Русская беседа
 
13 Ноября 2019, 00:45:47  
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
 
Новости: ВНИМАНИЕ! Во избежание проблем с переадресацией на недостоверные ресурсы рекомендуем входить на форум "Русская беседа" по адресу  http://www.rusbeseda.org
 
   Начало   Помощь Правила Архивы Поиск Календарь Войти Регистрация  
Страниц: [1] 2
  Печать  
Автор Тема: День памяти преподобного Амвросия Оптинского  (Прочитано 3662 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
протоиерей Георгий Завгородний
Администратор
Ветеран
*****
Сообщений: 1142


Русь Святая! Храни Веру Православную!


Просмотр профиля
Православный священник
« : 23 Октября 2009, 10:04:29 »

Александр Гренков, будущий отец Амвросий, родился 21 или 23 ноября 1812 года, в духовной семье села Большие Липовицы Тамбовской Епархии. Окончив Духовное Училище, он затем прошел успешно курс в Духовной Семинарии. Однако не пошел ни в Духовную Академию, ни в священники. Некоторое время он был домашним учителем в одной помещичьей семье, а затем преподавателем Липецкого Духовного Училища. Обладая живым и веселым характером, добротою и остроумием, Александр Михайлович был очень любим своими товарищами и сослуживцами. В последнем классе Семинарии ему пришлось перенести опасную болезнь, и он дал обет постричься в монахи, если выздоровеет.

По выздоровлении он не забыл своего обета, но несколько лет откладывал его исполнение, «жался», по его выражению. Однако, совесть не давала ему покоя. И чем больше проходило времени, тем мучительнее становились укоры совести. Периоды беззаботного веселья и беспечности сменялись периодами острой тоски и грусти, усиленной молитвы и слез. Однажды, будучи уже в Липецке, гуляя в соседнем лесу, он, стоя на берегу ручья, явственно расслышал в его журчанье слова: «Хвалите Бога, любите Бога...»

Дома, уединяясь от любопытных взоров, он пламенно молился Божией Матери просветить его ум и направить его волю. Вообще, он не обладал настойчивою волею и уже в старости говорил своим духовным детям: «Вы должны слушаться меня с первого слова. Я — человек уступчивый. Если будете спорить со мною, я могу уступить вам, но это не будет вам на пользу». Изнемогая от своей нерешимости, Александр Михайлович отправился за советом к проживавшему в той местности известному подвижнику Илариону. «Иди в Оптину, — сказал ему старец, — и будешь опытен». Гренков послушался. Осенью 1839 года он прибыл в Оптину Пустынь, где был ласково принят старцем Львом.

Вскоре он принял постриг и был наречен Амвросием, в память святителя Медиоланского, затем был рукоположен в иеродьякона и, позднее, во иеромонаха. Когда отец Макарий начал свое дело издательства, о. Амвросий, окончивший семинарию и знакомый с древними и новыми языками (он знал пять языков), был одним из его ближайших помощников. Скоро после своего рукоположения он заболел. Болезнь была настолько тяжела и продолжительна, что навсегда подорвала здоровье отца Амвросия и почти приковала его к постели. Вследствие своего болезненного состояния он до самой своей кончины не мог совершать литургии и участвовать в длинных монастырских богослужениях.

 
Постигшая о. Амвросия тяжелая болезнь имела для него несомненно провиденциальное значение. Она умерила его живой характер, предохранила его, быть может, от развития в нем самомнения и заставила его глубже войти в себя, лучше понять и самого себя, и человеческую природу. Не даром же впоследствии о. Амвросий говорил: «Монаху полезно болеть. И в болезни не надо лечиться, а только подлечиваться!» Помогая старцу Макарию в издательской деятельности, о. Амвросий и после его кончины продолжал заниматься этою деятельностью. Под его руководством были изданы: «Лествица» преп. Иоанна Лествичника, письма и жизнеописание о. Макария и другие книги. Но не издательская деятельность была средоточием старческих трудов о. Амвросия. Его душа искала живого, личного общения с людьми, и он скоро стал приобретать славу опытного наставника и руководителя в делах не только духовной, но и практической жизни. Он обладал необыкновенно живым, острым, наблюдательным и проницательным умом, просветленным и углубленным постоянною сосредоточенною молитвою, вниманием к себе и знанием подвижнической литературы. По благодати Божией его проницательность переходила в прозорливость. Он глубоко проникал в душу своего собеседника и читал в ней, как в раскрытой книге, не нуждаясь в его признаниях. Лицо его, крестьянина-великоросса, с выдающимися скулами и с седой бородой, светилось умными и живыми глазами. Со всеми качествами своей богато одаренной души, о. Амвросий, несмотря на свою постоянную болезнь и хилость, соединял неиссякаемую жизнерадостность, и умел давать свои наставления в такой простой и шутливой форме, что они легко и навсегда запоминались каждым слушающим. Когда это было необходимо, он умел быть взыскательным, строгим и требовательным, применяя «наставление» палкой или же накладывая на наказуемого епитимью. Старец не делал никакого различия между людьми. Каждый имел к нему доступ и мог говорить с ним: петербургский сенатор и старая крестьянка, профессор университета и столичная модница, Соловьев и Достоевский, Леонтьев и Толстой.

С какими только просьбами, жалобами, с какими только своими горестями и нуждами не приходили к старцу люди! Приходит к нему молодой священник, год тому назад назначенный, по собственному желанию, на самый последний приход в епархии. Не выдержал он скудости своего приходского существования и пришел к старцу просить благословения на перемену места. Увидев его издали, старец закричал: «Иди назад, отец! Он один, а вас двое!» Священник, недоумевая, спросил старца, что значат его слова. Старец ответил: «Да ведь дьявол, который тебя искушает, один, а у тебя помощник — Бог! Иди назад и не бойся ничего; грешно уходить с прихода! Служи каждый день литургию и все будет хорошо!» Обрадованный священник воспрянул духом и, вернувшись на свой приход, терпеливо повел там свою пастырскую работу и через много лет прославился, как второй старец Амвросий.

Толстой, после беседы с о. Амвросием, радостно сказал: «Этот о. Амвросий совсем святой человек. Поговорил с ним, и как-то легко и отрадно стало у меня на душе. Вот когда с таким человеком говоришь, то чувствуешь близость Бога».

Другой писатель, Евгений Погожев (Поселянин) говорил: «Меня поразила его святость и та непостижимая бездна любви, которые были в нем. И я, смотря на него, стал понимать, что значение старцев — благословлять и одобрять жизнь и посылаемые Богом радости, учить людей жить счастливо и помогать им нести выпадающие на их долю тягости, в чем бы они ни состояли». В. Розанов писал: «Благодеяние от него льется духовное, да, наконец, и физическое. Все поднимаются духом, только взирая на него... Самые принципиальные люди посещали его (о. Амвросия), и никто не сказал ничего отрицательного. Золото прошло через огонь скептицизма и не потускнело».

В старце в очень сильной степени была одна русская черта: он любил что-нибудь устроить, что-нибудь создать. Он часто научал других предпринять какое-нибудь дело, и когда к нему приходили сами за благословением на подобную вещь частные люди, он с горячностью принимался обсуждать и давал не только благословение, но и добрый совет. Остается совершенно непостижимым, откуда брал отец Амвросий те глубочайшие сведения по всем отраслям человеческого труда, которые в нем были.

 
Внешняя жизнь старца в Оптинском скиту протекала следующим образом. День его начинался часа в четыре — пять утра. В это время он звал к себе келейников, и читалось утреннее правило. Оно продолжалось более двух часов, после чего келейники уходили, а старец, оставшись один, предавался молитве и готовился к своему великому дневному служению. С девяти часов начинался прием: сперва монашествующих, затем мирян. Прием длился до обеда. Часа в два ему приносили скудную еду, после которой он час-полтора оставался один. Затем читалась вечерня, и до ночи возобновлялся прием. Часов в 11 совершалось длинное вечернее правило, и не раньше полуночи старец оставался, наконец, один. Отец Амвросий не любил молиться на виду. Келейник, читавший правило, должен был стоять в другой комнате. Однажды, один монах нарушил запрещение и вошел в келью старца: он увидел его сидящим на постели с глазами, устремленными в небо, и лицом, осиянным радостью.

Так в течение более тридцати лет, изо дня в день старец Амвросий совершал свой подвиг. В последние десять лет своей жизни он взял на себя еще одну заботу: основание и устройство женской обители в Шамордине, в 12 верстах от Оптины, где кроме 1000 монахинь имелись еще приют и школа для девочек, богадельня для старух и больница. Эта новая деятельность была для старца не только лишней материальной заботой, но и крестом, возложенным на него Провидением и закончившим его подвижническую жизнь.

 
1891 год был последним в земной жизни старца. Все лето этого года он провел в Шамординской обители, как бы спеша закончить и устроить там все незаконченное. Шли спешные работы, новая настоятельница нуждалась в руководстве и указаниях. Старец, повинуясь распоряжениям консистории, неоднократно назначал дни своего отъезда, но ухудшение здоровья, наступавшая слабость — следствие его хронической болезни — заставляли его откладывать свой отъезд. Так протянулось дело до осени. Вдруг пришло известие, что сам преосвященный, недовольный медлительностью старца, собирается приехать в Шамордино и увезти его. Тем временем старец Амвросий слабел с каждым днем. И вот — едва преосвященный успел проехать половину пути до Шамордина и остановился ночевать в Перемышльском монастыре, как ему подали телеграмму, извещающую его о кончине старца. Преосвященный изменился в лице и смущенно сказал: «Что же это значит?» Был вечер 10 (22) октября. Преосвященному советовали на другой день вернуться в Калугу, но он ответил: «Нет, вероятно такова уж воля Божия! Простых иеромонахов архиереи не отпевают, но это особенный иеромонах — я хочу сам совершить отпевание старца».

Было решено перевезти его в Оптину Пустынь, где провел он свою жизнь и где покоились его духовные руководители — старцы Лев и Макарий. На мраморном надгробии выгравированы слова апостола Павла: «Бых немощным, яко немощен, да немощныя приобрящу. Всем бых вся, да всяко некия спасу» (1 Кор. 9, 22). Слова эти точно выражают смысл жизненного подвига старца.

 
http://days.pravoslavie.ru/Life/life4645.htm
Записан

С ув. прот. Георгий
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 77463

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #1 : 28 Июня 2011, 06:58:31 »

Преподобный  Амвросий  Оптинский

О прогрессе внешнем и нравственном

Ниже мы помещаем одно из писем знаменитого оптинского старца, преподобного Амвросия (Гренкова) (1812-1891).



В письме своем, от 18 января, передали вы мне следующий вопрос от вашего сына:

«По Евангелию, общество людей перед концем міра представляется в самом ужасном виде. Этим отвергается возможность постояннаго совершенствования человеческого. Можно ли после этого трудиться на благо человечества, будучи уверенным, что никакие средства не в состоянии, в окончательном результате, перед концом міра достигнуть возможного нравственного совершенства человечества?»

В письме же от 24 марта передали вы этот же вопрос несколько иначе:

«Обязанность христианина - делать добро и стараться, чтобы это добро торжествовало над злом. При конце міра, в Евангелии говорится, зло восторжествует над добром. Каким же образом можно стараться о победе добра над злом, зная, что старания эти не увенчаются успехом, и что зло в конце восторжествует?»

Скажите вашему сыну: зло уже побеждено, побеждено не старанием и силами человеческими, а Самим Господом и Спасителем нашим, Сыном Божиим Иисусом Христом, Который ради сего и снисшел с неба на землю, воплотился, пострадал человечеством, и крестными Своими страданиями и Воскресением сокрушил силу зла и злоначальника-диавола, владычествовавшего над родом человеческим, освободил нас от диавольского и греховного рабства, как Сам сказал: «се, даю вам власть наступати на змию, и на скорпию и на всю силу вражию» (Лук. 10, 10). Теперь всем верующим христианам дается в Таинстве Крещения сила попирать зло и творить добро, при посредстве исполнения Евангельских заповедей, и никто уже не бывает одержим злом насильно, кроме одних нерадящих о хранении Божиих заповедей, и преимущественно тех, кто добровольно предается грехам. Хотеть же своими силами побеждать зло, - которое уже побеждено пришествием Спасителя, - показывает непонимание христианских Таинств Православной Церкви, и обнаруживает признак горделивой самонадеянности человеческой, которая хочет все делать своими силами, не обращаясь к помощи Божией, тогда как Сам Господь ясно говорит: «без Мене не можете творити ничесоже» (Иоан. 15, 5).

Вы пишете: в Евангелии говорится, что при конце міра зло восторжествует над добром. В Евангелии этого нигде не сказано, а говорится только, что в последнее время умалится вера (Лук. 18, 8 ), и за умножение беззакония изсякнет любы многих (Матф. 24, 12). А св. апостол Павел говорит, что перед вторым пришествием Спасителя «явится человек беззакония, сын погибели, противник и превозносяйся паче всякаго глаголемаго Бога» (2 Сол. 2, 3-7), то есть антихрист. Но тут же сказано, что «Господь Иисус убиет его духом уст Своих, и упразднит явлением пришествия Своего». Где же тут торжество зла над добром? И вообще всякое торжество зла над добром бывает только мнимое, временное.

С другой стороны, несправедливо и то, будто человечество на земле постоянно совершенствуется. Прогресс, или улучшение, есть только во внешних человеческих делах, в удобствах жизни. Например, мы пользуемся железными дорогами и телеграфами, которых прежде не было: выкапывается каменный уголь, который скрывался в недрах земных, и прочее. В христианско-нравственном же отношении всеобщего прогресса нет. Во все времена были люди, которые достигали высокого нравственного христианского совершенства, руководствуясь истинною верою Христовой и следуя истинному христианскому учению, согласному с откровением Божественным, какое Бог в Церкви Своей являл через мужей Богодухновенных, пророков и апостолов. Такие люди будут и во время антихристово, которое их ради и сократится, по сказанному: «избранных ради прекратятся дние оны» (Матф. 24, 22). И опять: во все времена были люди, которые предавались различным порокам и беззакониям, или впадали в различные ереси и заблуждения, увлекаясь лжеименным разумом (1 Тим. 6, 20), и умствуя по земным началам, вопреки предостережениям святого апостола Павла, который говорит: «братие, блюдитеся, да никтоже вас будет прельщая философиею и тщетною лестию, по преданию человеческому, по стихиям міра, а не по Христе» (Колос. 2, 8 ).

Советую вам купить недавно вышедшую книгу: «Жизнь Григория Богослова», составленную архимандритом Агапитом. Сами прочтите ее, и дайте прочитать вашему сыну. Тогда увидите, каковы были ученые в IV веке по Рождестве Христовом. Сравните их с учеными настоящего времени.

Тогдашние ученые, такие как Василий Великий и Григорий Богослов, не смотря на то, что были людьми высокого учения и высокой нравственности, по христианскому смирению презирали земную славу и земные удовольствия, и стремились к одним духовным вечным благам. А нынешние ученые следуют ли их примеру? Не большая ли часть из них преклоняется к земной славе, к земным наслаждениям, и к приобретению благ временных, растворяя все это горделивым сознанием своего недостойного достоинства? После этого, есть ли хоть малейшие признаки всеобщего нравственного совершенствования на земле?

Нравственное совершенство на земле (несовершенное) достигается не всем человечеством в совокупности, а каждым верующим в частности, по мере исполнения заповедей Божиих и по мере смирения. Конечное же и совершенное совершенство достигается на небе, в будущей безконечной жизни, к которой кратковременная земная жизнь человеческая служит лишь приготовлением, подобно тому, как годы, проведенные юношей в учебном заведении, служат приготовлением к будущей его практической деятельности. Если бы назначение человечества ограничивалось земным его существованием, если бы для человека все кончалось на земле: то почему же «земля... и яже на ней дела сгорят», как говорит святой апостол Петр? (2 Петр. 3, 10). Он же присовокупляет: «нова же небесе и новы земли по обетованию чаем, в нихже правда живет» (там же, ст. 13). Без будущей блаженной, безконечной жизни земное наше пребывание было бы неполезно и непонятно.

Желание трудиться на благо человечества - весьма благовидное, но поставлено не на своем месте. Царственный пророк святой Давид говорит: «сперва уклонись от зла, а потом уже сотвори благо» (Псал. 33). У нынешних же людей дело выходит навыворот. Все хотят, на словах, трудиться на благо ближним, и нисколько, или весьма мало, заботятся о том, что наперед нужно самим уклониться от зла, а потом уже заботиться о пользе ближних. Широкие затеи молодого поколения о великой деятельности на пользу всего человечества похожи на то, как если бы кто, не кончив курса в гимназии, много мечтал о себе, что он мог бы быть профессором и великим наставником в университете. Но, с другой стороны, думать, что если мы не можем двинуть вперед всего человечества, то вовсе не стоит трудиться, - это опять другая крайность. Каждый христианин обязан по силам своим и сообразно своему положению трудиться на пользу других, но с тем, чтобы все это было во время и в порядке, как выше сказано, и чтобы успех наших трудов представлять Богу и Его святой воле.

В первом письме своем вы упоминаете о книгах «Самопомощь», «Самодеятельность». Я этих книг еще не видал, и что в них содержится, не знаю. Старинные люди говаривали: без Бога не до порога. И Сам Господь в Евангелии глаголет: «без Мене не можете творити ничесоже» (Иоан. 15, 5). А новые мудрецы, как видно из заглавия этих книг, рассуждают теперь иначе. Но известно, что самоделковые вещи выходят самой дешевой цены, с общим укором: «самодельщина - топорной работы». Впрочем, скажу вам, как можно понять в христианском смысле самопомощь и самодеятельность. Прочтите сами, и пусть сын ваш прочтет со вниманием в Евангелии от Матфея от начала 5-й главы до конца 10-й; и потом, пусть он постарается и в жизни своей исполнять содержащиеся в этих главах Евангельские заповеди. Через такую христианскую самодеятельность он сам себе окажет великую помощь в нравственном и христианском отношении.

В заключение скажу: посоветуйте вашему сыну, чтобы он не смешивал внешних человеческих дел с духовно-нравственными. В первых, как-то, во внешних изобретениях, отчасти в науках, пусть находит прогресс. А в христианско-нравственном отношении, повторяю, всеобщего прогресса в человечестве нет. Впрочем, и во многих науках, или отраслях знания, незаметно прогресса. Не думаю, чтобы нынешние ученые так хорошо знали и понимали, напр. мифологию, и вообще классическую древность, как их знали и понимали Василий Великий и Григорий Богослов.

http://www.ruskline.ru/analitika/2011/06/28/o_progresse_vneshnem_i_nravstvennom/
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 9695


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #2 : 23 Октября 2012, 12:05:33 »

Слово в день преподобного Амвросия, старца Оптинского




Блаженный псалмопевец Давид говорит: «День дни отрыгает глагол, и нощь нощи возвещает разум». Какое слово, какой глагол сегодняшний день возвещает нам с вами, собравшимся здесь, в Церкви, – день, когда мы празднуем обретение мощей преподобного и богоносного отца нашего Амвросия? Не ошибемся, если скажем, что это слово – слово о Воскресении Христовом.

Свидетели, которые некогда посещали римские катакомбы, где были гробы первых мучеников за Христа, говорили о том, что входя в священные пещеры, они вдруг радовались неизреченной великой радостью. Непонятно, откуда происходила она. Она словно ветер налетала на них, сбрасывала печали и скорби, горести их, как ветер сметает опавшие осенние листья. И они стояли и только радовались и веселились. И ничего, кроме голоса: «Христос Воскресе из мертвых!» не было в их сердце.

И мы сегодня, приходя ко гробу преподобного нашего Амвросия, старца Оптинского, радуемся той же неизреченной радостью Воскресения Христова. Воспевая Гроб Спасителя нашего, говорим мы с вами: «Яко Живоносец, яко Рая краснейший воистину и чертога всякого царского показался светлейший, Христе, Гроб Твой – Источник нашего Воскресения!» А в тропаре преподобному Амвросию поется: «Яко к целебному источнику притекаем к тебе, Амвросие, отче наш!» Воистину, гроб отца нашего преподобного Амвросия – источник исцелений. Исцелений от ран душевных, исцелений от скорбей, печалей, горестей, которыми мы наполняем себя в мире. Приходим сюда, и исчезает эта печаль, исчезает величайшая мирская скорбь, и радость о Воскресении Господа нашего Иисуса Христа вселяется в сердца по молитвам преподобного отца нашего.

Вспомните, как Церковь воспевает жен-мироносиц: «Почто миро с милостивыми слезами растворяете?» – говорит им Ангел. Мы так же, подобно им, приходим с радостью, с надеждою к мощам, но и с печалью и со скорбями. И здесь, как некогда Господь сказал Своим Ученикам по Воскресении: «Мир вам!», преподобный Амвросий утешает нас. Потому и мы глаголем ему: «Утешаешь нас, преподобный Амвросий, в скорбях и в болезнях наших».

Уподобился отец наш Амвросий смертью Христу, как уподобились Ему многие мученики, праведные, святители и преподобные отцы и матери наши. И поэтому уподобился он, Старец наш, Ему и по Воскресении: ныне предстоя пред Господом нашим в лике величайших святых, прославленных в земле Российской, воспевает он Троицу Единосущную и Нераздельную.


Иеромонах Василий (Росляков)



О убиенном иеромонахе Василии (Рослякове): Хорошо умереть на Пасху: 18 апреля – день убиения оптинских иноков

Обретение мощей оптинских старцев



http://www.pravoslavie.ru/put/49349.htm



Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 9695


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #3 : 25 Октября 2012, 12:47:14 »

Письма преподобного Амвросия

Слова и образы святоотеческих поучений не просто перелагались старцами на язык, понятный их современникам, но переживались вместе с ними, и потому действительно были для многих душеспасительными. Предлагаем вам отрывок из книги Сретенского монастыря "Письма великих оптинских старцев".



Прп. Амвросий Оптинский



24 февраля 1882 года

Ты опять пишешь о своем сомнении и недоумении, есть ли воля Божия жить тебе в этом месте, и может быть в другом месте ты удобнее бы спасение получила. Нигде не сказано, чтобы спасение наше местом определялось; а напротив в св. Евангелии прямо и ясно читаем: "аще хощеши внити в живот, соблюди заповеди"; где бы кому ни пришлось жить, по сказанному в псалмах: "на всяком месте владычество Его, благослови душе моя Господа". Спасение может получить христианин на всяком месте, и в мире живя. Но в Евангелии, в другом месте, читаем и следующее: "аще хощеши совершен быти, продажь имение и даждь нищим", и прочее. Св. Исаак Сирин на основании этих слов пишет: можно получить милость Божию малую и милость Божию великую в совершенстве, - которые совершенно посвящают себя Богу, оставляя мир. При этом вникни в слова Господа; "аще хощеши внити в живот, аще хощеши совершен быти"; и увидишь, что нигде Господь не хощет неволею понуждать человека, а везде представляет благому нашему произволению, и чрез собственное произволение люди бывают или добры или злы. Поэтому напрасно будем обвинять, что будто бы живущие с нами и окружающие нас мешают и препятствуют нашему спасению или совершенству духовному. Самуил жил и воспитывался у Илии священника, при развратных его сыновьях, и сохранил себя, и был великим пророком.

А Иуду и трехлетняя жизнь пред лицом Самого Спасителя не сделала лучшим, когда он видел столько чудес, постоянно слышал Евангельскую проповедь; а сделался еще худшим, продал Учителя своего и Избавителя мира за тридесять сребренников, из которых каждый не более русского полтинника. Все это пишу тебе для того, чтобы ты вполне могла убедиться, что неудовлетворительность наша душевная и духовная происходит от нас самих, от нашего неискусства и от неправильно составленного мнения, с которым никак не хотим расстаться. А оно-то и наводит на нас и смущение и сомнение и разное недоумение; а все это нас томит и отягощает и приводит в безотрадное состояние. Хорошо было бы, если бы мы могли понять простое святоотеческое слово: аще смиримся, то на всяком месте обрящем покой, не обходя умом многие иные места, на которых может быть с нами то же, если не худшее. Сам не знаю, почему я так распространился об этом предмете, при крайнем недосуге. Видно так надобно. Много раз писал я тебе об этом, а ты все-таки продолжаешь спрашивать, будет ли для тебя спасительно это место, в котором живешь. Так же спрашиваешь, есть ли, или будет ли воля Божия на то, чтобы ты облеклась в монастырское платье. Иное дело принять пострижение в мантию; а одеться в монастырское платье особенной важности не составляет, когда пожелаешь это сделать. Потому что уже не один год живешь в обители, и не думаешь возвратиться в мир; и наконец ты живешь в этом месте по благословению. А по апостольскому слову, "сеяй о благословении, о благословении и пожнет". Да будет так по воле Божией! Говори: Аминь. И аз грешный скажу: Аминь. И прочие да рекут: Аминь, аминь, аминь!


____________________________________



8 июня 1886 года

В одном из писем ты упоминала, что у вас с N.N. было разглагольствование о мощах и о некоторых телах грешных, по смерти нерастлевающихся. Действительно, теперь на Афоне нет мощей, как говорят, по следующему обстоятельству.

Один благочестивый старец жил там в безмолвии и уединении, и ученика своего всегда поучал держаться безмолвной и уединенной жизни. По кончине старца чрез год, по обычаю Афонскому, разрыли могилу и нашли главу старца, источающую благовонное и целительное миро. Многие стали ходить на поклонение этой главе, и мазались целебным миром, и тем нарушали безмолвие ученика. Поэтому он с упреком сказал почившему старцу: "Отче! Ты при жизни своей всегда поучал меня безмолвию и уединению, а по смерти своей нарушаешь это".

После этих слов благовонное и целебное миро иссякло, и осталась одна простая кость, и люди перестали ходить на поклонение. И говорят, что после этого находили в могилах одни кости желтые, или белые, или черные, по которым и различали состояние почивших душ; или находили нерастлевшие тела темные.

О таких всем братством молились в продолжении трех лет, ежегодно разрывая могилу, и прося местных архиереев читать разрешительную молитву. Некоторые тела, и по прошествии трех лет, остаются нерастлевающимися. Так их и оставляют. Причину этому домышляют такую: грехи против Бога Бог прощает по молитвам других, особенно по молитвам церковным и за поминование на Бескровной Жертве или за милостыню, подаваемую за сих умерших; а грехи против ближнего - обиду и неправду - Бог не прощает, если обидевший и неправдовавший во время не удовлетворит обиженного, или не примирится испрошением прощения. (В монашестве подобные случаи могут быть за самочиние и преслушание отеческих повелений и заповедей, за нераскаянность и утаивание грехов). В сороковых годах, или прежде, в Бессарабии турками сделано было разграбление. Русское правительство от Турецкого потребовало удовлетворения; ограбленным велено было показать свою обиду. Кто показывал несправедливо, и прибавлял свой убыток вдвое или втрое, тех тела по смерти оказались нерастлевшими и темными.

В России же много мощей святых: Прп. Сергия Радонежского, Святителей: Митрофана Воронежского, Тихона Задонского, Димитрия Ростовского и многих других, которые о святости своей свидетельствуют чудесами.

Бывают и грешные тела нерастлевающимися. В одном монастыре случайно открыли тело одного иеродиакона нерастлевшееся и темное.

Местный архиерей в это время ездил по епархии. Владыку попросили прочитать разрешительную молитву над сим телом. Но, и по разрешительной молитве, тело осталось в одинаковом положении. Владыка спросил: кто он был, и что за причина такого положения? В ответ получил, что он был единственный сын бедной вдовы, и против воли матери пошел в монастырь; а мать, по причине бедности, всегда на него роптала, и кто-то проговорил, что мать его и до сих пор жива. Владыка приказал отыскать мать. Привели девяностолетнюю старуху, согбенную. Владыка, указывая на положение ее сына, сказал, чтобы она простила его. Но старуха, отворачиваясь, не соглашалась, повторяя: "я столько горя перетерпела через него!"

Владыка продолжал убеждать старуху, и наконец сказал: если не простишь, то и сама будешь связана. Убежденная старуха, как бы нехотя сказала: "ну, Бог его простит!" Темное тело тотчас рассыпалось в прах.

Вот на ваше разглагольствие в ответ мое скудоумное разглагольствие. Пишу это среди великого недосуга, и растираясь простым спиртом; потому что каждое утро встаю с трудом и изнемоганием, чувствуя охлаждение.


______________________________________



(Без даты)

В письме своем от 18 января передали вы мне следующий вопрос от вашего сына:

"По Евангелию, общество людей пред концом мира представляется в самом ужасном виде. Этим отвергается возможность постоянного совершенствования человеческого. Можно ли после этого трудиться на благо человечеству, будучи уверенным, что никакие средства не в состоянии в окончательном результате пред концом мира достигнуть возможного нравственного совершенства человечества?"

В письме же от 24 марта передали вы этот же вопрос несколько иначе:

"Обязанность христианина - делать добро и стараться, чтобы это добро торжествовало над злом. При конце мира, в Евангелии говорится, зло восторжествует над добром. Каким же образом можно стараться о победе добра над злом, зная, что старания эти не увенчаются успехом, и что зло в конце восторжествует?"

Скажите вашему сыну: зло уже побеждено, - побеждено не старанием и силами человеческими, а Самим Господом и Спасителем нашим, Сыном Божиим Иисусом Христом, Который ради сего и снисшел с неба на землю, воплотился, пострадал человечеством, и крестными Своими страданиями и воскресением сокрушил силу зла и злоначальника-диавола, владычествовавшего над родом человеческим, освободил нас от диавольского и греховного рабства, как Сам сказал: "се даю вам власть наступать на змию, и на скорпию, и на всю силу вражию" (Лк. 10, 10). Теперь всем верующим христианам дается в таинстве крещения сила попирать зло и творить добро, при посредстве исполнения Евангельских заповедей, и никто уже не бывает одержим злом насильно, кроме одних нерадящих о хранении Божиих заповедей, и преимущественно тех, кто добровольно предается грехам. Хотеть же своими силами побеждать зло, которое уже побеждено пришествием Спасителя, показывает непонимание христианских таинств православной Церкви, и обнаруживает признак горделивой самонадеянности человеческой, которая хочет все делать своими силами, не обращаясь к помощи Божией, тогда как Сам Господь ясно говорит: "без Мене не можете творити ничесоже" (Ин. 15, 5).

Вы пишете: в Евангелии говорится, что при конце мира зло восторжествует над добром. В Евангелии этого нигде не сказано; а говорится только, что в последнее время умалится вера (Лк. 18, 8.), и за умножение беззакония иссякнет любы многих (Мф. 24, 12). А св. апостол Павел говорит, что пред вторым пришествием Спасителя "явится человек беззакония; сын погибели, противник и превозносяйся паче всякого глаголемого Бога" (2 Сол. 2, 3-7), то есть антихрист. Но тут же сказано, что "Господь Иисус убиет его духом уст Своих, и упразднит явлением пришествия Своего". Где же тут торжество зла над добром? И вообще всякое торжество зла над добром бывает только мнимое, временное.

С другой стороны, несправедливо и то, будто человечество на земле постоянно совершенствуется. Прогресс или улучшение есть только во внешних человеческих делах, в удобствах жизни. Например, мы пользуемся железными дорогами и телеграфами, которых прежде не было: выкапывается каменный уголь, который скрывался в недрах земных, и т.п. В христианско-нравственном же отношении всеобщего прогресса нет. Во все времена были люди, которые достигали высокого нравственного христианского совершенства, руководствуясь истинною верою Христовой, и следуя истинному христианскому учению, согласному с откровением божественным, какое Бог в Церкви Своей являл чрез мужей Богодухновенных, пророков и апостолов. Такие люди будут и во время антихристово, которое их ради и сократится, по сказанному: "избранных ради прекратятся дние оны" (Мф. 24, 22). И опять: во все времена были люди, которые предавались различным порокам и беззакониям, или впадали в различные ереси и заблуждения, увлекаясь лжеименным разумом (1 Тим. 6, 20), и умствуя по земным началам, вопреки предостережения св. апостола Павла, который говорит: "братие, блюдитеся, да никтоже вас будет прельщая философиею и тщетною лестию, по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христе" (Кол. 2, 8.). Советую вам купить недавно вышедшую книгу: Жизнь Григория Богослова, составленную архимандритом Агапитом. Сами прочтите ее, и дайте прочитать вашему сыну. Тогда увидите, каковы были ученые в IV веке по Рождестве Христовом. Сравните их с учеными настоящего времени. Тогдашние ученые, как Василий Великий и Григорий Богослов, несмотря на то, что были люди высокого учения и высокой нравственности, по христианскому смирению, презирали земную славу и земные удовольствия, и стремились к одним духовным вечным благам. А нынешние ученые следуют ли их примеру? Не большая ли часть из них преклоняется к земной славе, к земным наслаждениям, и к приобретению благ временных, растворяя все это горделивым сознанием своего недостойного достоинства? После этого, есть ли хоть малейшие признаки всеобщего нравственного совершенствования на земле?

Нравственное совершенство на земле (несовершенное) достигается не всем человечеством в совокупности, а каждым верующим в частности, по мере исполнения заповедей Божиих и по мере смирения. Конечное и совершенное совершенство достигается на небе, в будущей бесконечной жизни, к которой кратковременная земная жить человеческая служит лишь приготовлением, подобно тому, как годы проведенные юношею в учебном заведении, служат приготовлением к будущей его практической деятельности. Если бы назначение человечества ограничивалось земным его существованием, если бы для человека все кончалось на земле: то почему же "земля и яже на ней дела сгорят", как говорит св. апостол Петр (2 Пет. 3, 10)? Он же присовокупляет: "нова же небесе и новы земли по обетованию чаем, в них же правда живет" (2 Пет. 3, 13). Без будущей блаженной, бесконечной жизни, земное наше пребывание было бы неполезно и непонятно.

Желание трудиться на благо человечества - весьма благовидное, но поставлено не на своем месте. Царственный пророк св. Давид говорит: "сперва уклонись от зла, а потом уже сотвори благо" (см.: Пс. 33, 15). У нынешних же людей дело выходит на выворот. Все хотят, на словах, трудиться на благо ближним, и нисколько, или весьма мало заботятся о том, что наперед нужно самим уклониться от зла, а потом уже заботиться о пользе ближних. Широкие затеи молодого поколения о великой деятельности на пользу всего человечества похожи на то, как если бы кто, не кончив курса в гимназии, много мечтал о себе, что он мог бы быть профессором и великим наставником в университете. Но с другой стороны думать, что если мы не можем двинуть вперед всего человечества, то вовсе не стоит трудиться, - это опять другая крайность. Каждый христианин обязан по силам своим и сообразно своему положению, трудиться на пользу другим, но с тем, чтобы все это было вовремя и в порядке, как выше сказано, и чтобы успех наших трудов представлять Богу и Его святой воле.

В первом письме своем вы упоминаете о книгах Самопомощь, Самодеятельность. Я этих книг еще не видел, и что в них содержится, не знаю. Старинные люди говаривали: без Бога не до порога. И Сам Господь в Евангелии глаголет: "без Мене не можете творити ничесоже" (Ин. 15, 5). А новые мудрецы, как видно из заглавия этих книг, рассуждают теперь иначе. Но известно, что самоделковые вещи выходят самой дешевой цены, с общим укором: "самодельщина, - топорной работы". Впрочем скажу вам, как можно понять в христианском смысле самопомощь и самодеятельность. Прочтите сами, и пусть сын ваш прочтет со вниманием в Евангелии от Матфея от начала 5-й главы до конца 10-й; потом, пусть он постарается и в жизни своей исполнять, содержащиеся в этих главах, Евангельские заповеди. Чрез такую христианскую самодеятельность он сам себе окажет великую помощь в нравственном и христианском отношении.

В заключение скажу: посоветуйте вашему сыну, чтобы он не смешивал внешних человеческих дел с духовно-нравственными. В-первых, как-то, во внешних изобретениях, отчасти в науках, пусть находит прогресс. А в христианско-нравственном отношении, повторяю, всеобщего прогресса в человечестве нет. Впрочем и во многих науках, или отраслях знания, незаметно прогресса. Не думаю, чтобы нынешние ученые так хорошо знали и понимали, напр. мифологию, и вообще классическую древность, как их знали и понимали Василий Великий и Григорий Богослов.


(Окончание следует)

Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 9695


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #4 : 25 Октября 2012, 12:49:40 »

(Окончание)






(Без даты)

Простите, что по слабости здоровья не мог отвечать на ваше письмо тотчас же, хотя и очень желал того, будучи убеждаем вами именем общего нашего отца, покойного батюшки о. Макария. Молитва его да покроет нас обоих, и за его духовное ходатайство да вразумит нас Господь на все душеполезное и спасительное.

Читая духовные книги, без указания, вы опасаетесь, как бы вам не впасть в какие-либо неправильные мысли и неправильные мнения. Опасение ваше весьма основательно. Поэтому, если не хотите пострадать такого бедствия душевного, не читайте без разбора всякие новые сочинения, хотя бы и духовного содержания, но таких сочинителей, которые не подтвердили своего учения святостию жизни; а читайте творения таких отцов, которые признаны православною Церковью за твердо известные и без сомнения назидательные и душеспасительные. Чтобы не потерять твердое православие, возьмите в руководство себе и детям своим книгу "Православное Исповедание" Петра Могилы. Рассмотрите ее со вниманием и со тщанием, и написанное там содержите в памяти твердо, чтобы и самим хорошо знать дело своего спасения, и знать, что нужно сказать и указать детям в приличное время. Второй книгой в этом роде да будет Летопись или 4-я часть творений свят. Димитрия Ростовского. За нею и прочие части его творений читайте не только для руководства относительно правых мнений и разумений, но и для руководства в самой жизни, чтобы знать и уметь, как когда должно поступить чисто по-христиански, согласно православным постановлениям. Для этой же цели читайте книгу Аввы Дорофея, которую по справедливости называют зеркалом души. Зеркало это покажет каждому не только его действия, но и самые движения сердечные. В посты и особенно во дни говения прилично и полезно читать творения Ефрема Сирина в русском переводе, выбирая главы о покаянии. Остальное в его творениях можно читать во всякое время; не мешает также повторять главы о покаянии.

Вас тяготит забота, как дать детям вашим христианское воспитание. И выражаете эту заботу так: "всякий день на опыте вижу, что не имея достаточно твердости к исполнению долга по совести, и чувствую себя весьма неспособною сложить душу человека по образу и по подобию Божественного учения". Последняя мысль выражена очень сильно, и относится более к содействию, и к помощи Божией; а для вас довольно будет и того, если вы позаботитесь воспитать детей своих в страхе Божием, внушить им православное понятие, и благонамеренными наставлениями оградить их от понятий, чуждых православной Церкви. Что вы благое посеете в душах своих детей в их юности, то может после прозябнуть в сердцах их, когда они придут в зрелое мужество, после горьких школьных и современных испытаний, которыми нередко обламываются ветви благого домашнего христианского воспитания. Веками утвержденный опыт показывает, что крестное знамение имеет великую силу на все действия человека, во все продолжение его жизни. Поэтому необходимо позаботиться вкоренить в детях обычай почаще ограждать себя крестным знамением, и особенно пред приятием пищи и пития, ложась спать и вставая, пред выездом, пред выходом, и пред входом куда-либо, и чтобы дети полагали крестное знамение не небрежно или по-модному, а с точностию, начиная с чела до персей, и на оба плеча, чтобы крест выходил правильный. Если вам самим неудобно будет почему-либо хорошо заняться, чтобы не забывали о крестном знамении, не мешает, кроме других воспитательниц, если возможно, иметь для сего хорошую русскую няню: другие няни пусть занимаются по другим частям, а православная няня по православной части, и особенно крестным знамением; с нее этот предмет и спрашивать. Как можно и насколько можно приспособить это к настоящему делу по обстоятельствам, постарайтесь; совершенно же сего из виду упускать не должно. Ограждение себя крестным знамением многих спасало от великих бед и опасностей.

Чтобы более утвердиться в православных понятиях, советовал бы я вам прочитать со вниманием и со тщанием все творения нового угодника Божия святителя Тихона Задонского. Слог их и хотя и тяжел, но вы при чтении старайтесь обращать внимание ваше более на мысли и на предлагаемые христанские правила. Чтение двух русских светил, св. Димитрия Ростовского и св. Тихона Задонского, многое вам разъяснит и много вас утвердит. К этому прибавьте и слова апостола Павла: "в научения странна и различна не прилагайтеся: добро бо благодатию утверждати сердца, а не брашны, от них же не прияша пользы ходившии в них" (Евр. 13,9). И в другом месте: "аще мы, или ангел с небесе благовестит вам паче, еже благовестихом вам, анафема да будет" (Гал. 1,8). Крепко держитесь за это свидетельство, и не соглашайтесь принимать никаких новых учений, как бы благовидны они ни были, подражая хорошо знающему все признаки и приметы чистого серебра, который скоро примечает примесь всякой лигатуры, и нечистое серебро отвергает. Подобно и вы отвергайте всякое учение, где заметите хоть мало лигатуры различных человеческих мнений, которые взимаются на разум Божий (2 Кор. 10,5). Утвердившись в православном учении, сперва читайте все духовные журналы, с означенным разбором, и изберите потом, который более придется по духу вашему.

Пишете: "желала бы я, чтобы мы избегли с мужем того пагубного разногласия в деле воспитания, которое почти во всех супружествах вижу я". Да, вещь эта действительно премудреная! Но спорить об этом при детях вы и сами заметили, что не полезно. Поэтому, в случае разногласия, лучше или уклоняйтесь и уходите, или показывайте, как будто не слушались; но никак не спорьте о своих разных взглядах при детях. Совет об этом и рассуждение должны быть наедине, и как можно похладнокровнее, - чтобы было действительнее. Впрочем, если вы успеете насадить в сердцах детей ваших страх Божий, тогда на них разные человеческие причуды не могут так зловредно действовать.

В заключение вашего письма пишете, что вас заботит время трудного рождения: и заботит и страшит так, что эта преобладающая мысль мешает вам пользоваться всяким благом жизни, и поэтому желаете иметь какую либо молитву себе в подкрепление. Есть православное предание, что в этих случаях прибегают к Божией Матери, по названию иконы, Феодоровской. Вымените, или напишите себе эту икону, празднование которой бывает дважды в год: 14 марта и 16 августа. Если пожелаете, то можете накануне этих дней вечером совершать домашнее бдение, а в самый день - молебствие с акафистом Божией Матери. По усердию можете совершать это и в другое время, как пожелается. Можете ежедневно и сами молиться Царице небесной, читая Ей не менее 12 раз в день "Богородице Дево, радуйся", хоть с поясными поклонами. Столько же раз читать и кондак Ей: "Не имамы иныя помощи, не имамы иныя надежды, разве Тебе, Владычице. Ты нам помози, на Тебе надеемся и Тобою хвалимся: Твои бо есмы раби: да не постыдимся".

Вот, что мог, по моей немощи и по моему скудоумию, написал вам усердно. Всеблагий же Господь и Преблагословенная Его Матерь да устроит о вас и о вашем семействе все полезное и душеспасительное! Призываю на вас мир и благословение Божие.


_________________________________________



(Без даты)

По совету N. вы отнеслись письменно к моей худости, объясняя свое положение, но не ясно. Не зная хорошо ваших обстоятельств и настроения душевного, буду отвечать вам, сколько могу понимать из письма вашего.

Вы пишете, "тяжело я страдаю душевным и телесным расслаблением, которое меня отчуждает от всех радостей и связей мирских, и даже от дел долга. Нет для меня надежды в будущности. Одна лишь усиленная молитва к Богу поддерживает меня, при содействии молитв блаженного сердца отца Серафима Саровского, к которому я имею глубокую привязанность душевную. Но иногда мои страдания доходили до такой степени, что я совершенно отчаявалась. Открываю вам свое малодушие: нет сил больше терпеть".

Содержание письма вашего показывает двоякое в вас расположение. Слова, что лишь усиленная молитва к Богу поддерживает вас, показывают, что вы усердная христианка. Другими же словами, что немощь душевная и телесная отчуждает вас от всех радостей и связей мирских и проч., обнаруживается привязанность к миру. Но вы сами из Евангельского учения должны знать, что "никтоже может двема господинома работати: либо единого возлюбит, а другого возненавидит, или единого держится, о друзем же нерадети начнет. Не можете Богу работати и мамоне" (Мф. 6, 24). Итак должно избирать: или искать удовольствий мирских и радостей земных, или только искать утешения и радости от Господа в свое время, наперед позаботившись о жизни христианской и житии по Его святым и животворным заповедям. Но для мира потребны люди здоровые. Вы же объяснили, что немоществуете телесно. К тому ж радости земные скоро преходящи, и утешения мирские не всегда надежны и верны, а по большей части обманчивы. Св. Димитрий Ростовский говорит: лживый мир обещает утехи, а подает нам скорби и беды и несчастия; обещает злато, а подает блато и проч. Поэтому, основательнее и надежнее искать утешений и радости только о Господе, особливо кто не обилует здоровьем телесным и мужеством душевным. Господь говорит в Евангелии: "научитесь от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим". И если возметесь за это подражание, понуждаясь оставлять всякие самолюбивые претензии, по обычаям и приличиям мира, то несомненно можете вступить на ту христианскую стезю, которая ведет к мирному и спокойному состоянию души. Если понудитесь, по Евангельскому учению, смиряться; то мало-помалу, с помощью Божией, будут отступать от вас нетерпеливость и малодушие. Как вы имеете большую веру к блаженному старцу о. Серафиму, то прибегайте к Господу, чтобы, за его молитвы, явил вам Свою милость. Также прибегайте к общей всех нас Заступнице Пресвятой Деве Богородице, моляся Ей молитвою, всегда воспеваемой Церковью: "немоществует тело, немоществует и душа моя, к Тебе прибегаю, Благодатней, надежно ненадежных, Ты мне помози". Если имеете время, то я советовал бы вам читать и весь этот канон Божией Матери, поемый верными во всякой скорби душевной, который начинается так: "многими одержим напастьми"; а если возъимеете усердие, то по 6-й песни можете прилагать акафист "Всех Скорбящих Радости". Но думаю, что главное в наших обстоятельствах внешних и внутренних есть то, чтобы внимательно и точно рассмотреть свою жизнь, начиная с тех лет, как вы стали себя помнить; а чтобы вернее и безошибочнее это сделать, советую вам со вниманием прочитать "Православное Исповедание" Петра Могилы, а также и книгу Аввы Дорофея, которую по справедливости называют зеркалом души. Когда же свою жизнь основательно рассмотрите; то потребно будет вам отыскать духовника поопытнее, которому бы вы могли с верою исповедать все, что нужно исповедать, и который доволен бы был вам подать приличное врачевство духовное.

Вот что я мог по своему скудоумию сказать вам, то и написал, как понимаю и как разумею. Всеблагий Господь, хотяй всем спастися и в разум истины приити, да вразумит вас, якоже весть, и да просветит сердце ваше ко всему душеполезному и спасительному, за молитвы Пречистыя Своея Матери, непостыдныя нашея Надежды, и за моление блаженного старца о. Серафима, которого память вы так глубоко чтите.

Забыл было вам сказать об отчаянии, которое св. Иоанн Лествичник почитает хуже всякого греха. Во всяком грехе человек может покаяться, имея твердое намерение вперед на тоже не возвращаться, и таким образом получить прощение и милость от Господа. А отчаявшийся что может сделать, и что получить? Поистине отчаяние хуже всяких зол. Положим, что человек иногда много и очень страдает: но мало таких людей, которые страдают по примеру праведного Иова. Большая часть страдающих из нас подвергается страданиям, как следствиям. или неправильных мыслей и мнений, или ошибочных действий, Но есть для страждущих и утешительное слово апостола: "его же любит Господь, наказует, биет же всякого сына, его же приемлет" (Евр. 12, 6).

Еще вы говорите: нет для меня надежды в будущности. Не знаю, к чему вы относите слово это. Если к земной жизни, то не только для вас, но и ни для кого будущность не прочна. Слово будущность в собственном смысле относится к будущей жизни, вечной, нескончаемой. Кто позаботится об этой будущности, для того она будет прочная, никогда неизменяемая. Там и для вас и для других христиан есть целый рай со всеми чистыми наслаждениями и много других блаженных обителей у Отца небесного. Кто хочет земную устроить будущность, тому потребна и крепость телесная и многие другие способности, пригодные к мирским делам. Но для будущности вечной, которую уготовил и уготовляет Всеблагий Господь Своим рабам, того не требуется. Апостол говорит: "худородная мира избра Бог и не сущая, да сущая упразднит" (1 Кор. 1, 28). То есть, что не годится для мира, Господь избирает для Себя, и не требует великих способностей, а говорит своим неспособным: только терпите свою неспособность, а не малодушествуйте, уповая на милость и благость Божию. "В терпении вашем стяжите души ваши", глаголет Он в св. Евангелии, и означил целый ряд блаженных обителей для неспособных для мира. Первая обитель нищих духом, то есть смиряющихся перед Богом и перед людьми ради своей неспособности. Вторая блаженная обитель - плачущих о грехах своих. Третья обитель - кротких, подавляющих в себе самолюбивые претензии, и удерживающих себя от гнева на других, оставляя всякие причины и поводы. Затем следуют и прочие блаженные обители, которые и вам самим небезызвестны. Выбирайте себе любую, и к ней уготовляйте себя должным образом. На земле, в мирском состоянии, один хочет служить в армии, другой в гвардии, третий - на гражданской службе: сообразно сему всякий так себя и уготовляет. Образцы земные в некоторых случаях служат образцами для небесного. Всеблагий Господь да вразумит нас на все полезное!

Призывая на вам мир и благословение Божие, остаюсь с искренним благожеланием.

Преподобный Амвросий Оптинский





http://www.pravoslavie.ru/arhiv/5304.htm
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 9695


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #5 : 10 Июля 2016, 10:22:47 »


Житие преподобного Амвросия Оптинского




Великий Оптинский старец иеросхимонах Амвросий родился <...> в день памяти святого Александра Невского 23 ноября 1812 года в селе Большая Липовица Тамбовской губернии в семье пономаря Михаила Федоровича, отец которого был священник. «В какое число было мое рождение, — вспоминал впоследствии старец, — не помнила и сама матушка, потому что в тот самый день, как я родился, к деду в дом, где тогда жила моя мать, съехалось много гостей (дед мой был благочинным), так что мать мою должны были выпроводить вон, и она в этой суматохе и запамятовала, в какое именно число я родился. Должно полагать, что это было около 23 ноября». И, говоря об обстоятельствах своего рождения, отец Амвросий любил пошутить: «Как на людях родился, так все на людях и живу». При крещении новорожденному дано было имя Александр в честь святого благоверного князя.

В детстве Александр был очень бойкий, веселый и смышленый мальчик. По обычаю того времени учился он читать по славянскому букварю, Часослову и Псалтири. Каждый праздник он вместе с отцом пел и читал на клиросе. Он никогда не видал и не слышал ничего худого, так как воспитывался в строго церковной и религиозной среде.

Когда мальчику исполнилось 12 лет, родители определили его в первый класс Тамбовского духовного училища, по окончании которого в 1830 году он поступил в Тамбовскую духовную семинарию. И в училище, и в семинарии, благодаря своем богатым способностям, Александр Гренков учился очень хорошо. «Гренков мало занимается, — говорил его товарищ по семинарии, — а придет в класс, станет отвечать, точно как по писанному, лучше всех». Обладая от природы веселым и живым нравом, он всегда был душой общества молодых людей. В семинарии любимым занятием Александра было изучение Св. Писания, богословских, исторических и словесных наук. И поэтому ему никогда и в голову не приходила мысль о монастыре, хотя некоторые и предрекли ему об этом. За год до окончания он тяжко заболел. Надежды на поправление почти не было, и он дал обет в случае выздоровления пойти в монастырь.

Целый год семинарской жизни, проведенной им в кругу веселого общества молодых товарищей, не мог не ослабить его ревности к монашеству, так что и по окончании семинарского курса он не сразу решился поступить в монастырь. Полтора года пробыл Александр Михайлович в помещичьем доме. А в 1838 году освободилось место наставника духовного училища в г. Липецке, и он занял эту должность.

Но, часто вспоминая о данном обете идти в монастырь, он всегда чувствовал угрызение совести. Вот как сам старец рассказывал об этом периоде своей жизни: «После выздоровления я целых четыре года все жался, не решался сразу покончить с миром, а продолжал по-прежнему посещать знакомых и не оставлять своей словоохотливости... Придешь домой — на душе неспокойно; и думаешь: ну, теперь уже все кончено навсегда — совсем перестану болтать. Смотришь, опять позвали в гости и опять наболтаешь. И так я мучился целых четыре года». Для облегчения душевного он стал по ночам уединяться и молиться, но это вызвало насмешки товарищей. Тогда он стал уходить молиться на чердак, а потом за город в лес. Так приближалась его развязка с миром.

Летом 1839 года по дороге на богомолье в Троице-Сергиеву лавру Александр Михайлович вместе с другом своим П. С. Покровским заехали в Троекурово к известному затворнику о. Илариону. Святой подвижник принял молодых людей отечески и дал Александру Михайловичу вполне определенное указание: «Иди в Оптину, ты там нужен». У гробницы преподобного Сергия, в горячей молитве испрашивая благословения на новую жизнь, он в своем решении оставить мир ощутил предчувствие какого-то громадного захватывающего счастья. Но, вернувшись в Липецк, Александр Михайлович продолжал, по его словам, еще «жаться». Случилось же, что после одного вечера в гостях, на котором он особенно смешил всех присутствующих, его воображению представился его обет, данный Богу, вспомнилось ему горение духа в Троицкой лавре, прежние долгие молитвы, воздыхания и слезы, определение Божие, переданное через о. Илариона, и наряду с этим он почувствовал несостоятельность и шаткость всех намерений. Наутро решимость на этот раз твердо созрела. Опасаясь же, что уговоры родных и знакомых поколеблют его, решил бежать в Оптину тайно от всех, не испросив даже разрешения епархиального начальства. Будучи уже в Оптиной, он доложил о своем намерении Тамбовскому архиерею.

8 октября 1839 года, прибыв в Оптину, Александр Михайлович застал при жизни самый цвет ее монашества — таких ее столпов, как игумена Моисея, старцев Льва (Леонида) и Макария. Начальником скита был равный им по духовной высоте иеросхимонах Антоний, брат о. Моисея, подвижник и прозорливец. Вообще все иночество под руководством старцев носило на себе отпечаток духовных добродетелей; простота (нелукавство), кротость и смирение были отличительными признаками Оптинского монашества. Младшая братия старалась всячески смиряться, не только перед старшими, но и перед равными, даже боясь взглядом оскорбить другого и при малейшем поводе немедленно просили друг у друга прощения. В такой высокого духовного уровня монашеской среде оказался новоприбывший молодой Гренков.

Александр Михайлович имел такие черты характера, как чрезмерную живость, сметливость, остроумие, общительность, обладал способностью все схватывать на лету. Это была сильная, творческая, богатая натура. Впоследствии все эти качества, составлявшие его сущность, не исчезли в нем, но по мере его духовного возрастания преображались, одухотворялись, проникались Божией благодатью, давая ему возможность, подобно апостолу, стать «всем вся», чтобы приобрести многих.

Духовный руководитель Оптинской братии старец схиархимандрит Лев с любовью принял Александра Михайловича и благословил предварительно пожить на монастырском гостином дворе. Живя в гостинице, он ежедневно посещал старца, слушал его наставления, а в свободное время, по его поручению, переводил рукопись «Грешных спасение» с новогреческого языка.

Полгода шла канцелярская переписка с епархиальными властями по поводу его исчезновения. Только 2 апреля 1840 г. последовал указ Калужской духовной консистории об определении Александра Михайловича Гренкова в число братства, и вскоре за тем он был одет в монашеское платье.

В монастыре он был некоторое время келейником старца Льва и чтецом (т. е. вычитывал в положенное время для старца молитвенные правила, так как старец, по слабости сил телесных, не мог ходить в храм Божий). Отношения его к старцу были самые искренние. Почему и старец со своей стороны относился к послушнику Александру с особенной, нежно отеческой любовью, называя его Сашей.

В ноябре 1840 года Александра Гренкова перевели из монастыря в скит, где он был под ближайшим руководством старца Макария. Но и оттуда новоначальный послушник не переставал ходить к старцу Льву в монастырь для назидания.

В скиту он был помощником повара целый год. Ему часто приходилось по службе приходить к старцу Макарию: то благословляться относительно кушаний, то ударять к трапезе, то по иным поводам. При этом он имел возможность сказать старцу о своем душевном состоянии и получить мудрые советы, как поступить в искусительных случаях. Цель была: чтобы не искушение побеждало человека, а чтобы человек побеждал искушение.

На закате дней своей труднической богоугодной жизни старец о. Лев, прозревая в своем любимом послушнике Александре будущего преемника по старчеству, поручил его особенному попечению своего сотрудника старца о. Макария, сказав: «Вот человек больно ютится к нам, старцам. Я теперь уже очень стал слаб. Так вот я и передаю тебе его из полы в полу — владей им, как знаешь». Думается, что эти полы великих старцев были для близкого к ним ученика подобием милоти Илииной, брошенной на Елисея.

После смерти старца Льва брат Александр стал келейником старца Макария. Послушание это он проходил четыре года (с осени 1841 г. по 2 января 1846 г.).

В следующем, 1842, году, 29 ноября, был он пострижен в мантию и наречен Амвросием, во имя свт. Амвросия, епископа Медиоланского, память которого 7/20 декабря. Затем последовало иеродиаконство (1843 г.), в сане которого Амвросий служил всегда с великим благоговением. Пробывши почти три года иеродиаконом, о. Амвросий в конце 1845 года представлен был к посвящению в иеромонаха.

Для этой цели (посвящения) о. Амвросий поехал в Калугу. Был сильный холод. О. Амвросий, изнуренный постом, схватил сильную простуду, отразившуюся на внутренних органах. С этих пор уже никогда не мог поправиться по-настоящему.

Вначале, когда о. Амвросий еще как-то держался, приезжал в Оптину преосвященный Николай Калужский. Он сказал ему: «А ты помогай о. Макарию в духовничестве. Он уже стар становится. Ведь это тоже наука, только не семинарская, а монашеская». А о. Амвросию било тогда 34 года. Ему часто приходилось иметь дело с посетителями, передавать старцу их вопросы и давать от старца ответы. Так было до 1846 года, когда после нового приступа своего недуга о. Амвросий был вынужден по болезни выйти за штат, будучи признан неспособным к послушаниям, и стал числиться на иждивении обители. Он с тех пор уже не мог совершать литургии; еле передвигался, страдал от испарины, так что переодевался по несколько раз в сутки. Не выносил холода и сквозняков. Пищу употреблял жидкую, перетирал теркой, вкушал очень мало.

Несмотря на это, он не только не скорбел о своих болезнях, но даже считал их необходимыми для своего духовного преуспеяния. Веруя вполне и уразумевая собственным опытом, что «аще и внешний наш человек тлеет, обаче внутренний обновляется по вся дни» (2 Кор. 4, 16), он никогда не желал себе совершенного выздоровления. И другим поэтому всегда говорил: «Монаху не следует серьезно лечиться, а только подлечиваться», для того, конечно, чтобы не лежать в постели и не быть в тягость другим. Так и сам он постоянно подлечивался. Зная из учения святых отцов-подвижников, что телесная болезнь выше и крепче поста, трудов и подвигов телесных, он в напоминание себе, в назидание и утешение ученикам своим недужным имел обыкновение говорить: «Бог не требует от больного подвигов телесных, а только терпения со смирением и благодарения».

Послушание его к своему старцу, батюшке о. Макарию, как и всегда, было бес-прекословное, даже в малейшей вещи давал отчет. Теперь на него была возложена переводческая работа, приготовление к изданию святоотеческих книг. Им была переведена на легкий общепонятный славянский язык «Лествица» Иоанна, игумена Синайского.

Этот период жизни о. Амвросия являлся самым благоприятным для прохождения им искусства из искусств — умной молитвы. Однажды старец Макарий спросил своего любимого ученика о. Амвросия: «Угадай, кто получил свое спасение без бед и скорбей?» Сам старец Амвросий приписывал такое спасение своему руководителю старцу Макарию. Но в жизнеописании этого старца сказано, что «прохождение им умной молитвы, по степени тогдашнего духовного возраста, было преждевременным и едва не повредило ему». Главной причиной сего было то, что о. Макарий не имел при себе постоянного руководителя в этом высоком духовном делании. Отец же Амвросий имел в лице о. Макария опытнейшего духовного наставника, восшедшего на высоту духовной жизни. Поэтому он мог обучаться умной молитве, действительно, «без бед», т. е. минуя козни вражии, вводящие подвижника в прелесть, и «без скорбей», приключающихся вследствие наших ложно-благовидных желаний. Внешние же скорби (как болезнь) счита-ются подвижниками полезными и душеспасительными. Да и вся с самого начала иноческая жизнь о. Амвросия под окормлением мудрых старцев шла ровно, без особых преткновений, направляемая к большему и большему совершенствованию духовному.

И что слова о. Макария относились к о. Амвросию, можно видеть еще из того, что о. Амвросий в последние годы жизни своего старца достиг уже высокого совершенствования в духовной жизни. Ибо, как в свое время старец Лев называл о. Макария святым, так же теперь и старец Макарий относился к о. Амвросию. Но это не мешало ему подвергать его ударам по самолюбию, воспитывая в нем строгого подвижника нищеты, смирения, терпения и других иноческих добродетелей. Когда однажды за о. Амвросия заступились: «Батюшка, он человек больной», старец ответил: «А я разве хуже тебя знаю? Но ведь выговоры и замечания монаху — это щеточки, которыми стирается греховная пыль с его души, а без сего монах заржавеет». Так под опытным руководством великого старца незаметно вырабатывалась у о. Амвросия та высота духа, та сила любви, которая потребовалась ему, когда он принял на себя высокий и многотрудный подвиг старчества.

Еще при жизни старца Макария, с его благословения, некоторые из братии приходили к о. Амвросию для откровения помыслов. Так старец Макарий постепенно готовил себе достойного преемника. А потому, видя своего преданнейшего ученика и сына духовного окруженным толпой и беседующим с посетителями на пользу душевную, проходя мимо, шутливо промолвит: «Посмотрите-ка, посмотрите! Амвросий-то у меня хлеб отнимает». А иногда среди разговора с близкими к случаю скажет: «Отец Амвросий вас не бросит».

В это время духовному окормлению о. Амвросия уже поручены были относившиеся к Оптинским старцам монахини Борисовой пустыни Курской губернии. И потому, когда они приезжали в Оптину, он по обязанности немедленно отправлялся к ним в гостиницу. Ходил он по благословению о. Макария и к мирским посетителям.

Когда же старец Макарий преставился (7 сентября 1860 г.), хотя он не был прямо назначен, но постепенно обстоятельства так складывались, что о. Амвросий стал на его место. Ибо по прошествии 12 лет старчествования его в зависимости от старца Макария он уже настолько был подготовлен к сему служению, что вполне мог быть и заместителем своего предшественника.

После смерти архимандрита о. Моисея настоятелем был избран о. Исаакий, который относился к о. Амвросию как к своему старцу до самой его смерти. Таким образом в Оптиной пустыни не существовало никаких трений между начальственными лицами.

Старец перешел на жительство в другой корпус, вблизи скитской ограды, с правой стороны колокольни. На западной стороне этого корпуса была сделана пристройка, называемая «хибаркой» для приема женщин. И целых 30 лет он простоял на Божественной страже, предавшись служению ближним.

Старец был уже тайно пострижен в схиму, очевидно, в тот момент, когда во время болезни жизнь его была в опасности. При нем было два келейника: о. Михаил и о. Иосиф (будущий старец). Главным письмоводителем был о. Климент (Зедергольм), сын протестантского пастора, перешедший в Православие, ученейший человек, магистр греческой словесности.

Повседневная жизнь старца Амвросия начиналась с келейного правила. Для слушания утреннего правила поначалу он вставал в 4 часа утра, звонил в звонок, на который являлись к нему келейники и прочитывали: утренние молитвы, 12 избранных псалмов и первый час, после чего он наедине пребывал в умной молитве. Затем, после краткого отдыха, старец слушал часы третий, шестой с изобразительными и, смотря по дню, канон с акафистом Спасителю или Божией Матери, которые он выслушивал стоя.

О. Амвросий не любил молиться на виду. Келейник, читавший правило, должен был стоять в другой комнате. Как-то раз читали молебный канон Богородице, и один из скитских иеромонахов решился в это время подойти к батюшке. Глаза о. Амвросия были устремлены на небо, лицо сияло радостью, яркое сияние почило на нем, так что священноинок не мог его вынести. Такие случаи, когда исполненное дивной доброты лицо старца чудесно преображалось, озаряясь благодатным светом, почти всегда происходили в утренние часы во время или после его молитвенного правила.

После молитвы и чаепития начинался трудовой день с небольшим перерывом в обеденную пору. За едой келейники продолжали задавать вопросы по поручению посетителей. Но иногда, чтобы сколько-нибудь облегчить отуманенную голову, старец приказывал прочесть себе одну или две басни Крылова. После некоторого отдыха напряженный труд возобновлялся — и так до глубокого вечера. Несмотря на крайнее обессиление и болезненность старца, день всегда заканчивался вечерними молитвенными правилами, состоявшими из малого повечерия, канона Ангелу Хранителю и вечерних молитв. От целодневных докладов келейники, то и дело приводившие к старцу и выводившие посетителей, едва держались на ногах. Сам старец временами лежал без чувств. После правила старец испрашивал прощения, елика согреши делом, словом, помышлением. Келейники принимали благословение и направлялись к выходу.

Через два года старца постигла новая болезнь. Здоровье его, и без того слабое, совсем ослабело. С тех пор он уже не мог ходить в храм Божий и должен был причащаться в келлии. И такие тяжелые ухудшения повторялись не раз.

Трудно представить себе, как он мог, будучи пригвожденным к такому страдальческому кресту, в полном изнеможении сил принимать ежедневно толпы людей и отвечать на десятки писем. На нем сбывались слова: Сила бо Моя в немощи совершается (2 Кор. 12, 9). Не будь он избранным сосудом Божиим, через который Сам Бог вещал и действовал, такой подвиг, такой гигантский труд не мог быть осуществим никакими человеческими силами. Животворящая Божественная благодать явно присутствовала и содействовала.

«Совершенно соединивший чувства свои с Богом, — говорит Лествичник, — тайно научается от него словесам Его». Это живое общение с Богом и есть дар пророческий, та необыкновенная прозорливость, которой обладал о. Амвросий. Об этом свидетельствовали тысячи его духовных чад.

Приведем слова о старце одной его духовной дочери: «Как легко на душе, когда сидишь в этой тесной и душной хибарке, и как светло кажется при ее таинственном полусвете. Сколько людей перебывало здесь! Приходили сюда, обливаясь слезами скорби, а выходили со слезами радости; отчаявшиеся — утешенными и ободренными; неверующие и сомневающиеся — верными чадами Церкви. Здесь жил батюшка — источник стольких благодеяний и утешений. Ни звание человека, ни состояние не имели никакого значения в его глазах. Ему нужна была только душа человека, которая настолько была дорога для него, что он, забывая себя, всеми силами старался спасти ее, поставить на истинный путь».


(Окончание следует)
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 9695


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #6 : 10 Июля 2016, 10:23:13 »

(Окончание)




С утра и до вечера удрученный недугом старец принимал посетителей. К нему приходили люди с самыми жгучими вопросами, которые он усваивал себе, которыми в минуту беседы жил. Он всегда разом схватывал сущность дела, непостижимо мудро разъяснял его и давал ответ. Для него не существовало тайн: он видел все. Незнакомый человек мог прийти к нему и молчать, а он знал его жизнь, и его обстоятельства, и зачем он сюда пришел. Слова его принимались с верой, потому что были с властью, основанной на близости к Богу, давшему ему всезнание. Чтобы понять хоть сколько-нибудь подвижничество о. Амвросия, надо себе представить, какой труд — говорить более 12 часов в день!

Любил также старец побеседовать и с мирскими благочестивыми, в особенности образованными, людьми, каковых бывало у него немало. Вследствие общей любви и уважения к старцу приезжали в Оптину лица католического и других неправославных вероисповеданий, которые по его благословению принимали тут же Православие.

По любви к Богу о. Амвросий покинул мир и стал на путь нравственного совершенствования. Но как любовь к Богу в христианстве неразрывно связана с подвигом любви к ближнему, так и подвиг усовершенствования и личного спасения у старца никогда не отделялся от его подвига служения людям.

Нищета духовная, или смирение, было основой всей подвижнической жизни старца Амвросия. Смирение же заставляло старца все свои труды и подвиги, сколько было возможно, укрывать от любопытных или самоукорением, или шутливой речью, или иногда даже не совсем благовидными поступками, или просто молчанием и сдержанностью, так что и самые близкие к нему люди временами смотрели на него как на человека самого обыкновенного. Во все времена дня и ночи келейные входили к нему по звонку, и не иначе как с молитвой, и потому никогда не могли заметить в нем каких-либо выдающихся особенностей.

Живя сам в смирении, без которою невозможно спасение, старец и в относившихся к нему всегда желал видать эту необходимейшую добродетель, и к смиренным относился весьма благосклонно, как, наоборот, терпеть не мог горделивых.

Когда его спрашивали: «Можно ли желать совершенствования в жизни духовной?», старец отвечал: «Не только можно желать, но и должно стараться совершенствоваться в смирении, т. е. в том, чтобы считать себя в чувстве сердца хуже и ниже всех людей и всякой твари». «Лишь только смирится человек, — говорил старец, — как тотчас же смирение поставляет его в преддверии Царства Небесного, которое не в словах, а в силе: нужно меньше толковать, больше молчать, никого не осуждать, и всем мое почтение». «Когда человек понуждает себя смиряться, — поучал он одну монахиню, — то Господь утешает его внутренне, и это-то и есть та благодать, которую Бог дает смиренным».

«Имейте страх Божий и храните совесть свою во всех делах ваших и поступках, более же всего смиряйтесь. Тогда несомненно получите великую милость Божию».

При глубоком же смирении, несмотря на свой веселый характер и свою сдержанность, старец Амвросий нередко и против своей воли проливал слезы. Он плакал среди служб и молитвословий, отправлявшихся по какому-либо случаю в его келлии, в особенности, если был по желанию просителей отслужен молебен с акафистом пред особенно чтимой келейной иконой Царицы Небесной «Достойно есть». Во время чтения акафиста он стоял около двери, неподалеку от святой иконы, и умиленно взирал на благодатный лик Всепетой Богоматери. Всем и каждому можно было видеть, как слезы струились по его исхудалым ланитам. Он всегда скорбел и болезновал, иногда до пролития слез, о некоторых из духовных чад своих, страдавших душевными недугами. Плакал о себе, плакал о частных лицах, скорбел и болезновал душой и о всем дорогом ему отечестве, и о благочестивых царях русских. В свое время появились у старца и слезы радости духовной, в особенности при слушании им стройного нотного пения некоторых церковных песнопений.

Старец, опытом познавший цену милосердия и сострадании к ближним, поощрял и детей своих духовных к этой добродетели, обнадеживая их в получении милости от Милостивого Бога за милость, оказываемую ими ближним.

Советы и наставления, которыми старец Амвросий врачевал души приходивших к нему с верою, преподавал он или часто в уединенной беседе, или вообще всем окружавшим его, в форме самой простой, отрывочной и нередко шутливой. Вообще нужно заметить, что шутливый тон назидательной речи был его характерной чертой, что вызывало часто улыбку на устах легкомысленных слушателей. Но если посерьезнее вникнуть в это наставление, то каждый увидит в нем глубокий смысл. «Как жить?» — слышался со всех сторон общий и весьма важный вопрос. И по своему обыкновению старец отвечал: «Нужно жить нелицемерно, и вести себя примерно; тогда наше дело будет верно, а иначе выйдет скверно». Или так: «Жить можно и в миру, только не на юру, а жить тихо». Но и эти наставления старца клонились к приобретению смирения.

Кроме словесных, лично преподаваемых старцем Амвросием советов, множество рассылалось им писем к тем, которые не имели возможности приехать. И своими ответами направлял он волю человека к добру: «Насильно никого не приведешь ко спасению... Воли человека и Сам Господь не понуждает, хотя многим способами и вразумляет». «Вся жизнь христианина, а тем более инока, должна проходить в покаянии, ибо с прекращением покаяния прекращается и духовная жизнь человека. Евангелие тем и начинается, и оканчивается: “Покайтесь”. Смиренное покаяние изглаживает все грехи, оно привлекает милость Божию к кающемуся грешнику».

Большое место в письмах уделяется и рассуждению о молитве. «Нет большего утешения для христианина, как ощущать близость Небесного Отца и беседовать с Ним в своей молитве. Молитва имеет великую силу: она вливает в нас новую духовную жизнь, утешает в скорбях, поддерживает и подкрепляет в унынии и отчаянии. Бог слышит каждый вздох нашей души. Он Всемогущ и Любвеобилен — какой мир и тишина водворяется в такой душе, и из глубины ее хочется сказать: «Да будет во всем, Господи, воля Твоя». Молитву Иисусову старец Амвросий ставит на первое место. Он пишет, что в молитве Иисусовой мы должны пребывать постоянно, не ограничиваясь ни местом, ни временем. Во время молитвы должны стараться отвергать всякие помыслы и, не обращая внимания на них, продолжать молитву.

Молитва, произносимая в смирении сердца, по мысли старца Амвросия, дает человеку распознать все искушения, наносимые диаволом, и помогает молящемуся одержать победу над ними. Для руководства к разумному молению молитвой Иисусовой старец раздавал брошюры под заглавием «Толкование на “Господи, помилуй”».

Следует также отметить, что по благословению старца и под его непосредственным наблюдением и руководством некоторые Оптинские монахи занимались переводом отеческих книг с греческого и латинского языка на русский и составлением душеполезных книг.

Милость Божия изливается на всех ищущих спасения, но особенно она изливается на тех избранников Божиих, которые отреклись от мирской жизни и день и ночь многими подвигами и слезами стараются очиститься от всякой скверны и плотских мудрований. Старец высказывает мысль, что сущность монашеской жизни заключается в отсечении страстей и достижении бесстрастия. Образ монашества называется ангельским. «Монашество есть тайна». «О монашестве можно разуметь, что оно есть таинство, покрывающее прежние грехи, подобно крещению». «Схима есть втрое крещение, очищающее и прощающее грехи».

Монашеский путь — это отрешение от всего земного и взятие на себя ига Христова. Вступившие на путь монашества, желающие всецело последовать Христу должны прежде всего жить по заповедям евангельским. В другом месте старец пишет: «Мудрые и опытно-духовные изрекли, что рассуждение выше всего, а благоразумное молчание лучше всего, а смирение прочнее всего; послушание же, по слову Лествичника, такая добродетель, без которой никто из заплетенных страстями не узрит Господа». Поэтому можно сказать, что общее содержание писем о. Амвросия к монашествующим слдующее: безропотность, смирение, самоукорение, терпение находящих скорбей и предание себя в волю Божию.

В письмах к мирским людям старец разрешал некоторые недоумения касательно веры православной и церкви католической; обличал еретиков и сектантов; растолковывал некоторые знаменательные сны; подсказывал, как поступить. Старец пишет, что нужно обращать особое внимание на воспитание детей в страхе Божием. Без внушения страха Божия чем детей ни занимай, ничто не принесет желаемых плодов в отношении доброй нравственности и благоустроенной жизни.

Старец Амвросий обладал всеобъемлющей опытностью, широким кругозором и мог дать совет по любому вопросу не только в области духовной, но и житейской. Многим мирским людям в их хозяйственных делах старец давал замечательные практические советы. И случаи прозорливости были многочисленны и нередко поразительны.

Немало обращалось к старцу Амвросию с прошением его святых молитв об исцелении от тяжких болезней и большей частью в крайних случаях, когда врачебное искусство оказывалось бессильным. В таких случаях старец чаще всего советовал воспользоваться таинством елеосвящения, через которое болящие нередко исцелялись. Во всех же вообще болезнях старец назначал служить молебен пред местными чудотворными иконами или посылал в Тихонову пустынь (верстах в 18 от Калуги) помолиться угоднику Божию Тихону Калужскому и покупаться в его целебном колодце, и случаи исцелений по святым молитвам угодника Божия были многочисленны.

Впрочем, не всегда так прикровенно действовал старец Амвросий. По данной ему благодати Божией исцелял он и непосредственно, и таких примеров, можно сказать, было множество...

Многими подвигами старец предочистил свою душу, соделав ее избранным сосудом Святого Духа, Который обильно действовал через него. Эта духовность о. Амвросия была настолько велика, что его заметила, оценила и потянулась к нему даже интеллигенция XIX века, которая в это время нередко была слаба в вере, мучилась сомнениями, а иногда была и враждебна к Церкви и всему церковному.

Старец по возможности склонял некоторых благочестивых состоятельных лиц к устроению женских общин, и сам, сколько мог, содействовал этому. Его попечением устроена женская община в г. Кромах Орловской губернии. Особенно много забот он употреблял на благоустройство Гусевской женской обители в Саратовской губернии. По его благословению устроилась благотворителями Козельщанская община в Полтавской губернии и Пятницкая в Воронежской. Старцу приходилось не только рассматривать планы, давать советы в благословлять людей на дело, но и защищать как благотворителей, так и насельниц от различных злоключений и препинаний со стороны некоторых недоброжелательных мирян. По этому случаю он входил даже в переписку с епархиальными архиереями и членами Св. Синода.

Последняя женская обитель, над которой старец Амвросий особенно потрудился, была Шамординская Казанская община.

В 1871 году усадьба Шамордино в 200 десятин земли была куплена послушницей старца, вдовой помещицей Ключаревой (в иночестве Амвросия).

Шамординская обитель прежде всего удовлетворяла ту горячую жажду милосердия к страждущем, которой всегда был полон о. Амвросий. Сюда он посылал многих беспомощных. Старец принимал самое живое участие в устройстве новой обители. Еще до ее официального открытия стали строиться один корпус за другим. Но желавших поступить в общину было так много, что этих помещений не хватало для вдов и сирот, находившихся в крайней бедности, а также всех страдающих какой-либо болезнью и не могущих найти в жизни ни утешения, ни пристанища. Но приходили сюда также и молодые курсистки, искавшие и находившие у старца смысл жизни. Но более всего просились в общину простые крестьянки. Все они составили одну тесную семью, объединенную любовью к своему старцу, который собрал их и который так же горячо и отечески любил их.

Кто приезжал в Шамордино, тот прежде всего поражался необыкновенным строем обители. Здесь не было ни начальствующих, ни подчиненных — все от Батюшки. Спрашивал: «Отчего так охотно, свободно готовы все выполнять его волю?» И от разных лиц получал один и тот же ответ: «Только то хорошо бывает, на что Батюшка благословит».

Принесут, бывало, грязного, полунагого, покрытого лохмотьями и сыпью от нечистоты и истощения ребенка. «Возьмите его в Шамордино», — распоряжается старец (там приют для беднейших девочек). Здесь, в Шамордино, не спрашивали, способен ли человек принести пользу и доставить выгоду монастырю. Здесь видели, что человеческая душа страдала, что иному голову некуда приклонить, — и всех принимали, упокоевали.

Каждый раз, как старец посещал в общине приют, дети пели сочиненный в честь него стих: «Отец родной, отец святой! Как благодарить тебя, не знаем. Ты нас призрел, ты нас одел. Ты нас от бедности избавил. Быть может мы теперь бы все скитались по миру с сумой, не знали б крова мы нигде и враждовали бы с судьбой. А здесь мы молим лишь Творца и за тебя Его мы славим. Мы молим Господа Отца, чтоб нас, сироток, не оставил» — или пели тропарь Казанской иконе, которой посвящена обитель. Серьезно и задумчиво слушал о. Амвросий эти детские моления и часто крупные слезы катились по его впалым щекам.

Число сестер старцевой обители под конец превысило пять сотен.

Уже в начале 1891 года старец знал, что ему предстоит скоро умереть... Предчувствуя это, он особенно поспешно старался устроить монастырь. Между тем недовольный архиерей собирался лично явиться в Шамордино и в своей карете вывезти старца. К нему обращались сестры с вопросами: «Батюшка! Как нам встречать Владыку?» Старец отвечал: «Не мы его, а он нас встречать будет!» «Что для владыки петь?» Старец сказал: «Мы ему “Аллилуиа” пропоем». И действительно, архиерей застал старца уже в гробу и вошел в церковь под пение «Аллилуиа».

Промыслительно и последние дни своей жизни старец провел в Шамординской обители. В последнее время он был очень слаб, но никому не верилось, что он может умереть, так он всем был нужен. «Батюшка ослабел. Батюшка захворал», — слышалось во всех концах монастыря. У старца сильно заболели уши и ослаб голос. «Это последнее испытание», — сказал он. Болезнь постепенно прогрессировала, к боли в ушах прибавилась еще боль в голове и во всем теле, но старец письменно отвечал на вопросы и понемногу принимал посетителей. Вскоре всем стало ясно, что старец умирает.

Видя, что старец совсем приблизился к исходу, о. Иосиф поспешил отправиться в скит, чтобы взять оттуда хранившиеся в келлии старца для его погребения вещи: мухояровую старую мантию, в которую он некогда был облачен при пострижении, и власяницу, да еще холщовую рубашку старца Макария, к которому батюшка о. Амвросий, как выше сказано, во всю свою жизнь питал глубокую преданность и уважение. В этой рубашке была собственноручная надпись старца Амвросия: «По смерти моей надеть на меня неотменно».

Как только кончили отходную, и старец начал кончаться. Лицо стало покрываться мертвенной бледностью. Дыхание становилось все короче и короче. Наконец, он сильно потянул в себя воздух. Минуты через две это повторилось. Затем Батюшка поднял правую руку, сложил ее для крестного знамения, донес ее до лба, потом на грудь, на правое плечо и, донеся до левого, сильно стукнул об левое плечо, видно потому, что это ему стояло страшного усилия, дыхание прекратилось. Потом он еще вздохнул в третий и последний раз. Было ровно половина 12-го часа дня 10 октября 1891 года.

Долго еще стояли окружающие одр мирно почившего старца, боясь нарушить торжественную минуту разлучения праведной души с телом. Все находились как бы в оцепенении, не веря себе и не понимая: что это — сон или правда. Но святая душа его уже отлетела в иной мер, дабы предстоять Престолу Всевышнего в сиянии той любви, которой он полон был на земле. Светел и покоен был его старческий лик. Неземная улыбка озаряла его. Сбылись слова прозорливого старца: «Вот, целый век свой я все на народе — так и умру».

От тела покойного вскоре стал ощущаться тяжелый мертвенный запах. Впрочем, об этом обстоятельстве давно еще он прямо говорил своему келейнику о. Иосифу. На вопрос же последнего, почему так, смиренный старец сказал: «Это мне за то, что в жизни я принял слишком много незаслуженной чести».

Но то дивно, что чем долее стояло в церкви тело почившего, тем менее стал ощущаться мертвенный запах. От множества народа, в продолжении нескольких суток почти не отходившего от гроба, в церкви была нестерпимая жара, которая должна была бы способствовать быстрому и сильному разложению тела, а вышло наоборот. В последний день отпевания старца от тела его уже стал ощущаться приятный запах, как бы от свежего меда.

Смерть старца была всероссийским горем, но для Оптиной и Шамордина и для всех духовных чад оно было безмерно.

Ко дню погребения скопилось в Шамордино до восьми тысяч народу. После литургии епископ Виталий в сослужении тридцати священнослужителей совершил чин отпевания. Семь часов продолжалось перенесение тела почившего старца. В течение всего этого времени свечи у гроба ни разу не погасли и даже не слышно было обычного треска, который бывает, когда капельки воды попадают на фитиль горящей свечи (шел сильный дождь). При жизни своей старец Амвросий был светильником, который в любых жизненных условиях ярко светил светом своих добродетелей истомившемуся от греховной жизни человечеству, и вот теперь, когда его не стало, Господь горением свечей в ненастную дождливую погоду засвидетельствовал всем еще раз о святости его жизни.

14 октября вечером гроб с телом почавшего старца был внесен в Оптинский монастырь, 15 октября по совершении литургии и панихиды гроб был поднят на руки священнослужителями и в преднесении святых икон и хоругвей погребальное шествие направилось к приготовленной могиле. Погребен был старец Амвросий рядом со своими предшественниками по старчеству о. Леонидом и о. Макарием. К лику святых угодников Божиих старец Амвросий был причислен на Поместном Соборе Русской Православной Церкви в 1988 году.

Живет старец Амвросия вечной жизнью, как получивший велие дерзновение ко Господу, и никогда не угаснет в народном сознании память об этом великом молитвеннике земли Русской.


http://www.diveevo.ru/2/0/1/2567/
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 77463

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #7 : 11 Июля 2017, 04:25:25 »

Церковь не может отделить себя от боли мира

Слово протоиерея Александра Шаргунова в день памяти преподобного Амвросия Оптинского



Мы приходим в храм Божий, потому что в мире существует грех и существует смерть. Сколько плача и горя во всем мире, сколько слез — наверное, больше, чем где бы то ни было, — во все времена, и особенно сегодня, в нашей многоскорбной России!

Среди Церкви всегда — воскресший и всем владычествующий Христос, первый вестник всеобщего благодатного дня Воскресения. Тем не менее и с этим чудом мы можем остаться подобными утешителям Иова. Хотя мир в горе и недоумении вопрошает: «Если есть Бог, то почему Он допускает такие страдания?» — это совсем не поиск теоретического ответа. Никакой ответ, как бы он ни был глубок и полон, не облегчит ничьей боли. Люди ищут исцеления — не просто знания. Наше сердце — там, где надежда на исцеление, на возвращение дорогого человека, который физически или духовно умер. Недостаточно сказать: «Страдания и смерть — наказание за грех». Божий ответ на главный вопрос неверия, вопрос зла — практического характера. Смысл его — сделать что-нибудь для человека, а не просто все объяснить ему. Своим служением исцеления и воскрешения мертвых Господь не одобряет пассивной сдачи перед фактом страданий. Чудеса, которые Он совершает, подчеркивают со всей силой, что страдания должны быть преодолены.

«Мне должно делать дела Пославшего Меня», — говорит Господь. И все же самое великое из этих дел Божиих было явлено в распятии, когда руки Спасителя, которыми Он исцелял и воскрешал, были пригвождены в бессилии, и Он Сам стал, сострадая тем, кто был рядом с Ним, жертвою. Бог не просто коснулся края наших страданий, но вошел в самую их сердцевину. Он дал ответ тем, кто был там в предельном отчаянии, и всем, кого задела смерть, явив самое полное с ними единство. И теперь Христос в человечестве Церкви снова и снова сходит в глубины ужаса и горя, чтобы быть там, где Его, как говорит слово Божие, братья и сестры терпят страдания, болезни и смерть. Эта Церковь, которая называется Телом Христовым, не может отделить себя от боли мира. Проповедь Христа распятого, таинство Его присутствия во тьме мира означают для нас возможность восполнить, как говорит апостол Павел, то, что не достает Христовым страданиям. И только такой проповедью мы можем приносить утешение.

Некий свет утешения приходит страждущим и от тех, кто, не зная Христа, стоит с ними рядом и хочет разделить их тяжесть. Это тоже немало, потому что первоначальный инстинкт падшего человека — отделить себя от несчастного и не подходить слишком близко к той тьме, которая может оказаться заразной и нарушить наше собственное благополучие. Однако тьма отступает только от света Христова, и по-настоящему утешить можно только утешением Утешителя. Наше присутствие там, где горе, должно соединиться с присутствием Христовым. Но это присутствие наше среди страданий мира необходимо, потому что только по мере того как умножаются у нас страдания Христовы, умножается у нас Его утешение.

Преподобный Амвросий Оптинский являет собой прежде всего этот образ истинного утешения. «Батюшка, помолитесь, чтобы мне успокаивать других!» — обращается к нему какая-то женщина. «Успокойся прежде сама, тогда и других будешь успокаивать». Среди общей холодности и равнодушия, при совершенном нежелании людей видеть и чувствовать дальше собственного существа труднее всего добиться, чтобы участие было не просто вежливым словом, а чтобы оно было подлинным, чтобы оно светилось во всяком звуке голоса, во всяком движении и чтобы оно было не только по отношению к самым близким людям, но к каждому попавшему в беду человеку. Самое великое и самое редкое сокровище в мире — сердце внимательное — обретается многими скорбями по дару Христа.

Преподобный Амвросий говорил: «Любовь противным искушается, чтобы иметь прочное основание». И это означает принять участие делом в скорби другого человека, а не заменить его душевным чувством, никогда не достигающим истинной Христовой глубины.

Нет иного утешения, кроме утешения Креста, и даже благодать Божия, призывающая к служению утешения, может быть иногда воспринята, как говорит апостол Павел, с превозношением. Утешительное чувство и наслаждение благодати, говорит преподобный Амвросий, может быть опасно и близко к прелести. Это может быть, по слову святого Исаака Сирина, желанием славы Креста прежде распятия плоти досадою Креста. Так, если земледелец, увидев цвет сочтет его за плод и сорвет его, то уже никогда плода не получит.

Однако ни один человек, говорит преподобный Амвросий, не должен остаться неутешенным: если сто человек успокоишь, а одного оскорбишь — все пропало. Даже Лев Толстой, до конца не желавший примириться с Церковью, отзывался так об о. Амвросии: «Вот когда с таким человеком говоришь, то чувствуешь близость Бога». Чтобы было понятнее, о чем идет у нас речь, приведем два примера из жизни преподобного. Одна молодая девушка с хорошим образованием, с хорошими стремлениями внезапно очень остро ощутила всю пустоту и бессмысленность жизни. Она приехала в Оптину и пошла к старцу. В келье шло всенощное бдение, было много народа. Во время молитвы, глядя на образ Божией Матери «Достойно есть», она как бы почувствовала в сердце ласку Самой Царицы Небесной и, не замечая сама, стала горько плакать. Вдруг из своей кельи выходит старец и с лицом, полным сострадательного участия, спрашивает: «Кто здесь так горько плачет?» Ему ответили: «Никто, батюшка, не плачет». «Нет, — повторил старец, — здесь плачет кто-то». С этого момента судьба девушки была решена: она просила старца принять ее в Шамордино. Ее мать приехала немедленно, чтобы «вырвать свою дочь», как она выразилась, «из этого ужасного монашеского плена». Со скорбью и упреками вошла она к батюшке. Старец предложил ей стул. Прошло несколько минут разговора, и огорченная мать невольно, не понимая сама, что с ней делается, встает со стула и опускается около старца на колени. Беседа длится. В скором времени с дочерью-монахиней соединяется и мать-монахиня.

В 1891 году, в год преставления преподобного, одна девушка, перелистывая журнал «Нива», увидала портрет о. Амвросия и заметку о том, что старец этот скончался в устроенной им Казанской женской общине. Несмотря на то, что изображение старца было довольно плохое, оно поразило молодую девушку. Взгляд его проницательных и бесконечно добрых глаз даже с картинки проник ей в душу, и она тут же почувствовала, что должна быть в обители, основанной этим старцем. В журнальной заметке ни о самом старце, ни об обители ничего особенного сказано не было, но в душе ее уже сложилось твердое решение. Вскоре она уехала в Оптину Пустынь, а оттуда в Шамордино, где и осталась навсегда.

И еще один случай. Лет тридцать назад, когда преподобный еще не был канонизирован, я причащал на дому умирающую старушку и увидел у нее на комоде большую фотографию отца Амвросия. Она сказала мне, что эта фотография чудотворная. Когда у нее было страшное горе, так что она не надеялась и выжить, она обратилась с отчаянной мольбой к старцу, и, как только перекрестилась, увидела в комнате на мгновение его живое, полное любви и сострадания лицо. После этого ей сразу стало легко, и она почувствовала полное успокоение.

«Утешайте, утешайте люди Мои», — говорит Господь. Дай нам Бог быть едиными до конца с неутешным горем России и молиться к нашим русским святым обо всех погибших за колючей проволокой концлагерей и на полях сражений, о убиенных невинно в октябрьской бойне 1993 года, о убиенных Оптинских иноках, обо всех, убиваемых ныне каждый день, хотя нет как будто у нас войны, о всех наших патриотах, погибших на войне в Новороссии, обо всех погибающих не только физической смертью, чтобы Церкви дана была власть сказать слово Христова утешения народу: «Не плачь». И тогда люди, может быть, с изумлением обернутся и скажут: «Бог посетил народ Свой. Никакие двери не остались для Него затворенными, никакой гроб не мог удержать Его, нет такой долины смерти, чтобы не было в ней Бога!»

Протоиерей Александр Шаргунов, настоятель храма свт. Николая в Пыжах, член Союза писателей России

http://ruskline.ru/news_rl/2017/07/10/cerkov_ne_mozhet_otdelit_sebya_ot_boli_mira/
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 9695


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #8 : 23 Октября 2018, 15:55:03 »


Солнце Оптиной пустыни

Памяти преподобного Амвросия Оптинского

Ольга Рожнёва


Сегодня мы празднуем день памяти преподобного Амвросия – ученика преподобных Льва и Макария, самого известного и прославленного из Оптинских старцев, который оказал огромное влияние на духовную жизнь всей России XIX века.



Преподобный Амвросий Оптинский
 

Преподобный Амвросий мог с каждым поговорить на его языке: помочь неграмотной крестьянке, которая жаловалась, что умирают индюшки и барыня может прогнать ее со двора; ответить на вопросы Ф.М. Достоевского и Л.Н. Толстого и других самых образованных людей того времени. «Всем бых вся, да всяко некия спасу» (1 Кор. 9: 22). Слова Старца были простыми, меткими, порой с добрым юмором:

«Мы должны жить на земле так, как колесо вертится: чуть одной точкой касается земли, а остальным стремится вверх; а мы как заляжем, так и встать не можем»;

«Где просто, там ангелов со сто, а где мудрено – там ни одного»;

«Отчего человек бывает плох? – Оттого, что забывает, что над ним Бог»;

«Кто мнит о себе, что имеет нечто, тот потеряет»;

«Жить проще – лучше всего. Голову не ломай. Молись Богу. Господь всё устроит, только живи проще. Не мучь себя, обдумывая, как и что сделать. Пусть будет – как случится. Это и есть жить проще»;

«Нужно жить – не тужить, никого не обижать, никому не досаждать, и всем мое почтение»; «Жить – не тужить, всем довольной быть. Тут и понимать-то нечего»;

«Если хочешь иметь любовь, то делай дела любви, хоть сначала и без любви».

А когда ему кто-то сказал: «Вы, батюшка, очень просто говорите», – Старец улыбнулся: «Да я двадцать лет этой простоты у Бога просил».

Преподобный Амвросий по данной ему благодати Божией исцелял множество больных и страждущих. К его молитвенной помощи и заступничеству прибегаем мы и сегодня: у мощей Старца происходят чудеса, люди исцеляются от многих, порой неизлечимых болезней.

Сохранилось множество свидетельств чудесной помощи преподобного Амвросия, из которых приоткрывается облик дивного утешителя народного.


Преподобный Амвросий Оптинский
   
Московская учительница госпожа М. П-а, урожденная княжна Да-я, имела к Старцу великую веру. Ее единственный сын был при смерти от брюшного тифа. Оторвавшись от него, она полетела в Оптину и умоляла батюшку помолиться о сыне. «Помолимтесь вместе», – сказал ей Старец, и оба стали рядом на колена. Чрез несколько дней мать вернулась к сыну, который встретил ее на ногах. В тот самый час, как Старец молился за него, наступила перемена, и выздоровление пошло быстро.

Опять эта госпожа, уже с выздоровевшим сыном, летом 1881 года была в Оптиной и прожила там более, чем думала. Ее муж, находившийся в южных губерниях, беспокоился о них и наконец назначил телеграммой день, когда за ними вышлет лошадей на станцию. М. П-а пошла проститься с батюшкой. Отец Амвросий, никогда и никого без особенной причины не задерживавший, объявил, что не благословляет ей ехать. Она стала доказывать, что не может больше жить в Оптиной, а он сказал: «Я не благословляю ехать сегодня. Завтра праздник, отстоите позднюю обедню – и тогда увидим».

    Старец задержал их еще на день. Потом они узнали, что с поездом, на котором хотели ехать, случилась Кукуевская катастрофа.

Она вернулась на гостиницу, где ожидавший ее сын был очень недоволен батюшкиным решением, тем более что не было никаких причин оставаться, но мать послушалась Старца. На следующий день батюшка сказал: «Теперь с Богом поезжайте». За Курском они узнали, что с поездом, который шел накануне и с которым они хотели было ехать, случилась Кукуевская катастрофа.


Исцеление от болезней

Государственная крестьянка с. Манаенок Лебедянского уезда Тамбовской губернии Анисия Ф. Монаенкова имела такую сильную боль в пояснице и нижней части живота, что не могла ни ходить, ни лежать. Медицинские средства не помогали. По освидетельствовании больной акушерками признано было, что у нее внутри язва. Почему и советовали ей ехать в Москву для операции, если только она желает остаться в живых. Но она предварительно приехала к старцу Амвросию, чтобы получить от него благословение на эту поездку, и скоро была им принята. «Дурка! – сказал Старец. – Зачем в Москву? Я травки дам». Вскорости выслал он ей с одним монахом травы. Стала она пить ее, и болезнь прекратилась.

***

В бытность летом 1898 года Оптинского иеромонаха отца Венедикта в Калужской Тихоновой пустыни дворянка Данковского уезда Рязанской губернии девица Марья Тимофеевна Турчанинова передала ему записку, в которой ею объяснено, что с самого детства страдала она кровотечением из носа, но в 1890 году исцелена была старцем отцом Амвросием.

«Ну что, ловко?»

    Старец весело спросил: «Ну что, ловко?» – «Ловко, батюшка, – отвечал монах при общем смехе, – да уж больно очень».

Преподобный Амвросий любил иногда прикрыть свою чудесную помощь шутливым словом или движением, чтобы таким образом отвлечь несколько в сторону внимание свидетелей. Пришел, например, к Старцу один монах с ужасною зубною болью. Проходя мимо него, Старец ударил его из всей силы кулаком в зубы и еще весело спросил: «Ну что, ловко?» – «Ловко, батюшка, – отвечал монах при общем смехе, – да уж больно очень». Но выходя от Старца, он почувствовал, что боль его прошла, да и после уж не возвращалась.

Крестьянки очень хорошо подметили эту черту отца Амвросия, и те из них, кто страдал головными болями, приходя к нему, просили его: «Батюшка Абросим, побей меня – у меня голова болит».

***

Были еще более удивительные случаи. Не выезжая никуда по болезненности из обители, старец Амвросий в то же время являлся за сотни верст людям, которые никогда его не видали и даже не слыхали о нем, и при этом или предостерегал их от какой-либо опасности, или давал больным наставление, как избавиться от болезни, или тут же исцелял.

Рассказ скитского иеромонаха отца Венедикта

«Г-жа А.Д. Карбоньер была тяжко больна и лежала на одре несколько дней, не вставая. В одно время она увидела, что старец Амвросий входит в ее комнату, подходит к постели, берет ее за руку и говорит: “Вставай, полно тебе болеть!” И потом в виду ее скрылся. Она в то же время почувствовала себя настолько крепкою, что встала от болезненного одра своего и на другой день отправилась пешком из города Козельска в Шамордино (где проживал тогда батюшка) поблагодарить его за исцеление. Батюшка ее принял, но разглашать об этом до кончины своей не благословил».

Рассказ Анисьи Андреевны Шишковой

«В 1877 году я очень хворала почти год сильною горловою болезнью вследствие давнишней простуды на вершине снеговых Пиренейских гор, едва могла глотать одну жидкую пищу. Жила я тогда в деревне и лечилась. Доктора, видя, что болезнь моя усиливается, посоветовали мне ехать в Москву, созвать консилиум и жить за границей в теплом климате.

В это время в соседний женский Троекуровский монастырь приехала госпожа Ключарева, жившая со своими внучками при Оптиной пустыни, где вблизи у нее было свое имение. Узнав, что я так хвораю, она предложила монахиням того монастыря передать мне ее совет – обратиться к Оптинскому старцу отцу Амвросию письменно и просить его молитв, ибо знала всю чудодейственную силу их. Сначала я не обратила внимания на эти слова. Но, видя ухудшение своего болезненного состояния, решилась написать Старцу (хотя и не знала его), прося его молитв за меня, болящую.

Батюшка скоро мне ответил: “Приезжай в Оптину, ничтоже сумнясь, только отслужи молебен Спасителю, Божией Матери, святому мученику Иоанну-воину и святителю Николаю Чудотворцу”. Предложение поехать в Оптину меня сильно устрашило, ибо я знала, какой трудный и длинный путь предстояло мне совершить, между тем как от истощения сил я не могла вставать. “Как я поеду?” – думалось мне. Но слова подчеркнутые “Ничтоже сумнясь” подкрепили мой дух и мои силы, и я, несмотря на просьбу детей не ехать и на убеждение доктора, пригласила священника, отслужила молебен и на другой же день поехала тихонько в карете до Ефремова, оттуда по железной дороге до города Калуги, а там на лошадях в Оптину пустынь. Везде, конечно, долго отдыхала по случаю сильной слабости и утомления.

    «Не я исцеляю, а Царица Небесная. Молитесь Ей», – говорил Старец.

По приезде в Оптину я просила узнать у батюшки в скиту, когда могу к нему приехать. Он приказал мне сказать, чтобы я сейчас отдыхала, а на другой день пошла бы к обедне и оттуда к нему. Едва могла я ходить, но всё это я исполнила за молитвы Старца, видимо подкрепившего меня. Когда я взошла к батюшке в комнату с госпожою Ключаревой, она, вставши перед ним на колени, начала со слезами просить: “Батюшка! Исцелите ее, как вы умеете исцелять”. Сильно Старец разгневался на эти слова и приказал госпоже Ключаревой немедленно удалиться. Мне же сказал: “Не я исцеляю, а Царица Небесная; обратись и помолись Ей”. В углу комнаты висел образ Пресвятой Богородицы. Потом он спросил, где болит горло. Я показала правую сторону оного. Старец с молитвою три раза перекрестил больное место. Тут же как будто некую бодрость я получила. Приняв благословение у батюшки и поблагодарив его за милостивый прием, я удалилась.

Прихожу в гостиницу, где меня ожидал муж и одна знакомая дама В.Д. Мусина- Пушкина. При них-то я попробовала проглотить кусочек хлеба, чтобы удостовериться, лучше ли мне стало за молитвами Старца. Прежде я не могла глотать ничего твердого. И вдруг – какая же была моя радость! – я без боли, очень легко могла всё есть, и до сих пор ни разу боль не возвращалась – вот уже прошло тому пятнадцать лет».

Рассказ Варвары Дмитриевны Мусиной-Пушкиной


Преподобный Амвросий Оптинский

«Позволяю себе изложить, как умею, рассказ о благодеянии Божием, оказанном моему сыну по святым молитвам досточтимого старца Оптиной пустыни отца Амвросия, которое вспоминаю с глубоким чувством умиления и благодарности к почившему любвеобильному молитвеннику. 27 мая 1878 года 14-летний сын наш Дмитрий заболел непонятным для нас недугом: страданием уха, головы и челюстей, с сильною течью из правого уха и жаром, доходившим по временам до 40 градусов. При этом он лишился слуха. Ночью он стонал, кричал от боли и бредил. Его сон был беспокойный, прерывистый, но часто ночи проходили совсем без сна. Мы приписывали эти страдания внутреннему нарыву в ухе и очень боялись последствий.

Приглашенный доктор – специалист по ушным болезням господин Беляев – по тщательном осмотре больного объявил нам, что у нашего сына очень серьезный случай ушного катара, происшедшего вследствие воспаления среднего уха, и что этот упорный катар произвел прободение барабанной перепонки. Эта болезнь признается неизлечимою. Доктор Беляев, между прочим, стал нас утешать, говоря, что надежда есть на молодые годы больного, что в этой болезни необходимо большое терпение, что в отдаленном будущем можно надеяться на поправку и прочее. Присутствие же нарыва он положительно отрицал. После двух недель то усиливающихся, то ослабевающих страданий доктор посоветовал нам перевезти нашего сына в деревню на чистый воздух, так как у больного явилось сильное малокровие, страшная бледность и упадок сил; отсутствие аппетита было тоже чрезмерное; отсюда недовольство и раздражительность.

Повинуясь совету врача, мы бережно перевезли сына в деревню (в Можайском уезде Московской губернии), надеясь на благотворное влияние перемены воздуха. В самый день приезда страдания больного до того усилились, что лицо его искажалось, глаза с трудом открывались и очень часто мучительные крики стали раздаваться по всему дому. Хотя первоначального жара, появлявшегося в Москве часто и периодически, почти не повторялось, но страдания и слабость с каждым днем усиливались так, что больному трудно было приподнимать голову с подушки, и малейший шум или даже звук причинял ему крайние страдания. Вообще состояние его казалось безнадежным, но Господь велик и милостив.

24 июня мой муж приехал из Москвы в деревню и предложил мне ехать всей семьей помолиться и поговеть в Оптину пустынь и там попросить благословения и святых молитв старца отца Амвросия. Уезжая, мы поручили больного сына попечению учителя и старой няни, которые оба его любили и в которых мы были уверены.

Приехав 26 июня в Оптину пустынь, муж мой, две дочери, племянник, воспитанница наша, горничная и я – все мы отправились в скит к отцу Амвросию и передали батюшке о состоянии нашего больного сына, переносившего нестерпимые муки, и просили его святых молитв о болящем. Батюшка спокойно ответил нам, приветливо улыбаясь: “Ничего-ничего – успокойтесь, всё пройдет; молитесь только Богу”.

    Старец подкреплял нас словами: «Молитва родителей доходна до Бога: веруйте только в Его милосердие».

Каждый день мы стали посещать отца Амвросия, и батюшка был настолько милостив, что беседовал с нами подолгу и тем подкреплял нас всех, говоря, что “молитва родителей доходна до Бога: веруйте только в Его милосердие и молитесь, а Господь вас утешит”. Мы говорили ему, что не надеемся на свои грешные молитвы, а уповаем на его ходатайство и святые молитвы. Он дал нам понять, что Господь нас обрадует.

По совету и благословению Старца мы пробыли в Оптине еще три дня, чтобы поговеть. Исповедь у него оставила в нас глубокое впечатление. Отговев и причастившись Святых Христовых Таин в самый день памяти святых апостолов Петра и Павла, мы еще были у батюшки и опять, по его благословению, остались еще на три дня, несмотря на то, что получали об сыне неудовлетворительные известия. Батюшка каждый день повторял: “Не беспокойтесь, Господь вас утешит, веруйте только в Его милосердие”.

1 июля, получив известие об сыне, что его невыносимо болезненное состояние ухудшается с каждым днем и что, по-видимому, надо ожидать близкого конца, мы решились не медля, приняв благословение отца Амвросия, тотчас пуститься в обратный путь. Но батюшка благословил нас выехать только на другой день. 2 июля тотчас после ранней обедни, в 9 часов утра мы все пришли к Старцу. Он всех нас благословил с лаской и напутственным словом и, обращаясь к моему мужу и ко мне, сказал: “Не беспокойтесь и не огорчайтесь, поезжайте с миром: надейтесь на милосердие Божие, и вы будете утешены. Молитесь Богу, молитесь Богу! Вы будете обрадованы”. Потом он мне подал два небольшие креста, надетые на пояски с вытканными на них молитвами: одна – святому Тихону Задонскому, а другая – святителю Николаю Чудотворцу, – для меня и для нашего сына, со словами: “Передай сыну мое благословение”. Уходя, мы еще раз усердно просили его молитв. “Хорошо-хорошо, – отвечал он поспешно и тотчас прибавил: – и вы молитесь Богу”. Благословивши всех, он нас отпустил.

Чрез час мы пустились в обратный путь домой к сыну. На станцию (в десяти верстах от имения) мы прибыли 3 июля, в 4 часа утра. Кучера, ожидавшие нас с экипажами, передали нам, что страдания нашего сына с нашего отъезда всё усиливались и состояние его здоровья ухудшалось с каждым днем, особенно 2 июля он страдал невыносимо, и крики его раздирали душу каждого, до кого они доносились. Сна не было целый день, так же как и две предыдущие ночи, и силы больного совсем упали. Учитель и няня собирались уже послать в Москву за доктором, когда получена была наша телеграмма о нашем возвращении из Оптиной.


(Окончание следует)
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 9695


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #9 : 23 Октября 2018, 15:55:21 »

(Окончание)


С невыразимым трепетом и сердечной тоской мы поехали со станции. Я бессознательно относилась к окружающему. Внутри у меня как-то всё замерло, какое-то страшное чувство стало закрадываться в душу и овладело мною. Мне не верилось, что ему может быть хуже, а вместе с тем я боялась, что он умрет, что таким образом прекратятся его мучительные страдания и что к этому относились слова батюшки: “Всё пройдет”.

Вдруг, не доезжая двух верст до нашего имения, мысли мои были прерваны внезапной остановкой нашего экипажа. Воспитатель нашего сына на всем скаку подъезжал к нам, и в эту минуту я подумала, что, верно, всё кончено и его уже нет на свете… Но воспитатель Г.М., которому больной наш был поручен, объявил нам с необычной радостью, что с больным нашим сыном произошел какой-то необыкновенный случай или кризис (так он назвал) и что он в настоящее время совершенно здоров. “Здоров?” – Ушам не верилось. – “Да, – повторил он, – слава Богу, Дмитрий совершенно здоров”.

    Умирающий мальчик, изнуренный и разбитый, заснул вдруг крепким сном – и сон его был тих и покоен.

В коротких словах он передал нам, как чудесное выздоровление совершилось. После мучительных проведенных суток (2 июля) умирающий мальчик, изнуренный и разбитый, заснул вдруг крепким сном – в 11 часов ночи (со 2 на 3 июля), и сон его был тих и покоен. Таким образом он проспал до четырех с половиною часов утра (3 июля). Когда он проснулся, то был совершенно здоров, бодр и силен. Течь из уха прекратилась, и слух вернулся, осталась только бледность. “Теперь он встает, – прибавил в заключение воспитатель, – и одевается, хочет вас встретить на ногах. Он так рад, что вы вернулись!”

Трудно передать то, что мы почувствовали при этом известии. Слезы радости и глубокой благодарности к Господу текли из глаз наших. В душе мы горячо славили и благодарили Бога и любвеобильного молитвенника отца Амвросия. Всё прошедшее вспомнилось нам: все ужасные страдания нашего сына в продолжение пяти недель, его страшное изнеможение, его невозможность не только одеваться и вставать с постели, но и поднимать даже голову с подушки; потеря слуха, бессонные ночи, стоны и болезненные крики и, наконец, наше мучительное беспокойство о его жизни и в крайнем случае о потере для него образования и возможности чем бы то ни было заниматься; и тут же пришли нам на память утешительные слова отца и благодетеля нашего. Невыразимая благодарность, горячая признательность наполняли наши сердца. То не были простые чувства, но они были смешаны с неизъяснимым духовным восторгом. Мы спешили домой. Мы не ехали, а летели.

Когда мы вошли в залу нашего дома, дверь Митиной комнаты отворилась, и на пороге ее явился еще страшно бледный, но здоровый и веселый сын наш. Голова его была еще укутана белыми платками. В эту минуту он напоминал собою воскресшего Лазаря. Он радостно бросился нас обнимать, и обоюдным расспросам не было конца. Я передала ему привезенный мною крест, присланный ему отцом Амвросием, и Митя приложился к нему и надел на себя с благоговением. С этого дня силы его более и более укреплялись, аппетит вернулся, течь из уха более не возвращалась и слух стал одинаково хорош на оба уха.

Чрез неделю он уже мог приняться за умственные занятия и ездил верхом; стал готовиться к экзамену, который после болезни был отложен до августа. В начале августа сын наш выдержал отлично экзамен (в пятый класс военной гимназии). А 25 того же месяца мы отправились с ним в Оптинскую обитель и были с ним у Старца – дорогого отца Амвросия, который сына моего обласкал и несколько раз принимал в свою келью.

В этом же году мы пригласили докторов на консилиум, и господин Беляев после долгого осмотра нашего сына не мог определить, в каком именно ухе было прободение барабанной перепонки, и только после того, как мы указали ему правое ухо, он заметил небольшой рубец и должен был признать это дело сверхъестественным. Вот совершенно истинная, хотя, может быть, неумелая передача чудесного события, совершившегося в нашей семье по молитвам любвеобильного дорогого Старца Оптиной пустыни, родного батюшки, отца Амвросия, память о котором никогда не изгладится из наших признательных сердец».

***


Преподобный Амвросий Оптинский

Преподобный Амвросий своими святыми молитвами избавлял некоторых и от разных худых и пагубных привычек.

Рассказ монаха Оптиной пустыни Порфирия

«Однажды приехал к Старцу крестьянин Тульской губернии, который страдал от пьянства, и так как не мог отстать от этой пагубной привычки, то хотел несколько раз наложить на себя руки. Пришел он к батюшке, а говорить ничего не может. Но Старец сам в обличение сказал ему, что он страдает от винопития за то, что, еще будучи мальчиком, крал деньги у дедушки, который был церковным старостою, и на эти деньги покупал вино. Дал ему травки, чтобы пил дома. Крестьянина этого я знаю; он от запойства избавился и до сих пор жив и здоров».

Избавление от страсти табакокурения

Петербургский житель Алексей Степанович Маиоров, чрезмерно пристрастясь к курению табаку, чувствовал от этого вред для своего здоровья. Когда советы петербургских его друзей против этой страсти оказались безуспешными, тогда он письменно обратился к старцу Амвросию, прося заочно у него совета, как бы отстать от этой страсти.

В ответ на эту просьбу Старец прислал Маиорову письмо от 12 октября 1888 года, в котором было написано следующее:

«Пишете, что не можете оставить табак курить. Невозможное от человек – возможно при помощи Божией, только стоит твердо решиться оставить, сознавая от него вред для души и тела, так как табак расслабляет душу, умножает и усиливает страсти, омрачает разум и разрушает телесное здоровье медленной смертью. Раздражительность и тоска – это следствие болезненности души от табакокурения.

Советую вам употребить против этой страсти духовное врачество: подробно исповедайтесь во всех грехах с семи лет и за всю жизнь и причаститесь Святых Таин и читайте ежедневно стоя Евангелие по главе или более; а когда нападет тоска, тогда читайте опять, пока не пройдет тоска; опять нападет – и опять читайте Евангелие. Или вместо этого кладите наедине по 33 больших поклона – в память земной жизни Спасителя и в честь Святой Троицы».

Получив с почты письмо, Алексей Степанович прочитал его и закурил папироску, как объяснял о сем в особой своеручной записке, но вдруг почувствовал сильную боль в голове, а вместе и отвращение к табачному дыму, и ночью не курил. На другой день принимался по привычке, но уже машинально закурить папироску четыре раза, а дым глотать не мог от сильной боли в голове. И отстал от курения легко, между тем как в предшествовавшие два года, как ни принуждал себя отвыкнуть от курения, не мог, и хотя сделался болен, но все-таки курил по 75 раз в день.

«Вот тогда-то, когда стал чувствовать свою болезнь и познал свое бессилие к искоренению этой страсти, обратился я, – пишет Маиоров, – заочно, по совету добрых людей, к старцу отцу Амвросию с искренним раскаянием и просьбой его молитв обо мне. Затем, когда я приехал к нему, чтобы лично его благодарить, он коснулся палочкою больной головы моей, и я с тех пор боли в голове не чувствую никакой».

Рассказ Оптинского монаха отца Памво

«Однажды летом пришлось мне быть в Калуге. На возвратном пути в Оптину пустынь догнал меня священник с женою и мальчик лет одиннадцати. Разговорившись про батюшку отца Амвросия, священник отец Иоанн сказал, что приход его недалеко от станции Подборок, в селе Алопове, и что мальчик этот, его сын, рожден по святым молитвам старца отца Амвросия. Жена священника подтвердила слова мужа. “Истинная правда, – сказала она мне. – У нас деток не было. Мы скучали и часто приезжали к батюшке, который нас утешал, говоря, что он молится за нас Господу Богу. У нас и родился вот этот самый мальчик. Кроме него у нас детей нет”.

Священник рассказал при этом следующее: “В одно время заболел у нашего сына глаз. Поехали мы с женой и с ним в Козельск к доктору, но предварительно заехали в Оптину и пришли к отцу Амвросию. Старец, благословив мальчика, начал слегка ударять по больному глазу. У меня волос дыбом встал из опасения, что Старец повредит мальчику глаз. Мать заплакала. И что же оказалось? Приходим мы от Старца в гостиницу, и мальчик заявляет нам, что глазу его лучше, и боль в нем утишилась, а затем и совсем прошла. Поблагодарив батюшку, мы возвратились домой, славя и благодаря Бога”».

Разрешение от неплодства. Рассказ иеромонаха отца Леонтия

«Ливенский купец Сергей Мартинович Абрашин, проживающий в селе Плохове Калужской губернии Жиздринского уезда, женат был вторым браком. От второй жены у него было десять человек детей, но все они умирали в младенческом возрасте. Некоторые только доживали до году, а остальные умирали, проживши несколько месяцев. Со скорбью своей жена Абрашина (моя родная сестра) Марья ездила к батюшке отцу Амвросию. Однажды как-то Старец призвал меня к себе и говорит: “Вот сестра твоя всё скорбит, что у нее дети умирают. На вот тебе икону, пошли ей”. Это было 5 февраля, года в точности не упомню. На иконе было изображение Божией Матери “Взыскание погибших” (празднуется 5 февраля). Поблагодаривши батюшку, я взял подаренную им икону и послал сестре, описавши, по какому случаю посылается ей эта икона. У сестры вскоре затем родилась дочь, которую она назвала Пелагиею. Летом того же года сестра моя приезжала к Старцу благодарить его и привезла новорожденную. После сего она ежегодно приезжала в Оптину для принятия благословения у Старца.

Когда исполнилось Пелагии 16 лет, по благословению Старца она была отдана замуж за белевского купца В.Н. Рыбакова. Оба они живы до сих пор и живут счастливо, имеют двоих детей. Нужно заметить при этом, что у Пелагии в течение первых четырех лет по выходе замуж не было детей. Скорбела она об этом и приезжала по этому случаю к Старцу, который всегда обнадеживал ее, что дети у нее будут. Действительно, чрез четыре года родился у нее сын, которого она в честь Старца назвала Амвросием, а затем родилась дочь, названная Марией. Дети живы и в настоящее время».

Преподобне отче Амвросие, моли Бога о нас!


http://www.pravoslavie.ru/74514.html
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 9695


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #10 : 10 Июля 2019, 01:56:02 »


Преподобный Амвросий Оптинский

В истории нашей страны, как и в мировой истории, есть святые, являющиеся как бы «верстовыми столбами» на пути к Всевышнему. Одним из таких праведников был преподобный Амвросий Оптинский.



Преподобный Амвросий Оптинский

Будущий великий оптинский старец иеросхимонах Амвросий родился 4 декабря 1812 года в селе Большая Липовица Тамбовской губернии в многодетной семье пономаря Михаила Федоровича Гренкова и его жены Марфы Николаевны. В 12 лет Сашу (так его звали) отдали в первый класс Тамбовского духовного училища, по окончании которого в 1830 году он поступил в Тамбовскую духовную семинарию. Через шесть лет учеба была успешно окончена, но Александр не стал поступать в духовную академию. Не стал он и священником. Некоторое время он был домашним учителем в одной помещичьей семье, а затем преподавателем Липецкого духовного училища.

В 27-летнем возрасте, мучаясь укорами совести о невыполненном им обете, данном Богу в последнем классе семинарии — постричься в монахи, если выздоровеет от тяжелой болезни, — Александр Михайлович тайно, даже не спросив разрешения епархиального начальства, бежит в Оптину Пустынь, бывшую тогда «огненным столпом во мраке окружающей ночи, который привлекал к себе всех мало-мальских ищущих света».

По преданию, эту обитель, находившуюся в трех верстах от города Козельска, и окруженную с трех сторон непроходимыми девственными лесами, а с четвертой — речкой Жиздрой, основал раскаявшийся разбойник по имени Опта, сподвижник атамана Кудеяра. В основу жизни обители было положено неукоснительное соблюдение трех правил: строгая иноческая жизнь, сохранение нищеты и стремление всегда и во всем проводить правду, при полном отсутствии какого-либо лицеприятия. Насельники были великими подвижниками и молитвенниками за православную Русь. Александр Михайлович застал при жизни, можно сказать, самый цвет ее монашества, таких столпов, как игумен Моисей, старцы Лев и Макарий.

В апреле 1840 года, практически через год после прибытия, Александр Михайлович Гренков принял монашество. Он активно включился в будничную жизнь обители: варил дрожжи, пек булки, целый год был помощником повара. Через два года он был пострижен в мантию и наречен Амвросием. Через пять лет жизни в Оптиной Пустыни, в 1845 году, 33-летний Амвросий стал уже иеромонахом.

Здоровье его в эти годы сильно пошатнулось, и в 1846 году он был вынужден выйти за штат, будучи неспособным к выполнению послушаний, и стал числиться на иждивении обители. Вскоре состояние его здоровья стало угрожающим, ждали конца, и по древнерусскому обычаю отец Амвросий был пострижен в схиму. Но неисповедимы пути Господни: через два года неожиданно для многих больной стал поправляться. Как говорил впоследствии он сам: «В монастыре болеющие скоро не умирают, пока болезнь не принесет им настоящую пользу».


прп. Лев Оптинский

Не только телесными немощами воспитывал Господь в эти годы дух будущего великого старца. Особенно важным для него было общение со старцами Львом и Макарием, которые, провидя в Амвросии избранный сосуд Божий, говорили про него не иначе как: «Амвросий будет великий человек». Прислушиваясь к мудрым наставлениям старца Льва, он в то же время очень привязался к старцу Макарию, часто беседовал с ним, открывая ему свою душу и получая важные для себя советы, помогал ему в деле издания духовных книг. Молодой подвижник, наконец, нашел то, чего давно жаждала его душа. Он писал друзьям о духовном счастье, которое открылось для него в Оптиной Пустыни.


прп. Макарий Оптинский

«Как на вершине горы сходятся все пути, ведущие туда, так и в Оптиной — этой духовной вершине — сошлись и высший духовный подвиг внутреннего делания, и служение миру во всей полноте, как его духовных, так и житейских нужд». К старцам в Оптину шли за утешением, исцелением, за советом… К ним шли те, кто запутался в своих житейских обстоятельствах или в философских исканиях, туда стремился тот, кто жаждал высшей правды, в этом «источнике живой воды» всякий утолял свою жажду. Выдающиеся мыслители эпохи, философы, писатели не раз и не два были там: Гоголь, Алексей и Лев Толстые, Достоевский, Владимир Соловьев, Леонтьев… — всех не перечесть. Ведь для русского человека старец — это человек, посланный Самим Богом. По словам Ф. М. Достоевского, «для души русского человека, измученной трудом и горем, а главное, всегдашней несправедливостью и всегдашним грехом, как своим, так и мировым, нет сильнее потребности и утешения, как обрести святыню или святого, пасть перед ним и поклониться ему. Если у нас грех, неправда и искушение, то все равно, есть на земле там-то, где-то святой и высший — у него, зато, правда. Значит, не умирает она на земле, а стало быть, когда-нибудь и к нам придет и воцарится по всей земле, как обещано».

Именно Амвросию Божиим Промыслом полагалось стать одним из звеньев в ряду 14 оптинских старцев: после смерти старца Макария он стал на его место и в течение 30 лет окормлял страждущие души.


Келия прп.Амвросия Оптинского

Старец Амвросий появился в Оптиной Пустыни и приковал к себе внимание исключительно интеллигентных кругов в тот момент, когда эта интеллигенция была охвачена западной философской мыслью. Бывший ранее сам душой общества, любивший все светское (он хорошо пел и танцевал), для которого «монастырь был синонимом могилы», он лучше чем кто-либо другой понимал духовные искания интеллигенции и самой своей жизнью свидетельствовал, что избранный им путь есть идеал того счастья, к которому должны все стремиться.

Недаром сказано: «Сила Божия в немощи совершается». Несмотря на свои телесные страдания, приковывавшие его почти всегда к постели, старец Амвросий, к тому времени уже обладавший целым рядом духовных даров — прозрения, исцеления, дара духовного назидания и прочее — принимал ежедневно толпы людей и отвечал на десятки писем. Такой гигантский труд не мог быть осуществим никакими человеческими силами, здесь явно присутствовала животворящая Божественная благодать.

Среди духовных благодатных дарований старца Амвросия, привлекавших к нему многие тысячи людей, следует в первую очередь упомянуть о прозорливости: он глубоко проникал в душу своего собеседника и читал в ней как в раскрытой книге, не нуждаясь в его признаниях. А благотворительность была просто его потребностью: старец Амвросий щедро раздавал милостыню и самолично заботился о вдовах, сиротах, больных и страждущих.


Шамордино, Казанская Свято-Амвросиевская пустынь

В последние годы жизни старца в 12 верстах от Оптиной Пустыни, в деревне Шамордино, по его благословению была устроена женская Казанская Пустынь. Строй обители, ее порядки — все установил сам старец Амвросий, многих сестер обители он собственноручно постригал в иночество. К 90-м годам XIX века число инокинь в ней достигало тысячи. Здесь же были детский приют, школа, богадельня и больница.

Именно в Шамордино суждено было старцу Амвросию встретить час своей кончины — в октябре 1891 года, на 79-м году жизни.


Поучения и афоризмы старца Амвросия:

    * Мы должны жить так, как колесо вертится - чуть одной точкой касаться земли, а остальным стремиться вверх.

    * Отчего человек бывает плох? Оттого, что забывает, что над ним Бог!

    * Если делаешь добро, то должно его делать только лишь для Бога, почему на неблагодарность людей не должно обращать никакого внимания.

    * Правда груба, да Богу люба.

    * Жить - не тужить, никого не осуждать, никому не досаждать, и всем - мое почтение.

    * Кто нас корит, тот нам дарит. А кто хвалит, тот у нас крадет.

    * Нужно жить нелицемерно, и вести себя примерно, тогда наше дело будет верно, а иначе выйдет скверно.

    * Лицемерие хуже неверия.

    * Не смиряешься, оттого и не имеешь покоя.

    * Самолюбие наше - корень всему злу.



Ольга Глаголева





***





Некоторые изречения и наставления прп.Амвросия Оптинского:

• Три степени для спасения. Сказано у св. Иоанна Златоуста: а) не грешить, б) согрешивши каяться, в) кто плохо кается, тому терпеть находящие скорби.

• Спасение наше должно содеваться между страхом и надеждою. Никому ни в каком случае не должно предаваться отчаянию, но не следует и надеяться чрезмерно.

• Отчего люди грешат? Или оттого, что не знают, что должно делать и чего избегать; или, если знают, то забывают; если же не забывают, то ленятся, унывают.

• Это три исполина – уныние или леность, забвение и неведение – от которых связан весь род человеческий нерушимыми узами. А за тем уже следует нерадение со всем сонмищем злых страстей.

• Грехи как грецкие орехи – скорлупу расколешь, а зерно выковырять трудно.

Страх Божий есть начало очищения совести.

• Креста для человека (т.е. очистительных страданий душевных и телесных) Бог не творит. И как ни тяжек бывает у иного человека крест, который несет он в жизни, а все же дерево, из которого он сделан, всегда вырастает на почве его сердца.

• Когда человек идет прямым путем, для него и креста нет. Но, когда отступит от него, и начнет бросаться то в ту, то в другую сторону, вот тогда являются разные обстоятельства, которые и толкают его опять на прямой путь. Эти толчки и составляют для человека крест. Они бывают, конечно, разные, кому какие нужны.

• Смирение состоит в том, чтобы уступать другим и считать себя хуже всех. Это гораздо покойнее будет.

• Кто уступает, тот больше приобретает.

• Смиряйся, и все дела твои пойдут.

• Скука унынию внука, а лени дочь. Чтобы отогнать ее прочь, в деле потрудись, в молитве не ленись; тогда и скука пройдет и усердие придет. А если к сему терпения и смирения прибавишь, то от многих зол себя избавишь.

• Тщеславие и гордость - одно и тоже. Тщеславие выказывает свои дела, чтобы люди видели, как ходишь, как ловко делаешь. А гордость после этого начинает презирать всех. Как червяк сперва ползает, изгибается, так и тщеславие. А когда вырастут у него крылья, возлетает наверх, так и гордость.

• Благое говорить – серебро рассыпать, а благоразумное молчание – золото.

• Неисполненное обещание все равно, что хорошее дерево без плода.

• Где просто, там ангелов со сто; а где мудрено, там ни одного.

• Не надо верить приметам, и не будут исполняться.


Православие.Ru
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 9695


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #11 : 23 Октября 2019, 01:25:59 »


Преподобный Амвросий Оптинский




Во Введенском храме Оптиной Пустыни находится рака с мощами преподобного Амвросия, старца Оптинского — человека, который оказал огромное влияние на духовную жизнь всей России XIX века. К его молитвенной помощи и заступничеству прибегаем мы и сегодня. У мощей старца происходят чудеса, люди исцеляются от многих, порой неизлечимых болезней.

Преподобный Амвросий не был епископом, архимандритом, не был даже игуменом, он был простым иеромонахом. Будучи смертельно болен он принял схиму, и стал иеросхимонахом. В этом чине он и умер. Для любителей карьерной лестницы это может быть непонятно: как же так, такой великий старец — и просто иеромонах?

О смирении святых очень хорошо сказал митрополит Московский Филарет. Был он однажды на богослужении в Троице-Сергиевой Лавре, где в то время присутствовало множество архиереев и архимандритов, к которым принято обращаться: «Ваше Высокопреосвященство, Ваше Высокопреподобие». И тогда перед мощами отца нашего Сергия Радонежского митрополит Филарет сказал: «Вот всё вокруг слышу Ваше Высокопреосвященство, Ваше Высокопреподобие, один ты, отче, просто преподобный».

Вот таким и был Амвросий, старец Оптинский. Он мог с каждым поговорить на его языке: помочь неграмотной крестьянке, которая жаловалась, что умирают индюшки, и барыня прогонит её со двора. Ответить на вопросы Ф. М. Достоевского и Л. Н. Толстого и других, самых образованных людей того времени. «Всем бых вся, да всяко некия спасу» (1 Кор. 9, 22). Слова его были простыми, меткими, порой с добрым юмором:

«Мы должны жить на земле так, как колесо вертится, чуть одной точкой касается земли, а остальным стремится вверх; а мы, как заляжем, так и встать не можем». «Где просто, там ангелов со сто, а где мудрено — там ни одного». «Не хвались горох, что ты лучше бобов, размокнешь — сам лопнешь». «Отчего человек бывает плох? — Оттого, что забывает, что над ним Бог». «Кто мнит о себе, что имеет нечто, тот потеряет». «Жить проще — лучше всего. Голову не ломай. Молись Богу. Господь всё устроит, только живи проще. Не мучь себя, обдумывая, как и что сделать. Пусть будет — как случится, — это и есть жить проще». «Нужно жить, не тужить, никого не обижать, никому не досаждать, и всем моё почтение». «Жить — не тужить — всем довольной быть. Тут и понимать-то нечего». «Если хочешь иметь любовь, то делай дела любви, хоть сначала и без любви».

А когда ему кто-то сказал: «Вы, батюшка, очень просто говорите», старец улыбнулся: «Да я двадцать лет этой простоты у Бога просил».

Преподобный Амвросий был третьим по счету Оптинским старцем, учеником преподобных Льва и Макария, и самым известным и прославленным из всех Оптинских старцев. Именно он стал прототипом старца Зосимы из романа «Братья Карамазовы» и духовным наставником всей православной России. Каким был его жизненный путь?

Когда говорится о судьбах, обычно имеется в виду видимое течение человеческой жизни. Но нельзя забывать о душевной драме, которая всегда важнее, насыщеннее и глубже внешней жизни человека. Святой Василий Великий дал человеку определение такими словами: «Человек — невидимое существо». В высшей степени это относится к духовным людям такого уровня как преподобный Амвросий. Мы можем видеть канву их внешней жизни и только догадываться о сокровенной внутренней жизни, основу которой составлял молитвенный подвиг, незримое предстояние перед Господом.

Из биографических событий, которые известны, можно отметить какие-то важные вехи его многотрудной жизни. Родился мальчик в селе Большая Липовица Тамбовской губернии в благочестивой семье Гренковых, тесно связанной с Церковью: дед — священник, отец, Михаил Фёдорович, — пономарь. Перед рождением ребёнка к деду — священнику съехалось так много гостей, что родильницу, Марфу Николаевну, перевели в баню, где она и родила сына, названного в святом крещении в честь благоверного великого князя Александра Невского. Позднее, Александр Гренков, став уже старцем, шутил: «Как на людях я родился, так всё на людях и живу».

Александр был шестым из восьмерых детей в семье. Рос он живым, смышленым, бойким, в строгой семье ему иногда даже доставалось за детские шалости. В 12 лет мальчик поступил в Тамбовское духовное училище, которое блестяще закончил первым из 148 человек. С 1830 по 1836 годы юноша учился в Тамбовской семинарии. Обладая живым и веселым характером, добротою и остроумием, Александр был очень любим своими товарищами. Перед ним, полным сил, талантливым, энергичным, лежал блестящий жизненный путь, полный земных радостей и материального благополучия.

Но пути Господни неисповедимы... Святитель Филарет писал: «Всеведущий Бог избирает, предназначает от колыбели, а призывает в определённое Им время, непостижимым образом совмещая сопряжение всевозможных обстоятельств с изволением сердца. Господь в своё время препоясывает и ведёт Своих избранных так, как бы они не желали, но туда, куда желают дойти».

В 1835 году, незадолго до окончания семинарии, юноша опасно заболел. Эта болезнь была одной из первых многочисленных болезней, которые мучили старца всю жизнь. Святитель Игнатий Брянчанинов писал: «Я провел всю жизнь в болезнях и скорбях, как тебе известно: но ныне не будь скорбей — нечем спастись. Подвигов нет, истинного монашества — нет, руководителей — нет; одни скорби заменяют собою всё. Подвиг сопряжен с тщеславием; тщеславие трудно заметить в себе, тем более очиститься от него; скорбь же чужда тщеславия и потому доставляет человеку богоугодный, невольный подвиг, который посылается Промыслителем нашим сообразно произволению...» Эта первая опасная болезнь привела к тому, что молодой семинарист дал обет в случае выздоровления стать монахом.

Но он не мог решиться исполнить этот обет четыре года, по его словам, «не решался сразу покончить с миром». Некоторое время был домашним учителем в одной помещичьей семье, а затем преподавателем Липецкого духовного училища. Решающей стала поездка в Троице-Сергиеву Лавру, молитвы у мощей преподобного Сергия Радонежского. Известный затворник Иларион, которого встретил молодой человек в этом путешествии, отечески наставил его: «Иди в Оптину, ты там нужен».

После слёз и молитв в Лавре мирская жизнь, развлекательные вечера в гостях показались Александру такими ненужными, лишними, что он решил срочно и тайно уехать в Оптину. Возможно, он не хотел, чтобы уговоры друзей и родных, пророчивших ему блестящее будущее в миру, поколебали его решимость исполнить обет посвятить свою жизнь Богу.

В Оптиной Александр стал учеником великих старцев Льва и Макария. В 1840 году он был одет в монашеское платье, в 1842 году принял монашеский постриг с именем Амвросия. 1843 год — иеродьякон, 1845 год — иеромонах. За этими краткими строками — пять лет трудов, аскетической жизни, тяжёлой физической работы.

Когда известный духовный писатель Е. Поселянин потерял любимую жену, и друзья посоветовали ему оставить мир и уйти в монастырь, ответил: «Я рад бы оставить мир, но в монастыре меня пошлют работать на конюшню». Неизвестно, какое послушание дали бы ему, но он верно почувствовал, что в монастыре постараются смирить его дух, чтобы из духовного писателя превратить в духовного делателя.

Александр был готов к монастырским испытаниям. Молодому монаху пришлось работать в пекарне, печь хлеб, варить хмелины (дрожжи), помогать повару. С его блестящими способностями, знанием пяти языков, ему, наверное, нелегко было стать просто помощником повара. Эти послушания воспитывали в нём смирение, терпение, умение отсекать свою волю.

Прозорливо угадав в юноше дары будущего старца, преподобные Лев и Макарий заботились о его духовном возрастании. Некоторое время он был келейником старца Льва, его чтецом, регулярно приходил по службе к старцу Макарию и мог задать ему вопросы о духовной жизни. Преподобный Лев особенно любил молодого послушника, ласково называя его Сашей. Но из воспитательных побуждений испытывал при людях его смирение. Делал вид, что гремит против него гневом. Но другим про него говорил: «Великий будет человек». После смерти старца Льва юноша стал келейником старца Макария.

Во время поездки в Калугу для рукоположения в иеромонахи, отец Амвросий, изнурённый постом, схватил сильную простуду и тяжело заболел. С тех пор он уже никогда не мог поправиться, и состояние здоровья у него было таким плохим, что в 1846 году его по болезни вывели за штат. Всю оставшуюся жизнь он еле передвигался, страдал от испарины, так что переодевался по несколько раз в сутки, не выносил холода и сквозняков, пищу употреблял только жидкую, в количестве, которого едва бы хватило трёхлетнему ребёнку.

Несколько раз он бывал при смерти, но каждый раз чудесным образом, при помощи благодати Божией возвращался к жизни. С сентября 1846 г. по лето 1848 г. состояние здоровья отца Амвросия было настолько угрожающим, что он в келье был пострижен в схиму с сохранением прежнего имени. Однако совершенно неожиданно для многих больной начал поправляться. В 1869 г. состояние его здоровья опять было настолько плохим, что стали терять надежду на поправку. Была привезена Калужская чудотворная икона Божьей Матери. После молебна и келейного бдения, а затем соборования здоровье старца поддалось лечению.

Святые отцы перечисляют около семи духовных причин болезней. Об одной из причин болезней они говорят: «Став праведными, святые претерпевали искушения или по причине каких-то недостатков, или чтобы получить большую славу, потому что обладали великим терпением. И Бог, не желая, чтобы излишек их терпения оставался неиспользованным, попускал им искушения и болезни».

Преподобным Льву и Макарию, которые вводили традиции старчества, умной молитвы в монастыре, пришлось при этом столкнуться с непониманием, клеветой, гонениями. У преподобного Амвросия не было таких внешних скорбей, но, пожалуй, никто из Оптинских старцев не нёс такого тяжёлого креста болезни. На нём сбывались слова: «Сила Божия в немощи совершается»

Особенно важным для духовного возрастания преподобного Амвросия в эти годы было общение со старцем Макарием. Несмотря на болезнь, отец Амвросий остался по-прежнему в полном послушании у старца, даже в малейшей вещи давал отчет ему. По благословению старца Макария он занимался переводом святоотеческих книг, в частности, им была подготовлена к печати «Лествица» преподобного Иоанна, игумена Синайского. Благодаря руководству старца отец Амвросий смог без особых преткновений обучиться искусству из искусств — умной молитве.

Еще при жизни старца Макария, с его благословения, некоторые из братии приходили к отцу Амвросию для открытия помыслов. Кроме монахов, отец Макарий сближал отца Амвросия и со своими мирскими духовными чадами. Так старец постепенно готовил себе достойного преемника. Когда же старец Макарий преставился в 1860 году, то постепенно обстоятельства так складывались, что отец Амвросий был поставлен на его место.

Старец принимал у себя в келье толпы людей, никому не отказывал, народ стекался к нему со всех концов страны. Вставал он в четыре — пять утра, звал к себе келейников, и читалось утреннее правило. Затем старец молился один. С девяти часов начинался прием: сперва монашествующих, затем мирян. Часа в два ему приносили скудную еду, после которой он час-полтора оставался один. Затем читалась вечерня, и до ночи возобновлялся прием. Часов в 11 совершалось длинное вечернее правило, и не раньше полуночи старец оставался, наконец, один. Так в течение более тридцати лет, изо дня в день, старец Амвросий совершал свой подвиг. До отца Амвросия никто из старцев не открывал двери своей кельи женщине. Он же не только принимал множество женщин и был их духовным отцом, но и основал недалеко от Оптиной пустыни женский монастырь — Казанскую Шамординскую пустынь, в которую, в отличие от других женских монастырей того времени, принимали больше неимущих и больных женщин. К 90-м годам 19 века число инокинь в ней достигло 500 человек.

Старец обладал дарами умной молитвы, прозорливости, чудотворения, известно множество случаев исцеления. Многочисленные свидетельства рассказывают о его благодатных дарах. Одна женщина из Воронежа в семи верстах от монастыря заблудилась. В это время к ней подошел какой-то старичок в подряснике и скуфейке, он указал ей клюкой направление пути. Она пошла в указанную сторону, тотчас увидела монастырь и пришла к домику старца. Все, слушавшие её рассказ, подумали, что старичок этот был монастырский лесник или кто-либо из келейников; как вдруг на крылечко вышел келейник и громко спросил: «Где тут Авдотья из Воронежа?» — «Голубушки мои! Да ведь Авдотья из Воронежа я сама и есть!» — воскликнула рассказчица. Минут через пятнадцать она вышла из домика вся в слезах и, рыдая, отвечала на вопросы, что старичок, указавший ей дорогу в лесу, был не кто иной, как сам отец Амвросий.

Вот один из случаев прозорливости старца, рассказанный мастеровым: « Надо было мне ехать в Оптину за деньгами. Иконостас мы там делали, и приходилось мне за эту работу от настоятеля получить довольно крупную сумму денег. Перед отъездом зашел к старцу Амвросию взять благословение на обратный путь. Домой ехать я торопился: ждал на следующий день получить большой заказ — тысяч на десять, и заказчики должны были быть непременно на другой день у меня в К. Народу в этот день у старца, по обыкновению, была гибель. Прознал он про меня, что я дожидаюсь, да и велел мне сказать через своего келейника, чтобы я вечером зашел к нему чай пить.

Приходит вечер, пошел я к старцу. Продержал меня батюшка, ангел наш, довольно-таки долго, уже почти смеркалось, да и говорит мне: «Ну, ступай с Богом. Здесь ночуй, а завтра благословляю тебя идти к обедне, а от обедни чай пить заходи ко мне». Как же это так? — думаю я. Да не посмел перечить. Задержал меня старец на три дня. Уж не до молитвы мне было у всенощной — так и толкает в голову: «Вот тебе твой старец! Вот тебе и прозорливец...! Свистит теперь твой заработок». На четвёртый день прихожу к старцу, а он мне: «Ну, теперь пора тебе и ко двору! Ступай с Богом! Бог благословит! Да по времени не забудь Бога поблагодарить!»

И отпала тут у меня всякая скорбь. Выехал я себе из Оптиной пустыни, а на сердце-то так легко и радостно... К чему только сказал мне батюшка: «Потом не забудь Бога поблагодарить!?» Приехал я домой, и что вы думаете? Я в ворота, а заказчики мои за мной; опоздали, значит, против уговору на трое суток приехать. Ну, думаю, ах ты мой старчик благодатный!

Прошло с того времени немало. Заболевает мой старший мастер к смерти. Прихожу к больному, а он глянул на меня да как заплачет: «Прости мой грех, хозяин! Я ведь тебя убить хотел. Помнишь, ты из Оптиной запоздал на трое суток приехать. Ведь нас трое, по моему уговору, три ночи подряд тебя на дороге под мостом караулили: на деньги, что ты за иконостас из Оптиной вез, позавидовали. Не быть бы тебе в ту ночь живым, да Господь за чьи-то молитвы отвел тебя от смерти без покаяния... Прости меня, окаянного!» «Бог тебя простит, как я прощаю». Тут мой больной захрипел и кончаться начал. Царствие небесное его душе. Велик был грех, да велико покаяние!»

Что касается исцелений, им не было числа. Эти исцеления старец всячески прикрывал. Иногда он, как бы в шутку, стукнет рукой по голове, и болезнь проходит. Однажды чтец, читавший молитвы, страдал сильной зубной болью. Вдруг старец ударил его. Присутствующие усмехнулись, думая, что чтец, верно, сделал ошибку в чтении. На деле же у него прекратилась зубная боль. Зная старца, некоторые женщины обращались к нему: «Батюшка Абросим! Побей меня, у меня голова болит». Больные после посещения старца выздоравливали, у бедняков налаживалась жизнь. Павел Флоренский называл Оптину пустынь „духовной санаторией израненных душ“.

Духовная сила старца проявлялась иногда в совершенно исключительных случаях. Однажды старец Амвросий, согбенный, опираясь на палочку, откуда-то шел по дороге в скит. Вдруг ему представилась картина: стоит нагруженный воз, рядом лежит мертвая лошадь, а над ней плачет крестьянин. Потеря лошади-кормилицы в крестьянском быту ведь сущая беда! Приблизившись к павшей лошади, старец стал медленно ее обходить. Потом взяв хворостину, он стегнул лошадь, прикрикнув на нее: «Вставай, лентяйка!» — и лошадь послушно поднялась на ноги.


(Окончание следует)
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 9695


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #12 : 23 Октября 2019, 01:26:13 »

(Окончание)




Многим людям старец Амвросий являлся на расстоянии, подобно святителю Николаю Чудотворцу, или с целью исцеления, или для избавления от бедствий. Некоторым, весьма немногим, открывалось в зримых образах, сколь сильно молитвенное предстательство старца перед Богом. Вот воспоминания одной монахини, духовной дочери отца Амвросия о его молитве: «Старец выпрямился во весь свой рост, поднял голову и воздел руки кверху, как бы в молитвенном положении. Мне представилось в это время, что стопы его отделились от пола. Я смотрела на освещенную его голову и лицо. Помню, что потолка в келье как будто не было, он разошелся, а голова старца как бы ушла вверх. Это мне ясно представилось. Через минуту батюшка наклонился надо мной, изумленной виденным, и, перекрестив меня, сказал следующие слова: «Помни, вот до чего может довести покаяние. Ступай».

Рассудительность и прозорливость совмещались в старце Амвросии с удивительной, чисто материнской нежностью сердца, благодаря которой он умел облегчить самое тяжелое горе и утешить самую скорбную душу. Любовь и мудрость — именно эти качества притягивали к старцу людей. Слово старца было со властью, основанной на близости к Богу, давшей ему всезнание. Это было пророческое служение.

Час своей кончины суждено было старцу Амвросию встретить в Шамордино. 2 июня 1890 г. он по обыкновению выехал туда на лето. В конце лета старец три раза пытался вернуться в Оптину, но не смог по причине нездоровья. Через год болезнь усилилась. Его соборовали и неоднократно причащали. 10 октября 1891 года старец, три раза вздохнув и с трудом перекрестившись, скончался. Гроб с телом старца под моросившим осенним дождем был перенесен в Оптину пустынь, и ни одна из свеч, окружавших гроб, не погасла. На погребение съехалось около 8 тысяч человек. 15 октября тело старца было предано земле с юго-восточной стороны Введенского собора, рядом с его учителем старцем Макарием. Именно в этот день, 15 октября, в 1890 году, старец Амвросий установил праздник в честь чудотворной иконы Божией Матери «Спорительница хлебов», перед которой он сам много раз возносил свои горячие молитвы.

Шли годы. Но не зарастала тропа к могиле старца. Наступили времена тяжких потрясений. Оптина Пустынь была закрыта, разорена. Была стерта с лица земли часовня на могиле старца. Но память о великом угоднике Божием уничтожить было невозможно. Люди наугад обозначили место часовни и продолжали притекать к своему наставнику.

В ноябре 1987 г. Оптина Пустынь была возвращена Церкви. А в июне 1988 г. Поместным Собором Русской Православной Церкви преподобный Амвросий, первым из Оптинских старцев, был причислен к лику святых. В годовщину возрождения обители, по милости Божией, произошло чудо: ночью после службы во Введенском соборе мироточили Казанская икона Божией Матери, мощи и икона преподобного Амвросия. Совершались другие чудеса от мощей старца, коими он удостоверяет, что не оставляет нас, грешных, своим заступничеством пред Господом нашим Иисусом Христом. Ему слава вовеки, Аминь.

 
полное житие  
письма  
фотографии  


http://www.optina.ru/starets/amvrosiy_life_short/
« Последнее редактирование: 23 Октября 2019, 01:36:13 от Дмитрий Н » Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 77463

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #13 : 24 Октября 2019, 00:26:42 »

Митрополит Трифон (Туркестанов)

Слово в день памяти иеросхимонаха Амвросия Оптинского



Сегодня мы вспоминаем день Ангела присноблаженного старца иеросхимонаха Амвросия. Как живо, как ясно представляется мне день его Ангела в Оптинском скиту. В этот день была торжественная обедня, старец причащался Святых Христовых Тайн; а после литургии и молебна, совершаемого за его здравие, начальник скита и вся братья шли к нему, в келью, чтобы его поздравить со днем Ангела. И как сейчас вижу его сидящим на кроватке, в белом подряснике, в новой епитрахили, с необыкновенно светлым, радостным выражением лица. Верим мы, что и ныне, после своей смерти, там, на небе, он находится в Царствии Небесном и радуется и благодарит нас за то, что мы не забыли день его Ангела, за то, что мы соединились в молитве и единым сердцем и едиными устами помолились за него Господу Богу. И верим мы, и надеемся, что и он нас не забудет в своих молитвах и будет нам помощником во всех нуждах, скорбях и болезнях.
Батюшка, как вы знаете, несмотря на свою дряхлость, болезнь, преследующую его с самого раннего возраста, с юности (в молодые годы она его сделала просто стариком) тем не менее, был твердым воином Христа Спасителя; поистине, он всю жизнь боролся с духами злобы – и победил. Всю жизнь он был воином, так он и окончил жизнь: жизнь его окончилась победою.

Не обратили ли вы внимание на сегодняшнее чтение Апостола? (Как мало, к сожалению, обращается внимания на чтение Апостола). А между тем какая глубина премудрости и разума Божия в нем заключается.

Апостол Павел в своем Послании к Ефесянам говорит жителям Ефеса, что они должны быть бодрыми и внимательными воинами, не должны ослабевать, ни на минуту не должны оставлять своего звания – воина Христа Спасителя. Два раза он повторяет им, чтобы они облеклись во все оружие Божие, как подобает воину, то есть так, как в древние времена одевались воины, чтобы и вы могли сражаться с врагами в эти дни злые и лукавые, и вам предстоит такая же борьба, но только не с плотию и кровию, а с теми, которые держат грешный мир в своей власти, то есть с миром правителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных. Вы должны сражаться за эту истину, никакого слова лукавого, никакого слова лживого не должно исходить из уст ваших. Вы должны обуть ноги ваши в готовность благовествовать мир, то есть вы должны быть готовы оказать всякому помощь. Не раздражайтесь, если видите человека недостойного; вспомните, что в вас самих всегда гораздо более недостатков, старайтесь всегда водворить мир в других, старайтесь помогать всем, чем можете: словом, делом, участием своего сердца. В броню правды заключите сердце ваше, то есть старайтесь поступать так, чтобы в поступках ваших не было никакой лжи, пристрастия. На голову вы должны надеть шлем спасения, то есть старайтесь очистить ум и сердце от помыслов лукавых, старайтесь сохранить свою душу от пороков, стремитесь к очищению своей души и душ ближних своих, а затем возьмите в правую руку меч веры, а в левую щит, чтобы ограждать слово Божие, как стрелою отражать врага спасения. Далее апостол говорит: теперь не время радоваться, утешаться, бесценно проводить время. Как часто советуют и говорят люди неверующие: «Жизнь дана для наслаждений». Нет, теперь век борьбы, век лукавый... Молитесь, укрепляйтесь силою Божией, потому что вам предстоит разнообразная борьба против врагов спасения, против зла. Смотрите, как они разнообразно действуют: то внушают мысли дурные, чтобы отвратить людей от Бога, то через различные сочинения, в которых стараются доказать, что Бога нет, и тем самым многих отвращают от Бога и Церкви. Вам ли, дорогие братие и сестры, говорить об этом! Сколько раз приходилось вам все это слышать и терпеть нападки на нашу веру и на Церковь.

Поэтому я прошу вас, не забывайте завет апостола: мужайтесь, стойте твердо в вере!

Эти слова как бы нам говорит и батюшка о. Амвросий, он как бы нам говорит: «Посмотрите на меня. Я в этой жизни был лишен всего: и здоровья, и сил для этой борьбы, — а между тем я остался верным воином. Я верил, я старался жить по вере, я многих спас от падения — и примером своей жизни, и наставлениями, и вразумлениями». Он любил так говорить: «Долготерпите, за все благодарите, о всем радуйтесь, моляся за всех непрестанно». То есть терпите в этой жизни, переносите все скорби с надеждою на воздаяние в будущей жизни; относитесь с любовью ко всем людям, благодарите их за все, что бы они ни делали вам, а главное, молитесь не за себя только, а за всех: ибо много может молитва, приносимая Господу Богу за других.

Искренно верую, что батюшка отец Амвросий, видя, что мы не забыли его и помолились за него, всегда будет молиться за нас, а в особенности в страшный час разлучения нашей души от тела.

http://www.pravoslavie.ru/49347.html
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 77463

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #14 : 24 Октября 2019, 00:31:59 »

Василий Кононенко

ПОСТ И БОЛЕЗНИ: ПРИМЕР АМВРОСИЯ ОПТИНСКОГО


Преподобный Амвросий Оптинский

Во время Рождественского поста многие православные планируют понести посильные духовные и физические труды, но, к сожалению, нередко от этого приходится отказываться. Нежданно приходят болезни и рушат все так хорошо обдуманные маленькие надежды на духовный подвиг. С этим многие сталкиваются и часто не могут понять, почему так получается. Советы священников о полагании надежды на Божий Промысл понятны рационально, но их не всегда удается принять сердцем. В таких ситуациях небесполезно узнать или почитать, а как же жили святые люди. К примеру, всем известный преподобный Амвросий Оптинский.

Вся зрелая жизнь будущего святого была тесно переплетена с самыми разнообразными болезнями. Каждый шаг в духовном развитии становился ответом на физические недуги, а его старчество проходило на фоне постоянных телесных страданий. После каждой тяжелой, нередко смертельной, болезни он выходил другим, приобретая ценный духовный опыт.

Решение о принятии монашества будущим старцем стало ответом на тяжелую болезнь на последнем году семинарии. Непосредственным поводом к принятию ангельского чина тоже была болезнь. За иерейскую хиротонию начинающему подвижнику пришлось дорого «заплатить». Во время поездки в Калугу в декабре 1845 года, где его рукоположили, он простудился, что привело к различным осложнениям. На фоне болезней по просьбе игумена и духовника Оптиной обители правящий епископ 23 августа 1846 года благословил молодого иеромонаха помогать будущему преподобному Макарию «в старчестве». К лету 1848 года Амвросия постригли в схиму и приняли за штат как неизлечимого больного – все ждали смерти 36-летнего монаха (по косвенным данным, ему могло быть только 34 года!).

Это был не конец его земной жизни – а только начало его подготовки к великому подвигу старчества. К большому удивлению оптинских монашествующих, молодой схимник начал выходить из кельи, но главное – переменился в иного человека. Умный, словоохотливый и любознательный молодой человек стал сосредоточенным на чистоте своих помыслов, а его интеллектуальные таланты перетекли в духовную плоскость: исполненное мудростью и любовью слово отца Амвросия начало помогать ближним. В это время иеросхимонах Амвросий старательно нес важные послушания: помогал своему наставнику в издании трудов святых отцов и другой литературы, а также по его поручению отвечал на письма интересующихся духовной жизнью людей. Около 10 лет готовил Макарий своего ученика к самостоятельному подвигу старчества, который последнему пришлось взять на свои немощные физические плечи.

Когда в начале 1860-х годов отошли к Богу духовник обители старец Макарий и игумен Моисей (также причисленный к лику святых), то далеко не все сразу восприняли 50-летнего Амвросия преемником всеми чтимого Макария. Однако духовные добродетели молодого схимника – любовь и смирение, мудрость и рассудительность – не могли не вызывать уважения как среди монашествующих, так и мирян. Сам того не желая, отец Амвросий становился центральной фигурой Оптиной пустыни, а затем и основанной им в 1884 году Шамординской обители.

Мало кто знает, что старец Амвросий на протяжении своего 30-летнего старчества был настолько немощным, что не мог служить и быть на монастырских службах: Литургия служилась в его келлии. Он постоянно исцелял других, однако сам жил с целым «букетом» болезней, о которых старался не проронить и слова. Невероятно тяжелые и предвиденные им физические страдания пришлось ему вытерпеть перед смертью, в 1891 году. Этот год был голодным во всей Российской империи, но окрестности Оптиной и Шамордино по молитвам старца были богатые на урожай. «Урожайным» оказался этот год и в духовном плане: похороны старца были похожими на перенесение мощей святого, вера в преподобие которого распространялась в связи с многочисленными чудесами, свершавшимися в ответ на молитвенное обращение к нему.

«Бог не требует от больного подвигов телесных, а только терпения со смирением и благодарения»

Особенно поучительно отношение старца к болезням. Оно свидетельствует о его мудрости и рассудительности. Он лечился у врачей, но надеялся на Бога. Он хотел быть здоровым, но с благодарностью воспринимал все то, что посылал ему Всевышний. Он часто говорил: «Монаху полезно болеть». Этим он подбадривал себя и других монашествующих во время телесных недугов. Приходящим больным он часто в утешение говорил: «Бог не требует от больного подвигов телесных, а только терпения со смирением и благодарения». Своей жизнью преподобный показал, что при правильном отношении к болезни – следствию греха – она может быть обращена против своей первопричины и может привести к святости.

Назидательность мудрого отношения преподобного к болезням видна при сравнении его жизни с обыденностью сегодняшнего и прошлых поколений. В нашей повседневной жизни почти все не так, как это было у отца Амвросия: обладающие хорошим здоровьем люди не ценят его, не ведут здоровый образ жизни… Одновременно часто болеющие ропщут, нередко православные при недугах не только не просят помощи у Небесного Врача, но и игнорируют советы докторов земных…

Православная Церковь понимает и тех, кто всеми своими силами на протяжении всей своей жизни стяжает Духа Святого, так и ленивых, нерадивых, глупых и многих других. Поэтому Церковь в своих богослужениях молится только за жизнь, о мире, о здравии, об исцелении болящих. Но в Церкви есть и особые дары для тех, кто может вместить великую тайну: «кто полюбил свою болезнь, тот недалек святости». И совсем не обязательно вмещать все, возможно нам нужно лишь малое – научиться немного время от времени терпеть процесс своего физического выздоровления с пользой для духовной жизни.

https://pravoslavie.ru/118187.html
« Последнее редактирование: 24 Октября 2019, 00:36:46 от Александр Васильевич » Записан
Страниц: [1] 2
  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by MySQL Powered by PHP Valid XHTML 1.0! Valid CSS!