : 29 Октября 2012, 21:35:15 »

В Индонезии освящен новый православный храм



ДЖАКАРТА. 21 октября митрополит Сингапура и Южной Азии Константин (Константинопольский Патриархат) освятил храм в честь Богоявления Господня в Джакарте, Индонезия, сообщает Амен.

Строительство нового храма потребовало многих лет напряженной работы и было завершено благодаря жертвователям и личному труду членов православной общины в Джакарте.

В новоосвященном храме митрополитом Сингапура и Южной Азии Константином была совершена Божественная литургия.

 На праздничном обеде, который последовал по завершении богослужения, верующие имели возможность обсудить со своим архипастырем различные вопросы, касающиеся жизни и деятельности православной общины в Джакарте.

http://www.sedmitza.ru/news/3266406.html
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 74612

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #3 : 06 Июня 2019, 17:37:21 »

ПРАВОСЛАВНЫЙ ИНДОНЕЗИЕЦ СЕРГИЙ: «БЕЗ ХРАМА МОЯ ДУША СТАНОВИТСЯ СУХОЙ»

Наш герой – удивительный молодой человек. Он родился и вырос в Индонезии, из протестантской конфессии через непростые духовные поиски в совсем юном возрасте он пришел к Православию и даже получил благословение нести послушание чтеца в домовом храме в индонезийском городе Сурабая, где собирается небольшая община. После по совету священника он принял решение выучиться на врача в России. Ныне стал алтарником в Старо-Покровском храме Ростова-на-Дону.

Его рассказ – о духовных поисках, непростой православной миссии в далекой тропической стране, о чудесных встречах и приключениях 18-летнего индонезийца в России, чья искренняя вера удивляет даже православных «со стажем».



Гералдио Лау Гефалдо, в крещении Сергий

Меня зовут Гералдио Лау Гефалдо. В крещении мое имя – Сергий. Мне 18 лет. Я индонезиец и родился в Индонезии, но у меня есть китайские предки: мои прадеды – эмигранты.

Индонезия – тропическая страна с разнообразной культурой. Мой родной город – Сурабая на острове Ява, второй по величине город Индонезии. Моя страна – с большим потенциалом, с множеством возможностей и богатыми природными ресурсами. Жители Индонезии знамениты своей толерантностью и гостеприимством – можно сказать, что это наши высшие культурные ценности.


Сурабая

Что касается религиозной жизни, в нашей стране множество конфессий, но больше всего мусульман. Раньше на территории Индонезии было много королевств, где главными религиями были буддизм или индуизм. Несколько столетий назад проповедники-мусульмане действовали довольно активно, даже были войны против индуизма и буддизма, поэтому сейчас более 85% индонезийцев являются мусульманами, 7% – протестанты, относящие себя к различным течениям этой религии: кальвинисты, баптисты, анабаптисты и другие. И еще 3% – это католики. Когда Индонезия была колонией Нидерландов, представители Римской католической церкви вели здесь миссионерскую деятельность, отсюда берет начало история христианства в Индонезии. Здесь также были и миссионеры-несториане Ассирийской церкви, они построили храм, который не сохранился до наших дней, даже неизвестно место, где он располагался.

Также у нас 1% населения – индуисты и 2% – буддисты. Православие здесь, конечно, в меньшинстве. Возможно, по всей стране не более 1 тысячи человек исповедуют эту религию.

Путь к православной вере

Для меня это был очень трудный путь. Я был и протестантом, и атеистом. Мои родители не религиозны, формально относят себя к протестантизму. Но однажды в моей жизни была такая точка, когда я почувствовал себя словно высохшим, почувствовал потребность в молитве. Моя душа хотела получить мудрость, особое знание.

Я изучал оккультизм, спиритуализм, читал буддистские и индуистские книги. Тогда я был атеистом и чувствовал внутренний конфликт. Преподаватель из моей школы показал мне протестантский храм. Я не знал ничего о вере и о христианстве, но у протестантов я не почувствовал душевного мира, их богослужения напоминали концерт, а мне нужна была другая духовная жизнь.

Протестантские богослужения напоминают концерт, а мне нужна была духовная жизнь

Мой приход к вере был трудным, потому что Православие очень отличается от протестантизма. Нужно было многое изучить, и я продолжаю это делать. Мои родители сначала подумали, что я стал язычником – настолько Православие не похоже на протестантизм, – но я сумел все им объяснить, и они приняли мое решение. Самое главное – это вера в Бога.

Я стал искать истоки христианства, читал статьи в интернете и узнал о православной вере. Потом я нашел православный храм в Индонезии, относящийся к РПЦЗ, после встретился со священником и сообщил о своем желании стать православным. Я крестился в октябре 2016 года, а в феврале 2018 года был возведен в чтецы епископом Канберрским Георгием. В крещении я получил имя «Сергий» в честь преподобного Сергия Радонежского.


Епископ Канберрский Георгий, чтец Сергий и чтец Георгий (слева), иподиакон Виссарион (справа)

В своем родном городе Сурабая я стал прихожанином храма святителя Ионы Манчжурского, епископа Ханькоуского. Этот святой проповедовал в северных областях Китая. Он очень известен в Зарубежной Православной Церкви.


Святитель Иона Ханькоуский

Наша община собирается в небольшом домовом храме. В нашем приходе самое большее – 25 человек.


Приход в Сурабая

Богослужения в нашем храме совершаются на церковнославянском и индонезийском языках

Священник храма – отец Кирилл, а наш настоятель – архимандрит Даниил (Бьянторо), глава Индонезийской православной миссии РПЦЗ. Раньше храм святителя Ионы Манчжурского в Сурабая принадлежал к Константинопольскому Патриархату, но в 2002 году перешел в Русскую Православную Церковь Заграницей. Сейчас богослужения совершаются на церковнославянском и индонезийском языках, они проходят по субботам и воскресеньям.


Архимандрит Даниил (Бьянторо)

Я считаю, что русская богослужебная традиция полнее греческой. Это я увидел в нашем храме. Но по сравнению с храмами в России наше богослужение тоже неполное, потому что не все богослужебные тексты переведены на индонезийский язык. Можно сказать, что православная миссия в моей стране – это очень трудная задача.


С отцом Кириллом, священником храма в Сурабая

А мое первое знакомство с этническими русскими православными верующими произошло в 2016 году, когда я участвовал в юношеском конкурсе в США в городе Хьюстон и там увидел православный храм РПЦЗ. Я побывал на богослужении в этом храме и почувствовал что-то особенное. Там мне подарили мой первый молитвослов, я использую его до сих пор.

Путь в Россию

Священник моего храма отец Кирилл посоветовал мне стать врачом. Я просмотрел списки вузов России, куда могу поступить со стипендией и где изучают химию, биологию. Меня заинтересовало лечебное дело, я получил стипендию и теперь могу учиться в университете в России. С октября 2018 года я на подготовительном факультете Ростовского государственного медицинского университета, а после буду учиться в Новосибирске, дальше изучать медицину. Особенно меня интересует нейрохирургия. Со временем я также хочу получить образование в семинарии.

Решение учиться в России было трудным, ведь здесь все новое для меня. Я живу сам, без родителей. Мои соседи по комнате в общежитии – из разных стран. Знаете, я до сих пор адаптируюсь к жизни в общежитии. Пока у нас несложная программа обучения, ведь это подготовительный факультет, самое трудное – изучать язык, ведь мы не только осваиваем разговорный русский язык, но и язык академический, научный.

Изучать язык я стал еще дома и даже немного преподавал базовый русский в своем городе. Но, к сожалению, мне не с кем было практиковать его у себя на родине.

А еще летом 2018 года я побывал в паломничестве в России. Вместе со мной в поездке был мой друг и крестный Лавр, который учится в Московской духовной академии, были верующие ребята из других городов Индонезии. Мы отправились в Коломну, там живет друг отца Кирилла, его однокурсник по Московской духовной академии, отец Александр. Потом мы посетили Петербург, а после отправились на Валаам. В это время туда приезжал Святейший Патриарх Кирилл: отмечался праздник преподобных Сергия и Германа Валаамских, и Патриарх совершал Божественную литургию. Туда также приезжал Президент России, и там было так много полиции в эти дни… Это нас удивило!

Наши батюшки из Индонезии получили благословение Патриарха в этот день. Увидеть его для меня стало чем-то особенным. Думаю, это была Божия воля.


Отец Кирилл, священник храма в Сурабая, берет благословение у Патриарха Московского Кирилла

Юный пономарь Старо-Покровского храма

Когда я приехал в Ростов-на-Дону в октябре 2018 года, я не знал ничего о Старо-Покровском храме. В интернете я сначала нашел информацию о Свято-Иверском женском монастыре Ростова, и, поскольку у меня было немного свободного времени перед началом учебы, я поехал туда. Там я поинтересовался, какой приход располагается ближе к месту моего общежития, и мне рассказали о Старо-Покровском храме.

Я пришел сюда и однажды исповедовался у настоятеля – протоиерея Даниила Азизова. После исповеди он спросил меня: «Вы из Индонезии?», а я показал ему фотографии из храма в моем родном городе. На одном из фото я был в подряснике, и отец Даниил обратил внимание на это. Он спросил меня, читаю ли я по-русски и по-церковнославянски, а после предложил стать алтарником. Буквально на следующий день я пришел со своим подрясником и стал здесь пономарем. По-церковнославянски я еще очень медленно читаю, мне нужно учиться дальше, поэтому я пока не могу принимать участие в богослужении как чтец.

Прислуживая в храме, я чувствую радость и душевный покой

До того как я стал пономарем здесь, я долго не служил. Здесь я чувствую себя радостно и спокойно. Господь показал мне путь, и я здесь очень счастлив. Тут все по-другому, не так, как у нас в Индонезии. Здесь можно купить свечи, увидеть иконы – не распечатанные изображения святых, а работы иконописцев. И есть это здание храма, огромное, и так много верующих… Это очень интересно для меня, потому что в моей стране такого просто нет. В маленьком домовом храме в моем городе один и тот же запах ладана, а оказалось, что есть так много разных запахов!..

Я благодарен Богу за то, что Он показал мне все это. Здесь я ощутил радость богослужения в полной мере. Я услышал церковный текст, который не знал раньше, потому что у нас не было переводов. Я немного перевожу богослужебные тексты на свой родной язык, мы делаем это вместе с моим другом Лавром.

Когда я стал студентом, я понял, как важно сохранить баланс. Сейчас моя жизнь – это поиск баланса между храмом и университетом. Я часто прихожу в Старо-Покровский храм после моих занятий и после того, как сделал домашнее задание.

Русская культура глазами иностранца

Я обратил внимание, что русская культура в полной мере не относится ни к восточной, ни к западной. Это смешение. Я думаю, что это очень хорошо, поскольку она переняла самое лучшее от западной и восточной традиций. Это касается и человеческих качеств. Наверное, это есть только в России.

В Индонезии я встречал преподавателей из западных стран. Они большие индивидуалисты, очень хорошо организовывают аудиторию, у них есть система для всех. Мои же индонезийские преподаватели и друзья настроены на семейные ценности, ценности соседства, сообщества.

В этом году на Рождество Христово я сам отправился на поезде в Коломну и Сергиев Посад. Я был удивлен тем, как русские люди празднуют Новый год. В поезде меня все угощали. Это какое-то особенное русское гостеприимство.

На Масленицу я сам готовил русские блины!

На Масленицу я сам готовил русские блины и угостил преподавателей в университете, им очень понравилось. Я посмотрел рецепт приготовления на YouTube. В паломничестве я попробовал много русских блюд. На первом месте для меня – русский борщ, потому что только в одном этом блюде есть все, что нужно для питания: мясо, овощи. На втором месте – каша. Я все попробовал: рис, гречку, перловку. Мне нравится, что в нее можно добавить все что угодно и будет вкусно! Это очень удобно, особенно для студента.


С крестным Лавром в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре

В моем общежитии много иностранцев. В основном там живут студенты из арабских стран и из Африки. Среди них есть представители разных конфессий, но большинство – мусульмане. У меня есть и русские друзья. В Москве живет моя подруга, она преподаватель химии в православной гимназии. Она приезжала в мой родной город на конференцию, там мы познакомились, и когда я приехал в Россию для обучения, несколько дней жил в ее семье. Когда я был в паломничестве, мне встретилось много хороших русских людей, с некоторыми я до сих пор поддерживаю контакт.

А еще несколько месяцев назад в моей жизни произошло чудесное событие. Зимой этого года я был у мощей святого Сергия Радонежского, моего небесного покровителя, в Троице-Сергиевой Лавре. В тот момент я испытал невероятное чувство благодарности, радости и умиротворения. Я буду продолжать свое служение…


Во время поездки в Свято-Троицкую Сергиеву Лавру

Служение в храме – задача, которую дал мне Бог. И это как дыхание, без которого моя душа становится сухой

В Старо-Покровском храме все алтарники старше меня, я многому научился у них. Для меня служение здесь – это задача, которую дал мне Бог. Это произошло по Его воле. Это как дыхание, без которого моя душа становится сухой.

Получить благословение для служения – это что-то особенное. Церковь – это тело Христа, Христос – Глава Церкви. В этом теле важен каждый элемент, каждая его часть.

Подготовила Ирина Бурмистрова
Фото: из личного архива героя статьи и социальных сетей
Фотограф: Сергей Грибов


http://pravoslavie.ru/121634.html
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 74612

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #4 : 06 Июня 2019, 18:25:45 »

«Я ВЕРЮ В БУДУЩЕЕ ПРАВОСЛАВИЯ В ИНДОНЕЗИИ»

Беседа с архимандритом Даниилом (Бьянторо)

В Индонезии живет более 250 миллионов человек – больше, чем в России, примерно на 100 миллионов. И только около 2000 из них – православные христиане. Казалось бы, капля в море. Но и море начинается с капли, и потому архимандрит Даниил (Бьянторо), глава православной миссии в Индонезии, уверен: у Православия в этой стране громадный потенциал. Недавно отец Даниил приезжал в Москву. Мы воспользовались случаем для беседы с батюшкой.


Архимандрит Даниил (Бьянторо) в Сретенском монастыре

– Отец Даниил, вы не первый раз приезжаете в Россию. Какова цель нынешнего посещения нашей страны?

– Я был приглашен на торжества по случаю 25-летия канонизации святого праведного Иоанна Кронштадтского. Но была и другая цель у моей поездки: я предполагал обсудить вопросы миссии в Индонезии с иерархами Русской Церкви. Надеялся встретиться с Патриархом – к сожалению, это не удалось. Но мне посчастливилось побеседовать с митрополитом Волоколамским Иларионом и архиепископом Егорьевским Марком. Я получил большое удовлетворение от разговора с ними. И эти встречи – чудо Божие, ведь я даже не мог и подумать об этом.

В прошлом году в Индонезию приезжали паломники из России – пытались найти сведения или следы пребывания в нашей стране апостола Матфея. Они знали о наших храмах, и вместе с ними мы посетили некоторые из них, были на острове Суматра, в деревне Барус. По Промыслу Божию теперь мы встретились в Петербурге, а затем я смог приехать и в Москву, о чем давно молился. И всё это тоже чудесно для меня.

Индонезия – страна множества культур. Даже по языку это заметно: жители Индонезии говорят на почти 700 различных языках и диалектах

– Расскажите, пожалуйста, немного об Индонезии, о том, что отличает эту страну.

– Индонезия – страна, в которой Господь допустил существование множества культур, ибо она населена представителями различных национальностей и народов. Эти культуры не сплавились в нечто единое целое. Даже по языку это заметно: жители Индонезии говорят на почти 700 различных языках и диалектах. И все они коренные индонезийцы, хотя этнически относятся не просто к разным народам и народностям, но даже к разным расам: здесь живут люди с различным цветом кожи, есть даже негры.

Это страна островов: их более 17 000. Пять из них основных: Суматра, Ява, Калимантан (Борнэо), Сулавеси, Новая Гвинея. А самый известный – остров Бали.

Предки индонезийцев переселились на острова около 5000 лет назад из Индокитая. Чернокожие, возможно, пришли из Африки через Мадагаскар. В те далекие времена люди много воевали между собой, они были язычниками, верили в духов. В государствах, которые появились здесь в начале I века, исповедовался индуизм и буддизм. Территория буддистского царства Шривиджая, основанного в VII веке, простиралась на несколько островов. А наиболее могущественным государством на этих землях была возникшая в XIII веке империя Маджапахит. Я потомок жителей этого государства.

Ислам пришел сюда в XV веке, вытеснив индуизм. И сейчас Индонезия – крупнейшее мусульманское государство мира.

Европейцы появились на островах в начале XVI века – это были португальцы. Позже тут обосновались голландцы, правда, они не смогли колонизировать всю страну, но отдельными ее областями управляли 350 лет.


    
В октябре 1928 года образованные молодые индонезийцы на своем съезде решили, что стране нужен единый язык. Таким языком стал малайский (сейчас он называется индонезийским), этот язык был принят как государственный для всей Индонезии. Единый язык – следовательно, и страна единая. Молодые люди сражались с голландцами, и 17 августа 1945 года была провозглашена независимость Индонезии. Первым ее президентом стал Сукарно. Но в 1965 году индонезийские коммунисты подняли восстание, в противостоянии с исламистами погибло больше 2000 человек. Ужасная трагедия! Президент был отправлен в отставку, и его генерал Сухарто стал главой страны – по сути диктатором. Он стоял у власти 32 года: в 1998 года был свергнут в результате студенческих волнений. Годы его правления – это и время страшных притеснений китайцев, с незапамятных времен живущих в Индонезии.

После отстранения Сухарто в стране прошли выборы, которые с тех пор проводятся регулярно. Сейчас у нас уже шестой президент, и Индонезия теперь – республика, в нашей стране демократия.

У христианства в Индонезии древние корни. По документам, уже в VII веке, до того, как ислам пришел сюда, здесь были христианские общины

– А как здесь распространялось слово Божие?

– У христианства в Индонезии древние корни. По документам, уже в VII веке, до того, как ислам пришел сюда, здесь были сирийские христианские общины. Может быть, это были несториане или даже монофизиты – мы точно не знаем. И только в XI веке сюда прибыл представитель папы Римского – священник, который посещал Пекин, заехал в Индонезию и встретился с христианами-индонезийцами. Возможно, это были потомки тех древних христиан. И согласно индонезийским документам, этот священник подал им Святое Причастие. Помимо этих сведений, других документально подтвержденных известий нет.

Католичество и протестантство пришли с португальцами и голландцами в XVI веке. Когда страной управляли еще голландцы, здесь появились и христиане Армянской церкви. Пришли и русские – с владыкой Иоанном Шанхайским, это были беженцы, нашедшие приют на Филиппинах, некоторые из них перебрались в Индонезию. В то время у нас было уже две церкви: один храм – во имя Иоанна Крестителя в Джакарте, второй – в городе Бандунге. Но в 1965 году эти люди уехали из Индонезии, и не осталось в стране православных христиан.

Православие вернулось в Индонезию с началом нашей миссии. И теперь, мы надеемся, оно останется здесь, врастет в эту землю, потому что мы, я и другие священники, – сыны этой земли.


    
– Каково сегодня положение православных в Индонезии? О чем особенно приходится вам заботиться?

– Православие в Индонезии пока еще слабо, и мы нуждаемся в поддержке, а она не всегда есть. Чтобы миссия продолжалась, каждому из нас приходится много работать. Есть большая нужда и в деньгах. Время от времени я езжу в Америку для сбора средств, чтобы было на что содержать священников, но этого недостаточно. Я преподаю в университетах, провожу семинары – не только в православных приходах, но в протестантских и католических тоже – и нам иногда неправославные друзья помогают.

Еще одна сложность в том, что мы вынуждены покупать землю под наши храмы.

К счастью, я не женат, а то жена очень бы сердилась на меня за то, что у меня ничего нет. Слава Богу, у меня есть возможность помогать другим.

В течение двух лет мы получали помощь от Московского Патриархата, и она продолжается. Не все священники могут рассчитывать на вспомоществование из этих средств: они делятся между теми, у которых нет вообще никаких доходов, так как священникам запрещено работать. Но, несмотря на все эти сложности, Церковь растет! Я продолжаю ездить с семинарами и лекциями по Индонезии, чтобы как можно больше моих соотечественников смогло открыть для себя Православие. Увеличилась и необходимость в строительстве новых церквей.

Самое большое мое желание – построить в Индонезии монастырь. И я обращаюсь ко всем, кто заинтересуется этим проектом, помочь нам

Однако я достиг некоего предела, рубежа и уже не могу всем заниматься сам. К сожалению, я старею, и тело мое не в состоянии поспевать за духом. Духом я еще так молод! Но тело, увы, не может притворяться. И самое большое мое желание – построить в Индонезии монастырь. Скоро я по немощи не смогу вести активную проповедь, и мне хотелось бы подвизаться в монашестве. С теми накоплениями, что у меня есть, можно купить участок земли в 2000 м2. Но на строительство пока средств нет. Поэтому я обращаюсь ко всем, кто заинтересуется этим проектом, помочь нам. И если найдется спонсор, благотворитель, то мы даже готовы назвать монастырь по его пожеланию.

Вторая моя мечта – о семинарии в Индонезии, чтобы молодые люди получали православное образование в рамках своей культуры и в пределах своей страны. Я чувствую сильный призыв Божий к этому делу и надеюсь, Господь продлит мои дни, чтобы я мог потрудиться на этом поприще. Также надеюсь собрать больше молодых людей и направить их на учебу в семинарии, в том числе и в России, чтобы было кому заменить меня или отца Алексия, когда придет наше время.

Еще одна забота – о самой первой индонезийской церкви в городе Соло (в провинции Центральная Ява). Земля для этого храма сначала арендовалась, а потом была куплена, и в 1996 году мы построили эту церковь. Мало-помалу мы смогли выкупить землю и вокруг храма. Поскольку тут проживают только мусульмане, нам удалось сделать это не сразу. Осталось купить четыре участка земли, и тогда храм будет свободен от мусульманского соседства. Мы планируем возвести стены вокруг и так обозначить территорию первой индонезийской церкви. И когда я умру, люди будут помнить и знать: Православие начиналось здесь.


Православный приход в Индонезии
    
– Много ли православных в Индонезии?

– Немного – всего около 2000 человек. Они рассеяны по территории всей страны. У нас около 30 церквей и общин, и их число продолжает расти.

Наше православное присутствие уже изменило в какой-то степени и законодательство страны

– Не чинит ли государство препятствий православным христианам, ведь Индонезия – мусульманская страна?

– В Индонезии религиозная община может существовать только если она зарегистрирована. У нас официально разрешено исповедание шести религий: ислама, католичества, протестантизма, индуизма, буддизма и конфуцианства. И поскольку мы не протестанты и не римо-католики, у нас были трудности с регистрацией. Меня, как мячик, отпихивали из одной инстанции в другую, но с Божией помощью, чудесным образом государство согласилось принять нас, и нас присоединили к протестантскому подразделению – даже название этого подразделения поменяли: это теперь не «протестантский отдел», а «христианский». Так что наше присутствие уже изменило в какой-то степени и законодательство страны.

– Поддерживаете ли вы какие-то контакты с другими христианскими деноминациями?

– У нас хорошие отношения с лидерами других христианских деноминаций. Мы представляем меньшинство в меньшинстве, и потому не можем изолироваться ото всех: мы вынуждены очень часто сотрудничать с протестантами. Естественно, во всем, что касается веры, мы бескомпромиссны, и на всех встречах я всегда в подряснике и с крестом, чтобы понимали, кто я, что я не из числа протестантов.

Ваххабиты разрушают и закрывают церкви. В некоторых районах они даже убивают христиан

(Окончание следует)
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 74612

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #5 : 06 Июня 2019, 18:28:03 »

(Окончание)

– А как складываются отношения с простыми индонезийцами-мусульманами?

– В основной своей массе индонезийцы веротерпимы, так как индуистское и буддистское прошлое влияет на их мировоззрение. Но, к сожалению, из Саудовской Аравии проникает ваххабитский ислам, и это создает проблемы для христиан. Очень часто ваххабиты разрушают и закрывают церкви. В некоторых районах они даже убивают христиан. С этим у нас сложности. Но, несмотря ни на что, я стараюсь сохранять дружелюбные отношения с мусульманами. Особенно с теми, которые считают себя современными и цивилизованными. Время от времени у нас даже проводятся межрелигиозные собрания, мы обсуждаем вместе проблемы, которые стоят перед индонезийским обществом. Но всё чаще и чаще я стал ощущать, что дружелюбие так и остается только декларацией на бумаге. Во всевозможных заявлениях мы толерантны друг к другу, но в реальности наши церкви горят. Так что не всегда понятно, можно ли доверять тому или иному лицу, тому или иному проявлению ислама.

Есть и такие сложности: существует закон, по которому, если христиане хотят построить церковь, община должна насчитывать более 90 человек, проживающих в этом районе. При этом надо получить 60 подписей от соседей-мусульман. А ведь даже две подписи получить – это огромная удача. А 60 – практически невозможно. Потому-то мы и стараемся получить разрешение различными иными путями. Один из таких путей – через дипломатические каналы, хотя, бывает, и это не удается. Но Господь не оставляет, верю, и с Божией помощью у нас всё наладится.



А недавно меня приглашали в медресе весьма радикального направления – где учат тех, кто хочет, чтобы наша страна стала фундаменталистским исламским государством. Я очень удивился этому приглашению, потому что меня позвали прочесть им лекцию о Святой Троице. Я использовал источники на иврите, арабском и греческом; слава Богу, я владею этими тремя языками; и разумеется, я отталкивался от исламского учения для объяснения. Вероятно, я был единственным в Индонезии клириком, который получил возможность говорить о Святой Троице в школе радикального ислама. Меня сопровождало 45 протестантов. Мы приехали на автобусе, ведь им было очень интересно это всё, к тому же они хотели защитить и поддержать меня. Вот плоды дружбы с протестантами! К моему огромному удивлению, когда я закончил свою лекцию, около 200 мулл устроили мне горячую продолжительную овацию, потом все подходили и пожимали мне руку, благодарили за то, что я так объяснил учение о Святой Троице, что они смогли его понять. Они сказали: пришел представитель другой религии, и мы не почувствовали, что он чужой; он верит в Единого Бога, а не в трех богов.

Как я сосуществую с мусульманами? Я не устраиваю конфронтаций, но стараюсь поддерживать хорошие отношения.

– Расскажите, пожалуйста, о том, какова литургическая жизнь на приходах.

– Обычно прихожане очень разные. Единицы из них богаты, некоторые образованны. Большинство бедны. В прошлом, когда мы начинали свою миссию в Соло, мы служили Литургию каждое утро. Но это оказалось, к сожалению, неудобным с практической точки зрения, потому что люди должны работать, общественный транспорт ужасен, а машины есть мало у кого, так что добраться до храма – целая проблема. Постоянно вести литургическую жизнь оказалось невозможно. И сейчас мы служим всенощную в субботу и воскресную Литургию. Исповедуем и на всенощной, и перед Литургией.

У нас весьма длинные и пространные проповеди, поскольку люди очень нуждаются в просвещении

У нас весьма длинные и пространные проповеди, поскольку люди очень нуждаются в просвещении. Я уверен, что знать Библию просто необходимо прихожанам, и я много занимаюсь изучением библеистики и догматики. Я очень хочу, чтобы мои люди были богословски и библейски образованы. Индонезийцы очень суеверны. И я боюсь, что если не будет библейского фундамента, очень многие богослужебные моменты не будут ими верно поняты. Я прошу их приносить Библию в храм, поскольку, когда я проповедую, я беру цитаты из Библии, и я прошу людей открывать Библию и самим читать те стихи, которые звучат на проповеди. Я разрешаю задавать вопросы во время проповеди. Таким образом наше общение становится более живым.

У нас нет хоров, поют прихожане – такое вот литургическое пение, в котором участие принимают все.

Сейчас у нас 15 священников. Было 19, но четверо отошли ко Господу: двое были весьма преклонных лет, и пришло их время, один скончался после болезни, а четвертого – отца Григория – убили.

– Как часто члены Индонезийской Церкви исповедуются и причащаются? Как соблюдаются ими посты?

– Мы придерживаемся практики исповеди перед каждым причастием. Но, конечно, есть и послабления, если кто-то чувствует себя плохо.

О посте: пищевые традиции индонезийцев очень сильно отличается от европейских. Сыр и молочные продукты вообще не входят в их рацион. Деревенские жители весьма редко едят мясо. Оливковое масло не используется вообще. В России и Америке пост имеет другой смысл. А у нас, можно сказать, постятся постоянно. К счастью, я был на горе Афон и видел, что некоторые монахи не едят перед 9-м часом или перед вечерней, и такая практика меня вдохновила. И я говорю моим людям, чтобы они чувствовали себя постящимися, чтобы не ели перед вечерней или ели по часам, имели воздержание. Пусть придет чувство поста. Конечно, соблюдаются среда и пятница.

– С каким еще проблемами православному священству и мирянам Индонезии сегодня приходится сталкиваться?

– Основная проблема – финансовая.

Привести людей в Церковь – трудно, потерять их – очень легко

Другая проблема – потеря людей. Привести людей в Церковь – трудно, потерять их – очень легко. В нашей Церкви не так много молодых мужчин, и молодым женщинам, желающим создать семью, сложно выйти замуж за единоверца. Им приходится искать будущих супругов вне Церкви: или христиан других деноминаций, или вообще из других религий. К сожалению, из-за этого мы теряем некоторых людей.

Иногда теряем людей и по причинам экономического характера: православные не всегда могут получить работу. Бывает, что неэтично ведут свою проповедь протестанты, пытаясь уловить людей за деньги. Некоторые протестантские церкви, например пятидесятники, предлагают оплатить обучение детей, но при условии, что вместе с детьми к ним переходят все члены этой семьи. И одна семья покинула нас, соблазнившись. Мы очень переживали за них. Активизировались и мусульмане. Так что обращать и воспитывать – очень сложно, а потерять, как видите, – очень легко.

– А есть ли святые в Индонезии? Есть ли у вас праведные православные христиане, которых после смерти почитают?

– Официально прославленных святых у нас нет. Но трагически погибший отец Григорий Момонган, я считаю, принял смерть мученическую: из-за своего священнического служения. Никто не знает, кто его сбил. Но у него при этом был похищен телефон, и когда я позвонил на его номер, то ответила женщина-мусульманка словами: «Ас-саляму алейкум».

– Что, по вашему мнению, самое главное в духовной жизни?

– Для меня это учение Священного Писания и реальное знание Писания, внимание к Писанию. Конечно, молитва и пост. И разумеется, Святое Причастие.

Православие имеет громадный потенциал, особенно в Индонезии. Если будет достаточно информации о нем. Должно быть больше книг на индонезийском языке

– Каким вы видите развитие Православия в Индонезии в будущем? Поделитесь, пожалуйста, своими планами.

– Я верю, что Православие имеет громадный потенциал, особенно в Индонезии. Если будет достаточно информации о нем. Я считаю, что должно быть больше книг на индонезийском языке. Мною написано несколько книг, что-то уже напечатано. Но поскольку у нас недостаточно финансов, большая часть книг и статей хранится в моем компьютере в виде файлов. Разумеется, мы обучаем наших людей Православию. Так, чтобы им было понятно. Мы знакомим с византийским Православием или с русским Православием, но в будущем мне хотелось бы, чтобы Православие стало индонезийским. Мы хотели бы стать такими же православными, как и русские, но со своим колоритом, не потеряв своей идентичности, оставшись теми, кто мы есть.

– Что необходимо для развития проповеди Православия в Индонезии?

– Прежде всего, образование, доступность книг, веб-сайт. Потому что если христиане не образованы, это приводит к примитивному восприятию Православия через народные суеверия, которых в индонезийском обществе очень много. А индонезийцы очень религиозны.

Конечно, если в будущем Церковь будет расти, у нас возникнет необходимость в епископе. Но индонезийский закон запрещает становиться главой религиозной общины тому, кто не является коренным индонезийцем. По этой причине мы называем Церковь не греческой или русской, а индонезийской. Хотя мы и находимся под омофором Русской Церкви.

С архимандритом Даниилом (Бьянторо)
беседовал Дмитрий Дегтярев


http://pravoslavie.ru/80151.html
Записан
Страниц: [1]
  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by MySQL Powered by PHP Valid XHTML 1.0! Valid CSS!