Русская беседа
 
27 Февраля 2024, 07:33:11  
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
 
Новости: ВНИМАНИЕ! Во избежание проблем с переадресацией на недостоверные ресурсы рекомендуем входить на форум "Русская беседа" по адресу  http://www.rusbeseda.org
 
   Начало   Помощь Правила Архивы Поиск Календарь Войти Регистрация  
Страниц: 1 ... 4 5 [6]
  Печать  
Автор Тема: Истории обращения в Православие раввина, буддиста и двух протестантов  (Прочитано 16179 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 102819

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #75 : 24 Ноября 2023, 10:05:26 »

Как кришнаитка Ананда Рупа вновь стала Ольгой

Однажды на двери астрологического кабинета кришнаитки Ананды Рупы появилась записка: «Кабинет закрыт в связи с моим возвращением в Православие. Чего и вам искренне желаю. Спаси вас Христос. Ольга». О том, как формально крещёная, но никак не просвещённая Ольга Гагушичева стала кришнаиткой и практикующим астрологом и почему вернулась в Отчий дом ко Христу, и что из этого вышло – эта беседа.

Дни лукавы суть,
или Такая неправославная православная жизнь


Ольга Гагушичева

Когда я выходила замуж, было модно венчаться. Повенчались

– Ольга, до того, как вы оказались во власти астрологии и прочих прелестей, вы что-нибудь знали о Христе?

– Когда мне был год, родители хотели меня крестить. По словам мамы, тот день выдался очень солнечным, дождя не было, и в церковь решили не ехать: зачем пропадать такой прекрасной погоде – поехали собирать ягоды. А в церковь мы всегда успеем. В том самом походе за ягодами я сильно заболела и болела, как мама говорит, три года. Она мне об этом рассказала, когда мне уже было 16 лет. Я, естественно, поняла: надо идти креститься. Понимаете, вообще без царя в голове. И со мной пошло креститься много родственников. Ну, вот. И на этом было всё мое христианство. А, нет, еще были «знания» о Церкви и Боге, полученные в советской школе. Вообще было намешано всего. Я была комсомолкой, понятное дело. И я помню, как нас предупредили, что ни в коем случае – будет служба в церкви на Пасху – ни в коем случае комсомольцы не должны идти в церковь. А нам было интересно: как же это? Тем более что говорят «нельзя». И мы тогда пошли – сквозь все эти кордоны милиции и активистов-комсомольцев, с повязками и без. Естественно, нас потом завуч вызвал и всех отчитывал, ругал и говорил, что вообще всех выгонит. Но, естественно, никого никуда не выгнал. Как проходило само Крещение, я не помню, потому что это было без должного осознания. Ну, вот просто так. Потом, когда я выходила замуж, было модно венчаться. Повенчались… Мы договорились венчаться в деревенской церкви, ради нас ее открыли, повенчали там, под Череповцом. И, в общем-то, на этом всё. Детей покрестили – и всё. Понимаете, вот это была такая православная жизнь – неправославная.

«Спасибо» прессе

– А когда появился интерес к астрологии? Как он проявился? В какие годы всё это было?

– Это было ещё в школе. Это, наверное, были 1985–86-й годы.

– Когда только-только отворились эти самые «ворота с Запада».

– Разверзлись, скорее.

– И когда в телевизоре стали появляться все эти товарищи…

- Да: вместо генсеков таращили глаза и водили руками маги, экстрасенсы и прочие просветленные личности. Не только ведь в телевизоре: моду на гороскопы поддержали тогда самые массовые журналы – «Работница», «Крестьянка» и т.п. Про газеты и не говорю.

– Как начали в то время мозги пудрить предсказаниями, так и продолжают: это в изданиях низкой пробы считается до сих пор чем-то необходимым.

– Вот почему я газет не читаю – ни местных, ни центральных.

– Получается, вы впервые столкнулись с этим явлением, когда учились в старших классах, и моде на гороскопы, экстрасенсорику и прочую бесовщину сильно способствовали, по вашим словам, средства массовой информации.

– Да. Отдельная благодарность прессе, простите за выражение. И потом появились всякие заманчивые, таинственные «Книги перемен»: гадания, предсказания по звездам, по годам, месяцам. Тогда было интересно. Казалось, что это такое тайное, позволяющее заглянуть в тайну твоей и чужой жизни.

– Не было ощущения, что это – как подглядывать в замочную скважину, нет?

Тяга к Богу у каждого есть, но это трудно – следовать в правильном направлении

– Это было, знаете, как будто прикасаешься к чему-то великому. Тут дело в неверном векторе: тяга к Богу у каждого есть, но это довольно трудно – следовать в правильном направлении. Гораздо ведь легче что-нибудь такое сделать, что автоматически тебе откроет много тайн, без всяких там трудов и терпения. Мы особо и не парились: во-первых, безграмотные в духовном отношении. Во-вторых, зачем искать Бога у темных бабок и попов, считали советские комсомольцы. В-третьих, если есть уже книги о духовности и гороскопы, значит, полагали наивные мы, они не соврут. В-четвертых, мы же были уверены, что это всё понарошку: поиграем и оставим, без особых для себя последствий.

– Я правильно вас понимаю: вы в то время «на потоке», вместе со всеми прибегли к таинству Крещения и Брака, в основное же время повышенный интерес проявляли к астрологии?

– Да, можно и так сказать. Но главное было – работа, тот самый быт. И жили, в общем-то, хорошо: нужды не было. И, понимаете, вот пришло время, когда ты стала понимать, что как-то не для «этого всего» мы родились, не для бытовой житухи этой. Да, вот чего-то хотелось большего. То есть понять вообще: зачем мы пришли на землю? кто я? что я? Неужели просто родить детей, построить дом – и всё? Это было в начале 2000-х. И вот тогда я стала искать по-настоящему. Я помню, тогда как-то пришла в церковь на службу – крестик освятить. И знаете, как-то мимо всё прошло, тогда я ничего не заметила ни в себе, ни вокруг: ну, служба и служба, ко всему еще малопонятная. А вовне-то уже вовсю: и астрология, и «о тебе расскажут тайное», «тебе откроют твоё предназначение», «тебе скажут и кто ты, и что ты». И я тоже, конечно, хочу! Так я окунулась во всё это. Началось с астрологии. Дальше – Ошо, Блаватская, Рерихи. Всё, весь набор, что был тогда. Это читалось всё-всё и, увы, практиковалось.

«Катехизнула»


– Своим умом дошли или присоветовал кто добрый?

– Держитесь крепче. Астрологию мне посоветовала... певчая (!) из кафедрального собора. Её муж у нас тогда работал. Мы с ней иногда делились своими женскими проблемами. И она сказала: «Сходи, тебе всё там скажут». До сих пор эта вся каша существует у некоторых людей, которые ходят в церковь, я знаю, да-да. И вот меня туда и понесло. «Энергии», «подъем кундалини», это вообще… это, знаете, «по воздуху ходить», как говорится. Не есть, не пить – жуть как туда охота.

Вы понимаете, ну это ж тайна, такое посвящение – «увидеть», «узнать». Я изучала, как увидеть «ауру». Я, помню, сижу в школе на собрании и начинаю видеть, у кого там рога и ещё что-то. Не факт, что я сама это видела: теперь я понимаю. Но тогда казалось, что я вижу. Вот. Я начала видеть энергию в воздухе.

– Это не самовнушение?

– На тот момент мне это не казалось самовнушением. То есть энергии – я до сих пор их просто вижу: в воздухе, например, какие-то, да. Хочу не хочу, оно просто есть. Вот это, видимо, осталось до сих пор. А потом, уже погрузившись в астрологию с головой и ушами, я познакомилась с кришнаитами и с другими культами…

– Вы отхватили, конечно.

– Мда. Я познакомилась с ними и даже получила там посвящение. Я искренне думала, что служу Господу. Я училась у Торсунова, Гадецкого, Рами Блекта.

– Кто это такие?

– Это всё – лидеры деструктивных сект. И я искренне верила, что нужно это знание ведическое давать людям, что они живут неправильно. Стала вегетарианкой. А сначала оно пахнет так вкусно: благовонием. И всеми этими улыбками добродушными, и вот этой любовью и заботой. И «харе, Кришна» читай – будешь счастлив, и все твои проблемы решатся. И ты думаешь: да, потому что беды-то какие – дети тебя не слушаются, проблемы в бизнесе, может, у кого-то по здоровью. Все бегут читать «харе, Кришна» и хотят быть счастливыми.

– Вы говорите, что искренне считали, будто служите Господу…

– Да.

– Но о каком Господе может идти речь у тех товарищей?

– У кришнаитов и им подобных? Это всё подавалось, что Кришна или кто там еще – это единственный бог, что Иисус – это полубог. И вообще эта версия в Индии распространяется до сих пор. Вы знаете, когда я пришла в Церковь, я абсолютно в этом была уверена. Я верила в реинкарнацию. Вы понимаете, это было потрясение. Я ничего про Христа не знала, я не знала про Евангелие. Накануне кришнаитской инициации я попала в Иерусалим. Ну, приехала и приехала – просто ходила на своих ощущениях, на том, что действительно это какое-то светлое, чистое место, что Иисус был великий проповедник – сильный йог, мистик. Вот я сейчас это понимаю, что это были тогда определённые знаки, которыми мне Господь говорил: «Подумай!» Мы там были, наверное, в августе, а в сентябре я принимала инициацию.

– Прихожу в себя и медленно повторяю: вам к астрологу посоветовала обратиться православная певчая?

– Да.

– В ответ на ваши духовные поиски.

– Да ладно вам. Еще не то услышите. Мы с ней до сих пор общаемся, в очень хороших отношениях. Мы это всё вспоминаем и говорим, что надо было этого дерьма всего нажраться. Выражение резкое, но истине соответствует, поверьте. Вообще кошмар, конечно, и это чудо просто, что нас Бог отвел.

Перед выбором

– И как же Он вас отвел?

– Представьте себе: вот я, одна из ведущих кришнаиток, практикующий астролог, веду женский клуб, веду йогу. У нас в 2011-м году умирает свекровь в Череповце. Её мы, естественно, поехали отпевать. Я-то понимаю, что она вроде как крещёная, значит, её надо отпеть: традиция есть традиция. Отпевать – значит, пошли отпевать все в храм. Утром срядились и пошли. И тут я захожу в тот храм, в котором когда-то крестилась, и во мне начинает всё просто переворачиваться… я вообще не понимаю, что со мной происходит. Я на небе и на земле, вот понимаете, и не могу выйти из храма. Все говорят: «Пошли уже, нам надо ехать». Ничего не понимаю, слёзы текут, всё внутри дрожит и четко, ясно, по-доброму призывает вернуться ко Христу, Которого я предала, получается. А сейчас вернулась домой. Я хожу по храму, мне хочется это потрогать, это… Хожу и плачу.

– Значит, Крещение даром-то не прошло? Не просто так?

– Нет, не просто так, выходит. Итак, мы похоронили свекровь, потом приехали домой, зима, каникулы. Я первый раз пришла в храм на Исповедь. Точнее, я не очень-то и соображала, что это за штука такая – Исповедь. Мне надо прийти сюда, и всё. Я с утра поела, попила, помылась, пришла туда, исповедовалась первый раз, причастилась. Мантры перед этим почитала…

– Насчет еды и питья перед Причастием промолчу, но, простите, мантры-то с какого перепугу?

Мантры читать не могу, как на раз начало отворачивать

– Да я ж тогда совершенно ничего, ну, вот вообще ничего не знала! Хотя вот после Исповеди… я даже не знаю, как всё это описать. Стало происходить непонятно что. Мантры читать не могу, чётки эти ужасные в руках держать не могу, как на раз начало отворачивать и отрезать, отсекать. Прямо по-живому.

– Получается, вы были поставлены уже перед выбором: или – или? Или ты с Христом, или против.

– Да, только тут это уже было более осознанно. Я ж тесно общалась с кришнаитами, а они ведь все говорят о том, что это всё – об одном Боге, только на разных уровнях. Это вера в невежестве. И, со всеми этими кармами в голове, со всеми реинкарнациями, я сначала вообще не могла понять: делать-то что? Что есть, чего нет на самом деле? Вообще жить-то теперь как дальше? Я поняла сразу, что здесь астрологию не принимают. Я даже боялась заикнуться, что я астролог.

Вологодский санскрит против вологодской доброты

– Вы оставались практикующим астрологом, так?

– Да. Много было передумано за эти дни. Я, наверное, все каникулы просто проревела. Ходила и исповедовала те грехи, которые я помнила и осознавала: с детства какие-то, с юности. Три раза я причастилась. И так как на улице, где был мой кабинет астролога, был Никольский храм, я стала заходить в эту церковь. И поговорить-то хочется – а не с кем. Не знаешь, как здесь к людям подойти вообще. Причём, представляете, когда человек изучает несколько вер, какую-то другую культуру, это ж всё сложно: я пришла сюда и говорила на полурусском-полусанскрите. Тогда я поняла, что за «базаром» придётся следить…

(Окончание следует)
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 102819

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #76 : 24 Ноября 2023, 10:06:32 »

(Окончание)

– Причём санскрит звучал в варианте вологодских кришнаитов. Окающий кришнаит – как мило.

– Очень. И вот женщина, дежурная в храме, говорит мне что-то, а я только буквы понимаю, в слова соединить не могу. Потом отчетливо уже слышу: «Вы не хотели бы сходить на Исповедь, причаститься?» Отвечаю: «Я уже была». Она говорит: «Да? А вы готовились?» – «Нет, а как надо готовиться?» Оказывается, надо говеть, надо молитвы прочитать, надо попоститься. А я мяса не ем – что мне поститься?

– По-доброму отнеслась к вам, да?

– Да, спаси ее Господь за это. Я тут же молитвенник свой первый купила, записала, от какой страницы до какой надо прочитать, в какой день чего… Пришла домой, начала читать молитвослов, и не могу передать, что происходит: с одной стороны – санскритские мантры, с другой – неизвестные, но родные звуки речи, на которой мы уже тысячу лет обращаемся к Богу. Читаю мантры – отторжение, читаю молитвы – практически всё понятно, и свет в душу льется.

– С церковнославянским языком не было трудностей?

– Было почти всё понятно. Причём тогда, мне кажется иногда, было понятнее, чем сейчас, когда читаешь по памяти уже, не так внимательно, не с такой любовью… А тогда – вчитываешься в каждое слово, и оно прямо вот в тебе звучит, в сердце. Еще я с ужасом вспомнила, что сменила во время оно имя Ольга на «Ананда Рупа», т.е. «Пристань вечного покоя» или что-то в этом роде. У меня и паспорт был с таким именем. Пришла в паспортный стол, так и так, говорю: девки, отдайте мне нормальное русское имя. Они, хоть и ко всему привыкши, стараются быть серьезными, но плечи трясутся от хохота, и носом шмыгают. Ладно, вместе посмеялись – дали мне нормальный паспорт.

Беги, девка, обратно: без Бога жизни нет!

– С чем бы вы сравнили ваше возвращение к Богу?

Когда я прочитала сердцем молитвы, это был конец моим странствиям на страну далече

– Далеко ходить не надо – только вспомнить Евангелие от Луки, 16-ю главу. Да-да, ту самую притчу о блудном сыне. В моем случае – дочери. Когда я прочитала сердцем молитвы, это был уже конец моим странствиям на страну далече. Теперь уж ни о каких мантрах речи не было – только о доме, о Христе. Там тепло, там тебя любят по-настоящему.

– Какое впечатление у вас сложилось после контактов с силами, которые, мда, «вдохновляют» астрологов и их братьев по разуму?

– Когда я «консультировала», зачастую было так, что ты говоришь человеку далеко не то, что ты видишь в гороскопе. То есть какие-то вещи – они просто реально приходили. Какие-то мысли, и человек их подтверждает. А потом уже, оглядываясь назад, я понимала, что вряд ли это мне шептали ангелы, вряд ли это шло от Бога. Это, скорее всего, шло от совершенно других сил – для того, чтобы дать мне укрепиться в своей значимости. Ведь человек, который занимается таким делом, чувствует себя выше других, в нём гордыня есть. Несмотря на то что я пыталась быть смиренной, но это было не смирение – я это сейчас понимаю.

– Много людей приходило?

– Много. Причём приходили... из Церкви, приходили регенты! Я тогда смеялась и говорила: «Девки, что вы-то ко мне идёте? У вас же должно быть всё хорошо». Но тем не менее приходили. И причём одну женщину я, получается, вернула в храм. Она поёт в храме, всё хорошо.

– Это не та самая, которая посоветовала вам обратиться к астрологии?

– Да, она.

– И она потом попала к вам?

– Да, как к астрологу.

– И вы её вернули в храм?

– Да, я ей говорю: «Беги обратно! Без Бога жизни нет».

– Вы это ей прямо на приёме сказали?

– Да, да, вы понимаете, в отличие, например, от очень многих сектантов, я не пыталась всех затянуть в «свои ряды». Просто думала: ну, пусть они на этом своем уровне ходят в церковь. Лишь бы шли к Богу. Я искренне верила, что служу Богу. Что показываю дорогу. Было желание служить, поэтому, думаю, Он и привел меня сюда, увидев, что хочу служить Ему. Я читала про обращение Савла, князя Владимира, я тоже пережила что-то подобное.

– Досталось вам.

В голове – карма и реинкарнация, а внутри чувствуешь, что Бог – здесь

– Было дело, да. Много было звонков, приезжали: «Ты вернись, ты предаешь гуру». Но почему же они не говорили, что я Христа предала, когда принимала посвящение?! Все лекции этих проповедников «о чистой жизни», «о йоге» – это все обман, и проповедуют там вовсе не о том, что говорится словами. Так что моя несчастная астрология была своеобразным протестом. Глупо, конечно, но всё же.

– Что заставило вас прекратить все эти практики?

– Прежде всего – ощущение того, что я предатель. Очень хорошо представляю себе третий крик петуха в иерусалимскую ночь, греющихся у костра людей, ожидающих окончания разговора во дворе дома Каиафы. С одной стороны – это чувство, с другой – я почувствовала себя в храме наконец-то дома, у Бога. В голове – карма и реинкарнация, а внутри чувствуешь, что Бог – здесь. У нас был женский клуб, где обсуждали Бхагавадгиту. Когда пришла в Церковь, поняла, что больше не могу говорить об этом. А девчонки меня поняли: «Хорошо, и мы тогда пойдем в храм». Такая радость была. Что-то очень русское есть во всем этом: «А, и мы с тобой тогда – хватит этой фигней маяться». И смех, и грех, и освобождение от греха.

Не розы: жабы по феншую

– Были еще препятствия на пути ко Христу?

– Темные силы мешали. Я поэтому и хотела пообщаться с вами об этом в храме или рядом с ним. Я потеряла все, чего достигла материально. В той жизни ведь была установка: если ты духовно богат, то богат и материально. А я все потеряла. Был очень трудный финансовый период в жизни, проще говоря, денег просто не было. Еще проще: однажды наступил день, когда не было 20 рублей на билет на автобус до монастыря, куда я ходила на службы.

– Как справились с этим?

– Так ведь Бог-то не оставляет! Одна история, помню, ужаснула: женщина, читавшая мантры, в течение года получила столько денег, что смогла купить себе недвижимость на далеком теплом море. Очень богатой стала. Но она сделала аборт на восьмом месяце: не хотела «плодить нищету», наверное. Это меня, знаете, убедило, что деньги в жизни – не главное. Помню слова святителя Николая Сербского: «Не бойся: немногие сошли с ума от бедности – больше обезумевших от богатства», – по-моему, это тот самый случай. Когда денег полно, будешь ли думать о Боге?

Потом, очень юмор и ирония помогают. Мне теперь все эти гороскопы и т.п. просто странны и смешны. Вот, в Интернете изучают силу камней. Я тогда верила в этот бред, а сейчас мне смешно: «Положи сапфир в изголовье алкоголику, и он перестанет пить», «жаба по фен-шуй: поставь – будут деньги»…

Ну, и потом, бедность не означает, что надо сидеть сложа руки. Сейчас мы занялись производством натуральной косметики. Не нефть с алмазами, конечно, но, слава Богу, нищету преодолели. Так что горевать тут не стоит.

Такие разные преемники апостолов

– Это материальная сторона трудного пути домой. А духовная была?

– В 2012-м г. я пришла в Церковь, а астрологию полностью оставила только в конце 2014 г. Мне один батюшка (!) сказал: «Ты от этого кормишься, ну и кормись».

– Оп-па.

– Говорила же вам, что много чего интересного услышите.

– Это не столько интересно, сколько грустно.

– О, да. Ладно, потом я пошла учиться на катехизатора, окунулась, можно сказать, в церковно-профессиональную среду, и не все из «профессионалов» соответствовали моим, и не только моим, представлениям о христианских идеалах… В общем, было много искушений на пути к Богу. Я думала, зачем все это, зачем все это мне видеть? С помощью настоящих священников удалось все-таки справиться, слава Богу, с этими гадостями.

– Я не уверен, что найдется очень много людей, которые, столкнувшись хотя бы с долей ваших испытаний – как материальных, так и духовных – столь настойчиво продолжали бы оставаться в Церкви. Как вы справились с тем ужасом, который увидели, испытали в самой Церкви?

– Христа предал не только тот, кто грелся у костра во дворе у Каиафы – был и еще один предатель. Первый стал апостолом Петром, а второй – несчастным Иудой. Убеждение в том, что все мы можем повторить путь апостола Петра, и помогает мне. Тем же, кто повторяет путь Иуды, судья – Бог.

– Какова была реакция на ваше возвращение к Богу у близких?

– Тяжело было. У меня дома муж, сын, дочь, которые поддерживали астрологию и прочее. Как мне сказать мужу, как мне сказать всем, что я не могу больше это выдержать, что это всё больше не мое? Муж у меня тоже мантры читал. Вообще беда, короче. Но осознание того, что я вернулась к Отцу, было сильным, оно и победило в конце концов.

Дочка в Церковь ни ногой после Исповеди у одного священника. Сын видел пьянство среди священников, поэтому тоже не ходит в храм и против того, что я хожу в храм. У меня слетели розовые очки в отношении жизни, говорю сыну: «Иди, зарабатывай!» Ему это не нравится… Муж редко ходит, на Пасху, молится дома.

Читайте классику, люди!

– Какие книги вы читаете?

– Читаю много, слушаю разные лекции, нашла диспут отцов Олега Стеняева и Андрея Кураева с кришнаитами и Ко, вот это да, очень пригодилось. А еще я погрузилась в нашу классическую литературу. Читаю и изумляюсь: даны практически все ответы на мучающие людей с незапамятных времен вопросы – чего ради мы тогда в астрологию да секты перлись?! А если внимательно читать Псалтирь или Притчи Соломона? Это же кладезь, источник чистейшей воды. Люди, мы имеем такое богатство у себя под носом, а вместо этого часто гоняемся за ломаным грошом в навозе!

– Насколько я понимаю, сейчас вы были бы не против обратить внимание людей на особую осторожность в духовных поисках.

– Конечно! Хочется сказать людям: начните жить осознанно, задумайтесь! И, пожалуйста, не бегите по любому поводу к астрологу. Увы, мы не хотим брать ответственность на себя, перекладываем ее на других людей. Так проще: пойти и спросить: «Что мне делать? Выходить замуж или нет? Рожать или нет?» Или вдруг начинаем везде искать какие-то знаки. Это же склонность к элементарному язычеству. А надо полностью положиться на Бога, предаться Ему в руки, и тебя никто и ничто не лишит Его любви: ни внешние трудности, ни иудины грехи. Искренне всем нам желаю спасения.

С Ольгой Гагушичевой
беседовал Петр Давыдов


https://pravoslavie.ru/115560.html
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 102819

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #77 : 24 Ноября 2023, 10:57:03 »

Священник Георгий Максимов

«Я НАДЕЛ НА СЕБЯ КРЕСТ И ПОЧУВСТВОВАЛ: Я НЕ МОГУ БЕЗ НЕГО»

Беседа с Андреем Колобовым, бывшим кришнаитом


Андрей Колобов

Чуть более года назад на телеканале «Спас» появилась новая миссионерская программа «Мой путь к Богу», в которой ее ведущий священник Георгий Максимов встречается с людьми, обратившимися в Православие из разных неправославных мировоззрений и конфессий. Предлагаем читателям портала Православие.Ru беседу отца Георгия с бывшим кришнаитом Андреем Колобовым.

См.видео по нижеприведённой ссылке:

https://www.youtube.com/watch?v=zKp2Qp8-93U&t=9s

Отец Георгий Максимов: Здравствуйте! В эфире передача «Мой путь к Богу» – о тех людях, для которых путь ко Христу был непростым и которым многое ради этого пришлось переосмыслить. Сегодня у нас в гостях Андрей Александрович Колобов. Он долгое время не понаслышке был знаком с таким движением, как Международное общество сознания Кришны (МОСК). Многие из нас сталкивались с представителями этого движения. Сами себя они часто называют «вайшнавы», но у нас в стране больше прижилось название «кришнаиты». Андрей Александрович, расскажите, пожалуйста, как вы попали в эту организацию.

Андрей Колобов: Я пришел, как все приходят. Познакомился с людьми из этой организации. Стал читать книги, общаться, начал посещать регулярно собрания. Так постепенно втянулся…

Отец Георгий: Вы в то время осознавали себя христианином или просто ищущим человеком?

Андрей Колобов: Я тогда находился в активном духовном поиске. При этом церковного опыта жизни не было абсолютно никакого.

Отец Георгий: Что вас привлекло в МОСК? Учение или сама организация? Общение? Может быть, чей-то личный пример?

Андрей Колобов: Трудно выделить что-то. Всё имело место. Не скажу, что очень привлекло учение. Оно достаточно запутанное и бессистемное, внутренне очень противоречивое. Как и весь индуизм. Но, как человек ищущий, я увлекся, мне показалось, что нужно уделить этому внимание. И постепенно всё больше и больше я начал погружаться.

Отец Георгий: Вы там провели довольно большую часть жизни…


Кришнаиты и идол Свами Прабхупады
    
Андрей Колобов: Если считать от момента первого знакомства с движением и до момента, когда я достаточно резко отошел от него, – около 13 лет.

Отец Георгий: Это серьезный срок. У вас, наверное, за это время там появились и друзья, и весь круг общения?

Андрей Колобов: Да, практически весь круг состоял из вайшнавов, как вы их правильно назвали их внутренним языком.

Отец Георгий: И там были какие-то посвящения в процессе?

Андрей Колобов: Да, я прошел посвящение.

Отец Георгий: Могу представить, что человека, значительный отрезок жизни которого связан с этим движением и весь круг общения там, принять решение уйти может заставить только очень веская причина. Что для вас стало такой причиной? Вы стали сомневаться в учении или в организации? Или, может быть, было что-то еще?

Андрей Колобов: В учении я сомневался всегда. Дело в том, что, как я сразу отметил, оно очень противоречивое, оно не является цельным. И многие вопросы, которые у меня возникали, я задавал старшим преданным[1] – тем, кто по роду своего положения обязан был ответить или хотя бы попытаться ответить на них. Но ответов я не получал на протяжении всего периода своего пребывания там. Либо что-то пытались замазать, либо отвязаться какими-то шуточными ответами. Разумеется, были и вроде как разумные ответы, но главные вопросы всё равно оставались неотвеченными.

Отец Георгий: Какие, например?

Кришнаизм разбирает по кирпичикам мировоззрение человека и затем наполняет его сознание массой мифов

Андрей Колобов: Во-первых, книги, на которых основано учение, написанные Бхактиведантой Свами, внутренне очень противоречивы. Это то, что сразу бросается в глаза человеку, получившему светское образование и имеющему цельную картину мира. Нам в школе ее формировали достаточно четко и ясно. И разрушить ее было сложно. Как раз Общество сознания Кришны этим и занимается. Можно сказать, что оно деструктивно в этом отношении. Оно разбирает по кирпичам мировоззрение человека и затем, когда мировоззренческая картина становится уже фрагментарной, наполняет сознание человека массой мифов, и человек живет как в сказке, как в бреду каком-то. Сказки эти не сходятся, сюжеты постоянно противоречат один другому. И дальше либо человек сломается и просто перестанет это замечать, как-то смирится и научится с этим жить, либо он не кандидат в кришнаиты, и тогда он – отработанный материал. Такой человек уходит.


Основатель МОСК Шри Шримад А.Ч. Бхакгиведанта Свами Прабхупада

Я проиллюстрирую примером. В центре учения лежит миф. Это даже не некая философская система – она очень примитивна, – это именно миф, основанный на Махабхарате, – то есть это всё сказки, с которыми новый человек знакомится. Первое, чем бомбят его сознание: «Этому пять тысяч лет! Это очень древнее! Это самое древнее! Человеческая цивилизация из всего этого вышла, всё остальное потом позже наросло… это древнейший язык, мудрецы древности, люди жили сто тысяч лет, потом продолжительность жизни сокращалась…» И много-много-много прочего… Человек пытается разобраться в этом, сразу всё не глотая. Возникают вопросы. Если пять тысяч лет назад всё это начало письменно фиксироваться, а до этого устно передавалось, и существовала цивилизация, причем высокоразвитая, – она должна была какие-то следы оставить. Вот первый вопрос. Она не может бесследно исчезнуть, правильно? Почему на территории Индии в этот период 5000-летней давности находят только следы первобытных людей – обработанные камни, кости, свидетельства очень примитивного быта? И не находят следов этой цивилизации? Позже сталкиваешься с тем, что такие вопросы накапливаются. Их ведь не только я задаю. А в качестве ответа подсовываются лженаучные данные.

Прабхупада придумал новых «древних мудрецов», которых никогда не было

Кроме того, там очень много неточностей. Тот же Прабхупада придумал новых «древних мудрецов», которых никогда не было. Или напихал своих выражений в рот тем авторам, которые реально существовали и чьи произведения известны. Он ссылается на произведения: вот, мол, там это сказано. Ладно. А я вот не поленюсь, пойду и найду это произведение. Находишь, читаешь – а там вообще ни слова этого нет, ни мысли этой. Она там отсутствует. Тогда откуда он это взял? А в Индии в принципе не принято точное цитирование. Это часть культуры. Там полагаются полностью на авторитет человека. Если он мудрец, если он уже заслуженный, все ему и так поклоняются, то он рот открыл, заявил: «Сказано в пуране» – или: «В такой-то упанишаде сказано, что вот эта мантра – спасительна». Никто же не проверяет. Даже если в большом собрании подобных себе – они просто говорят: «Там так сказано». И всё. Никто цитату проверять не бежит. Это часть культуры. Здесь она не приживается либо приживается тяжело, потому что если «сказано» – докажи, ведь есть тексты. Вот это их большая проблема на самом деле. И я думаю, что я бы гораздо раньше вышел из этого бреда, если бы в то время больше было доступно текстов и исследований. Мне очень не хватало серьезной литературы. На протяжении всего своего сектантства я готов был читать, я был открыт этому. Но я мало что находил. Потом я специально закопался уже в научную литературу, но это работа, это уже не просто чтение. А популярной литературы об этом советский период почти не оставил. Поэтому мы были достаточно беззащитны перед вот этим валом.

Это очень агрессивно подается – не по форме, а по количеству: человека просто заваливают информацией – куча легенд, куча утверждений

Ведь это очень агрессивно подавалось – не по форме, а по количеству. То есть человека просто заваливают информацией – куча легенд, куча утверждений типа: «Вот смотри: этому храму 2,5 миллиона лет…» Как я могу это проверить, опровергнуть либо подтвердить? Никак. И большинство людей думают: «Ну, два так два». Поставьте себя на место такого слушателя. «Тут люди серьезные говорят, тут в зале сидит триста человек – и я один встану и начну возражать? Тем более что я не индолог, – думает человек, – я в Индии никогда не был… Ну, может быть, ну, допустим». Потом еще одно «допустим», и еще. И этих «допустим» набирается в голове такое количество, что оно переходит в качество. Ты забываешься и уже просто пытаешься нить какую-то уловить. Хотя бы с ума не сойти. Но в целом вроде интересно. Надо познакомиться. Вот так это происходило.

Отец Георгий: А что они говорили про христианство в своем кругу? Ведь не могли же они замалчивать то, что все-таки Россия – это страна с христианской культурой и люди приходят к ним в большей или меньшей степени с христианской подготовкой.

Андрей Колобов: Разумеется, этого невозможно избежать. Они особо не скрывают своего пренебрежительного отношения. Мол, «христианство – это такая вторичная религия. Она намного младше нас, кришнаитов. Она совершенно не древняя. В принципе Христос пришел для совсем уже конченных. Христос просто один из учителей, один из возможных путей для тех, кому высшая планка недоступна. Бог ведь милостив, и поэтому для совсем уже уродов, которые даже от мяса не могут отказаться, есть такая вот поблажка в виде учения Христа». И это отношение в принципе не скрывается, об этом открыто говорится в собраниях. Это есть в записях, на ютубе.

Отец Георгий: Вы сказали, что на протяжении всего этого времени у вас были недоумения относительно учения. Но всё же прошло довольно много лет, прежде чем вы решились сделать такой шаг и расстаться с этой организацией. И что же стало побудительным толчком, если он был?


Пир кришнаитов
    
Андрей Колобов: Да, побудительный толчок был. Случилась большая личная трагедия – и меня встряхнуло. Должен заметить: люди постоянно уходят из ИСККОНа[2]. Ну, уходили, во всяком случае. Я не знаю, как сейчас, но вряд ли что-то радикально изменилось. В тот период, когда я ушел, это было обычное явление. Много людей приходило, но много и уходило. Об этом все их учителя на лекциях говорили, что это наша проблема, что нужно что-то делать, что люди не должны уходить. У меня был свой круг общения там, и я видел, как люди менялись. Многие из людей, с которыми я шел, менялись пугающе. Совершенно неожиданно в людях проявлялись качества, которые не просто с точки зрения кришнаизма являются грехами, – они отвратительны с точки зрения просто человеческой. И человек, с которым ты был очень близок, вы были друзьями, вместе готовили пиры, вдруг делает такое…

Отец Георгий: А что за пиры имеются в виду?

Андрей Колобов: В кришнаизме своего рода культ еды, совместное принятие освященной пищи очень важно. Всё это началось еще с Прабхупады в западном мире. На таком пире создается очень интимная обстановка, возникает близость с людьми, с которыми вместе готовишь, потом всё это ритуально освящаешь, и с этими людьми ты потом всё это, как кришнаиты говорят, «почитаешь», то есть ешь, если по-человечески. Очень праздничная, радостная атмосфера царит в этот момент. И сближаешься с людьми. Обычно так дружба там и завязывается, за столом, вернее – «за полом», потому что всё это на полу происходит. Тарелки стоят. В Индии это вообще листья какие-то, а у нас это одноразовые пластиковые тарелочки, и все между рядами ходят и эту еду накладывают.

За меня молились. Я знаю, сколько слез было в этой молитве. И я начал трезветь

Так вот, возвращаясь к моему уходу. Я относился к когорте учеников Харикеши Свами. Все нынешние руководители русского кришнаизма – его бывшие ученики. И вот он покинул ИСККОН, снял с себя статус саньясина[3] и женился. Это известная история 1998 года. Это тоже для меня была такая серьезная встряска. То есть Господь не просто вел оттуда, да уже толкал. В конце концов погиб очень близкий мне человек из кришнаитов. Ну и тогда меня совсем уже… накрыло… И я начал очень серьезно думать над тем, что происходит. Где я? Что со мной? Как я здесь оказался? И в этот момент – я думаю, что это очень важно подчеркнуть, – за меня молились. Я знаю, кто молился. Я знаю, как долго. Я знаю, сколько слез было в этой молитве. И я начал трезветь. Я жил тогда в Москве. И я еще посещал кришнаитский храм на Беговой. И однажды меня привели в Сретенский монастырь, где я купил себе крест. Он до сих пор на мне. Я потом с ним крестился, много лет спустя. А тогда, в первый раз, просто надел его и уже понял, что не сниму. Вот так началось. И примерно в те же дни я взял свои четки…


Кампаньола с женой

(Окончание следует)
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 102819

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #78 : 24 Ноября 2023, 10:58:40 »

(Окончание)

Отец Георгий: Именно кришнаитские четки?

Андрей Колобов: Да. Четки – это не простая вещь, это очень серьезно. Я читал по четкам каждый день круги – 16 кругов, как положено, и 25 кругов в экадаши[4] – я соблюдал принципы – ну, всё, что необходимо… Кришнаиты знают, о чем речь. Я не оставлял общения – это же очень важный момент в кришнаизме, что нельзя изолироваться. Это постоянно подчеркивается, что если ты один, если ты оторвался от общины, от общения с вайшнавами, то ты очень быстро потухнешь. Так вот, я взял четки и понял, что никогда больше не буду читать. Я их не стал выбрасывать. Аккуратно так, почтительно положил в стол. Жена потом выкинула, позже. Через несколько дней… Я снял малу с шеи, тогда же – вот эти бусы. Они из священного для индусов дерева делаются – и четки, и бусы. И я понял, что я читать джапу[5] больше не буду никогда. Не то что я себе слово дал, а просто это было внутреннее такое понимание. То есть она мне больше не нужна. Я посчитал как-то раз, мне было любопытно, сколько за годы в кришнаизме я вычитал вот этих так называемых «святых имен». Сейчас даже не вспомню. Ну, больше миллиона точно. Все они просто рассыпались в прах, как идол. Знаете, как чудеса, о которых читаешь в житиях: идол взял и рассыпался. Представьте: вот человек сидел столько лет, читал, медитировал, посвящал этому свое время – я ведь очень многих людей туда привел, я книги распространял, я проповедовал, я читал лекции. Это ценно, это огромный кусок твоей жизни, это песня сердца твоего… И вдруг это всё рассыпается в прах от легчайшего дуновения. Просто пальцем коснулся.

Отец Георгий: Но к христианству вы пришли не сразу?

Андрей Колобов: Да. Я надел на себя крест и внутренне чувствую: это мое. Думаю: буду носить его, и всё. Без каких-то обязательств. Ну, мало ли что почувствовал… Я ведь и четки когда-то взял, я и малу на себя надевал – поэтому уже трезвее к этому относишься. Но понимал: я хочу носить этот крест. Он мне нужен. Я не могу без него. А дальше посмотрим, что будет. И затем был еще очень запомнившийся момент. Меня привозят в Коломенское. Там излучина реки, очень красивый храм, шатровая архитектура времен еще Ивана Грозного. Я выхожу, вижу этот храм белоснежный, солнце, лето… И там такой дядька был, с билами, стоял и звонил в них. И я услышал музыку русской духовности, как я тогда это понимал. Как она, Русь, звучит. То есть то, что слушали мои предки. Я смотрел на это, слушал. И меня вдруг такой наплыв чувств охватил. И это была не сентиментальность, столь популярная у кришнаитов. Я практически пережил катарсис. Я вдруг увидел Русь. Столько лет я жил в России, а русского ничего не видел. Сам не видел – не то что его не было. А тут вдруг увидел. Вот это был второй шаг – стало чем дышать. Я вдруг очутился в христианском мире. И далее – книги. Очень много. Я читающий человек, я и в кришнаизме много читал. И меня осеняет простая мысль: а почему бы мне не почитать христианского?

Я «ломал» Библию. Я пытался в ней тоже противоречия найти. Но христианство осталось незыблемо, как скала

Но стоит подчеркнуть очень важный момент: я со скепсисом набросился на христианство. Я начал пытаться его ломать, пробовать его на прочность. Я же видел, как разрушился во мне кришнаизм, как он рассыпался просто в пыль. И мне очень не понравился этот опыт. Когда ты 13 лет строишь свою духовность, 13 лет пытаешься идти к Богу, и оказывается, что ты не только никуда не сдвинулся с первоначальной точки, а еще и закопался очень сильно, так что от тебя голова только торчит из песка и ты в пустыне в какой-то… – себя очень некомфортно чувствуешь. И вот этот опыт заставил попытаться напасть на христианство. Я начал его крушить. Со всеми христианами, кто со мной общался, я вел жесточайшие диспуты. Я их «ломал». Я «ломал» Библию. Я пытался в ней те же противоречия найти. Так вот, христианство осталось незыблемо, как скала. И мне ни одного кусочка не удалось отколоть.

И вся эта ложь кришнаитская о христианстве оказалась несостоятельной. А ведь все эти годы я фактически о Православии ничего, кроме этого, не знал. Нам учителя говорили: «Ну, это мясоеды какие-то… Христос – Он молодец, но они Его убили… Он же их учитель, их гуру – а что они сделали? Вот мы своих гуру почитаем. А те, к кому Он пришел, – это дикие древние евреи, они убили своего гуру. Ну и что вы хотите от этой культуры? Какие тут могут быть вопросы?» Всё, дальше этого и не идет у кришнаитов восприятие христианства. И сегодня то же самое происходит. В основном ведь кришнаитами молодежь обрабатывается. Что там может понять юноша? Я на днях с одним общался, мальчишка 20 лет, студент. Мозг вынесен совершенно, ничего не слышит. Глаза квадратные, накачан… 5000 лет, культура там, Бхагавад-гита. Я ему: «Давай просто подумаем, посмотри: есть же больше данных, того, что можно почитать»… Диалог очень тяжело вести.

Отец Георгий: А вас не пытались ваши прошлые знакомые как-то вернуть, какие-то беседы вразумительные проводить?

Андрей Колобов: Я очень резко ушел. И таких попыток не было.


Кришнаит-миссионер
    
Отец Георгий: Совсем недавно я узнал, что у нас на севере Москвы на одном катке кришнаиты открыли такую точку, где они раздают бесплатно питание и тут же сообщают, что они вайшнавы, что у них культура и так далее… Понятно, что это такая миссионерская деятельность. Именно у кришнаитов она нередко завязана на раздаче пищи. С чем это связано? Почему для них так важно, чтобы незнакомые люди поели их пищи?

Раздача кришнаитами еды – это магическая форма проповеди: они раздают освященную пищу

Андрей Колобов: Есть религиозный аспект, есть социальный аспект. Религиозный заключается в том, что, согласно внутреннему мифу, пища освящена, и она является самим Кришной. То есть с христианской точки зрения – это идоложертвенная пища. А с их точки зрения эта пища священна, и человек, который ее поглощает, сталкивается таким образом с божеством. И освящается. Поэтому это такая магическая форма проповеди. То есть человек съел, и все кришнаиты смотрят и ждут: ну что, ты понял? дошло до тебя, как он прекрасен? А с точки зрения социальной – это способ создания позитивного имиджа в обществе. Мол, мы кормим голодных, что в этом плохого? Это прекрасно со всех сторон. Любой конфликт, который где-либо возникает, война началась где-то, люди друг в друга стреляют, и понятно, что страдают дети и старики, самые социально незащищенные слои, – тут же появляется бригада таких бесшабашных пацанов, которые еду раздают. Это же еще риск для жизни, то есть они еще и герои. Тут пули свистят, в Чечне той же, – а мы рис варим, на алтаре предлагаем и голодных кормим. Ну, про алтарь людям можно не говорить, потому что еще есть откажутся. Но в целом, с точки зрения внешнего общества, – это дело хорошее. И это всё очень тщательно документируется кришнаитами, собираются официальные благодарности, например от главы администрации какого-то района или города. И потом они используются для продвижения организации. Это грамотная политика, чтобы закрепиться и создать себе в обществе положительный имидж. Таких вещей у кришнаитов немного, всё остальное людей раздражает. Так что у них есть два таких щита. Первый: мы голодных кормим, а вы нас обижаете. А вот у нас благодарность от того, от сего… Подписанная самим… Кто хочет спорить с нами? Второй щит: а нас вот преследовали при советской власти. Действительно, умерло несколько человек в тюрьме в советские времена. Над ними специально издевались, кроме мяса ничего не давали, зная, что они вайшнавы и мяса не едят. Это имело место. Люди сидели, несколько человек. Но больше – нет. И вот этим постоянно трясут кришнаиты. И до определенной степени это работает. Мученичество всегда вызывает отклик в сердцах людей.


Раздача прасада кришнаитами в Грозном
    
Отец Георгий: В Советском Союзе все преследовались, и даже шаманов сибирских арестовывали и сажали в 1930-е годы. Так что это, скажем так, всех касалось. И об истинности религии, конечно, это само по себе не свидетельствует. Хотя может свидетельствовать о степени приверженности своим взглядам.

Андрей Колобов: Это говорит о стойкости людей, не более того. Заблуждающиеся люди иногда очень упорны.

Отец Георгий: Как, по вашему мнению, когда из кришнаизма приходят в Православие, есть ли что-то в момент воцерковления, на что такому человеку нужно обратить особенное внимание? Потому что системы совсем разные. Может быть, многие вещи в Православии очень непривычны для них?

Даже не зная христианства глубоко, мы всё равно неосознанно со Христом согласны – это у нас в крови

Андрей Колобов: Не думаю. Мы ведь живем в России. Нам русская культура всё равно с детства всем знакома. А это индуистское всё достаточно наносное, очень искусственное – все эти кармы, реинкарнации… Даже не зная христианства глубоко, внутренне-то мы всё равно были неосознанно со Христом согласны. Со многими заповедями, наставлениями. Это в крови, это в воздухе витает. И это активно используется в том же кришнаизме. Он всё равно имеет ярко окрашенный христианский характер в странах, которые изначально христианские.

Отец Георгий: Это как попытка мимикрировать для того, чтобы облегчить миссионерские задачи.

Андрей Колобов: Да. Они приписывают себе то, чего в классическом вайшнавизме в принципе нет и быть не может. В западном адаптированном неокришнаизме это неизбежно появляется. И это меня очень возмущало, когда я начал уже в обеих системах более-менее ориентироваться. То, чему даже корней в кришнаизме нет, вдруг выдается за изначально кришнаитское. Сам кришнаизм является достаточно древним в индийской культуре. Но этот индийский кришнаизм не таков, каким его рисуют западные кришнаиты.

Отец Георгий: Андрей Александрович, спасибо большое за ваш рассказ. Дай Бог, чтобы многие из тех, кто сейчас еще далеко от Христа, но кто имеет в сердце любовь к Истине, нашли бы в себе силы и мужество прийти ко Христу и обрели бы в Нем утешение, покой и ту твердую опору, которую нашли вы.

С Андреем Колобовым
беседовал священник Георгий Максимов

30 апреля 2015 г.

________________________________

[1] «Старшими преданными» называют наиболее обученных, активных и авторитетных людей в каждой конкретной общине кришнаитов.

[2] ИСККОН – транслитерация аббревиатуры английского названия организации: ISKCON – International Society for Krishna Consciousness (Международное общество сознания Кришны).

[3] Саньясином в индуизме называют человека, который избрал жизнь полного самоотречения, странствующего аскета и проповедника. Харикеша Свами (настоящее имя – Роберт Кампаньола) – сподвижник и личный секретарь основателя МОСК Прабхупады, по его указанию занимавшийся распространением кришнаизма в Восточной Европе. В 1998 г. оставил МОСК и выступил с его критикой.

[4] Экадаши – в индуизме так называется одиннадцатый день после полнолуния и новолуния каждого месяца; эти дни считаются благоприятными для совершения духовных практик и «очищения».

[5] Джапа – практика медитативного повторения мантр или божественных имен в индуизме. Джапа-мала – четки для совершения джапы, состоят обычно из 108 зерен.


https://pravoslavie.ru/79000.html
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 102819

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #79 : 02 Декабря 2023, 10:24:54 »

Доброе сердце Самуила

В минувшую субботу мы простились с рабом Божиим Самуилом (†22.11.2023). Эта история, рассказанная многолетним наставником и другом почившего – духовником Донского монастыря Москвы иеросхимонахом Валентином (Гуревичем), вроде как не всецело посвящена Самуилу, но вот именно так он всегда и вел себя по жизни – всем готовый помочь и не осуждающий никого, – стремился как-то скромно остаться в стороне.

В последние годы Самуил каждый день молился за службами, прочитывал внушительное правило, в том числе состоящее из многих зачал Евангелия. Он знал, с какой силой приходится иметь дело, и что нельзя вступать в бой, не вооружившись.


Испытание для теоретика


Раб Божий Самуил

А история такова… Будущий иеросхимонах, у которого в миру, как и в схиме, было имя Валентин, тогда продолжал ещё сохранять некие фрагменты марксистской веры-утопии и всерьез был озадачен проблемами создания общества, в котором человек будет освобождён от принудительного труда, и его уделом станет самосовершенствование в процессе свободной творческой деятельности.

Впрочем, перед ним стоял вопрос: а будут ли освобождённые от необходимого труда люди совершенствоваться в процессе свободного творчества или станут деградировать в безделье и разврате. У Валентина выстраивалась уже целая теория с почти научными выкладками, как все-таки достигать не свободного падения, а столь же, как мыслилось, свободного рывка вверх.

Он был под впечатлением рассуждений Достоевского, который писал: для того, чтобы наступило братство, необходимо, чтобы каждый на самом деле стал каждому братом. А это может быть достигнуто только при работе каждого над самим собой, – имеется в виду духовно-нравственное самосовершенствование, происходящее в Православной Церкви.

Хотя Валентин тогда еще считал, что для этой работы над самим собой можно привлечь и методы других школ, существовавших на всем протяжении истории человечества. Например, почему бы не почерпнуть что-то и в индийской йоге? Это тот подход, что некогда взял себе за путеводный (на чем и заплутал) Лев Толстой, собирая, как он полагал, мудрость всех мудрецов всех времен всего человечества...

Но однажды Валентин вдруг осознал, что «сам он остро нуждается в нравственном оздоровлении, так как резко вдруг обнаружились совершено недопустимые проявления нравственного уродства и деградации, что делало недостойным и всё это стремление активно участвовать в построении идеального общества». Ведь идеальное общество строится из, по возможности, идеальных людей, или хотя бы стремящихся к идеалу, коим на Руси всегда была святость.

А еще он отчетливо понял, что на территории СССР нет традиционной школы индийской йоги. И те, кто пытается тут стать йогами, становятся явно неадекватными. Традиция, которая у нас укоренилась и давала реальные результаты, – это Православие. Он уже был знаком с примером преподобного Сергия Радонежского и его многочисленных учеников: – самое действенное преобразование – это преображение социума изнутри.

В то время все население СССР было практически невыездным, и решение воспользоваться помощью Православной Церкви представлялось – как стопроцентно подтверждается это и сейчас, когда поехать можно куда хочешь, – единственно правильным.

Начавшись таким образом, воцерковление постепенно привело к принятию сана и схимы...

Если вернуться к разработке метода перехода общества принудительного труда к обществу свободного творчества, то дело обстояло так. Одна из книг серии Агни Йога называлась «Община» и содержала идею соединения людей, стремящихся к реализации общества свободных творцов, в общины, в которых налаживается эта жизнь, как там писалось, будущего. С тем, чтобы эти общины «оказывали благотворное влияние на окружающих».

Это можно уподобить кипению воды. Вода, когда кипит, то в процессе преобразования жидкости в пар имеет место двухфазовое состояние – сосуществование пара и воды. Но постепенно при подводе тепла процентное соотношение пара увеличивается. То же применимо и к обществу. В период сосуществования двух фаз – «общества будущего» и «общества настоящего» – постепенно процентное соотношение общества будущего увеличивается...

Эти рассуждения были вдохновлены как раз образом преподобного Сергия Радонежского, основавшего сообщество тех, кто выстраивал свою жизнь на совершенно иных основаниях, чем жизнь остального общества. Количество примыкающих к братству на Маковце росло, а потом уже выходцы из него пошли по Центральной Руси, на Север, – так возникло еще около 40 обителей, и их братство тоже умножалось. Но и сам строй этого нового бытия влиял на весь народ в целом, люди не только приходили, паломничали в эти монастыри, окормлялись тут, но и стали селиться окрест, – так возникали целые города, как Сергиев Посад и др.

Сам строй этого нового бытия влиял на весь народ в целом

Подобными рассуждениями Валентин тогда увлек своего друга – кандидата философских наук Генриха Степановича Батищева. Тот был очень активен – читал лекции студентам МГУ, ФИЗТЕХа, во множестве других учебных заведений, на различных научных конференциях. Беседовал на частных квартирах, на привалах туристических походов. Везде. Делился соображениями о том, как можно было бы объединяться в такие творческие коллективы, в которых совместно и высекалась бы искра альтруизма, творчества, взаимопомощи, созидательного труда.

Однажды, после его такого пламенного выступления на конференции в Институте Психологии, что на старой территории МГУ, к нему вдруг подошла девушка и сообщила, что у них уже создана такая группа. Генрих Степанович рассказал об этом Валентину и предложил ему самому познакомиться поближе с теми, кто воплощал в жизнь то, о чем он пока еще лишь только помышлял. И Валентин пришел к ним в гости...

Дело не в том, как мы начинаем жизнь,
а в том, как мы ее окончим


Главой этой общины, которую они на языке индийских йогов называли ашрамом, была талантливая виолончелистка Галина.

Сама она была из многодетной семьи. Ее отец, в общем-то, стремился быть добросовестным воспитателем своих детей, но, как примерный советский гражданин, занимающий при этом еще и довольно высокий пост, просто даже не догадывался, что в вопросах воспитания может помочь Церковь. Товарищ Дубровин, так его звали, следил за тем, к какой области искусств или ремесел его малыши проявляют интерес и способности, и старался истово развивать их в этом направлении, представляя их вниманию самые что ни на есть высокие образцы в соответствующей области.

Так и свою крошечную еще Галю он однажды привел на концерт симфонической музыки. Они слушали одно из произведений Бетховена – сначала музыка была спокойной, потом напряжение в ней стало нарастать, и вот, в самую кульминацию, – раздался девчачий рев! Психика младенца не выдержала этого накала страстей. Случился скандал… «Кто привел сюда ребенка?» и пр. Девочка была уже в каком-то измененном состоянии сознания, точно некую пробоину получил весь ее душевно-телесный состав. Ее потом лечили, подбирая то те, то другие психотропные препараты, но надрыв в ней так и остался…

Со временем ей кто-то посоветовал использовать это как некую особость. Она стала заниматься йогой и намеренно впадать в медитативные состояния. Там, в этом невидимом мире, когда сознание принудительно дремлет, она и познакомилась с неким, как она его потом сама называла, «Учителем». Тот ей давал указания, которые она должна была исполнять. В частности, он ей и нашептал основать их ашрам.

В этом невидимом мире она и познакомилась с неким, как она его потом сама называла, «Учителем»

На тот момент, когда в их среде оказался заинтересованный реализацией своих концепций Валентин, те – а среди них были и мужчины, и женщины, и дети – занимались разными науками, искусствами, гимнастикой, йогой, каждый – по составленному Галиной под руководством «Учителя» индивидуальному графику этих занятий.

Количество последователей возрастало (это было одно из условий «Учителя»). Так, например, где-то в Лужниках Галина познакомилась с тренером хатха-йоги, и тот радостно влился в их кипящий деятельностью коллектив. В настоящее время, впрочем, он – схимник в Оптиной пустыни… Да и все остальные «питомцы» этого ашрама, где бы они потом ни оказались, в России, Германии или в другой загранице, так или иначе имеют отношение к Православию.

Крещение той, что «в прошлой жизни была католическим монахом»,
и что из этого вышло



Генрих Батищев

Генрих Степанович Батищев, чтобы не быть изверженным из Института Философии АН СССР, вещал, конечно, слушателям своих лекций и бесед о Боге и о Церкви, но на эзоповом языке. Та самая девушка, что подходила к профессору Батищеву после его лекции в Институте Психологии, признавшись в том, что они уже осуществили «социальную мечту коммуниста», вскоре вдруг изъявила желание креститься…

Хотя, утверждая на полном серьезе, что в прошлой жизни «была католическим монахом», она решила креститься в католичество. Тем более что в их окружении появилась «практикующая» католичка, к которой «бывший монах» и стала с этой просьбой приставать. Но та ей ответила, что, дескать, наша (то есть их, Католическая) церковь пребывает под особым наблюдением силовых структур, поскольку наш глава (Папа) заграницей, и это новокрещенную поставит в опасные обстоятельства. Поэтому она рекомендовала собеседнице креститься в Православии и стать «нашим» (то есть католическим) агентом, содействующим объединению Церквей.

Но главным было все-таки то, что именно в этом ашраме Валентин и встретил будущего Самуила (это его имя в Крещении). Тот, будучи еще даже не крещен, носил крестик – это, возможно, также способствовало тому, что он имел иммунитет ко всей этой окружающей многообразной дичи – давлению атеистического государства, мутным практикам типа йоги и связанным с этими практиками появлением сомнительных «Учителей».

Бывшая «католический монах» обратилась к Валентину с просьбой посодействовать ее Крещению, чистосердечно объяснив ему в подробностях все свои обстоятельства, в том числе поставив его в известность о рекомендованном ей задании стать католическим агентом в Православии.

Надеясь крестить еще и будущего Самуила, Валентин пошел договариваться о совершении таинства к отцу Димитрию Дудко, с которым к тому моменту уже был знаком. Но Крещение почему-то постоянно откладывалось: каждый раз, когда батюшка уже назначал время, внезапно появлялись какие-то неотложные дела, куда-то надо было мчаться.

Тогда Валентин понял, что надо действовать более решительно, и в тот день, на который в очередной раз было отложено Крещение «бывшей католическим монахом», он решил самолично явиться к семейству отца Димитрия Дудко домой и оставаться там до тех пор, пока батюшка, наконец, не решится исполнить свое обещание и совершить таинство Крещения.

Валентин нагрянул в гости к семейству Дудко и стоял как вкопанный в коридоре, не реагируя на недоумения и протесты почтенного священника. Был вечер. Сын батюшки Миша, будущий протоиерей Михаил, закрывшись одеялом с головой, читал при свете карманного фонарика книгу «Остров сокровищ», был разоблачен отцом, книга была реквизирована. Тогда он стал смотреть запретный телевизор, который, несмотря на протесты и доказательства правомерности этого просмотра, так как транслировались драматические события на Святой Земле, был безжалостно вырублен. Непрестанно звонил телефон, требуя от пастыря немедленного Крещения кого-то другого, Венчания, Причащения, отпевания и других поступков. Чтобы отвечать на телефонные звонки, он непрерывно сновал туда-сюда по коридору мимо неподвижно стоявшего там Валентина, весьма неодобрительно на него поглядывая и отпуская нелицеприятные замечания.

Отец Димитрий как-то долго и нехотя собирался, точно ожидая, не возникнет ли опять какое-нибудь совсем уж срочное дело. С ним собралась ехать и супруга, сопровождавшая его в таких поездках и исполнявшая функцию церковного хора.

Наконец вызвали такси. Водитель оказался не из местных, откуда-то из Средней Азии, города не знал, долго кружил по московским улицам, – состояние мостовых при советской власти было далеким от совершенства, – водил плохо, машину постоянно подбрасывало. Дорога заняла около полутора часов. Наконец достигли места назначения. Оказалось, что оно находится на соседней улице…


Протоиерей Валериан и иеросхимонах Валентин. Фото Ольги Орловой

Войдя в многокомнатную квартиру, в которой проживал ашрам, чета Дудко обнаружила там большое количество насельников – мужчин, женщин, детворы.

Отец Димитрий было умилился:

– Какая большая семья!

У самой Галины было двое детей от случайных связей, причем у них даже не было нормальных имен: мальчика она звала Татошкой, а дочку – Звёздочкой, или Звёздой...

Появление батюшки вызвало оживленную реакцию, особенно у детей. Татошка объявил, что пришел Бог. И, подойдя к усаженному на стул батюшке с требным ящичком в руках, взял в свои руки привлекший его сугубое внимание золоченый крест, стал его вертеть, разглядывая со всех сторон. Дочка «бывшей католическим монахом», обратившись к батюшке, сказала:

– А Ленин тоже хороший.

– Да, все хорошие, – с иронией отозвался уже занятый разбором требного ящичка тот, кто пришел не препираться, а крестить весь этот бедный народ. Начались хлопоты с устройством купели.

Чего уж никак не ожидали ашрамовцы, так это того, что отец Димитрий стал вообще всех, кто не был крещен, властно и безотлагательно крестить. Он держался мнения, что сама благодать Крещения сделает свое дело, касающееся оглашения и воцерковления.

Завершив таинство, батюшка, высказав пожелание, чтобы их дом стал полной чашей, покинул ашрам, попросив Валентина проводить их с супругой до трамвая.

(Окончание следует)
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 102819

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #80 : 02 Декабря 2023, 10:26:12 »

(Окончание)

Так были крещены в Православие и «бывшая католическим монахом», и тренер хатха-йоги – будущий оптинский постриженик, даже схимник, и многие другие. Правда, будущего Самуила не оказалось на месте – он вернулся в ашрам сразу после ухода батюшки. Но то, что началось потом, оказало на него колоссальное воздействие…

Им всем, принявшим Крещение, кто-то явно мстил за это событие

Им всем, принявшим Крещение, кто-то явно мстил за это событие. Один за другим соседи вдруг стали писать на них жалобы, что, дескать, здесь некие странные люди живут групповым браком. Отец «бывшей католическим монахом», будучи героем Советского Союза и генералом авиации, подал заявление на Галину в самые высокие инстанции, что их гуру – «английская шпионка». Началась, можно сказать, свистопляска – постоянные проверки, дознания.

Они решили бежать в Душанбе, надеясь там получить «ашрамское убежище». Но КГБ их вычислил и там. Они вернулись.

Валентин с ними продолжал общаться. Так почти все ашрамовцы пришли в Церковь. Вскоре отказались от йоги. Стали ездить в древний Покровский храм в Отрадном, окормлялись там у протоиерея Валериана Кречетова.


Покровский храм в Отрадном

От Галины практически все они отвернулись, осуждали ее за то, что она испортила им жизнь. Не отвернулся только крещенный уже в Отрадном Самуил, очень добрый человек. Он считал, что она их любила, старалась оказывать им помощь, как она это понимала, жалел ее и не оставил.

Приходя к ней, рассказывал про Отрадное, про то, какой хороший там батюшка, как замечательно поет хор… А Галина сама была изумительным музыкантом. И все эти увещевания на нее подействовали. Однажды она согласилась поехать вместе с ним в храм...

И ей всё очень в храме понравилось, она стала регулярно бывать здесь. У нее был абсолютный слух, потихонечку она подпевала певчим, но на клирос ее все-таки не пускали. Было очевидно – человек духовно болящий.

В церкви она часто ни с того ни с сего падала, у нее начинались необъяснимые наукой припадки. Тогда отец Валериан клал ей руку на голову, молился, и ее отпускало. Она поднималась. И такое случалось неоднократно.

А потом, ровно через год после своего прихода в храм, она объявила:

– Я ухожу.

Все были удивлены.

Бесы просто так не отпускают.
Но милость Божия к желающим быть с Ним – неизреченная


На расспросы Галина призналась… Оказалось, что прежде, чем поехать в первый раз храм, она вступила в обычный свой контакт с «Учителем», поделившись с ним, что, вот, ей предлагают съездить на службу, познакомиться с батюшкой.

– А зачем тебе это нужно? – спросил тот.

– Преодолеть гордыню и приобрести смирение, – ответила она.

– Хорошо, в течение года ты должна ходить в этот храм, слушаться этого отца Валериана, преодолеть гордыню, приобрести смирение, а потом возвращайся ко мне, – последовало распоряжение.

Когда, собираясь за послушание «Учителю» навсегда уйти из Церкви, она все это рассказала, отец Валериан посоветовал ей выразить недоверие своему «хозяину»:

– Скажи, что не можешь слушаться его, сомневаешься в его компетентности и должна сама, с Божьей помощью, разобраться в своих оценках.

– Я не могу так сказать «Учителю», – затрепетала она.

Батюшка Валериан продолжил:

– Человек не должен доверять своим ощущениям, тому, что ему мерещится. И если это настоящий духовный учитель, он, понимая это, поймет тебя, одобрит твое решение, а если откажется, упрекнет, надо так и спросить: а кто вы такой? Ибо так может поступить псевдоучитель, дух тьмы.

Она всё так и сделала, как ей посоветовал батюшка. Ее потусторонний собеседник ухмыльнулся и сказав:

– Ты от меня отказалась, но об этом пожалеешь.

И исчез...

И у нее началась цепь не то что неприятностей, а прямо-таки катастроф.

Сначала она ослепла и не смогла уже ездить в храм.

Тогда отец Валериан приехал к ней сам, с тем чтобы причастить ее на дому.

Но ему изо всех сил, явно не собачьих, поначалу попыталась помешать домашняя собачка. Она с каким-то остервенелым неистовством стала бросаться на священника с Дарами. Кое-как ее удалось запереть в туалете, где она вдруг стала громко издавать какие-то странные звуки.

Дети объяснили:

– Это собака мяукает...

Отец Валериан, несмотря ни на что, сделал то, что было положено совершить, – освятил помещение и причастил болящую.

Его спросили, когда он сможет приехать в следующий раз. Он ответил Галине, что она сама приедет в храм для Причастия. И действительно, вскоре к ней вернулось зрение, и она смогла приехать в храм.

Но тут же таким же странным, непонятным науке образом она потеряла слух. И повторилась та же история с Причащением на дому, последующим возвращением слуха и Причастием в храме.

После этого вскоре у нее отказали ноги. Она утратила способность ходить. Снова повторилось Причащение на дому.

Следующей катастрофой была потеря памяти. Она не помнила, кто она, как ее зовут. Знала только, что эти мальчик и девочка – ее дети, и помнила их «имена».

Ее удалось свозить в Отрадное, и она сказала, что видела этот храм во сне...

Дома у нее был большой шкаф с книгами, она стала их читать – способность читать у нее все-таки оставалась. Одна из книг в этом шкафу представляла собою сборник повествований о многодетных семьях в СССР, написанных в поощрительном ключе: вот, мол, кому надо подражать. В числе этих примеров находился фрагмент, повествующий о семье, в которой росла сама Галина... И вот, когда настал черед читать эти страницы, она вдруг поняла, что речь идет о ней, о ее родных. И память тут же восстановилась!

Вал испытаний не ослабевал

Но вал испытаний не ослабевал. От нее убежал ее сын с одним из ее учеников. Всесоюзный розыск нашел их в горах Кавказа... Там тогда подвизались многие пустынники, – возможно, ребята к ним и решили рвануть.

Галина продолжала ездить в Отрадненскую церковь. Нечистый дух в изобиловавшем святыней Покровском храме проявлял себя посредством ее странных припадков, прекращавшихся по молитве настоятеля.

И вот, однажды во время богослужения в Отрадном она, по своему обыкновению, в очередной раз упала в обморок – и, на этот раз не выйдя из этого состояния, скончалась...

***

Причем умерла она в храме.

Сделаю отступление от себя. Помню, была на соборовании в Отрадном. И в этом самом намоленном веками храме, где отлетела ко Господу душа Галины, кому-то стало плохо, человек резко, с грохотом, свалился, и этот удар о пол был такой силы, что чуть ли не все обернулись, кто-то засуетился… Стали вызывать скорую. Чин столь проникновенного таинства на мгновение точно был нарушен… Но тут властно взошел на амвон отец Валериан, у него в руках было маслице и кисточка, он громко объявил:

– Запомните! Никто из нас недостоин того, чтобы умереть в храме!

Спустился и спокойно продолжил помазывать.

А сейчас я даже переспросила отца Валентина:

– Галина в храме умерла?

– Да.

Господь ее сподобил. Он один знает силу брани и силу внутреннего произволения каждого быть вопреки всему с Богом!

Перед смертью Галина каждую неделю, по свидетельству и содействию доброго Самуила, неопустительно причащалась.

Ее записали в храмовый синодик на вечное поминовение.

Ольга Орлова

29 ноября 2023 г.


https://pravoslavie.ru/157543.html
Записан
Страниц: 1 ... 4 5 [6]
  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by MySQL Powered by PHP Valid XHTML 1.0! Valid CSS!