Русская беседа
 
04 Марта 2024, 18:49:24  
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
 
Новости: ВНИМАНИЕ! Во избежание проблем с переадресацией на недостоверные ресурсы рекомендуем входить на форум "Русская беседа" по адресу  http://www.rusbeseda.org
 
   Начало   Помощь Правила Архивы Поиск Календарь Войти Регистрация  
Страниц: 1 [2]
  Печать  
Автор Тема: Неделя о мытаре и фарисее. Евангелие об истинном и мнимом богомольце  (Прочитано 5630 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 102917

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #15 : 20 Февраля 2016, 15:14:22 »

Протоиерей  Максим  Козлов

«Евангелие дня»: Притча о мытаре и фарисее



Протоиерей Максим Козлов о смысле Евангельской притчи о мытаре и фарисее.

См.видео по нижеприведённой ссылке:

http://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=_fShnZr4j8g

http://ruskline.ru/video/2016/02/19/evangelie_dnya_pritcha_o_mytare_i_farisee/
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 102917

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #16 : 21 Февраля 2016, 14:34:01 »

«Устремление к самоправедности приводит к чудовищным последствиям»

Слово протоиерея Александра Шаргунова в Неделю о мытаре и фарисее



Сегодня наш путь повернул к Великому посту, и со вчерашнего дня в храме уже звучит Постная Триодь — книга, которую надо иметь каждому православному христианину, потому что в ней сказаны самые главные слова о покаянии. Грубый грех мы совершаем, пропуская воскресную всенощную, хотя это твердое правило и древняя заповедь. А тем более — пропуская воскресную службу в дни, когда Церковь готовит нас к покаянию. И прежде всего, как основание покаяния, как то, что должно сопутствовать нам в течение всей нашей жизни, сегодня Церковь ставит перед нами пример молитвы людей, которые пришли помолиться в храм так же, как приходим и мы с вами. Один из них фарисей, другой — мытарь.

То, что сказано об этих людях в Евангелии, может приводить в недоумение человека, не знающего сути христианской жизни. Один из них, наверное, блудник, а может быть, и вор, и вообще неизвестно, какими грехами он согрешает (по крайней мере, со стороны это увидеть невозможно), но он уходит из храма оправданным. Другой человек — знаток Божия Закона (и не на словах только, не теоретически, а и посты твердо соблюдает, и молится Богу, и добрые дела творит, и от своего имения раздает нуждающимся) — уходит из храма осужденным.

Что же происходит в мире? Что происходит в Церкви? С самого начала Господь предупреждает нас о том, что есть такая болезнь в роде человеческом, которая называется «фарисейство». Эта болезнь — самая страшная, на самом деле, и самая опасная, даже для Церкви. Она прогрессирует в роде человеческом из поколения в поколение. И в личном плане такая болезнь, как фарисейство, является источником всех искажений, какие только могут быть в жизни человека, потому что это — прежде всего устремленность к самоправедности.

Устремление к самоправедности в общественном плане приводит к чудовищным последствиям и к оправданию самых страшных преступлений общества. Фарисейской моралью мы подведены к тем событиям, которые переживаем в наши дни и которые еще более зловеще раскроются в скором будущем. Бездна, которая раскрывается перед человечеством, и особенно перед нашим бедным российским народом, может быть объяснена только этим. Страшно то состояние, в котором находятся сегодня люди, но одновременно они не желают признать над собой суда Божия и еще более утверждаются в своей самодостаточности.

Что такое, говорим мы, был коммунизм в нашей стране, как не безрелигиозное фарисейство, которое никогда и ни в чем не считает себя виноватым и готово всех окружающих людей определить в ад? Оно сменилось, как мы наблюдали, так называемыми «общечеловеческими ценностями» только для того, чтобы скоро утвердился новый тип фарисейства: оправдание беззакония. Тем, чего раньше стыдились, теперь похваляются не только перед людьми, но уже и перед Богом. И, наверное, скоро мы услышим такую «молитву»: «Благодарю Тебя, Господи, что я не таков, как прочие человецы, которые мучаются какой-то совестью, каким-то стыдом. Я — убийца, вор, блудник, обидчик, я не таков, как все остальные люди, я не таков, как этот мытарь, горестно биющий себя в грудь, вечно витающий в облаках христианин».

Этот новый фарисей, не побоявшийся придти в храм Божий и встать посредине со свечкой, горделиво оглядывая всех вокруг, ничуть не хуже того ветхозаветного фарисея, о котором мы слышали сегодня в Евангелии. И не может быть ничего другого в мире, если мы сами никак не можем излечиться от страшной болезни фарисейства в Церкви. Ничему не научаемся, никаким урокам, преподаваемым нам Господом.

В чем одна из главных трагедий человека? Он думает, что он хороший, потому что не делает ничего плохого. И, конечно, каждый из нас должен задать себе этот вопрос: «Неужели на самом деле я не делаю ничего плохого? Неужели я не понимаю, как глубоко проникает грех в человеческое естество, присутствуя в самом сокровенном уголке человеческого сердца, подобно смерти, и создавая при этом во мне иллюзию обладания жизнью, в то время как я смертен и могу рассыпаться в любой момент?»

Мы видим, что тщательное соблюдение всего внешнего, заповеданного Церковью, когда оно делается целью самой по себе, становится особенно губительным для человека, и особенно ярко обнаруживает отсутствие в нем жизни. Христос говорит об этом постоянно, и мы должны, глядя на себя или на то, что особенно ярко совершается вокруг нас, постараться понять: каким образом, на каком этапе человек, который внешне красив духовно и все исполняет, становится «гробом окрашенным», по слову Христову?

В конце концов, лицемерие и личина праведности — это то, что принадлежит самому диаволу, антихристу. По тому, как ветхозаветное фарисейство отвергло Христа — Самого Бога, Который пришел спасти мир от греха, так новозаветное фарисейство примет антихриста. И тогда рядом встанут люди, которые под внешней личиной хранят полную пустоту, и тот уголовник, исповедующий новое фарисейство, который стоит горделиво со свечкой посредине храма, создавая «мерзость запустения на месте святе».

Вот почему преподобный Исаак Сирин говорит нам, что лучше грешить и считать себя грешником, чем не грешить и считать себя праведником. Разумеется, он не о том говорит, чтобы мы грешили, а наоборот — о том, чтобы мы не грешили, потому что если человек не сопротивляется греху, он к нему привыкает. И тогда уже море греха делается ему, как пьяному грехом, по колено, так что он перестает чувствовать этот грех. Так миллионы людей, пьяные грехом, входят весело, как будто бесстрашно в океан зла и не замечают, что тонут и гибнут.

Мы постоянно говорим о том, что приближаемся ко времени, когда грех станет нормой в этом мире. И это уже — всё! Тогда не нужно будет говорить ни о какой совести, ни о каком стыде. Вообще не о чем беспокоиться, потому что у тебя нет никакой совести, нет никакого стыда, и грех — это норма. Но самое страшное, конечно, что для тебя нет уже «никакого» Бога, потому что чувство греха, способность чувствовать грех — есть способность чувствовать Бога. До тех пор, пока мы чувствуем и видим грех, пока ужасаемся и испытываем омерзение перед ним, — мы еще живы, и в терзаниях нашей совести присутствует, может быть, вывернутая таким странным образом, но все-таки любовь к Богу — к Тому Добру, Которое мы предали и от Которого отступили.

Святые остро чувствовали, что такое грех, потому что они все измеряли в свете истинной правды. А мы — не святые, мы — люди грешные, мы плохо чувствуем грех, и горе нам, если мы совсем перестанем его чувствовать. Святые отцы говорят, что грех, видение греха — это последнее священное прибежище в мире. Когда его не будет, — уйдет из мира Христова любовь.

Свидетелем Христовой любви сегодня является перед нами мытарь, который стоит перед Богом и видит, что нет ему ни в чем оправдания, что он никак не может заслужить его перед Господом, и не может рассчитывать ни на какую справедливость, а только на милосердие Божие. Он видит себя таким, каков он есть, и видит зло, которым поражен, и которое, буквально, может убить его, убить всех людей, убить все человечество. Он видит это страшное зло, он видит сатану, который стоит за этим злом, — человекоубийцу и человеконенавистника от начала. И видит одновременно что Господь милосердный приходит в мир, чтобы спасти не обманщиков — «праведников» (лицемерных и мнимых, потому что нет ни единого праведного), а для того чтобы спасти грешников — тех, которые видят себя в этом грехе, осознают свой грех и обращаются к Божию милосердию о помиловании, ничем не заслуженному ими.

Грешный мытарь видит, что Господь может явить это милосердие и являет его по отношению к нему. Перед нами — подлинно смиренный человек. Нам неизвестно — в Евангелии не сказано, — какие грехи были у мытаря. Мытарь — это простой сборщик налогов, но профессия — это еще не грех, и нам хорошо известно, что святые отцы говорят: «Чем больше человек борется с грехом, тем острее он чувствует, что такое грех, и тем больше понимает, что он никогда не сможет своими собственными силами этот грех одолеть». Тем больше кающийся грешник понимает, почему святые отцы говорят нам, что нет ни одного греха непрощенного, кроме греха нераскаянного, и всякий самый малый грех, каким бы незначительным он нам ни казался, есть грех к смерти. И тогда становится понятным, почему такие святые отцы, как преподобный Сисой, который на одре болезни просиял лицом, как солнце, сказал своим ученикам: «Воистину, я еще не начинал покаяния». И почему преподобный Серафим Саровский, который тоже сияет светом преображения в нашей Церкви, тысячу дней и ночей стоял на камне, когда приразился к нему греховный помысел, и взывал ко Господу: «Боже, милостив буди мне, грешному!»

Недостаточно признавать, что мы не убийцы, не воры, не прелюбодеи. Мы можем достигнуть совершенства, к которому призван человек, только через совершенство Христово, только через послушание Богу, только через покаяние, только через смирение. Христос смирил себя до смерти, до смерти крестной, до смерти разбойника, взяв на себя на Кресте наш позор. И пока мы не увидим позор своей жизни — свои грехи, пока не принесем покаяния, нам славы Христа, воссиявшей на Кресте Его, и Воскресения не видать.

Протоиерей Александр Шаргунов, настоятель храма свт. Николая в Пыжах, член Союза писателей России

http://ruskline.ru/news_rl/2016/02/20/ustremlenie_k_samopravednosti_privodit_k_chudoviwnym_posledstviyam/
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 13500


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #17 : 27 Января 2018, 03:33:35 »


О тяжелой болезни «воинствующего мытарства»

Дмитрий Филин




Грядет первая подготовительная неделя к Великому посту – неделя о мытаре и фарисее. Многие из нас не раз слышали эту притчу, кто-то и проповеди слушал, и толкования святых отцов читал. Однако тяжкая болезнь «воинствующего мытарства» продолжает чинить серьезный урон всем нам, православным братьям и сестрам. Что же это за болезнь такая, результатом которой стало рождение целого пласта несгибаемых мытарей и гордящихся своей греховностью «кающихся» грешников?

В основании этой болезни положены все те же два тяжелых недуга и агрессивных идола современного мира – «бог в душе» и «бог, который всех простит». А корень, благодаря которому эти два идола прочно закрепляются в человеке, есть крайнее себялюбие, которое постепенно, если с ним не бороться, превращает человека из иконы – образа Божиего – в кумира, и в извращенном пространстве эгоизма на верху иерархической пирамиды встает сам человек как некий пуп Земли или даже всей Вселенной. И так как там, на вершине, места для двоих не находится, то Бога, как Существо до времени бесполезное, низвергают вниз: сейчас пожить надо в собственное удовольствие, а по смерти Бог, Который всех любит, все равно спасет.

И оправдывают это положение некоторые люди как раз притчей о мытаре и фарисее.

«Смотри, – говорят они, – Господь нам явно показывает, что ваши богослужения, посты, бдения и аскеза Ему противны. Все это исполнял фарисей, однако был осужден. Поэтому надо быть всем как мытари и отвергнуть эти ваши обряды и условности… Надо жить, как живешь, – Бог всех любит!»

    Дела фарисея вовсе не были Богу противны – напротив, Господь Сам заповедал исполнять их

Увы, подобное убеждение необыкновенно живуче. Однако притча-то вовсе не о том, что вынес из нее подобный «толкователь». Для начала вспомним, что дела фарисея вовсе не были Богу противны – напротив, Господь и Сам проповедовал о необходимости исполнения подобных дел для того, чтобы человек мог наследовать Царство Небесное. На вопрос молодого иудея, что делать, чтобы наследовать жизнь вечную, Господь отвечает:

«Знаешь заповеди: не прелюбодействуй, не убивай, не кради, не лжесвидетельствуй, не обижай, почитай отца твоего и мать» (см.: Мк. 10: 17–19).

То есть Господь предлагает творить все то, что и фарисей исполнял. Более того, из евангельского текста притчи вовсе не следует, что Господь осудил фарисея, но что мытарь вышел оправданным «более»:

«Сказываю вам, что сей пошел оправданным в дом свой более, нежели тот»,

присовокупив и причину:

«ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится» (Лк. 18: 14).

Так что причина «меньшей оправданности» не в том, что творимое фарисеем было неугодно Господу, а в устроении сердца. Ведь именно то, что сердце фарисея не имело в себе сокрушения о грехах, что оно преисполнено осуждением других, что оно оказалось горделиво, и лишило в общем-то весьма праведного по делам иудея изобильной милости Божией, хотя и не оставило вовсе без нее. А о том, что желающим быть достойными наследниками Царства Божиего следует творить именно богоугодное, а не умножать беззаконие, подобно мытарям и грешникам, Господь не устает нам напоминать:

«И так всё, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте; по делам же их не поступайте, ибо они говорят, и не делают» (Мф. 23: 3).

В другом евангельском отрывке Господь еще более категоричен:

«Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним; если послушает тебя, то приобрел ты брата твоего; если же не послушает, возьми с собою еще одного или двух, дабы устами двух или трех свидетелей подтвердилось всякое слово; если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь» (Мф. 18: 15–17).

А в Великом покаянном каноне преподобного Андрея Критского мы видим и совсем «возмутительную» картину. В девятой песне читаем:

«Христос вочеловечися, призвав к покаянию разбойники и блудницы; душе, покайся, дверь отверзеся Царствия уже, и предвосхищают е фарисее, и мытари, и прелюбодеи кающиися».

Ничего не замечаем необычного?

Первыми, опережая мытарей и прелюбодеев, в Царство Небесное входят фарисеи… кающиеся.

Беда современного воинствующего мытаря в том, что из бездонного кладезя Евангелия он не смог вынуть подлинное сокровище, а вытянул извращенное понимание, сообразное своему устроению. А ведь рассматриваемая притча должна нас подводить к простому выводу: надо творить дела фарисея, а сокрушение о своих грехах иметь, как у мытаря. И если какая-то из этих двух установок нарушается, то и Великий пост обесценивается, ведь при гордом устроении сердца аскеза будет лишь на потеху лукавому, а при отрицании необходимости трудиться ради спасения аскеза и вовсе не имеет смысла, чему лукавый дух также возрадуется. Не станем же кормить тангалашку подобными сытыми пирогами со стола своего нерадения.

***

Нередко случается, что на призыв переменить себя и начать слушаться Церкви человек отвечает:

– Мы живем, никому плохого не делая. О себе думайте лучше. Вы, наверное, забыли, что «на небесах более радости будет об одном грешнике кающемся, нежели о девяноста девяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии» (Лк. 15: 7).

Последний раз подобное я слышал от представителей одного «православного» движения, которые иногда зазывали к себе гостей, чтобы вместо субботней всенощной и воскресной Литургии «попотчевать» шумными шоу с блудодеянием, языческими песнопениями и прочим непотребством.

– Странно, – говорю им, – разве кающийся грешник не устремляется в храм Божий?

– Вспомни о мытаре и фарисее, – отвечают. – Бог любит мытарей, а не таких, как вы, фарисеев!

– Но если вы заговорили об этой замечательной притче, то не припомните ли, где и с какой целью оказались оба?

«Два человека вошли в храм помолиться» (Лк. 18: 10).

    Разве не в храм – к Богу – устремляется человек, которого настигло хотя бы самое начало покаяния?

Разве не в храм устремляется человек, которого настигло хотя бы самое начало покаяния? Разве не к Отцу своему он стремглав направляется?

Еще немного времени пройдет, и начнется вторая подготовительная неделя к Великому посту, и мы будем читать притчу о блудном сыне. Но и сегодня мы вспомним, что происходит с человеком, когда он прозревает истину о себе самом: он испытывает нужду в покаянии и жаждет возвращения в Отчий дом, из которого был изведен своим своеволием и грехами:

«Придя же в себя, сказал: сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода; встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих.

Встал и пошел к отцу своему»
(Лк. 15: 17–20).

Вот поистине дело для подражания всем нам: «Встал и пошел»!

– Отчего же вы, – спрашиваю этих «мытарей», – на словах называя себя кающимися грешниками, не встаете и не идете? Впрочем, это половина беды. Но вы ведь приглашаете еще и других прийти и возлечь с вами…

Молчат.

Ну, если молчат – уже не так плохо… А лучше бы, конечно, встать и пойти.

Ибо, «если праведность ваша не превзойдет праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство Небесное» (Мф. 5: 20).


26 января 2018 г.

http://www.pravoslavie.ru/110192.html
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 13500


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #18 : 17 Февраля 2019, 03:16:07 »


О фарисее с любовью

Игумен Нектарий (Морозов)


Как минимум раз в год, а на деле, конечно, чаще, мы вспоминаем фарисея из рассказанной Спасителем притчи. Главным образом для того вспоминаем, чтобы кого-то обличить в нехристианском, а именно фарисейском, отношении к ближнему. Основные приметы отношения этого суть: превознесение до небес своих собственных добродетелей, похвальба ими, уничижение окружающих людей-грешников, угадывание и тонкое, придирчиво-презрительное рассмотрение их немощей и пороков. А также – чрезмерное внимание к внешнему и небрежение о внутреннем. И мы нередко говорим о ком-то: «Ну, он фарисей!». Или еще: «Это какое же фарисейство!».


Мытарь и фарисей

А я вот думаю о фарисее из притчи и мне его почему-то очень жалко. И не только потому, что он вышел из храма «менее оправданным», чем мытарь, хотя и поэтому тоже. В сущности, что нам такого уж плохого о нем известно, чего это мы на него так ополчились, что почти две тысячи лет не даем духу его покоя, но все поминаем и поминаем его недобрым словом. Каким именно? Да этим: «фарисей».

А может, есть в слове сем и что-то доброе? А может, и в нем, «менее оправданном», тоже что-то положительное удастся найти?

По мне, так точно удастся.

«Пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю...». Что в этом плохого? И что плохого в том, что он не «как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи»? Разве только то, что он сам об этом говорит, сам о себе свидетельствует... Но он же сам и благодарит за это: «Боже, благодарю Тебя». То есть понимает, судя по всему, что если бы не Господь, то не смог бы он устоять в добре, не совершил бы ни одного из дел добродетели, о которых тут речь.

Да, погрешает он, безусловно, в том, что допускает в сердце превозношение над «прочими», а особенно над плачущим о грехах своих мытарем, которого Бог за эти слезы и смирение уже оправдал. Но разве нет у нас причин для того, чтобы и его, фарисея, хотя бы отчасти, хотя бы чуть-чуть оправдать? Когда сам трудишься, подвизаешься, удерживаешься от греха, по крайней мере, делом, то так легко впасть в осуждение! Враг не оставит тебя в покое, но постоянно будет искушать видением грехов чужих, ярким и красочным. И не менее ярким и красочным видением твоих подвигов. И более того: «праведный» гнев будет рождаться в твоем сердце при созерцании чужих беззаконий: ведь беззаконнующий не просто позорит высокое звание человеческое, он Бога своими грехами оскорбляет! Как не сердиться на него за это, когда ты сам более всего боишься оскорбить Творца, почитаешь это за главное несчастье в жизни? Вот и фарисей, бедный, на этом неровном месте претыкается и падает. А мы и рады его, окаянного, пригвоздить к позорному столбу...

Только почему рады-то? Не потому ли, почему почти всегда нам так хочется кого-то «заклеймить», «приговорить» или, по крайней мере, принизить? Ведь только согласимся с помыслом о том, что кто-либо плох, никуда не годен, и, глядишь, мы сами окажемся не так уж плохи и сгодимся на что-нибудь. Вот и фарисея так сладко и так отрадно привычно осуждать! Можно уже и забыть о его вполне реальных добродетелях, можно не давать им никакой цены (они же отравлены гордостью и превозношением!), можно увериться, что с нас этого, внешнего, делания Господь не спросит, мы-то знаем, что внутреннее куда важней! Знаем и... внутренне сами же осуждаем фарисея и превозносимся над ним. И становимся, таким образом, судя по всему, фарисеями в квадрате, не меньше.

А вероятнее всего, и больше. Нам кажется, что мы все понимаем: вот «плохой фарисей», вот «хороший мытарь», грешный праведник и праведный грешник. Но когда на путях своей собственной жизни встречаем очередного «мытаря» (то бишь грешника), не замедляем с тем, чтобы и его осудить. Так и «спасаемся»: не имея дел одного и смирения другого, превозносимся, тем не менее, над обоими, в худшем каждому подражаем, а лучшего и не касаемся.

Но все же это не значит, что мы совсем пропащие. Милостив Господь, и если нет для нас другого шанса прозреть, то многоразличными образами Он попускает нам познавать наше убожество и окаянство, нашу предельную нищету и слабость, так что поневоле мы порой твердим уже не молитву того и молитву другого, а свою собственную: «Боже, благодарю Тебя, что дал мне познать и сердцем ощутить, что я, а не кто-то, хуже всех. Худость же свою с сокрушением исповедую и от сознания ее милости смиренно прошу».

Хотя... Почему только собственную? Может, и фарисей так же молился вскоре после описанного Господом эпизода? Не исключено. Бог «всем хочет спастись и в разум истины прийти». Не только мытарям, но и фарисеям в том числе...


28 февраля 2013 г.

https://pravoslavie.ru/59834.html
Записан
Cергей
Модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 745


Просмотр профиля
Православного вероисповедания.
« Ответ #19 : 18 Февраля 2019, 10:41:43 »

Слово в Неделю о мытаре и фарисее …



Прежде наступления Великого поста Церковь хочет показать нам, какой должна быть подлинная молитва. Хотя притча сегодняшнего Евангелия — не учение о молитве, но то, что она описывает, происходит во время молитвы в храме. В молитве особенным образом раскрывается вера и правда человека, его личные отношения с Богом. Посмотрите на этих двух людей. У одного из них — нормальная человеческая молитва покаяния, а у другого, у фарисея, — карикатура на молитву. Фарисей исполнен самодостаточности. Он весь повернут на себя, замкнут на себе. Так и сказано о нем в Евангелии: «Он молился в себе». Он оправдывает себя. Хотя он стоит на молитве, но обращения к Богу у него на самом деле нет. Стоя перед Богом, он обращается к самому себе. Отвернувшись от Бога, он не может не отворачиваться и от людей — вот от этого мытаря, которого он немедленно заносит в каталог грешников, нечистых, ставит его в один ряд с ворами, обманщиками, прелюбодеями. Таким образом, фарисей не может не отделять себя от правды Божией, не говоря уже о Божием милосердии.

Мытарь же, напротив, совершенно открыт Богу и людям. Прежде всего людям, потому что он знает свое место — место, которое определили ему другие: позади всех, в притворе храма, стоит он, смиренно склонившись, с опущенной головой. Его сердце открыто Богу, он ничего не говорит о себе, а только называет себя грешником, и взывает к Божию милосердию. Фарисей говорит: «Боже, благодарю Тебя!» Мытарь молится: «Боже, будь милостив ко мне грешнику!» Ты помилуй меня — даже не меня, говорит он, а того грешника, которым я являюсь. Все упование мытарь возлагает на Бога, по-настоящему видит он свое бедственное состояние и с ужасом сознает, что значит быть грешником. Он не помнит о себе, он совершенно предает свою жизнь Богу — и вот, он уже на лоне Авраама. Милосердие Божие может соделать его праведником, чего никакими делами не может достигнуть фарисей.

А теперь я расскажу вам новую притчу. Две женщины вошли в храм помолиться за Божественной литургией. Одна — мать большого христианского семейства. Все знают, что она принимает активное участие в различных мероприятиях прихода. Пройдя ближе к алтарю, она встала в первых рядах молящихся. Другая женщина осталась в глубине храма, не смея шагнуть вперед. Про нее было известно, что она оставила своего мужа, с которым венчалась в этом храме, и вышла замуж за другого. И многие в приходе косо поглядывали на нее, несмотря на то, что она часто посещала богослужения. Как всегда, во время евхаристического канона звучали эти слова Спасителя: «Приимите, ядите, сие есть Тело Мое, еже за вы ломимое во оставление грехов» и «сия есть Кровь Моя Новаго Завета, еже за вы и замногия изливаемая во оставление грехов». Как всегда читалась молитва перед причастием: «Господи Боже мой, вем, яко несмь достоин, ниже доволен, да под кров внидеши храма души моея, занеже весь пуст и пался есть», «прими убо и мене, Человеколюбче Господи, якоже блудницу, яко разбойника, яко мытаря и яко блуднаго». И перед самой Чашей священник произносил: «Верую, Господи, и исповедую, яко Ты еси Христос, Сын Бога Живаго, пришедый в мир грешныя спасти, от них же первый, первая есмь аз».
 
Первая женщина в числе первых подошла к Чаше, чтобы принять причастие, благодаря Бога за то, что Он сподобляет ее принимать столь часто Его Пречистые Тайны. А вторая женщина — осталась стоять в притворе, с безмерной тяжестью своего страдания, прикрыв лицо руками, чтобы никто не видел ее слез. Из ее раздираемого отчаянием сердца поднималась молитва: «Боже, милостив буди мне грешной! По делам своим я праведно лишена причастия, но не лиши меня навсегда общения с Тобой, не оставь меня. Не дай моим детям пострадать из-за моего безумия. Ты пришел спасти грешников, больных, погибающих, помоги мне выйти из этой беды, исцели, избави, сотвори невозможное».

У этой новой притчи нет вывода, как у евангельской. Мы далеки от мысли утверждать, что первая женщина выйдет из храма неоправданной. Оставим Богу этот Ему одному принадлежащий суд. Но притча Господня о мытаре и фарисее дает нам, по крайней мере, возможность надеяться, что вторая женщина узнает милосердие Божие — вместо милосердия прихожан. Бывают, увы, в нашей Церкви отношения друг к другу удручающие, даже глубоко возмутительные. Суды, пересуды, осуждения, сплетни, недоброжелательные взгляды. Надо иметь мужество признать, что они — греховны, намного более греховны, чем грехи, которые они осуждают. И есть такая «праведность» и такие «добродетели», которые современные фарисеи носят на груди как медали. Или как тяжелое бремя, которое надо непременно заставить носить других, как бы в отместку зато, что им самим приходится носить его.

Понимаем ли мы, что самое великое время в нашей жизни — когда по дару Христа мы узнаем подлинный смысл греха и тайну Божественного милосердия? Пусть мы будем чуть-чуть менее строгими по отношению к внешнему закону, но только бы дано было нашему сердцу хоть немного больше открыться Евангелию. Покаяние христиан никогда не кончается, Церковь снова и снова призывает нас к нему, как в первый день нашего обращения ко Господу. И прежде чем придут к нам дни сугубого покаяния, она учит нас молиться: «Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче».
 
Будем помнить, что только молитва нищего достигает небес. И будем помнить также, что страшнее всякого фарисейства — отступление от истин нашей веры. Потому что мы спасаемся только верой, только правдой Христовой, только светом, в котором нет никакой тьмы, только нашим упованием на милосердие Божие и нашей верностью принятому нами исповеданию. Бога нельзя обмануть. Бог не судит по наружности. Он судит, испытуя наши сердца. Бог оценивает нас не потому, что мы представляем собой по сравнению с другими, но потому, чем мы призваны быть. Его суды превосходят наши. Он предупреждает нас: мытари и блудницы предваряют в Царствии Небесном тех, кто «уверены в себе, что они праведны».

Смысл притчи — в том, чтобы мы правильно предстояли пред Богом. Это значит, во-первых, чтобы мы смиренно принимали истину, хранимую Церковью, а не мудрствовали своевольно и высоко о тайнах, превосходящих человеческое разумение. И, во-вторых, как следствие этого, в смирении и простоте, в признании своей нищеты приносили перед бесконечной любовью наше покаяние.
 
Бог — всё, а мы, со всей нашей праведностью, очень мало что значим. Вся наша праведность — как порты блудницы, по слову пророка. Бог — свят, а нам далеко до святости. Не для того об этом напоминает нам сегодня Церковь, чтобы уничижить нас, но чтобы мы всегда стояли в истине пред Богом. Истина в том, что пред Богом мы нищи, но мы любимы Им. И оттого что мы любимы Им, мы можем всецело надеяться на Него.

Протоиерей Александр Шаргунов, настоятель храма свт. Николая в Пыжах, член Союза писателей России
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 13500


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #20 : 20 Февраля 2019, 02:37:22 »

Встреча. Мытари и фарисеи

Протоиерей Андрей Ткачев



ВИДЕО    продолжительность:   55 мин.


Источник: СПАС ТВ

17 февраля 2019 г.


http://pravoslavie.ru/119389.html
« Последнее редактирование: 05 Февраля 2023, 14:09:12 от Александр Васильевич » Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 102917

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #21 : 08 Февраля 2020, 22:22:59 »

Подготовка к Великому Посту


Распятие, фрагмент (монастырь Студеница, Сербия)

Великий пост предваряют подготовительные недели (воскресенья) и седмицы. Порядок служб подготовительных недель и самого Великого поста изложен в Триоди постной. Она начинается с недели о мытаре и фарисее и заканчивается в Великую субботу, охватывая 70-дневный период.
Предваряют Великий пост – святую Четыредесятницу – неделя о мытаре и фарисее, неделя и седмица о блудном сыне, неделя и седмица мясопустная (мясо-отпустная), неделя и седмица сыропустная (сыро-отпустная, сырная, масленица).

В приготовительные седмицы Церковь подготавливает верующих к посту постепенным введением воздержания: после сплошной седмицы восстанавливаются посты среды и пятницы; затем следует высшая степень приготовительного воздержания – запрещение вкушать мясную пищу. В приготовительных службах Церковь, напоминая о первых днях мира и человека, о блаженном состоянии прародителей и их падении, о пришествии на землю Сына Божия для спасения человека, располагает верующих к посту, покаянию и духовному подвигу.

В синаксаре сырной субботы говорится, что подобно тому, «как вожди пред ополченным войском, уже стоящим в строю, говорят о подвигах древних мужей и тем ободряют воинов, так и святые отцы вступающим в пост указывают на святых мужей, просиявших в посте, и научают, что пост состоит не только в отчуждении снедей, но и в обуздании языка, сердца и очей».

Такое приготовление к посту Четыредесятницы есть древнее установление Церкви. Так, уже знаменитые проповедники IV века святые Василий Великий, Иоанн Златоуст, Кирилл Александрийский в своих беседах и словах говорили о воздержании в Недели, предшествующие Великому посту. В VIII веке преподобные Феодор и Иосиф Студиты составили службы на Недели о блудном сыне, мясопустную и сыропустную; в IX веке Георгий, митрополит Никомидийский, составил канон на Неделю о мытаре и фарисее.

Приготовляя к посту и покаянию, Церковь в первую Неделю примером мытаря и фарисея напоминает о смирении, как истинном начале и основании покаяния и всякой добродетели, и о гордыне, как главном источнике грехов, который оскверняет человека, отдаляет его от людей, делает богоотступником, заточающим себя в греховную самостную оболочку.

Смирение, как путь к духовному возвышению, показал Сам Бог Слово, смирившийся до немощнейшего состояния человеческой природы – «до зрака раба» (Флп. 2, 7).

В песнопениях Недели о мытаре и фарисее Церковь призывает отвергнуть – «отринуть» высокохвальную гордыню, возношение лютое, пагубное, «великохвальное кичение» и «дмение (надмевание) мерзкое».

Для пробуждения чувств покаяния и сокрушения о грехах Церковь в приготовительные Недели поет на воскресных утренях, начиная с Недели о мытаре и фарисее и кончая пятым воскресеньем поста, после Евангелия, пения «Воскресение Христово видевше» и чтения 50-го псалма, пред каноном умилительные стихиры (тропари) «Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче», «На спасения стези настави мя. Богородице», «Множество содеянных мною лютых помышляя, окаянный, трепещу». Сближая 70-дневный период Триоди с 70-летним пребыванием Израиля в плену вавилонском, Церковь в некоторые приготовительные Недели оплакивает духовный плен нового Израиля пением псалма 136 «На реках вавилонских».

В основу первой стихиры – «Покаяния отверзи ми двери» – положена притча о мытаре: из нее взяты сравнения для изображения покаянного чувства. В основе второй песни – «На спасения стези» – лежит притча о блудном сыне. В основе третьей – «Множество содеянных мною лютых» – предсказание Спасителя о Страшном суде.

В Неделю о блудном сыне евангельской притчей (Лк. 15, 11 – 32), от которой получила название и сама Неделя, Церковь показывает пример неисчерпаемого милосердия Божия ко всем грешникам, которые с искренним раскаянием обращаются к Богу. Никакой грех не может поколебать человеколюбия Божия. Душе, раскаявшейся и обратившейся от греха, проникшейся надеждой на Бога, Божия благодать исходит во сретение, лобызает ее, украшает и торжествует примирение с ней, какой бы она ни была греховной прежде, до своего раскаяния.

Церковь наставляет, что полнота и радость жизни заключаются в благодатном союзе с Богом и в постоянном общении с Ним, а удаление от этого общения служит источником духовных бедствий.

Показав в Неделю о мытаре и фарисее истинное начало покаяния, Церковь раскрывает всю силу его: при истинном смирении и раскаянии возможно прощение грехов. Потому ни один грешник не должен отчаиваться в благодатной помощи Отца Небесного.

Неделя мясопустная называется также Неделей о Страшном суде, так как о нем читается на литургии Евангелие (Мф. 25. 31 – 46).

В субботу мясопустную, которая называется также вселенской родительской субботой, Церковь совершает поминовение «от века мертвых всех верою поживших благочестие и усопших благочестно, или в пустынех, или во градех, или в мори, или на земли, или на всяком месте… от Адама даже и до днесь, послужившыя Богу чисто, отцы и братию нашу, други вкупе и сродники, всякаго человека, в житии послужившаго верно, и к Богу преставльшагося многовидно и многообразно». Церковь просит прилежно «сим (им) в час суда ответ благий дати Богу и деснаго Его предстояния получити в радости, в части праведных, и во святых жребий светлем, и достойным быти Царствия Его».

По неисповедимому Промыслу разной бывает кончина у людей. «Подобает же ведати, – говорится в синаксаре, – яко не вси в пропасти впадающии, и в огнь, и в море, и глаголемые пагубы, и студени (холод) и глад, по прямому повелению Божию сие страждут: сия бо суть Божия судьбы, ихже ова (одним) бывают по благоволению (Божию), ова (другим) же по попущению, другая же ведения ради и прещения (предупреждения), и уцеломудрения иных бывают».

В субботу мясопустную Церковь по своему человеколюбию особенно молится о тех умерших, которые не получили церковного отпевания или вообще церковной молитвы: «узаконенных псалмов и песнопений памяти не получиша». Церковь молится «в части праведных учинити», «яже покры вода, брань пожат, трус (землетрясение) же яже объят, и убийцы убиша, и огнь яже попали». Возносятся моления о тех, кто в неведении и не в своем разуме окончил свою жизнь, о тех, которым Господь, вся полезная ведый, попустил умереть внезапной кончиной – «от печали и радости предшедшыя ненадежно (неожиданно)» и о тех, кто погиб в море или на земле, на реках, источниках, озерах, которые стали добычей зверей и птиц, убиты мечом, сожжены молнией, замерзли на морозе и в снегу, погребены под земляным обвалом или стенами, убиты чрез отравление, удавление и повешение от ближних, погибли от всякого другого вида неожиданной и насильственной смерти.

Мысль о конце нашей жизни при воспоминании об отошедших уже в вечность отрезвляюще действует на каждого, кто забывает о вечности и прилепляется всей душой к тленному и мимолетному.

Мясопустная Неделя (воскресенье) посвящена напоминанию о всеобщем последнем и Страшном суде живых и мертвых (Мф. 25, 31 – 46). Это напоминание необходимо для того, чтобы люди согрешающие не предались беспечности и нерадению о своем спасении в надежде на неизреченное милосердие Божие. Церковь в стихирах и тропарях службы этой Недели изображает следствия беззаконной жизни, когда грешник предстанет пред нелицеприятным Судом Божиим.

Напоминая о последнем Суде Христовом, Церковь вместе с тем указывает и истинный смысл самой надежды на милосердие Божие. Бог милосерд, но Он и праведный Судия. В богослужебных песнопениях Господь Иисус Христос называется правосудным, а Суд его – праведным и неподкупным испытанием (неумытное истязание, неумытный суд). И закоренелые, и беспечно полагающиеся на милосердие Божие грешники должны поэтому помнить о духовной ответственности за свое нравственное состояние, а Церковь всем своим богослужением этой Недели стремится привести их к осознанию своей греховности.

На какие же дела покаяния и исправления жизни особенно обращается внимание? Прежде всего и главным образом, на деяния любви и милосердия, ибо Господь произнесет Суд Свой преимущественно по делам милосердия, и притом возможным для всех, не упоминая о других добродетелях, не одинаково доступных для каждого. Никто из людей не вправе сказать, что он не мог помочь алчущему, напоить жаждущего, посетить больного. Вещественные дела милости ценность свою имеют тогда, когда они будут проявлением владеющей сердцем любви и соединены с духовными делами милости, которыми и тело. и душа ближних облегчаются.

Последняя подготовительная ко Святой Четыредесятнице седмица называется сырной, сыропустной, масленой, масленицей. В эту седмицу употребляется сырная пища: молоко, сыр, масло, яйца.

Церковь, снисходя к нашей немощи и постепенно вводя нас в подвиг поста, установила в последнюю седмицу пред Четыредесятницей употреблять сырную пищу, «дабы мы, от мяса и многоядения ведомы к строгому воздержанию… мало-помалу от приятных яств приняли бразду, то есть подвиг поста». В сыропустные среду и пятницу пост положен более строгий (до вечера).

Песнопениями сырной седмицы Церковь внушает нам, что эта седмица есть уже преддверие покаяния, предпразднство воздержания, седмица предочистительная. В этих песнопениях Святая Церковь приглашает к сугубому воздержанию, напоминая о грехопадении прародителей, происшедшем от невоздержания.

В сырную субботу совершается воспоминание святых мужей и жен, в подвиге поста просиявших. Примером святых подвижников Церковь укрепляет нас на подвиг духовный, «яко да и первообразному, незлобивому взирающе житию их, многовидныя и различныя делаем добродетели, якоже комуждо сила есть», помня, что и святые подвижники и подвижницы, прославляемые Церковью, были людьми, облеченными немощами плоти подобно нам.

Последнее воскресенье пред Великим постом имеет в Триоди надписание (наименование): «В Неделю сыропустную, изгнание Адамово». В этот день воспоминается событие изгнания наших прародителей из рая.

http://www.pravoslavie.ru/20892.html
Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 102917

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #22 : 09 Февраля 2020, 10:22:44 »

Иеромонах Игнатий (Шестаков)

Безумные глаголы

Беседа в Неделю о мытаре и фарисее



Когда человек заболевает психически, сходит с ума и его рассудок помрачается, то это выражается в том, что он совершает какие-то ненормальные, неестественные для его положения, возраста или образования действия. Особенно это проявляется в характере его речи: что и как он говорит. Это один из самых очевидных для окружающих признаков того, что у человека ментальное расстройство, он заболел духовно и умственно. В таком состоянии больные иногда начинают выдавать себя за кого-то другого: один считает себя Наполеоном, другой — известным космонавтом, а кто-то утверждает, что знает некий таинственный план и срочно должен попасть к очень важным людям и рассказать о нем. Кто-то утверждает, что в его квартиру постоянно проникают неизвестные, взламывают замки, все обыскивают, меняют расположение вещей и что-то крадут. Множество разных душевных болезней особенно хорошо знают психиатры, лечащие таких людей.

То, что говорят душевнобольные, у кого-то вызывает удивление, часто насмешки среди окружающих и вселяет горе в сердца их близких и родных. Нередко больные произносят несуразные, смешные, неадекватные, а порой и страшные слова на протяжении многих лет. Их помещают на лечение в специальные медицинские учреждения и лечат различными способами. И в древности тоже происходило подобное: их изолировали от мира, от общения с окружающими, чтобы они не натворили чего-нибудь еще более безумного. Часто на лечение уходит целая жизнь, люди годами произносят «безумные слова», выдавая тем самым свое страшное заболевание.   

Встречается очень схожее состояние среди людей, стремящихся к духовной жизни, не менее страшное, но не столь очевидное для нас. О нем Господь говорит в притче о мытаре и фарисее (см.: Лк. 18, 10–14). Автор знаменитого Покаянного канона Андрей Критский, святой писатель и поэт, называет речи некоторых людей безумными глаголами. В написанном им каноне поется о том, как фарисей, похвалялся в храме своей праведностью, произносил за нее благодарение и прочие безумные глаголы. Так верно и точно определяет это состояние Андрей Критский, а его голосом определяет и Святая Церковь.

Фарисей, придя в храм, молился ко Господу, но эта молитва выглядела скорее как сплошное самохвальство и обвинение ближнего. Он благодарил Господа за то, что он не такой грешник, как все остальные, и как тот, что стоял недалеко от него, мытарь, сборщик податей, человек, имеющий отношение к грязным делам: деньгам, взяткам, поборам, унижению и притеснению ближнего.

А этот фарисей считал, что он безусловно лучше мытаря. Ведь он соблюдает посты, делает все, чтобы исполнить все предписания Закона Божиего, и именно за это он и благодарит Господа. В это время мытарь, который стоял рядом, не говорил ничего подобного, ибо он знал, какой он грешный человек, он даже глаз не смел поднять и только, бил себя в грудь и произносил: «Помилуй меня, Господи!»

Господь говорит, что мытарь пошел более оправданным из храма. Молитва его была услышана, в отличие от молитвы фарисея. Это безумное самодовольное состояние — самое страшное в духовной жизни. Оно страшнее даже состояния впадения человека в какой-то грех, в котором он потом кается. Оно встает на пути нашего спасения и не дает Богу приблизиться к нам.

Мы, будучи христианами, называя себя таковыми, можем на самом деле отказаться от Христа и распинать Его своей жизнью, как это сделали фарисеи. Люди, которым был известен Закон, что сделали они в конечном итоге? Они не приняли Христа, не захотели Его слушать, осудили, оклеветали, оплевали Его и распяли. Когда мы слушаем обо всем этом, нам кажется, что речь идет о людях, живших когда-то давно, а на самом деле речь идет о нас самих.

В каждом из нас живут два этих человека: самодовольный фарисей и кающийся, плачущий о своих грехах мытарь. Часто бывает, что в нас эти настроения сменяются — одно время мы каемся, прося Господа только простить наши грехи, совершенно не думая о наших мнимых достижениях в духовной жизни. А в другое время мы же останавливаемся, успокаиваемся, считая, что уже живем так, что нам гарантировано спасение, а не так, как живут около нас грязные нечестивые грешники.

Это как раз самое страшное и ужасное состояние. Оно так же безумно в очах Божиих, как безумны в наших очах слова и поступки психически больных людей. Точно так же, а может быть, еще страшней и чудовищнее выглядят наши безумные глаголы, которые мы часто обращаем ко Господу. Поэтому Церковь как лечебница предлагает нам сейчас эту притчу, чтобы еще раз отрезвиться в преддверии Великого поста, прекрасного и благодатного времени, приготовленного для излечения наших духовных болезней. Главное, осознать эту болезнь, увидеть ее в себе, и с решимостью побороть ее, отринуть самодовольство и мнимое успокоение, встать на путь очищения, исправления, взывая ко Господу: «Господи, будь милостив ко мне грешному!»

Слушать аудиофайл по нижеприведённой ссылке:

http://www.pravoslavie.ru/podcasta/Myitarya_fariseya_Ignatiy-bb0471.mp3

http://pravoslavie.ru/76944.html
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 13500


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #23 : 13 Февраля 2022, 03:10:46 »


Проповедь в Неделю о мытаре и фарисее

Схиархимандрит Зосима (Сокур)


СКАЧАТЬ     (MP3 файл, 20,6 МБ, продолжительность 45:03 мин)



Схиархимандрит Зосима (Сокур)

… Какие мы есть фарисеи. Лбы бьём, Псалтири грызём и друг друга грызём, а любви не имеем. И настоящего покаяния нет у нас, нет того мытаря, чтоб стоял там тихонько: «Боже, милостив буди мне, грешному», – да я, недостоин порог алтаря переступить, не то, что ещё в алтарь зайти. Вот такое покаяние сердечное – осознание своих грехов… А не так: «Да я ж такой хороший…»; «Наша мать не грешила никогда, раз в год всегда пасху ходила святить» – да и всё. Вот такие мы все хорошие. «Я ж не убивал, не грабил, ничего…», – а сколько грехов у каждого на душе! Вот нам дай, Господи, осознания по-настоящему грехов наших, дай, Господи, искреннего покаяния нам. Мытарева воздыхания этого, а не фарисеева высокоглаголания, – как мы сегодня слышали в святых словах Божиих Триоди постной. И особенно да откроет Господь нам во дни этого предстоящего поста души наши к покаянию – настоящему, к умилению, к молитве, к труду святому. Всё во славу Божию и во спасение души своея.

Неделя о мытаре и фарисее, пропели мы покаяние. Эта песнь покаяния будет петься до предпоследнего воскресения Великого поста. Накануне Цветной недели окончим петь покаяние и будем уже готовиться все к Вербному воскресенью и к Страстной седмице милостию Божией. Кто-то уже по привычке после воскресенья «Да воскрес Иисус от гроба…» запел, – кончилось уже, после воскресенья последний раз пропели «Воскрес Иисус от гроба…», теперь аж, кто доживёт, в пасхальную ночь услышим эту радостную весть: «Воскрес Иисус от гроба, якоже прорече…» – эта песнь умолкла уже в церкви воскресная до Пасхи – светлого Христова Воскресения. Уже идёт взаимосвязь времён: нынешнего времени – уже с Пасхой непосредственно, с пасхальной ночью, потихоньку начинается святая взаимосвязь.

Эта неделя называется Неделя о мытаре и фарисее, всеедная неделя. В понедельник, в среду и в пятницу постных дней нет, кушать можно скоромную пищу, во славу Божию. Наедайтесь белковой своей зловонной пищи, чтоб потом не говорили, что мы, как тощие египетские коровы ходим. Чтоб тучные в пост вступали, а к Пасхе уже, как попостимся, – будем как египетские тощие коровы тарахтеть костями своими и рёбрами светить, мослаками. Вот, по-настоящему попостимся.

Та неделя будет уже Неделя о блудном сыне. Будет особое читаться Евангелие о блудном сыне, будет прекрасная песнь петься «Объятия Отча отверсти мне потщися…» – при постриге в монашество всегда поют эти святые слова. Когда человек уходит от мира, даёт обеты служения Богу до последнего своего издыхания, – особый момент таинственный, от блудного этого мира душа уходит во объятия Отча. Именно эта притча и будет воспоминаться в будущее воскресенье. И та неделя уже будет последняя мясоеда неделя – пёстрая седмица. Там Масленица уже и святой Великий пост, по милости Божией, во славу Божию. <…>

И сейчас, в наше время, колотня с Киева вся начинается – матери городов русских, с колыбели. И оттуда покатится эта колотня по всей земле Русской, не минует ни Россию, ничего, кругом будет беснование. Но Россия устоит, и там будет очень благодать большая, не даже силы ада, антихриста, не одолеют Русской Православной Церкви.  <…>

Сейчас, родные мои, идёт колотня у нас в Церкви внутренняя, междоусобица. С этими пресловутыми кодами, с этими ИНН какой-то там, что-то там, в России. У нас коды, а там ИНН какие-то придумали, ну, в общем, одно и то же – налоговый номер присваивают всем. Михайловых Иван Петровичей десятки, разобрать их как? Ну, каждому номер присвоили – уже понятно, где какой под каким номером находится. Мера государственного учёта такая. Как прицепили сюда церковные дела? Это уже я не понимаю. Как уцепились эти монахи, как злые собаки, в эти номера: «Это уже диавольская печать, это антихристова печать!» В этом Святогорском монастыре этот  Серафим …, бороду отрастил, он же только к вере пришёл несколько лет назад, он же был безбожник! И уже давай всех учит.

Приехал я в Святые горы: «Ты коды принял?». Да на что мне твои коды сдались, я себе Богу молюсь, да и всё, и не знаю горя никакого. Кто принял – принял, никто от этого от Бога не отошёл, что ж, государству нужно подчиняться. «Всё, это уже погибший, уже всё». Колотят всех, крутят всех такие вот кипы заявлений писать да кипы бумаг этих писать. А бумаг сколько переводят – лучше бы акафист какой напечатали да людям раздали. Я эти все бумажки, про ИНН все эти, рву и в туалет бросаю, как хорошо там пользоваться ими, они такие… хорошие. Очень подходят для этого дела. Не читаю ничего, потому что знаю, что это басни века сего.

Все давай на старцев – старцы сказали так: о. Иоанн (Крестьянкин) сказал не брать; о. Кирилл (Павлов) – сказал не брать; о. Николай, на острове там служит, – не брать – всё, это смерть уже, умри, да не бери. Бедные эти старцы знать ничего не знают. Как моим именем тоже часто спекулируют – Зосима сказал… а я, Зосима, и знать не знаю и ничего этого и не слыхивал даже. И не знал то, что там про меня уже басни какие-то сочиняют. Точно так и про этих старцев. И колотня получается. Старцы эти все, девяностолетние уже старики глубокие, уже что им нужно? Покой. Уже их просто прячут от людей, а вы ж такие назойливые все, вы ж покоя не даёте. Закроют старца бедного, хоть он отдохнёт, полежит. Уже слухи: «Запретили в служении, уже не допускают, уже всё – под запретом, уже всё – старец страдалец и прочее, и прочее»

И чтобы пресечь это всё, о. Иоанн (Крестьянкин), девяностолетний старец, очень мною почитаемый, я очень его люблю, этого старца, мой самый любимый старец нашего времени. От юности я руководствовался им, ещё когда учился в семинарии. В академии юношей я часто приезжал туда, в Печоры, бывал, встречался, разрешал вопросы недоуменные. И всегда у нас с о. Иоанном были самые ближайшие, никогда у нас разногласий духовных никаких не было, всегда было духовное согласие и единогласие. Я удивляюсь, когда стали говорить: «О. Иоанн против этих кодов». Не может старец пойти против Святейшего Патриарха, когда он за Святейшего Патриарха как заступался! И за гонимого Патриарха Сергия как заступался, и за Патриарха Пимена как заступался, гонимого от этих самых разных фарисеев нынешнего века! Неужели мог пойти старец перед смертью против Патриарха, когда к нему сам президент Путин приезжал и его супруга, чтоб получить благословение на президентство, и старец с радостью благословил их, уходящий уже из этой жизни. И вот старец и обратился ко всей России, ко всем чадам своим с особым письмом, по интернету переданному. Мне сняли его, и сейчас я вам его зачитаю. Что б вы не колотили и не позорили, эти фарисеи нынешние, как вот это в Святых горах. Почему я никогда не езжу в Святые горы, абсолютно, и не тянет даже заехать туда после этих кодов ихних, как они там ещё беснуются, да ну, подальше от них. В женском монастыре понаколотил тот Серафим, были монашки нормальные, молились все, – подурели. Кругом подурели, там монашки подурели, там монахи подурели, в Оптиной колотятся с этими кодами, не молятся Богу, о спасении души не думают, о мытаревом покаянии, а Бог знает, о чём думают, о глупостях. И, главное, народ колотят – не берите. А что дальше делать, никто не говорит, а что кушать, а как детей учить, а как образование получить, а как жить, а как за квартиру платить? «А это мы не знаем». Так что ж вы за вожди такие глухие, бестолковые? Указываете: не берите, – а что дальше? «Мы не знаем». Так кормите народ, содержите народ, – вот тогда будете вы пастырями настоящими.

И зачитаю чудные слова, будьте только внимательны, я потом вывешу текст вот там, в витрине, чтоб вы все, кто не был в церкви, почитали. Вот, хочу переслать его к Святогорским нашим этим туда, чтоб они почитали, а, они всё равно не поймут, замороженные. В женский монастырь надо переслать, владыке перешлю, вот, чтобы немножко тушить этот пожар. Глупость эту. Это ж борьба с Церковью идёт – еретиков этих, сектантов, раскольников и всё, через глупые какие-то номера. От номеров нам будет спасение или погибель? Никогда не будет от этого погибели, глупость всё это. Вот.

(Далее отец Зосима читает и комментирует письмо архимандрита Иоанна (Крестьянкина) о ИНН
https://pravoslavie.ru/54618.html )  <…>

Вот живое слово великого старца как завещание уже перед его кончиной недалёкой. Скоро старец уйдёт уже в иной мир, девяносто лет с лишним старец прожил на земле. Прошёл тюрьмы, ссылки, гонения, ненависть – всё прошёл и остался верен Церкви. Он с большой любовью относится к Церкви, к народу Божию, к Святейшему Патриарху он с огромнейшим почтением относится, и за всё всегда благодарит Бога. И злые люди специально подтасовывают имя его, чтобы смуту навести в Церкви Божией. Старец чётко нам говорит… это письмо я вывешу там, кто не слышал, будете читать, другим  рассказывать. Что бы эта смута утихала, что бы вы успокаивались, утихомиривались, и от Церкви, от Святейшего Патриарха, ни на шаг. Держаться только Патриарха Московского и всея Руси. И синод в Киеве, под председательством митрополита Владимира, постановил так же, как и Патриарх. В Церкви полное сохраняется единодушие. И церковному разуму, соборному разуму, мы обязаны свято, беспрекословно подчиняться. Кто не подчиняется, вон Страшный Суд Божий, вон анафеманствованный Филарет в огне горит, вот это и нас ждёт это всё. Так что в этом отношении вразуми, Господи и тех святогорских монахов, того бородатого Серафима, ему бороду нужно оторвать сейчас за эти его проповеди, вот, что он заблудился, но дай, Господи, чтобы вразумились они все, утихомирились смутьяны, чтобы мир в Церкви и мир в сердцах ваших был. Вот, всё вам рассказываю, объясняю. С меня ответственность перед Богом снимается, а то: «Зосима уже против, всё» – я слушаюсь всегда голоса Церкви. Скажет завтра Святейший Патриарх коды не принимать, – всё, я умру, не буду принимать. Вот и сейчас, сказали, что греховного ничего нет, слушаться только Церкви нужно – в ней спасение.

Вот к чему зовёт нас старец великий. Интервью я уже в следующий раз прочту, в следующее воскресенье. Прочту о. Тихона интервью, ибо старец, видя такое положение, попросил, чтобы о. Тихон архимандрит приехал к нему с видеокамерой, снял его в келье уже, он уже из кельи почти не выходит, слабенький, немощный, вот, он снял его. У о. Николая побыл на острове о. Тихон и у о. Кирилла, у всех старцев побыл, взял интервью. И их личные святые слова обо всех этих событиях услышите в следующее воскресенье. Чтобы вы не бабьим слухам веровали – какая-то баба сказала или лжепроповедник какой-то сказал, а слову действительно святых людей, которые переживают за будущее всех нас, за Церковь нашу переживают и о нашем спасение пекутся. Вот чему должны мы быть все послушны. Вот всё как будто бы я и рассказал вам, уморились сильно? А я уже уморился … Так что не осуждаю тех, кто берёт, не осуждаю, кто не берёт. Так что это дело личное каждого, погрешительного в этом, смертного ничего нет в этом номере, да и всё. Вот когда от Бога будут заставлять отрекаться нас всех, вот тогда уж всякий подумай, Господи!… тогда не отступить от Бога. Всё. Ну, помогай, Господи, всё рассказал.

 (о.Зосима вышел из алтаря после причастия)

Приветствую вас со святым праздничным воскресным днём сегодняшним. Слава Богу, что Господь укрепил нас. Сегодня помолились, вступили уже в подготовительную седмицу Великого святого поста. Дай Господи, эти мирно дни провести перед Великим постом. Суетой земной своей позанимайтесь всей, кому там крестить, кому родить, кому что там, кому пенсию, кому там что там. Так, чтобы вы потом, Великим постом, уже никакой суетой не занимались.

Помолиться, попоститься уже, потрудиться при обители святой уже – благочестиво пожить во славу Божию. Пока эти две недели ещё, пожалуйста, всей суетой своей позанимайтесь. Поуправляйте свои дела, квартирные вопросы, долги. Некоторые так, по-глупому, отмахиваются, то электроэнергия набегает, то ещё, это всё от мира. Старец сегодня объяснил: раз мы зарабатываем, – едем на автобусе – плати; не хочешь платить – иди пешком. А если уже используешь, – такой закон, куда денешься, надо платить. Плати гроши и езжай себе, и на автобусе, и в поезде. Так, на дурняк, это в святое дело не будет тебе. Если хочешь на дурняк, сухарей насуши, котомочку в руку, свечечку в руку, как ото в песенке поется: «И паломнички идут и Херувимскую поют» – вот так вот богоугодные паломничества совершают. А мы сейчас и ехать хотим, и всё на дурняк себе. «Я отматываю электроэнергию, платить мне нечем». Выключи свет и сиди там в потёмках, и не надо обманывать…


Произнесена 4 февраля 2001 г.

http://www.pravoslavie.ru/2856.html
« Последнее редактирование: 13 Февраля 2022, 03:26:26 от Дмитрий Н » Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 13500


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #24 : 17 Февраля 2022, 07:27:29 »


Блаженнейший Митрополит Онуфрий рассказал, как достичь настоящей молитвы и откуда берутся жизненные трудности




Чем глубже человек понимает, что Бог есть все, тем сильнее его молитва.

Об этом Блаженнейший Митрополит Киевский и всея Украины Онуфрий рассказал в своей проповеди в Неделю о мытаре и фарисее, сообщает Информационно-просветительский отдел УПЦ.


По словам Архипастыря, готовя нас к Великому посту, предшествующему Христовому Воскресению, Церковь говорит нам о том, что наступает время усиленного труда в посте, покаянии и молитве.

«Каждый человек создан, чтобы смотреть на Бога и радоваться. Если ты маленького духовного роста, т.е. твой разум не может увидеть Бога и разобраться, какое учение о Христе истинно, тогда поднимись на дерево поста, и оттуда увидишь Спасителя. Не через призму другой личности, а лицом к лицу», – сказал он.

Как отметил Предстоятель, пост и молитва – это те два крыла, которые возносят человека над бренным и греховным. «Церковь учит нас, какой должна быть молитва, чтобы она возносила, а не была мертвым крылом, висящим и не приносящим никакого подвига. Правильная молитва является смиренной молитвой», – добавил владыка.

Его Блаженство объяснил, на чем должна основываться наша смиренная молитва.

«Человек должен в молитве помнить, что Бог есть все, что Бог есть смысл нашей жизни, Бог есть красота нашей жизни, Бог есть свет нашей жизни, Бог есть любовь, Бог есть добро, Бог есть милосердие, Бог есть мир, а мы – прах и пепел, мы – ничто, потому что созданы Богом из ничего… На этом основании, что Бог есть все, а я – ничто, должна основываться наша молитва. И мы должны так говорить: ”Господи, Ты все, а я ничто, помилуй меня!”».

Причем, как заметил Митрополит Онуфрий, если человек не исполняет в своей жизни волю Божию, то наполняется смущением и отчаянием. А если живет и возносит правильную молитву, то познает счастье и блаженство.

«Смирение в молитве — это не самоунижение, это понимание того, что мы есть ничто (перед Богом). Чем глубже человек понимает, что Бог есть все, тем сильнее его молитва», – резюмировал владыка.


“Если человек смиренный, то его душа способна вместить спасительную Божественную благодать, а если человек одержим гордыней, то гордость, как ржавчина, разъедает его душу”, – отметил Предстоятель.

По словам Его Блаженства, когда человек принуждает себя к смирению и видит в других образ Божий, то мирится даже с врагом.

“Такой человек приятен в любом обществе, – добавил он. – А если человек горд, то он, даже если не имеет врагов, создает их для себя, а в конце концов и миролюбивым людям становится неприятным. Это свойство гордыни, искажающей человека”.

Как отметил Блаженнейший владыка, “когда мы сами себя смиряем, то Господь нас возносит, а когда мы наоборот превозносимся, то смиряет Он нас – болезнями, скорбями, трудностями”.

“Лучше будем учиться смирению. Это менее болезненно, чем когда Господь смиряет нас”, – заметил владыка.

Когда человек живет именно так, как акцентировал Митрополит Онуфрий, то все у него хорошо и всем он доволен, а когда горд, то наоборот. “Человек всегда счастлив, когда смиренный, а гордому все неудобно, всегда он чем-то недоволен. И причина неудобства – гордыня, закрывающая Бога от человека. А если мы не видим Бога, то – несчастны”, – подытожил владыка.


14.02.2022

Источник
Записан
Дмитрий Н
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 13500


Просмотр профиля
Вероисповедание: Православие. Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #25 : 05 Февраля 2023, 00:11:11 »


«Гордыней и осуждением ближнего обнуляются наши добрые дела»

Только одна сила может открыть перед нами двери в жизнь вечную и Божественное Царство — это искреннее, сердечное, глубинное покаяние





На языке церковного устава сегодняшнее воскресенье называется Неделей о мытаре и фарисее, и евангельское чтение повествует именно о них — о фарисее и о мытаре (Лк. 18:10-14).

Хорошо известно, что фарисеи были духовно привилегированной прослойкой тогдашнего израильского общества. Это люди были благочестивые, они посещали храм, синагогу, исполняли все то, что предписывал закон Моисея, и потому почитались народом. А мытарь — это человек, презираемый в израильском обществе, потому что он собирал налоги в пользу римских завоевателей. Мытаря сегодня назвали бы коллаборационистом, предателем, и если бы он только исполнял служебные обязанности, по собственной воле или поневоле! Но ведь сборщики податей чаще всего брали больше, чем полагалось, они попросту грабили свой народ, а потому люди отвечали им полным неприятием. Мытарь был оторван от общения со своим народом, всякого мытаря ненавидели за предательство, за нечестность.

И Господь совершенно не случайно рассказывает о том, как в храм вошли два человека. Мытарь по одному своему роду занятий был человек презираемый и подозреваемый в финансовых преступлениях. А еще в храме находился фарисей, человек благочестивый, ведь фарисеи исполняли все предписания закона и с точки зрения формальных требований закона были благочестивы. О чем же думает фарисей? Он смотрит на окружающих его людей и благодарит Бога за то, что он не такой, как другие, за то, что исполняет все предписания закона, живет благочестиво. И что можно об этом сказать? Греховна ли была молитва фарисея? Ведь и сегодня мы, люди верующие, благодарим Бога за то, что сохранили веру, за то, что ходим в храм. Мы благодарим Господа за этот дар веры. И если бы фарисей ограничился благодарением, то, наверное, он бы не оказался участником этой истории, о которой сегодня, в преддверии Великого поста, нам повествует слово Божие. Но фарисей был уверен в своей жизненной правоте, а значит, в своей святости, и эта уверенность проявилась в удивительных словах, которые он обратил к Богу: "Благодарю Тебя, Господи, за то, что я не такой, как прочие люди"»; и далее он перечисляет все, что делает. И если бы все ограничилось упоминанием себя как человека особенного — в силу того, что предписания закона исполняются им в точности! Но фарисей сказал нечто большее. Он сравнил себя с другим человеком, с презираемым мытарем, который тоже вошел в храм, и произнес: "Благодарю Тебя, Господи, что я не такой, как прочие люди, и не такой, как этот мытарь".

Вот это сравнение себя с другими — в том смысле, что другие хуже, — и было причиной осуждения фарисея. Он ушел менее оправданным из храма, чем мытарь, который себя ни с кем не сравнивал, но в полной мере сознавал свою греховность, свою неправедность. И не было у него никаких слов, которыми бы он мог оправдать себя пред Богом, да и слова такие он не хотел произносить, но от чистого сердца говорил только одно: "Боже, будь ко мне милостивым, помилуй меня!" И за эту молитву, исполненную глубокого и искреннего покаяния, осознания своего полного недостоинства, мытарь вышел из храма, как говорит слово Божие, оправданным более, чем фарисей. А фарисей вышел осужденным? Нет. Тоже оправданным, ведь он исполнял предписания закона. Но поскольку фарисей, сравнив себя с мытарем, осудил его, а себя превознес, то многие добродетели, которые были фарисею присущи, в этот момент, как мы бы сегодня сказали, обнулились. Гордыней и осуждением ближнего обнуляются наши добрые дела.

Этой простой истине мы научаемся сегодня, в преддверии Великого поста, через дивный евангельский текст. История о мытаре и фарисее учит нас тому, что никакие добродетели, связанные с нашей религиозной жизнью, не должны восприниматься нами как нечто, что спасает нас автоматически. Ходим в храм, постимся, пытаемся исполнять заповеди — ну что же еще? Но если мы так считаем, то это означает застой в духовной жизни. А покаяние — это сила, которая препятствует застою. Через покаяние мы самим себе постоянно бросаем вызов. Мы спрашиваем себя, критически спрашиваем: так ли ты живешь, так ли мыслишь, так ли молишься? Что происходит в твоей душе? И, стремясь раскаяться в своих плохих поступках и мыслях, мы проводим собственное расследование — внутреннее, сердечное — того, что же мы собой представляем как верующие люди. Где мы, на какой стороне — на стороне мытаря или фарисея? Чего больше в нашей жизни — искреннего покаяния или некой уверенности в том, что исполнение церковных предписаний предопределяет наше спасение? Но никакие законы и предписания не могут предопределить спасение. Только одна сила может открыть перед нами двери в жизнь вечную и Божественное Царство — это искреннее, сердечное, глубинное покаяние. Не на словах, не через автоматическое произношение «грешен» или «грешна», а через осознание своих грехов. Многие закрываются каждодневными заботами, переключая внимание на другие сферы жизни, так что мы не видим то плохое, что в нас происходит, что проявляется в наших мыслях, а иногда и в делах. Вот дай Бог, чтобы, вступая в эти подготовительные недели к святому посту, вразумляемые дивными евангельскими чтениями, которые будут предложены в течение предстоящих воскресных дней, мы могли действительно подготовить себя к достойному прохождению Великого поста, призванного помочь нам принести Богу подлинное покаяние, поставить жизнь свою под духовный контроль, уметь останавливать себя вовремя от всего того, что может возникнуть в нашей душе, в том числе через добросовестное исполнение церковных предписаний. Мы должны помнить, что спасаемся мы через осознание своих грехов и через искреннее сердечное покаяние пред Богом. И да поможет нам Господь именно так подготовить себя к святым дням грядущей Четыредесятницы и пройти их достойно, с пользой для своей жизни — и земной, и вечной. Аминь.


Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл

http://www.patriarchia.ru/db/text/5900327.html
« Последнее редактирование: 05 Февраля 2023, 00:15:41 от Дмитрий Н » Записан
Александр Васильевич
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 102917

Вероисповедание: православный христианин


Просмотр профиля WWW
Православный, Русская Православная Церковь Московского Патриархата
« Ответ #26 : 05 Февраля 2023, 14:37:49 »

Святитель Игнатий (Брянчанинов)

Поучение в Неделю о мытаре и фарисее. О молитве и покаянии



См.видео по нижеприведённой ссылке:

https://www.youtube.com/watch?v=TqZ7V2PSIds&t=1s

В ныне чтенном Евангелии изображена молитва мытаря, привлекшая к нему милость Божию. Молитва эта состояла из следующих немногих слов: Боже, милостив буди мне грешнику (Лк. 18: 13). Достойно внимания и то, что такая краткая молитва услышана Богом, и то, что она произносилась в храме во время общественного Богослужения, во время чтения и пения псалмов и других молитвословий. Молитва эта одобряется Евангелием, выставляется в образец молитвы: благочестивое рассмотрение ее делается нашим священным долгом. Почему мытарь не избрал для излияния сердца своего пред Богом какого-либо величественного и умилительного псалма, но обратился к столь краткой молитве, и повторял ее одну во время всего Богослужения? Отвечаем, заимствуя ответ у святых отцов [Святой Тихон Воронежский]. Когда прозябнет в душе истинное покаяние, когда явится в ней смирение и сокрушение духа по причине открывшейся очам ее греховности: тогда многословие делается для нее несвойственным, невозможным. Сосредоточась в себе, устремив все внимание на бедственное положение свое, она начинает вопиять к Богу какою-либо кратчайшею молитвою. Обширно зрелище греховности, когда оно подается человеку Богом: неизобразимо оно красноречием и многословием; точнее, изображает его воздыхание и стенание души, облекаясь в кратчайшие и простейшие слова. Тот, кто желает раскрыть в себе глубокое чувство покаяния, употребляет в орудие к достижению такого состояния краткую молитву, произнося ее со всевозможным вниманием и благоговением.

Оставление многих слов, хотя и святых, способствует уму вполне освободиться от развлечения, и всею силою своею устремиться к самовоззрению. «В молитве твоей не позволяй себе многословить, – сказал святый Иоанн Лествичник, – чтоб ум твой не уклонился к рассматриванию слов. Одно слово мытаря умилостивило Бога, и одно верное изречение спасло разбойника. Многословие в молитве часто приводит ум в рассеянность и мечтательность, а малословию обычно собирать его» [Лествица, Слово 28]. По величайшей пользе, доставляемой краткою, внимательною, сосредоточенною молитвою, святая Церковь завещает чадам своим благовременно обучиться какой-либо краткой молитве. Обучившийся такой молитве имеет готовое молитвословие на всяком месте и во всякое время. И путешествуя, и сидя за трапезой, и занимаясь рукоделием, и находясь в обществе человеческом, он может вопиять к Богу. При невозможности молиться устами, возможно молиться умом. В этом отношении удобность краткой молитвы очевидна: при занятиях очень легко потерять смысл и последовательность продолжительного молитвословия; но краткая молитва всегда сохраняется в целости своей. Оставив ее на некоторое время, опять можно без всякого затруднения возвратиться к ней. Даже при Богослужении полезно повторять краткую молитву в душевной клети: она не только не препятствует вниманию читаемым и поемым в храме Божием молитвословиям, но и способствует особенно тщательному вниманию им, удерживая ум от рассеянности. Если ум не будет удерживаться в самовоззрении краткою молитвою, наполняющею душу чувством покаяния, то он легко вдастся в рассеянность; во время Богослужения, оставя без внимания церковное чтение и пение, уклонится к пустым размышлениям и мечтаниям. Это случилось с упоминаемым ныне фарисеем, который поверхностно внимал богослужению, и увлечен был помышлениями греховными. Греховные помышления не только лишили всякого достоинства молитву его, и без того слабую, но и обратили ее в повод к осуждению молившегося. Молитва фарисея была отвергнута Богом: фарисей вышел из храма запечатленным печатью гнева Божия, не понимая и не ощущая своего душевного бедствия по той причине, что сердце его, будучи мертво для покаяния, было исполнено самодовольством и самообольщением. Когда моление краткою молитвою от частого и постоянного употребления обратится в навык, тогда оно делается как бы естественным человеку. Внимательно слушая что-либо особенно занимающее нас, мы делаем разные возгласы, которые не только не препятствуют вниманию, но и усугубляют его: точно так, стяжав навык к краткой молитве, мы выражаем ею наше сочувствие и внимание к слышимому нами молитвословию и псалмопению. В течение всей святой Четыредесятницы при всех богослужениях часто повторяется во всеуслышание присутствующих в храме молитва: Боже! очисти мя грешнаго. Для чего это столь частое повторение одной и той же молитвы? Для того, чтоб мы приучились часто повторять ее. С тою же целию повторяется часто и другая краткая молитва: Господи, помилуй. Спаситель мира, одобривший молитву мытаря, впоследствии дозволил и даровал нам молиться всесвятым именем Его. Молитва именем Господа Исуса и по имени Его, и как установленная Им, именуется молитвою Исусовою. При господстве Ветхого Завета человек обращался к Богу, Которого он еще не знал определенно; при наступлении господства иного в Новом Завете человеку в преизобильное дополнение к прежнему обращению предоставляется обращаться в Богочеловеку, как ходатаю между Богом и человеками, как к такому ходатаю, в котором соединено Божество с человечеством, как к такому ходатаю, который Бога объяснил человекам с возможною для постижения человеческого подробностью и полнотою, Который Бога исповеда (Ин., 1:18). Ветхозаветной молитве Боже, милостив буди мне грешнику равнозвучаща новозаветная молитва Господи Исусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго. Ветхозаветные служители Бога употребляли первую молитву; новозаветные, употребляя и первую, наиболее употребляют вторую, потому что Богочеловеку благоугодно было сочетать с человеческим именем своим особенную чудодейственную духовную силу. Для постоянного моления употребляется также молитва Господи, помилуй. Она – сокращенная молитва Исусова и заменяет ее в тех случаях, когда произнесение цельной молитвы Исусовой делается затруднительным как-то: во время испуга, во время неожиданной радости, во время тяжкой болезни, во время духовного видения. В последнем случае возглас Господи, помилуй служит для ума отголоском на те благодатные разумения, которые являются ему по очищении его, превышают его постижение и не могут быть выражены словом [Святой Петр Дамаскин. О семи умных видениях, статья: разделение молитвы всех разумов. Книга 1-я, Добротолюбие, ч. 3]. Какое имеет значение во всех этих молитвах глагол помилуй или милостив буди? Это – сознание человеком погибели его; это – ощущение той милости, того сожаления к себе, которые Господь заповедал нам ощущать к себе, и которые ощущаются очень немногими; это – отвержение собственного достоинства; это – прошение милости Божией, без которой нет надежды спастись погибшему. Милость Божия есть ни что иное, как благодать Всесвятого Духа; мы, грешные, должны непрестанно, неотступно просить ее у Бога. Умилосердись, Господь мой, над бедственным состоянием моим, в которое я ниспал, лишившись благодати Твоей, и снова водвори во мне благодать твою. Духом владычным (Пс. 50: 14), Духом силы Твоей укрепи меня, чтоб я мог противостать искушениям, наносимым от дьявола, и искушениям, возникающим из падшего естества моего. Пошли мне Дух целомудрия, чтоб я возник из состояния умоисступления, в котором нахожусь, и исправил нравственные стопы мои. Даруй мне Дух страха Твоего, чтоб мне устрашиться Тебя, как подобает немощнейшей твари страшиться великого Бога, Творца своего, чтоб мне по причине благоговения моего к Тебе свято хранить заповеди Твои. Насади в сердце мое любовь к Тебе, чтоб мне более не отлучаться от Тебя, не увлекаться непреодолимым влечением к мерзостному греху. Даруй мне мир Твой, чтоб он хранил в нерушимом спокойствии душу мою, не попускал помышлениям моим скитаться по вселенной без нужды во вред мне, для смущения моего, чтоб он сосредоточивал их в самовоззрение и из него возносил к престолу Твоему. Даруй мне Дух кротости, чтоб мне воздерживаться от гнева и злобы, быть постоянно преисполненным благости к братии моей. Даруй мне Дух смиренномудрия, чтоб я не высокоумствовал, не мечтал о себе, не искал похвалы и славы человеческой, но помнил, что я – земля и пепел, существо падшее, низвергнутое на землю по причине недостоинства моего, долженствующее быть изведенным из тела и мира сего смертию, долженствующее быть представленным на страшный и нелицеприятный суд Твой [Заимствовано из толкования молитвы Господи помилуй старцем Паисием Нямецким. Писания старца Паисия. Изд. Оптиной пустыни]. Боже, милостив буди мне грешнику! Господи Исусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя! Господи, помилуй! Многие произносят эти краткие молитвы с величайшею поспешностию, заботясь только о исполнении положенного числа их. Таким образом моления они не допускают молитве проникнуть в сердце и произвести свойственное ей действие, заключающееся в умилении. Справедливо замечают святые Отцы, что молящиеся так молятся на воздух, а не Богу [Преподобный Нил Сорский. Предисловие к Преданию]. Отчего мы скучаем в храме Божием? Оттого, что не ощутили действия молитвы. Отчего мы спешим к сытому столу? Оттого, что мы опытно знаем значение вещественной пищи. Отчего не спешим в храм Божий, но стараемся прийти в него попозже, когда значительная часть Богослужения уже отправлена? Оттого, что не знаем опытно значения молитвы, которая служит пищею для души, которая сообщает душе духовную силу. Не знаем опытно значения молитвы оттого, что молимся поспешно, поверхностно, без внимания. Действие на душу продолжительной, но невнимательной молитвы подобно действию обильного дождя на железную крышу, с которой сбегает вся вода, в каком бы количестве она ни пролилась, не производя на крышу никакого действия. Напротив того, внимательную молитву можно уподобить благотворному дождю, орошающему засеянное поле, дающему питание произрастениям, и приготовляющему богатую жатву. Исправляя важную погрешность, которая отнимает у подвижника молитвы весь плод подвига, воспитанники и наперсники святой молитвы, святые Отцы повелевают произносить слова как кратких молитв, так и всех вообще молитвословий с особенною неспешностию, с соблюдением тщательнейшего внимания к словам молитвы [«Постой мало (молча), дондеже утишатся вся чувства. Тогда сотвори начало не вскоре, без лености, со умилением, и сокрушенным сердцем, рцы сие: Блажен муж, и проч. тихо и разумно, со вниманием, а не борзяся (не спеша): якоже и умом разумевати глаголемая». Наставления пред чтением Псалтыри. Псалтырь отдельною книгою]. При неспешном чтении молитв возможно такое внимание; при поспешном чтении вниманию нет места. Молитва, лишенная внимания, лишена сущности своей, лишена жизни. Тогда бывает она подобна телу, оставленному душою: не благоухает она смирением, не восходит к Богу; пораженная и умерщвленная рассеянностию, она пресмыкается в земном тлении и смраде, сообщая их молящемуся небрежно и холодно. Внимание ума при молитве отражается в сердце блаженною печалию о грехах, которая и есть заповеданное Богом покаяние. Когда же сердце исполнится чувством покаяния: тогда оно, в свою чреду, привлекает ум к сугубому вниманию. Вслед за вниманием и умилением все дары Святого Духа вступают в душу, соделывают ее храмом Божиим. Доставим нашей молитве два свойства: внимание и покаяние. Ими, как двумя крылами, да возлетит она на небо, да предстанет пред лице Божие, да исходатайствует нам помилование. Эти два свойства имела молитва блаженного мытаря. Проникнутый сознанием своей греховности, он не находил в делах своих никакой надежды на получение спасения, видел эту надежду в едином милосердии Бога, призывающего всех грешников к покаянию, и дарующего спасение за одно покаяние. Как грешник, не имеющий никакого собственного добра, мытарь занял в храме последнее место; как грешник, недостойный неба, он не дерзал возводить очей к небу. Он устремил их к земле, и, ударяя покаянием в сердце, из глубины сердца, от всей души произносил молитву, соединенную с исповеданием: Боже, милостив буди мне грешнику. Молитва была так действительна и сильна, что грешник вышел из храма Божия оправданным. Засвидетельствовал это сердцеведец Господь, Спаситель человеков, – и сбылось над покаявшимся грешником проречение пророка: Созиждет Господь Сиона душу человеческую, разрушенную падением, и явится в славе Своей. Призре на молитву смиренных, и не уничижи моления их. Да напишется сие в род ин, да напишется это в уведание всего человечества, да напишется во уведание всего племени и потомства христианского! И люди, зиждемии покаянием и внимательною молитвою, ощутив свое обновление Божественною благодатию, восхвалят Господа (Пс. 101: 17–19), благоволившего восприять человечество, и спасти человеков дивным смотрением Своим и дивным учением Своим. Аминь.

https://petrpavelhram.livejournal.com/12155364.html?utm_source=3userpost
Записан
Страниц: 1 [2]
  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by MySQL Powered by PHP Valid XHTML 1.0! Valid CSS!